Правила подачи заявления о принятии предварительных обеспечительных мер: подсудность ч.1.

Части 3 и 3.1 ст.99 АПК РФ предусматривают возможность обращения с заявлением принятии предварительных обеспечительных мер в суд: (1) по адресу заявителя; (2) по месту нахождения денежных средств или имущества, в отношении которых заявитель просит принять обеспечительные меры; (3) по месту нарушения прав заявителя; (4) если спор корпоративный, то по адресу юридического лица; (5) если спор возник из деятельности держателя реестра владельцев ценных бумаг, то по месту нахождения эмитента ценных бумаг.

Из ч.7 ст.99 АПК РФ следует, что подача искового заявления осуществляется в тот суд, который вынес определение о принятии предварительных обеспечительных мер, или иной суд. Если иск подан в иной суд, то истец обязан уведомить об этом суд, принявший предварительные меры.

Сразу следует отметить, что п.13 постановления Пленума ВАС РФ от 09.12.2002 № 11 вносит ряд важных уточнений.

Например, подача заявления об обеспечении имущественных интересов по месту нахождения заявителя может быть обусловлена необходимостью применения конкретных предварительных обеспечительных мер, когда их непринятие может повлечь за собой неустранимые последствия для заявителя.

В случае, если заявителю известно место нахождения должника либо его имущества или денежных средств, в отношении которых заявитель ходатайствует о принятии предварительных обеспечительных мер, то суд вправе отказать в удовлетворении ходатайства, поданного по месту нахождения заявителя.

Также следует иметь в виду, что исковое заявление подается в арбитражный суд, который вынес определение об обеспечении имущественных интересов, только в случаях, когда дело подсудно этому арбитражному суду.

Согласно позиции, отраженной в п.3 информационного письма ВС от 07.07.2004 № 78 в суд вправе отказать в применении предварительных обеспечительных мер, если их осуществление иным компетентным судом в соответствии с ч.3 ст. 99 АПК РФ более эффективно. В данном пункте приводится пример, когда заявитель обратился в суд за арестом продукции ответчика, находящейся в другом регионе. Отказывая в удовлетворении заявления, суд указал, что более эффективным будет обращение в суд по месту нарушенного права – в другом регионе.

В п.4 указанного информационного письма приводится пример когда наоборот обращение в суд по месту нахождения заявителя будет считаться обоснованным. Например, если заявитель просит наложить предварительные обеспечительные меры на обыкновенные именные акции ЗАО, расположенного в ином субъекте РФ. Обращение в суд по месту его жительства он мотивировал тем, что проезд в иной компетентный суд для обращения с заявлением потребует времени, в результате чего меры могут оказаться неэффективными.

А п.5 информационного письма приводит пример, когда заявитель вынужденно обращается в суд по месту своего нахождения, приводя в обоснование, что он пересилил предварительную оплату за метал, а когда прибыл за получением не обнаружил ни офис ни склад продавца. Удовлетворяй заявление суд счел, что место нахождения имущества должника установить невозможно.

В следующем посте мы разберем актуальную судебную практику по данному вопросу.

@egrul_bot это моментальная бесплатная проверка контрагентов прямо в Telegram.

Бот использует самые свежие официальные базы ФНС и других ведомств.

Узнайте о будущем партнере всё: какими компаниями он руководит и вместе с кем, какие фирмы ему принадлежат, данные об их финансовой отчетности и многое другое. Отчет сразу можно выгрузить из бота в PDF формате.

Также бот сообщит информацию о блокировке счетов контрагента, о проверках и даже сделает справку об отсутствии ИП у физ.лица, что очень удобно.

Начните бесплатно, написав боту @egrul_bot

Отказ от иска, групповое производство и конкурсный процесс: что может быть общего?

Недавно в основном канале мы писали о передаточном определении по вопросу отказа от заявления об оспаривании сделки должника-банкрота одним из участников обособленного спора: суть дела, если сжато, заключается в том, что одним из кредиторов подано заявление об оспаривании сделки, к которому впоследствии присоединились арбитражный управляющий и другие кредиторы, а истец (будем называть его так) отказался от иска, и производство по обособленному спору прекращено судом.

Нам это дело показалось интересным поводом порассуждать о некоторых вопросах конкурсного процесса в соотношении с иными процессуальными институтами, а именно – исковое производство и групповое производство.

В теории права есть позиция о том, что производство по заявлению арбитражного управляющего, например, об оспаривании сделки, это групповое производство (а еще косвенный иск), ввиду того, что:
1) Арбитражный управляющий действует в интересах всего сообщества кредиторов;
2) Арбитражный управляющий подает иск от имени должника, является процессуальным истцом.

Стоит оговориться, что прямо притянуть групповое производство к обособленным спорам в конкурсном процессе по ряду причин нельзя, но определенные сходства очевидны.

Об этом прямо говорят некоторые авторы: "В сущности, в п.п. 14 и 15 Постановления № 35 Пленум ВАС РФ вводит в производство по делам о банкротстве элементы группового иска, для которого характерно то, что процессуальными правами и обязанностями истца пользуется только лицо, обратившееся в защиту прав и законных интересов группы лиц (ч.2 ст.225.12 АПК РФ."(Извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного разбирательства по делам о банкротстве (Шевченко И.М.) ("Судья", 2018, № 9))

Так в чем же вопрос с нашим делом применительно ко всему вышесказанному?

Дело в том, что в групповом производстве любой желающий не может просто так взять и заявить отказ от иска – ну очевидно же, что права других участников корпорации/самой корпорации будут нарушены: ч.5 ст.49 АПК РФ, абз.6 п.32 ПП ВС РФ № 25(По смыслу ст.65.2 ГК корпорация в лице соответствующего органа и присоединившиеся к иску участники не имеют права без согласия участника, предъявившего иск, полностью или частично отказаться от иска, изменить основание или предмет иска, заключить мировое соглашение и соглашение по фактическим обстоятельствам. Обратившийся в суд с требованием участник корпорации в случае присоединения к иску иных участников также не имеет права совершать указанные действия без согласия всех таких участников.) Вообще, конечно забавно что судам пришлось давать отдельное разъяснение по такому вопросу, когда ответ на него есть непосредственно в законе.

Кстати, интересное решение подобного вопроса дают правила немецкого арбитража корпоративных споров DIS (Deutsche Institution für Schiedsgerichtsbarkeit e.V.): «Полный или частичный отказ от иска возможен без согласия заинтересованных лиц. Однако, кроме случаев, когда одно из заинтересованных лиц в течение 30 дней после получения уведомления об отказе от иска направит свое возражение и арбитражем будет установлено, что возражение данного заинтересованного лица справедливо, и спор должен быть доведен до своего окончательного разрешения» (ст. 6 ДПАКС DIS).

В общем, и наш конкурсный управляющий в своей жалобе в экономколлегию ссылается на ч.5 ст. 49 АПК РФ. Интересны, кстати и его рассуждения о рассматриваемом институте, которые он приводит в своей кассационной жалобе: «Напротив, с момента принятия к производству заявления одного кредитора, остальные кредиторы, а также арбитражный управляющий вправе реализовать сове право на обжалование сделок должника путем присоединения к уже существующему обособленному спору. Подача кредитором или управляющим самостоятельного заявления об обжаловании сделки в тот момент, когда судом уже рассматривается идентичный спор, по меньшей мере, удивительна.

Такое толкование закона о банкротстве и ст.49 АПК РФ приведет к тому, что, например, по делам о банкротстве застройщиков каждый кредитор имеющий право на обжалование сделки будет подавать самостоятельный иск по уже обжалуемой сделке со ссылкой на практику по настоящему делу, и арбитражный суд будет вынужден принимать сотни одинаковых исков и в дальнейшем бесконечно объединять их в одно производство.»

Подводя итог, хочется сказать, что случай, конечно, одиозный, и сам факт того, что подобное дело оказалось в ВС РФ есть в сущности нонсенс. Но происходят подобные ситуации потому, что наши суды живут по принципу «Вижу отказ от иска/мировое – принимаю без разбора». Ну как-то так.

Автор: Никита Ерофеев

Предварительные обеспечительные меры: конфликт юрисдикций.

Ранее мы рассматривали различные вопросы подсудности заявлений о предварительных обеспечительных мерах согласно законодательству и судебной практике в РФ, однако, отдельного внимания заслуживает вопрос, о столкновении пророгационного соглашения во внешнеэкономическом контракте и юрисдикции государственного суда на вынесение приказа о предварительных мерах.

Этот вопрос анализировался в Суде Южного округа Нью-Йорка в деле Sanco S.S. Со. v. Newfoundland Refining Со. В этом деле сторона, против которой был вынесен арест, компания-морской грузоперевозчик, возбудила дело из нарушения условий чартер-партии. В связи с этим, другая сторона попросила наложить арест на банковские счета компании-перевозчика, которые находились в Нью-Йорке. Однако последняя представила возражения, так как имеет место пророгационное соглашение, предусматривающее юрисдикцию английских судов. Суд постановил, что приказ об аресте не может быть вынесен, так как имеется forum clause, устанавливающее исключительную юрисдикцию иностранного суда. Тем не менее, как показывает практика, американские суды не всегда разделяют такой подход. В деле Polar Shipping Ltd. v. Oriental Shipping Corporation суд постановил, что выбор компетентного суда в пользу английской судебной системы не запрещает одной из сторон требовать вынесения приказа об аресте в США.

Суд обосновал свое решение тем, что пророгационное соглашение не устанавливает явно исключительную юрисдикцию, а также не запрещает сторонам добиваться защитных мер от суда иного, чем суд по существу спора. Такой подход представляется более оправданным (Павлова Н.В. Предварительные обеспечительные меры в международном гражданском процессе : Дис. ... канд. юрид. наук), так как по своей природе forum clause является выражением воли частных субъектов и не может затрагивать публичной функции государственного суда по осуществлению отдельного процессуального действия. Задача пророгационного соглашения состоит лишь в определении того обстоятельства, какая система будет обладать правомочием для разрешения материально-правового требования по существу.

Таким образом, если для достижения задач предварительных обеспечительных мер (срочность, необходимость предотвращения непоправимого ущерба) целесообразно обращение с соответствующим заявлением в суд государства иного, чем то, которое определено соглашением сторон, такой суд должен признавать свою юрисдикцию в отношении такого вопроса, а дальнейшее признание таких мер в другом государстве должно осуществляться в соответствии с международными соглашениями (например, брюссельско-луганские конвенции).

Автор: Никита Ерофеев

Обеспечение иска в дореволюционном Уставе гражданского судопроизводства ч.1.

Решили мы тут покопаться в дореволюционной литературе, а именно в Учебнике русского гражданского судопроизводства под авторством Т.М. Яблочкова (1912 год).

Глава пятая учебника посвящена производству до слушания дела, которая начинается словами: «Деятельность суда не ограничивается тем, что он разрешает вопрос о праве; в его полномочия входит и оказание помощи потерпевшему, в целях облегчить ему доступ к правосудию и защите его даже в ту стадию производства, когда процессуальные отношения между сторонами еще не завязались.

Сразу хочется отметить, что Устав гражданского судопроизводства не знал такого института как предварительное обеспечение иска, но Яблочков отмечает, что это крупный пробел в действующих процессуальных законах. В сноске он дополняет, что проект УГС содержал ст.919, которая предусматривала возможность обеспечения исполнения обязательства до предъявления иска и даже до наступления срока, когда должник с очевидной целью избежать исполнения обязательства, скрывается из своего места жительства или отчуждает имущество.

Ст.ст. 590, 592 гласят, что обратиться за обеспечительными мерами можно было или в самом начале дела или во время дальнейшего слушания, при этом отказ в обеспечении в самом начале дела не лишал истца вновь просить их принятия при дальнейшем рассмотрении дела, если обстоятельства изменились.

При этом обеспечение устанавливалось не до момента фактического исполнения решения суда, а до вынесения решения по существу, т.е. даже не до вступления в законную силу. Истец вправе просить об обеспечении в течение всего производства по делу в первой и второй инстанциях.

Условия для принятия обеспечительных мер:

1. Иск должен быть достоверным. Достоверность проверяет суд и она должна вытекать из исковых аргументов и представленных доказательств, а не тех доказательств, которые будут предъявлены в будущем.
2. Опасность для истца не получить удовлетворение. Суд определяет это на свое усмотрение.
3. Обеспечение допускается только по искам, определенным известной суммой. В противном случае суд лишен возможности указать ту сумму, до которой должно простираться обеспечение.

Когда принятие обеспечительных мер не терпит отлагательств, то согласно ст.ст.598-600 УГС обратиться за мерами можно было к председателю суда, который causa cognita дает суд.

Виды обеспечения:

УГС предусматривал обеспечения в виде наложения запрещения на недвижимое имение, арест недвижимости и поручительство, но в материальных законах имелись и некоторые другие виды.

Яблочков отмечает, что такого обеспечения как запрет совершать определенные действия в УГС нет, но данный пробел восполнял проект УГС.

Права ответчика при обеспечении иска:

1. Ответчик извещается о просьбе истца наложить обеспечительные меры и вправе заявить возражения. Ему направляется копия прошения даже в тех случаях, когда вопрос разрешается единолично судом, он уведомляется о дне заседания для дачи объяснений.
2. Ответчик вправе просить об отмене мер в случае изменения обстоятельств дела.
3. Ответчик вправе обжаловать определение о наложении обеспечительных мер отдельно от судебного акта.
4. Статья 601 УГС дает ответчику в случае победы в споре требовать с истца убытки, понесенные вследствие обсечения иска.

Обеспечение иска в дореволюционном Уставе гражданского судопроизводства ч.2.

Продолжаем исследование дореволюционного процесса, сегодня изучаем книгу Е.А. Нефедова «Учебник русского гражданского судопроизводства» (1908 год).

Я разберу моменты, не раскрытые Т.М. Яблочковым.

Так, например, Нефедов отмечает, что обеспечение иска допускается только до вынесения решения по существу, но это правило относится в полной мере лишь к решениям судов второй инстанции, поскольку все эти решения являются окончательными и и с ними связывается исполнение судебного решения.

По общему правилу с решением суда первой инстанции исполнение не связывается исполнительная сила, т.к. Они могут быть приведены в исполнение при том условии, что допущено предварительное исполнение решения (прим.: некий аналог немедленного исполнения).

В том случае, если суд допускает немедленное исполнение, то нет оснований не допускать его обеспечения после постановления решения. Нефедов утверждает, что судебная практика признает, что обеспечение иска возможно как до, так и после постановления решения.

Автор отмечает, что если иск основан на долговом документе, то в достоверности такого иска нельзя сомневаться, а потому в этом случае суд не имеет права отказывать в требовании истца об обеспечении иска (ст.595 УГС) (соблюдается принцип достоверности иска).

Суд может допустить обеспечение не всего иска, а некоторой его части, представляющейся суду более достоверной.

Наложенные обеспечительные меры приводятся в исполнение на основании резолютивный части судебного акта, для чего выдается исполнительный лист.

На определение о наложении обеспечительных мер может быть подана частная жалоба, но поданная жалоба не присоатанавливает наложенные обеспечительные меры. В том случае, если суд постановил отменить обеспечительные меры, то в случае подачи жалобы на это определение со стороны истца, иск считается обеспеченным до разрешения жалобы вышестоящим судом.

Нефедов отмечает, что УГС знает также иной вид обеспечения - обеспечение убытков производства. Это обеспечение иска, который будет подан в дальнейшем ответчиком в силу того, что производство по делу, возбужденному истцом, причиняет ему убытки.

К этому обеспечению относятся следующие случаи:

1. Суд допускает предварительное исполнение решения, но может потребовать от истца обеспечения на случай отмены решения вышестоящим судом;
2. Иностранец, предъявляя иск, должен обеспечить для ответчика возмещение будущих убытков, если иск неправомерен;
3. Судебная инстанция, решение которой приводится во исполнение, по просьбе ответчика может обеспечить иск на случай отмены решения Сенатом.

Несколько слов о соотношении институтов приостановления исполнения судебного акта и предварительных обеспечительных мер.

Как известно, помимо собственно обеспечительных мер в отечественном законодательстве предусмотрена возможность приостановления исполнения состоявшегося судебного акта (ст. ст. 265.1, 283 АПК РФ). Данный институт дает возможность ответчику, несогласному с принятым по делу судебным актом, вступившим в законную силу либо подлежащим немедленному исполнению, до рассмотрения соответствующей жалобы вышестоящим судом просить о приостановлении его исполнения при обосновании им затруднительности/невозможности поворота его исполнения.

Однако, долгое время в судебной практике нерешенным оставался вопрос о том, что осуществить такое полномочие вышестоящий суд может лишь располагая возбужденным проверочным производством, которое детерминируется наличием у суда материалов дела с жалобой. Но как быть, если истец уже имеет на руках исполнительный лист, а материалы дела еще даже не в суде первой инстанции?

В настоящий момент п. 24 Постановления Пленума ВС РФ от 30.06.2020 № 13 дает возможность подачи такого заявления до поступления материалов дела с жалобой в суд кассационной инстанции (кстати, пленум по апелляции такой возможности все же не предусматривает).

Однако, еще до указанного разъяснения, ВАС РФ вынес интересное определение, в котором он по аналогии с предварительными обеспечительными мерами приостановил действие еще не отписанного (!!!) постановления суда кассационной инстанции.

В данном деле прекрасно все: начиная с того, что законность судебных актов проверялась целых 5 раз, заканчивая тем, что постановления Президиума ВАС не исполнялись 7 лет, в связи с чем, высший суд в данном определении указал следующее:

«Принимая во внимание неизвестность этой даты и отсутствие после ее наступления каких-либо препятствий для перечисления службой судебных приставов денежных средств закрытой компании с ограниченной ответственностью «ЭКСПРОДЕНТА ЛТД», признанной судом кассационной инстанции новым взыскателем, коллегия судей, руководствуясь ст.ст. 90 – 93 и 298 АПК РФ рзолютивная часть которого объявлена 02.10.2013, в порядке предварительных обеспечительных мер до окончания надзорного производства о пересмотре этого судебного акта. При этом коллегия судей учитывает беспрецедентную длительность (7 лет) неисполнения постановления Президиума ВАС РФ от 19.09.2006 № 5243/06».

Таким образом ВАС РФ указал, помимо прочего, на схожесть рассматриваемых институтов, а также дал возможность при необоснованном затягивании дела обращаться с ходатайством о приостановлении исполнения судебного акта еще до составления его полного текста, что чрезвычайно интересно и в практическом плане.

Автор: Никита Ерофеев

Немного о соотношении предварительных мер по обеспечению иска и предварительного обеспечения доказательств.

Многие правовые институты, как известно, целесообразно анализировать с позиций сравнительно-правового метода в рамках одной правовой системы, то есть в соотношении с иными институтами. Делается это для выявления сходств и различий между объектами исследования, а следовательно, для более точного уяснения сущности каждого, либо одного из. Процессуальные институты исключением здесь не являются.

В данном посте хотелось бы на примере одного дела рассмотреть то, как соотносится предварительное обеспечение доказательств судом.

Судебное обеспечение доказательств регламентировано ст.72 АПК РФ, а ВАС РФ в свое время дал интересное разъяснение, согласно которому по аналогии с предварительным обеспечением иска данный институт также может быть использован до предъявления требования в суд: «Арбитражный суд по заявлению организации или гражданина вправе принять меры по обеспечению доказательств до предъявления иска в порядке, предусмотренном для применения предварительных обеспечительных мер» (
Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 07.07.2004 №78 «Обзор практики применения арбитражными судами предварительных обеспечительных мер», п. 17).

Итак, рассмотрим одно конкретное дело. В АС Тюменской области обратился акционер ОАО «ТНК-ВР Холдинг», как лицо, обратившееся в защиту прав и законных интересов группы лиц с заявлением о принятии предварительных мер по обеспечению доказательств. Судом первой инстанции заявление удовлетворено. Расписывать резолюцию мы здесь не будем, она занимает большую часть судебного акта, ознакомиться можно самостоятельно по ссылке. Апелляционной инстанцией указанное определение отменено, в удовлетворении заявления отказано. В целом, оба судебных акта весьма интересны с точки зрения фактуры, рекомендуем ознакомиться, если есть достаточно свободного времени, ибо они весьма объемны.

Ну а мы тем временем зададимся вопросом: ведь если кто-то с подобными заявлениями обращается, значит в таком институте есть необходимость, не так ли?

Отсюда мы можем выявить и некоторую цель – сохранение определенного положения в экстренном порядке, когда у истца не имеется возможности предъявить иск сразу. В этом рассматриваемые институты и схожи между собой.

Но есть и различия.

Дело в том, что как гласит доктрина, предварительные меры по обеспечению иска направлены на «заморозку» некоторого имущественного положения сторон в определенном состоянии, предварительное же обеспечение доказательств, напротив, создает некоторую возможность для истца, намеренного обратиться с иском к недобросовестному контрагенту, сохранить некоторое положение в сугубо процессуальных целях – он ведь не требование свое материально-правовое хочет удовлетворить из этих доказательств, а обеспечить определенных ход процесса в его доказательственной части.

Особенная сложность возникает в предмете такого обеспечения, ведь если мы говорим о мерах по обеспечению иска, то гораздо проще иметь представление о том, на какое имущество нам налагать арест/от каких потенциально возможных действий обязать воздержаться/и пр., а вот с доказательствами все не так просто – это ведь те документы (в широком смысле), которыми обладает только ответчик, и о которых истцу доподлинно может быть ничего не известно. Это в рассмотренном выше примере у нас шла речь о корпоративном конфликте, стороны которого знали о доказательственном массиве друг друга, а в иных интерсубъектных коммерческих отношениях такого может вовсе не быть.

В целом, все это наталкивает на мысль о том, что для того, чтобы институт предварительного обеспечения доказательств был хоть сколько-нибудь рабочим (у нас и предварительные меры по обеспечению иска мертвее мертвого, раз уж на то пошло), то нужна и более детальная его регламентация в законе, потому что, если посмотреть релевантные пункты вышеуказанного обзора практики ВАС РФ, то там разъяснения довольно небогатые, дублирующие в целом положения закона о предварительных мерах по обеспечению иска, но применительно к обеспечению доказательств.

Предварительные обеспечительные меры, претензионный порядок и предъявление иска.

Обязательный претензионный порядок АПК исключает эффект неожиданности предварительных обеспечительных мер, в связи с чем законодатель предусмотрел возможность принятия предварительных обеспечительных мер еще до направления претензии, но с рядом ограничений.

Часть 5 ст.99 АПК РФ указывает, что в случае, если по требованию, в связи с которым подано заявление об обеспечении имущественных интересов, в силу закона обязательно соблюдение претензионного порядка урегулирования спора, в определении устанавливаются срок для направления претензии другой стороне, не превышающий 15 дней со дня вынесения определения, и срок для подачи искового заявления по такому требованию, не превышающий 5 дней со дня истечения установленного законом или договором срока для принятия сторонами мер по досудебному урегулированию.

Если указанный порядок не является обязательным, в определении устанавливается срок, не превышающий 15 дней со дня вынесения определения, для подачи искового заявления по требованию, в связи с которым судом приняты меры по обеспечению имущественных интересов заявителя.

Таким образом, после вынесения определения о принятии предварительных обеспечительных мер у заявителя имеется 15 дней для направления претензии, далее после истечения срока на претензионный порядок (законного или договорного) в течение 5 дней должен быть предъявлен иск.

Важно учитывать, если процессуальные действия не будут совершены в срок, установленный в определении, то в соответствии сч.8 ст.99 АПК РФ суд отменяет предварительные обеспечительные меры.

Теперь давайте рассмотрим интересные моменты, которые связаны с претенциозным порядком и предварительными обеспечительными мерами.

В одном из споров, рассмотренных АС Уральского округа стороны пытались отменить наложенные обеспечительные меры, ссылаясь в том числе на то, что заявитель не выполнил требование суда предъявить иск в течение 15 дней, а предъявил иск только спустя 3 месяца.

Суд указал, что непредъявление искового заявления в установленный срок не является самостоятельным основанием для отмены обеспечительных мер, при том, что на момент рассмотрения жалобы иск уже принят к производству.

В данном случае предполагается, что это будет являться самостоятельным основанием в соответствии с ч.8 ст.99 АПК РФ до принятия иска к производству, а после принятия уже нет.

В рамках другого дела АС Московского округа рассматривал вопрос предъявления иска в другой суд. Обеспечительные меры были приняты 23.01, суд установил срок для предъявления иска. Установив, что иск так и не поступил, 14.03 суд обеспечительные меры отменил.

Заявитель жалобы ссылался, что он предъявил иск в установленный срок, но в другой суд. Суд округа установил факт нарушения порядка уведомления о предъявлении иска в мной суд, и отказал в удовлетворении жалобы.

Более того, суд вправе принять предварительные обеспечительные меры не только для предъявления иска в суд, но и для обжалования решения налогового органа в вышестоящий налоговый орган. Суд будет следить за исполнением определения о принятии обеспечительных мер.

В деле, точку в котором поставил 8ААС, суд принял предварительные обеспечительные меры и установил срок для обжалования решения ИФНС в вышестоящий налоговый орган. Спустя месяц после истечения указанного срока суд отменил обеспечительные меры, указав, что заявитель не представил доказательств исполнения определения суда.

В апелляционной жалобе он указывал, что жалобу на решение подал, что подтверждается отметкой налогового органа на жалобе, чем исполнил определение суда. 8ААС указал, что заявитель не представил данную жалобу в суд, в связи с чем отмена обеспечительных мер законна.

Таким образом, можно сделать несколько выводов: (1) принятие предварительных обеспечительных мер до направления претензии возможно; (2) суд будет контролировать исполнение определения о принятии предварительных обеспечительных мер; (3) по собственной инициативе суд отменяет меры не сразу, а спустя месяц-два.

Предварительные обеспечительные меры: критерий состояния крайней необходимости.

Рассматривая институт предварительных обеспечительных мер в том его виде, в каком он существует в отечественном праве, целесообразно также обратить внимание на зарубежный опыт.

Одним из сложных является вопрос критерия применения таких мер.

Так, ч.2 ст.90 АПК РФ содержит достаточно растяжимую формулировку: «Обеспечительные меры допускаются на любой стадии арбитражного процесса, если непринятие этих мер может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта, в том числе если исполнение судебного акта предполагается за пределами Российской Федерации, а также в целях предотвращения причинения значительного ущерба заявителю.»

Из приведенной формулировки следует некая презумпция того, что суд, удовлетворяя такое заявление признает (с учетом того, что оно рассматривается inaudita alteram parte («не выслушав аргументов другой стороны»)) доводы истца в обоснование его убедительными в том числе и в отношении исковых требований в целом. То есть, истцу требуется, среди прочего, доказать обоснованность и самого материально-правового притязания. Или нет?

Законодательство большинства государств использует критерий наличия «состояния крайней необходимости в применении таких мер».

К примеру, в случае, если приказ не будет вынесен, должник переместит свое имущество из юрисдикции суда. В тех случаях, когда факт нарушения прав заявителя носит явный характер, например причинение ущерба от столкновения судов, изготовление и реализация контрафактной продукции, сомнений не возникает. Единственное требование, предъявляемое к заявителю в таких случаях по законодательству ряда стран, заключается в следующем: он должен доказать, что его шансы выиграть спор по существу достаточно высоки. Обычно такая формула в законодательстве или судебной практике звучит следующим образом: «заявитель должен иметь веские основания, что решение будет вынесено в его пользу».

Как указывает Павлова Н.В.: "Рассматривая вопрос о применении предварительных обеспечительных мер, суд прежде всего решает вопрос о наличии оснований к применению меры. В качестве критерия используется формула наличия «состояния крайней необходимости в применении таких мер», а основе которой могут лежать следующие фактические основания:
(1)необходимость сохранения существующего положения; (2) необходимость предотвращения серьезного ущерба; (3)необходимость исполнения будущего решения за границей.

Исходя из того, что предварительное обеспечение является дискреционной мерой, данные основания суд оценивает с учетом обстоятельств существа спора и при наличии достаточно убедительных доказательств того, что возможные убытки истца перевешивают возможные убытки ответчика". (Павлова Н.В. Предварительные обеспечительные меры в международном гражданском процессе : Дис. ... канд. юрид. наук).

Между тем, законодательство и судебная практика отдельных стран в последнее время отказались от такого критерия. Так, в Англии Палата Лордов в 1975 году решением по делу American Cyanamid Со. v. Ethicon положила конец практике требования от заявителя доказательств, что существует значительная вероятность вынесения окончательного решения в его пользу либо наличия достаточно серьезных доказательств для возбуждения дела. Палата Лордов решила, что суд должен только убедиться в том, что требование не является необоснованным или недобросовестным. Известный английский правовед Л. Коллинз отмечает, что современная английская практика, так же как и доктрина, исходят из того, что суд при вынесении приказа о предварительном обеспечении не рассматривает вопросы, относящиеся к предмету иска, а концентрирует своё внимание на следующих вопросах: сможет ли заявитель в адекватной форме компенсировать убытки ответчика в случае, если приказ полностью или частично окажется необоснованным, и если он не сможет, насколько велика выгода если мера будет применена.

Несмотря на то, что из формулировки нашего закона не совсем ясно, к какому подходу склонно российское право, судебная практика вносит некоторую ясность. Из недавнего: "Однако обеспечительные меры являются ускоренным предварительным средством защиты, поэтому для их применения не требуется представления доказательств в объеме, необходимом для обоснования требований и возражений стороны по существу спора. Для применения обеспечительных мер истцу достаточно подтвердить наличие разумных подозрений возникновения обстоятельств, указанных в части 2 статьи 90 АПК" (Определение ВС от 16.01.2020 № 305-ЭС19-16954)

Автор: Никита Ерофеев

Предварительные обеспечительные меры: тесты, применяемые американскими судами.

Чем мне нравятся англо-американские правовые системы, так это тем, что по различным вопросам в их судебной практике разработано множество тестов, которые позволяют судьям при рассмотрении конкретных споров ориентироваться на довольно осязаемые критерии того, подлежит ли какое-либо требование удовлетворению или нет, а в нашей все полагаются исключительно на судебное усмотрение.

Так, в одной статье я наткнулся на крайне интересную систему тестов, применяемых американскими судами при разрешении заявлений о применении предварительных обеспечительных мер.

Как указывает автор статьи: «В Соединенных Штатах существует одиннадцать окружных апелляционных судов, а также суд округа Колумбия, в которые можно обращаться с апелляциями на судебные акты федеральных районных судов. Окружные суды охватывают всю страну; соответственно, в них разработаны различные стандарты, регулирующие предоставление или отказ в предоставлении предварительного судебного запрета. Комментаторы выделили три теста, которые в настоящее время используются: 1) Последовательный тест; 2) Сбалансированный подход к факторам; и 3) Формула двухальтернативных тестов.

Последовательный тест.

Последовательный тест берет свое начало из более традиционного взгляда на предварительный судебный запрет. Согласно данному подходу, наложение предварительного судебного запрета считается чрезвычайным и радикальным средством правовой защиты, которое должно быть предоставлено только в том случае, если истец не имеет адекватного средства правовой защиты в рамках закона.

Последовательный тест был впервые сформулирован в деле Virginia Petroleum Jobbers Association v Federal Power Commission. Там суд Округа Колумбийского определил четыре фактора которыми должны руководствоваться суды при установлении того, действовал ли суд первой инстанции надлежащим образом при вынесении или отказе в вынесении судебного запрета:

1) представил ли истец убедительные доказательства того, что его требование по существу обосновано;
2) продемонстрировал ли истец, что без такого средства правовой защиты ему будет нанесен непоправимый ущерб;
3) причинит ли вынесение судебного запрета существенный вред другим сторонам, заинтересованным в разбирательстве;
4) соответствует ли его требование о судебном запрете публичным интересам (не нарушает ли их).

В соответствии с последовательным подходом, истец должен последовательно обосновать каждый из четырех факторов. Неспособность стороны установить какой-либо из них приводит к отказу в вынесении предварительного судебного запрета. В настоящее время последовательный подход применяется Пятым, Седьмым и Одиннадцатым окружными апелляционными судами.

Сбалансированный подход к факторам.

Подход, основанный на балансе факторов, является тестом, используемым большинством судов. Он используется в округах Первого, Третьего, Четвертого, Шестого, Восьмого, Десятого апелляционного суда и суда Округа Колумбия. В рамках этого подхода используются те же четыре фактора, перечисленные в Virginia Petroleum, но с большей гибкостью. Вместо последовательного доказывания каждого фактора, при сбалансированном подходе истец должен указать на все 4 сразу, но учитывается определенный баланс между ними. Более сильная позиция в обоснование одного из факторов может компенсировать более слабую по другому.

В деле Dataphase Systems, Inc. v CL Systems, Inc. Апелляционный суд восьмого округа не воспользовался "деревянным" последовательным тестом и поддержал более гибкий подход к установлению баланса при оценке вероятности успеха той или иной стороны по существу:

при балансе факторов ни один из них не является определяющим. Вероятность того, что истец в конечном итоге победит в споре, не имеет смысла сама по себе. В каждом случае она должна рассматриваться в контексте возможного ущерба, который может быть причинен ответчику и публичным интересам. Если вероятность нанесения непоправимого ущерба истцу в случае отказа в наложении судебного запрета перевешивается вероятностью нанесения ущерба другим сторонам в судебном разбирательстве в случае удовлетворения такого заявления, то истцу приходится нести более тяжелое бремя доказывания того, что он, скорее всего, одержит победу по существу дела. И наоборот, если спорное право истца существенно, а потенциальный ущерб ответчику значительно меньше, чем тот, который может быть причинен ему, бремя доказывания потенциального успеха может быть снижено.
В то время как формулировка Восьмого Округа допускает более слабую демонстрацию успеха по существу, когда может быть дано более сильное обоснование любого другого фактора, Округ особенно настаивает на доказательстве определенной степени вероятности успеха по существу спора для удовлетворения заявления о предварительном судебном запрете.

Формула двуальтернативных тестов.

Представляя собой отход от двух более традиционных точек зрения, описанных выше, формула двух альтернативных тестов была разработана в деле Sonesta International Hotels Corp. v Wellington Associates.

Согласно данному тесту, предварительный судебный запрет должен налагаться только при четкой демонстрации либо (1) вероятного успеха по существу дела и возможного непоправимого ущерба, либо (2) достаточно серьезных вопросов, относящихся к существу дела, чтобы сделать их достаточным основанием для судебного разбирательства и значительных трудностей, с которыми могут столкнуться лица, обращающиеся за предварительным судебным запретом.

Самый либеральный из различных тестов, Sonesta требует только того, чтобы истец продемонстрировал большую вероятность успеха по существу ("вероятный успех") и некоторую вероятность непоправимого ущерба ("возможный непоправимый ущерб"), или меньшую вероятность успеха по существу ("серьезные вопросы") и возможные трудности, если судебный запрет не будет вынесен. И Второй, и Девятый округа используют формулу двухальтернативных тестов Sonesta. Совсем недавно Второй округ пересмотрел свою позицию, и согласно новой формулировке в любом случае необходимо доказать вероятность непоправимого ущерба. Таким образом, формула двухальтернативных тестов теперь более похожа на традиционный сбалансированный тест, описанный выше.»

Автор: Никита Ерофеев

Предварительные обеспечительные меры: как защититься ответчику?

В более ранних постах мы рассматривали и продолжим рассматривать далее предварительные обеспечительные меры с позиции того, какие преимущества от данного процессуального института получает истец, но не стоит забывать и об ответчике – ведь мы знаем, что любая хорошая вещь при неправильном употреблении может быть и во вред.

В самом деле, истцы могут злоупотреблять рассматриваемым инструментом в недобросовестных целях, и, несмотря на то, что есть императивное законодательное установление о том, что после принятия судом мер предварительного обеспечения иска истец обязан в определенный срок предъявить исковое требование, он может этого и не сделать, парализовав деятельность ответчика на весьма продолжительный по меркам непрерывного коммерческого оборота период времени.

Да, можно сказать о том, что существуют различные инструменты, дающие постфактум ответчику возможность взыскать причиненные обеспечительными мерами убытки, среди которых стоит особо выделить встречное обеспечение, но нам бы хотелось обратить внимание на опыт коллег из Германии, которые выработали очень интересный институт под названием Schutzschrift.

Как указывает Волченко О.Ю. в своей кандидатской диссертации: «В гражданском процессе Германии, помимо закрепленных в ГПУ ФРГ способов защиты прав лица, в отношении которого принимается предварительная защита прав, применяется еще одно специфическое, не известное российскому гражданскому процессу, средство защиты против ареста и предварительного распоряжения — возможность подачи указанным лицом так называемого «защитного документа» (Schutzschrift). Подача защитного документа позволяет предотвратить нарушение прав лица еще до предъявления к нему иска и до подачи заявителем ходатайства о принятии предварительной защиты прав.

В защитном документе лицо, предполагающее о подаче заявления о принятии в отношении него мер предварительной защиты прав, может ходатайствовать об отказе в принятии указанных мер или о рассмотрении судом заявления о предварительной защите прав непременно в судебном заседании с его участием. Однако такие ходатайства должны быть обоснованными. То есть лицо, предполагающее о подаче заявления о принятии в отношении него мер предварительной защиты прав, в защитном документе должно аргументировать свою позицию против принятия указанных мер или привести доводы, свидетельствующие о целесообразности рассмотрения заявления о предварительной защите прав с заслушиванием обеих сторон в ходе судебного заседания.

Подкрепление изложенной в защитном документе позиции доказательствами увеличивает шансы на удовлетворение судом содержащейся в нем просьбы.

Своевременное направление в суд защитного документа способно предотвратить убытки, возникающие в связи с необоснованным принятием мер предварительной защиты прав. Для подачи защитного документа достаточно предположения лица, в отношении которого принята предварительная защита прав, о том, что в дальнейшем к нему будет предъявлен иск, в обеспечение которого могут быть приняты меры предварительной защиты прав; в случае, если иск уже предъявлен — предположения о том, что будет заявлено ходатайство о предварительной защите прав. К. Бергер отмечает, что защитный документ необходимо направлять не позднее чем через 14 дней со дня предположительной подачи ходатайства о принятии мер предварительной защиты прав. Если защитный документ будет направлен по истечении данного срока, скорее всего, он поступит в судебную канцелярию слишком поздно.

Как жалко, что наш АПК таких широких возможностей не предусматривает.

Автор: Никита Ерофеев

Борьба с пиратами: как защитить свой контент? 🤔

Мало кто задумывается о том, какой ущерб пиратский контент наносит правообладателям и аудиовизуальным сервисам (АВС), как Okko, Netflix, Кинопоиск, Ivi и др. Если в стране нет эффективной борьбы с пиратством, то ощутимые потери несет вся цепочка производства и дистрибуции контента — от авторов до телекомпаний, стриминговых сервисов и сетей кинотеатров. За 2020 объем пиратского контента в России за год вырос вдвое, сообщает газета Известия. Борьба с пиратством ведется весьма активная. Несмотря на это, проблема юридической защиты прав на контент все еще достаточно остра.

На новом интенсиве Moscow Digital School: Media Lawyer «Правовые аспекты работы СМИ и новых медиа» эксперты расскажут, где пролегает граница между свободным использованием ИС и пиратством и как защитить права в Интернете.

Совместно со специалистами из Роскомнадзора, ПАО «Ростелеком», Amediateka, Института развития интернета и др. вы разберете:
1. Особенности правового регулирования использования интеллектуальной собственности в СМИ и новых медиа;
2. Специфику оборота интеллектуальной собственности в СМИ и новых медиа;
3. Границы свободного использования произведений и объектов смежных прав в медиа;
4. Особенности оборота объектов интеллектуальной собственности и монетизации в новых медиа;
5. Медиа как объект интеллектуальной собственности – специфика защиты прав в сети Интернет и многое другое.

👉 Забронировать участие с 10% скидкой: https://clck.ru/TtHR7

🎁 Ваш персональный промокод: CIVILPROCESS

Продолжительность курса – 28 акад. часов.
Дата старта потока – 12 апреля 2021.

Почти незамеченным прошло мимо нас определения СКЭС № 305-ЭС20-14939 от 01.12.2020, в котором рассматривался вопрос о необходимости мотивировать возражения против перехода из предварительного судебного заседания в основное и рассмотрения дела по существу.

Несмотря на то, что в законе и так все написано четко, суды толковали ч.4 ст.137 АПК РФ неверно и требовали мотивировать возражения.

В определении № 305-ЭС20-14939 СКЭС заполнила имеющийся пробел и дала старт изменению практики в применении ч.4 ст.137 АПК РФ.

После вынесения определения прошло уже почти 4 месяца, а потому можно уже отслеживать изменение практики по этому вопросу, что я и сделал.

В статье я рассмотрел как применяли ч.4 ст.137 АПК РФ до указанного определения СКЭС и после его вынесения.

Читайте материал по ссылке.

P.S. Практика изменилась.

Предварительные обеспечительные меры: некоторые процедурные моменты.

В настоящем посте нам хотелось бы рассмотреть институт предварительного обеспечения иска в контексте видов производства.

Дело в том, что помимо т.н. основных производств (исковое, особое, производство по заявлениям об экзекватурах и пр.) в доктрине процессуального права существуют еще и частные производства (der einstweilige Rechtsschutz – в немецком праве).

В.Л. Исаченко: "Под частным производством должно подразумеваться всякое производство, клонящееся не к разрешению спора, составляющего основу иска, а к разрешению таких требований, которые вытекают из существа иска к тому, чтобы возможно более выяснить и подкрепить главные требования, или к тому, чтобы до решения дела оградить спорное право, обеспечить возможность получить удовлетворение или, по крайней мере, возможность обращения главного требования к лицу, не привлеченному первоначально к процессу, - словом, частные производства являются как бы ветвями дерева, которым является иск, и притом такими, что наличность или отсутствие их не препятствует дереву быть деревом, а без последнего они не мыслимы".

В действующих процессуальных кодексах такая категория, как частное производство не фигурирует напрямую, однако со всей очевидностью присутствует – таковым является и производство по заявлениям об обеспечении иска (в т.ч., будущего иска).

"Действительно, принятие обеспечительных мер не всегда происходит в приложении к исковому производству. Обеспечительные меры - это универсальные процессуальные инструменты, реализация которых возможна и в связи с особым производством, и в связи с производством по спорам, вытекающим из публично-правовых отношений. Таким образом, производство по обеспечению иска выступает всего лишь одним из частных проявлений производства по вопросам реализации охранительных мер в целом, которое, в свою очередь, представляет собой один из видов частного производства<…>
Составляя как бы параллель основному, частное производство делится на корреспондирующие ему стадии: возбуждение дела (подача заявления) - возбуждение частного производства (подача ходатайства), подготовка дела к судебному разбирательству - этой стадии должна корреспондировать подготовка к судебному заседанию по частному вопросу, судебное разбирательство - судебное заседание, в котором частный вопрос разрешается по существу, апелляция - апелляция, кассация - кассация, производство в порядке надзора - производство в порядке надзора, производство по вновь открывшимся обстоятельствам - производство по вновь открывшимся обстоятельствам" (Обеспечение иска в арбитражном и гражданском процессе" (Юсупов Т.Б.) ("Городец", 2006)).

В дореволюционном законодательстве частное производство противопоставлялось исковому, которое законодатель рассматривал в качестве общего для всех дел, в том числе и тех, что подлежали разрешению в особом либо охранительном порядке, - кн. 4 и 5 Устава гражданского судопроизводства. Само же исковое производство могло протекать в общем, сокращенном или упрощенном виде (гл. 7, 8 кн. 2 Устава гражданского судопроизводства). При этом каждый вид искового производства мог сопровождаться осуществлением частных производств.

Положения о частном производстве на законодательном уровне были закреплены в Уставе, гл. 10 которого именовалась "О частных производствах". Отделение первое указанной главы - "Частные прошения вообще" - закрепляло общие правила частного производства, а последующие отделения - его конкретные виды. В их числе были закреплены и интересующие нас нормы: отделение третье так и называлось - "Обеспечение исков". Уставом частное производство в целом определялось следующим образом: "Частные прошения, кои могут быть разрешены отдельно от рассмотрения дела, обсуждаются независимо от существа иска" (ст. 566).

Автор: Никита Ерофеев

Пару слов о предмете предварительных обеспечительных мер.

Говоря об институте предварительных обеспечительных мер (или, по мнению некоторых авторов, обеспечения будущего иска), нельзя не упомянуть также о предмете такого обеспечения.

Что же обеспечивается защитными мерами?

А обеспечиваются в самом широком смысле имущественные интересы заявителя (говоря о субъектном составе данного вида частного производства, стоит упомянуть о некотором терминологическом пробеле в отечественном праве – в самом деле, если говорить о том, что такое производство может быть изолированным от основного, то надо определиться и с его участниками, ведь, когда речь идет об обеспечении будущего иска, у нас нет еще истца и ответчика. Так, немецкое право оперирует такими категориями, как "Antragsteller" (заявитель) и "Antragsgegner" (противоположная сторона)).

Так вот, в доктрине процессуального права существуют различные мнения относительно того, какие виды исков могут быть обеспечены. Например, Юсупов Т.Б. говорит о том, что обеспечиваться могут только иски о присуждении, но никак не установительные иски (во всяком случае, как таковые).

Автор указывает: «Так как иски о признании не имеют в своем предмете материально-правового требования, то и обеспечение их практически невозможно. Но что же тогда подлежит обеспечению? Ведь в правоприменительной деятельности при их рассмотрении охранительные меры в ряде случаев принимаются. А обеспечивается здесь не что иное, как неоформленное в качестве искового требования притязание. Так, при рассмотрении иска о признании прав авторства на произведение обеспечиваться может фактически существующее, но юридически не оформленное требование о запрете распространения определенной продукции - предмет пока несуществующего иска о воспрещении. С точки зрения права данный иск является фиктивным, ибо он не был предъявлен в суд в установленном законом порядке, но фактически именно он в данном случае и подлежит обеспечению.

Поскольку принятие обеспечительных мер связывается с таким фиктивным иском, то для того чтобы данные меры перестали являться временными, а могли быть признаны постоянными и направленными на полноценное исполнение требований заявителя, ему необходимо будет в будущем обратиться в суд с соответствующим иском о присуждении. Таким образом, принимая меры обеспечения в производстве по иску о признании, суд фактически обеспечивает будущий иск о присуждении, в чем и состоит рассматриваемая фикция».

Логика автора в принципе ясна: если у нас есть требование об установлении какого-то факта, то на деле ни на какую часть имущественной сферы Antragsgegner’а мы еще не претендуем, а, соответственно, и накладывать защитные меры как in rem так и in personam нам попросту не на что.

Несмотря на то, что есть и противоположные мнения относительно обеспечиваемости установительных исков, приведенная позиция вызывает особый интерес, во-первых, потому что является компромиссной между той, что не допускает их обеспечения в принципе и той, что безоговорочно такое обеспечение допускает, во-вторых, потому что связывает установительное исковое прошение с могущим иметь место впоследствии иском о присуждении.

Таким образом, получается, что сам институт обеспечения будущего иска, в силу взгляда на его предмет в определенном ракурсе, может заиграть новыми интересными красками. В дальнейшем мы с вами рассмотрим эту тему с позиций обеспечиваемости суспензивно-срочных исков.

Автор: Никита Ерофеев

О злоупотреблениях с подсудностью через поручительстве.

В Арбитражном суде г. Москвы рассматривается дело по иску ООО «УФАНЕФТЕМАШ» к ответчикам: ООО «АКСИС», ООО «ССК "ЗВЕЗДА» о взыскании 1 251 418 076, 39 руб. Секретарем в этом судебном заседании был соавтор нашего канала Никита Ерофеев.

Определением от 09 октября 2020 года удовлетворено ходатайство соответчика о передаче дела по подсудности в АС Приморского края.

Апелляционным постановлением от 22 октября 2020 года указанное определение отменено с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении ходатайства.

Вчера экономколлегией ВС РФ была рассмотрена жалоба ССК «Звезда», и по итогам рассмотрения определение первой инстанции оставлено в силе.

Тут вы можете спросить: с чего это вдруг мы решили в нашем канале прокомментировать ничем не примечательное дело?
На что я вам отвечу: проект определения суда первой инстанции написан мной незадолго до ухода из суда, и я просто выпендриваюсь, что его оставили в силе. Почему бы и нет?

Ну а коль скоро я участвовал в рассмотрении дела в первой инстанции в качестве секретаря судебного заседания, то почему бы мне не дать небольшой неофициальный комментарий?

Помню, когда иск только поступил (а он подан через кад и в бумажном виде через канцелярию), я, просматривая его, начал ловить флешбеки от приснопамятного ВАС РФ и вспоминать все эти истории со злоупотреблениями по подсудности через поручительство. Собственно, у меня сразу сложилось впечатление, что 2 коробки документов уедут во Владивосток. Ну а еще я задался вопросом, о том, чт,о неужели кто-то до сих пор использует этот схематоз с поручительствами?

В заседании было 4 представителя: 2 от Звезды и по одному от других сторон. Занимательно, что представители Уфанефтемаша и Аксиса заняли места рядом друг с другом, судя по поведению вообще были чуть ли не приятелями, но, при этом, ударяя пяткой в грудь, каждый заявлял что «нет, никакие мы не афилы, и поручительство вполне себе реальное» (ага, конечно).

В общем, ходатайство рассмотрели, суд удалился в совещательную комнату, мы чуть поболтали за это время, чуть поругались (да, у меня была привычка вести задушевные беседы с представителями).
Суд выходит – передать по подсудности, Звезда рада, я рад.

Приходит жалоба, дело уезжает в 9ААС, и, о чудо: определение отменить, в удовлетворении ходатайства отказать.

Занимательно то, что жалоба поступила 16 октября (пятница), а по делопроизводству в судебное отделение жалоба попадает на следующий день (соответственно, понедельник, потому что выходные) и в пределах 3-дневного срока отправляется нами в вышестоящую инстанцию. После сдачи в экспедицию дела уезжают утром следующего дня.

В итоге, 22 числа появляется упомянутое постановление. Тем же числом датировано определение о принятии жалобы к производству.
Что занимательного в апелляционном производстве можно отметить? Ну, как минимум, то, что, согласно картотеке, определение о принятии жалобы к производству выгружено в 12:05:40 МСК, а итоговое постановление 09:05:41 МСК (!!!). Я, конечно, понимаю, что выгрузка документов в кад из суда не всегда стабильна и иной раз занимает около получаса, а иногда они не выгружаются по несколько дней (на моей памяти рекорд – 3 дня). Но, как бы то ни было, все это весьма и весьма интересно. Ни на что не намекаю, выводы каждый сам сделает.

Но, как говорится, на этом мои полномочия всё, и я надеялся (как оказалось, небезуспешно), что Звезда будет биться до конца.

В итоге получаем отмену в ВС РФ. Такие дела.

Ну а пока ждем итоговое определение, самому интересно почитать.

Снова о предмете обеспечения. Суспензивные требования.

Недавно мы рассказывали о доктринальных позициях относительно предмета обеспечения будущего требования в контексте видов исковых требований. В данном же посте давайте рассмотрим вопрос обеспечения суспензивных требований. Но сначала определимся с понятием.

Юсупов Т.Б.: «Так, если субъективное право лица, по его мнению, было кем-либо нарушено, то оно вправе с этого момента обратиться в суд для получения его публичной защиты в общем порядке, а ходатайство о принятии мер по обеспечению будущего иска связывается с уже возникшим, но нереализованным правом на иск. Здесь материально-правовое требование в принципе могло бы быть предметом уже предъявленного иска о присуждении и только лишь в силу каких-то обстоятельств (например, из-за подсудности спора арбитражному суду иного субъекта РФ, для обращения в который требуется некое время) им не является.

Все, однако, совсем не так, если субъективное право лица еще не подверглось нарушению, пусть и угроза такового является реальной. Принятие обеспечительных мер в данном случае не сопряжено с существованием права на иск, а материально-правовое требование, еще пока лишенное свойства искомости, может быть предметом только будущего иска. Такого рода притязания, не подлежащие на момент обращения в суд с заявлением об их обеспечении принудительному осуществлению, носят суспензивный (отлагательный) характер. Само требование, хотя может и существует, но государственная защита его возможна лишь после наступления определенного срока, суспензивно-срочное притязание, либо после наступления какого-либо условия, суспензивно-условное притязание <…>

В свое время разработчики проекта изменений Устава гражданского судопроизводства в области частного производства предусматривали возможность обеспечения будущего иска до возникновения права на иск (ст. 592). При этом, однако, были выработаны правила, справедливо и обоснованно ограничивающие сферу применения обеспечительных мер по суспензивным требованиям. Во-первых, обеспечению подлежали лишь те из них, которые носили суспензивно-срочный характер, т.е. когда право на иск не находится в зависимости от обстоятельства, наступление или ненаступление коего представляется неизвестным (ст. 592), как это имеет место по суспензивно-условным притязаниям. По замечанию А.Х. Гольмстена, "anspruch-ом нельзя назвать требование кредитора по суспензивно-условному акту, напр., по акту, в силу которого кредитор имеет право на известную сумму, если должник откроет на данной улице такое же торговое заведение, какое принадлежит кредитору", а "допустить обеспечение иска, такую стеснительную для ответчика меру, когда самое право на иск является гадательным, сомнительным, было бы безжалостно по отношению к ответчику и во многих случаях равносильно его разорению".

Действительно, не затрагивая даже спора о том, признавать или нет суспензивно-условные права юридически существующими, согласимся и с другим обстоятельством, приведенным А.Х. Гольмстеном в обоснование невозможности обеспечения связанных с их защитой притязаний: "Быть может пройдут десятки лет периода pendente conditione, а по истечении их может оказаться, что conditio deficit, - а за весь этот период, закончившийся ничем, имущество ответчика будет находиться под запрещением или арестом". Во-вторых, если требование заявителя и не является условным, но возникновение права на иск находится в зависимости от срока, до истечения коего осталось более шести месяцев, то принятие мер по обеспечению будущего иска не допускалось (ст. 592). Здесь разработчики исходили, видимо, из нецелесообразности допускать обеспечение иска по материально-правовому требованию, принудительное исполнение которого может стать возможным, например, через несколько лет, когда обеспечительными мерами будут, с высокой степенью вероятности, причинены убытки лицу, в отношении которого они приняты».