Всем хороших выходных! ❤️

Посмотрела документальный фильм Любови Аркус "Балабанов. Колокольня. Реквием" 2022 года.

Давайте так, я не буду романтизировать Балабанова, хоть я его сильно люблю, я прекрасно отдаю себе отчёт, что человек он был не простой, а порой и очень сложный. Отчётливо я поняла это после просмотра интервью с его женой, Надеждой у Гордеевой.

Она говорила о нем бережно и нежно, рассказывая о бытовой жизни с ним такие вещи, которые я бы терпеть не стала ни за что. Но, наверное, все это возможно только по сильной любви. Чего только стоили истории, когда он приводил домой бомжей и пил с ними водку)

И хотя за режиссёром закрепился статус народного, а его имидж с тельняшкой и кепочкой на голове как бы говорит нам о том, что он свойский человек с соседнего двора, у него было отличное образование переводчика, которое позволило побывать в Англии и Америке и многих частях России. А та самая тельняшка останется с ним до конца после военной службы в Афганистане.

Весь этот разнообразный спектр позволил ему создавать то кино и те миры, которые он в итоге придумал, то, за что его либо обожали, либо ненавидели, потому что относиться нейтрально к нему невозможно.

Он хотел счастья.
Я тоже хочу.

#маствотчинг

Из письма Сергея Бодрова жене Светлане

«Я не знаю, как люди умирают. Мы видим это, но сами не умираем. А когда умираем, то это видит кто-то другой. Есть вещи, которые не нужно знать, о которых не нужно думать, о них никто ничего не знает. Ты знаешь, первый раз в жизни мне хочется иметь свой дом. Заботиться об этом, что-то для этого делать. Я всё время думаю про то, как мы будем жить. Мы с тобой очень родные и очень похожие люди. С одной стороны, это трудно, зато в самом главном мы с тобой чувствуем одинаково и понимаем друг друга в самом важном. Я, правда, не знаю, как люди расстаются, но не живут же они в самом деле несколькими жизнями. Смерть однозначна, а любовь — нет. И её неотвратимость заложена в самой модели жизни. Собственно, неотвратимость смерти тоже. Сегодня я думал, что с тобой что-то случилось: авария или что-то ещё. И я знаю, что нельзя об этом думать. Но это было почти также страшно, как мысль о том, что ты меня можешь не любить. Честно говоря, даже страшнее. И я просто стал молиться Богу и даже согласился на то, чего я больше всего боялся вчера. Подумал, что лучше ты меня не будешь любить. У меня вообще иногда такое сумасшедшее ощущение, что мы с тобой два разных характера одного человека. Мы как два брата близнеца, разлучённые в роддоме и встретившиеся через много лет. Кое-что сложно, но кровь-то родная. Ты для меня абсолютная судьба. И я в тебя очень верю. Верь и ты мне. И всё-таки любовь важнее. Независимо от того даже, важнее ли сама жизнь, чем смерть. Почему? Во-первых, это единственное, что может с ней соперничать в смысле окончательности. Если человеку пришлось умереть, то тот, кто его любил, не перестанет любить. Это очевидно. Во-вторых, обратного, видимо, быть не может. Я не знаю, как заканчивается любовь. Если любовь заканчивается, видимо, это не она».