Эх, дороги…
Пыль да туман,
Холода, тревоги
Да степной бурьян.
Знать не можешь
Доли своей:
Может, крылья сложишь
Посреди степей.
Вьется пыль под сапогами —
степями,
полями, -
А кругом бушует пламя
Да пули свистят.

Выстрел грянет,
Ворон кружит,
Твой дружок в бурьяне
Неживой лежит.
А дорога дальше мчится,
пылится,
клубится
А кругом земля дымится —
Чужая земля!

Край сосновый.
Солнце встает.
У крыльца родного
Мать сыночка ждет.
И бескрайними путями
степями,
полями —
Все глядят вослед за нами
Родные глаза.

Снег ли, ветер
Вспомним, друзья.
…Нам дороги эти
Позабыть нельзя.
❤️

Л.Ошанин, 1945 г.

Когда-то публиковала здесь фрагмент из книги Святослава Рихтера, великого нашего пианиста, пережившего войну и игравшего в окопах для солдат, публикую снова. Сила искусства побеждает все. С праздником, помним ❤️

#мастридинг

И еще раз - старый текст, но необходимый.


***
Сейчас масса людей добровольно отказывается от своей памяти - от родовой и не только, от памяти и от силы земли (а это наш базовый магический ресурс, который есть абсолютно у всех). Заберите у меня все, я не хочу никак быть связан с этой страной, с этой землей, я растворюсь в Европе. Или еще хуже - я вдруг нахожу у себя какие-то мифические там гены и корни. Кто-то, всю жизнь ехавший на силе земли, силе места (а Россия - это невозможная силища, потому что огромная земля, впитавшая в себя бесконечное количество этносов), сейчас вдруг заявляет - “у меня бабушка из Одессы” или “у меня предки казахи”. В начале 2000х среди русских в Эстонии тоже была такая мода - менять русские фамилии на… разные. Когда Андреевы становились Андерсонами, Митрофановы - Мейнерами и тд. Одна моя знакомая даже сменила фамилию на Прада. Таких много было.

Дорогие мои, у нас вообще у всех предки кроманьонцы. И еще немножко у некоторых неандертальцы. И вообще у всех - кистеперые рыбы. И что теперь? А чего вы в саванны не возвращаетесь? или в море? Если у вас вдруг генетическая память взыграла?

Что-то похожее было в гражданскую войну. И во Вторую мировую. Там тоже люди добровольно отказывались от всех своих магических прав. И ведь тоже были ситуации, когда ставили перед выбором: жизнь или идея, жизнь или память, жизнь или право на деньги, или жизнь или.. да что угодно. Откажись - и будешь жить. А так ли ценна эта конкретная жизнь? Так вот для манкуртов - да. Потому что у них больше ничего нет - кроме животного желания жить. В них нет памяти. И весь этот треп про гены одесской прабабушки и прочих чингисханов - это только треп.

Человек, в котором раскрылась родовая память, ощущает себя по сути как раз бессмертным - в нем есть протяженность в прошлое, в его бесконечные глубины. Он черпает всю память от начала до конца, все его предки стоят за ним как живые. И ему не так сильно страшно умирать.

Я могу понять разные мотивы. Месть, в конце концов, - допустим, громче всего в вашей крови стучит Гулаг. Или раскулачивание. Или другие кровавые страницы русской истории. Но это будет идея. А предавать свое происхождение и свою родовую память за гроши, сбегая неизвестно куда и хая все русское (на русском, заметьте, языке) - это и правда уровень животного сознания.

Первейшая задача эзотерика, когда он начинает заниматься, - достучаться до рода. Раскрыть в себе родовую память и перенять опыт. Достучаться до слоя Реи, хранилища земной памяти. Помните, как в Дюне? Когда в каждой преподобной Матери живет память всех предыдущих матерей. И эту память передать дальше.

Имейте в виду 💅

Это я смотрю на уходящие майские праздники 🥲

Игорь Стравинский, 1959
Фото: Ричард Аведон