ВАШУ Ж МАМАШУ-

Я ЩАС СНИМУ С СЕБЯ НЕ ТОЛЬКО ТРУСЫ А ВСЮ ОДЕЖДУ НАХУЙ

с момента как я скачал хср я постоянно кручу баннеры. не просто по приколу, а потому что действительно ПОСТОЯННО ТАМ ЕСТЬ ТОТ КОГО Я ХОЧУ
чувствую, это не закончится.

ни ху я это что

ура тут есть советы по тому какие сеты артов лучше ставить, мне больше не придется ебаться с этим и искать гайды 💔

я смотрю на эти видосы по вуве и мне так хочется знаете... выпилиться нахуй потомц что это пиздец как дожить до выхода

https://vt.tiktok.com/ZSFUpVKq1/

полюбовался, разделся, теперь очень много думаю...

она конечно вероятнее всего будет у меня просто валяться, мне лень персов качать, но все же...

ультанули ебать---

любимая хтоня✨

я баллотируюсь в президенты всего мира, делаю веррембо каноном и отменяю альт еон

кстати про веррембо, чекайте реакты
это было первым, что я сделал, когда мне подарили прем (я содержанка)

все, что мне в этой жизни нужно, это человек, с которым я могу поговорить о том, как сильно я люблю альберта долбушина

Я СЕЙЧАС РАЗЪЕБУСЬ

https://vt.tiktok.com/ZSFf2Ldoj/

Запах цветов щекочет нос – когда они просто стоят где-нибудь на подоконнике он чувствуется не так сильно, но становится ярок, стоит только склониться над горшком.

У мышонка немного взъерошенная серая шерсть и розовый нос. Она крепко спала в цветочном бутоне, не обращая внимания на то, что происходит во внешнем мире.

Ниор не впервые за это время подходит к подоконнику – трогать опасается, даже осторожно, лишь смотрит пристально, проверяя, точно ли серый бок вздымается. Фамильяр, конечно, просто так умереть не может, он ведь буквально неотъемлемая часть души человека, иначе бы не был рядом с самого детства, но волнениям это не мешало.

— Она все еще спит?

Кристиан подходит бесшумно, заставляя вздрогнуть от неожиданности – Ниор знает, что это не было намеренно, но сделать с реакцией ничего не может. Однако его бережно обнимают за талию, и расслабиться выходит как-то незаметно.

— Спит, — тихо, хотя Мяту, кажется, сейчас не разбудило бы ничего. — Приступ слишком сильный был, она слишком много сил потратила, чтобы...

Закончить фразу не выходит, но конец и без того ясен обоим. Болезнь Ниора прогрессировала, и если бы не фамильяр, делящийся силами на борьбу, вполне вероятно что... все уже давно бы закончилось.

Кристиан совсем мягкими, ненавязчивыми прикосновениями просит повернуться и берет руки Ниора в свои. Целует запястья, делясь нежностью, осторожно касается проступающих сквозь тонкую кожу черных вен – источника всех проблем. Грязная темная магия не дает нормально жить, отравляя все тело медленно, но верно, и наблюдать за тем, как она постепенно подбирается к сердцу, больно и сложно. Хочется верить, надеяться, и Кристиан верит, знает, что все будет хорошо – только вот передать эту уверенность не всегда выходит должным образом, потому что учащающиеся приступы боли говорят об обратном.

Ниор глаза отводит, осторожно ловит ладонями лицо Кристиана и гладит скулы большими пальцами, но грусти во взгляде это не убирает. Мята волновалась за него и едва ли не жертвовала собой, а теперь он волновался за нее, но сделать ничего и не мог.

— Иди в постель. Лекарь Готэль говорил, что тебе стоит больше лежать. Хочешь чего-нибудь?

Кристиан заботливый, Кристиан прячет подрагивающие кончики пальцев, потому что на деле волнуется, но ему нужно быть сильным, быть рядом в трудный момент, а не расклеиваться. Ниор головой качает, руки осторожно высвобождает – лишь касается чужой щеки еще раз нежно и возвращается в постель. Он выглядит болезненно худым, поникшим, со сгорбленными плечами, и от этого вида сердце, кажется, даже не разрывается – трескается, подобно стеклу, раня все остальные органы.

Кристиан же вновь поворачивается к Мяте, но место наблюдателя уже оказывается занято. Черные глазки выдры, фамильяра Кристиана, поблескивают, словно прося о чем-то, и он понимает без слов – хотя о каких словах может идти речь, если второй собеседник это животное?

Яоши за Мяту волновалась постоянно, обеспокоенно кружила вокруг в своем магическом пузыре с водой когда та выматывалась, честно старалась не ронять горшки, и пока что даже выходило. Но сейчас она почти бережная, словно понимает, что резкие движения могут навредить, касается носом серого бока и прикрывает глаза, передавая мышонку немного своей магии и сил.

Едва ли пара минут проходит, и возня в бутоне становится заметна, а еще через десяток мгновений оттуда показывается маленькая мышиная головушка, оглядывающаяся все еще сонно, но не так изможденно. Яоши все же едва не роняет горшок, когда хлопает лапами, словно в ладоши, и тянется к Мяте, но Кристиан раньше подставляет руку и позволяет попискивающему существу перебраться на ладонь.

— Ниор... — зовет тихо, оборачиваясь и проверяя, не спит ли. Везет – не спит и смотрит вопросительно. — Мята проснулась... Нет-нет, лежи, я принесу, ты лежи!

И, пожалуй, улыбка, озарившая обрамленное сиреневыми прядями лицо, была именно тем, чего так не хватало. Кристиан мысленно говорит себе, что сделает все возможное, чтобы Ниор выздоровел, а Мята, словно прочитав мысли, пусть и была не его фамильяром поворачивает к нему голову.

Да. Они сделают это вместе.

мне нужна была маленькая терапия после того как мне рассказали какие ловушки для мышей отец ставит