знаете что

чуя из тех детей, которые гордо заявляют, что будут спать в СВОЕЙ комнате в СВОЕЙ кровати и вообще никак иначе

но поль и артюр каждую ночь просыпаются потому что он пытается очень незаметно забраться куда нибудь между ними. обязательно с плюшевым мишкой, который только мешается

а на утро он будет возмущаться что это они его украли. и ему будут только мирно кивать в ответ, потому что спорить бесполезно

отлично, я нашел причину открыть коммишки они на двоих стоят почти 20к где блять столько брать

#kinkweekbsd
день 2 (афродизиаки, химсекс)

Это всего лишь один раз.

Кажется, что туман плывет по помещению вальяжно, густой, похожий на кисель, сплетенный из сладковатого запаха то ли жженой травы, то ли древесины, смешанного с тягучей похотью. Он давит все мысли на корню, давит на тело массажем успокаивающим, обволакивает и словно на ухо шепчет... шепчет расслабиться, шепчет не сдерживаться.

Честно, это всего лишь один раз.

Но мир становится так ярок, пусть и подернутый пеленой белесой. Каждое касание к голой коже – взрыв где-то внутри, каждый звук – услада для ушей, каждый взгляд – моральный оргазм, а там и до физического недалеко.

Осаму не позволит себе провалиться в забытие, потому что эта ночь – явно не то, что стоит забывать. Пальцы выронили трубку давно, но он даже благодарен, что Достоевский вовремя ее подхватил и вернул на стол. Их игра – нечто смертельное и острое, подобное лезвию, которое они держат напротив сонных артерий друг друга. И кто знает, в какой момент ход истории с треском переломится и оба лезвия окажутся у одной глотки – но именно в этом вся сладость.

Касания холодных пальцев Достоевского бегут по позвоночнику, царапают отсутствующими ногтями, вспарывая кожу до крови, до эфемерного мяса, желая сквозь кости добраться до сердца и выдернуть его с корнем. Осаму легче, чужое сердце прямо здесь, под ним самим, стоит только отстраниться и пробить рукой грудную клетку – но оба знают, что он этого не сделает, и Достоевский нарочно насмешливо, просяще словно, прогибается в спине, откидывая голову на подушки.

Сейчас – не сделает точно. Сейчас – оба подвластны дыму марихуаны, оба думают лишь о теле, лишь о звуках, касаниях, удовольствии бесстыдном.

Черт бы побрал Осаму, решившего, что волшебной идеей будет использовать наркотик с яркими свойствами афродизиака и проверить, кто продержится дольше.

Не продержался никто.

Никто изначально не собирался это делать.

Каждое движение отдается жаром. На памяти Осаму, кажется, впервые Достоевский не сдерживает свой голос, хрипловато-сладкий, бьющий по ушам каждым стоном. Он может выдрать этот чертов кадык, дразнящий взгляд каждым движением, прямо сейчас, придушить, свернуть шею, запачкать руки алой кровью, но будет лишь оставлять болезненные следы от губ, зубов и пальцев, наслаждаясь тем, как тело под ним прогибается и подрагивает от каждого.

Один раз. Больше они такого себе не позволят. Не позволят ведь?

Осаму не стыдится своей жадности. Он сейчас не стыдится ничего, когда это желание можно бесстыдно скинуть на дьявольский дым, опьянивший рассудок. Достоевский долго будет помнить об этой ночи, хотя бы потому что черт с его тела следы сойдут в ближайшее время, если вовсе не запечатлятся шрамами.

Яркие пятна играют перед глазами. Каждый толчок сопровождается шумным скрипом постели, звонким ударом тела о тело, почти одновременными стонами, которые бесстыдно подхватывает эхо и кидает в пустые стены, пока не наиграется.

Нет. Достоевский долго будет помнить об этой ночи потому что они оба не сдерживались.

Тело бьет дрожь, Осаму не остается в долгу, впиваясь ноготками в выступающие ребра, царапая до крови, присвоить словно желая. Оргазм накрывает слишком резко, слишком ярко, слишком оглушающе, порождая бессмысленный звон в ушах, позволяя лишь замереть и потеряться в экстазе.

Секс лучше любых наркотиков. Секс под наркотиками-афродизиаками – лучше и того, и другого.

И трубку одну на двоих они делили не просто так, и взгляды глаза в глаза от матери судьбы не ускользнули, и губы от поцелуев кровоточат.

— Бог покарает тебя за такие выходки.

— И ты упадешь в ад вместе со мной.

Всего один раз. Но такой блядски яркий раз.

я залез в тысячу новых фандомов в течение последнего времени
создал кучу ос

и наверно мне должно быть стыдно, что большинство моей аудитории сидит здесь ради бсд, а я пуляюсь в них какой то незнакомой для них чухней
и что у меня в заметках куча недописанных фанфиков по самым разным фандомам

но мне не стыдно

я забил на это все и полез в еще один

подъем, токрев нейшн

к слову про токрев

каюсь, я кошмарно не могу воспринимать их всех как школьников. в принципе мои ожидания насчет сюжета не сказать что оправдались, однако это уже собсна мои проблемы, что я там наожидал

для себя я просто решил, что буду благополучно игнорировать тот факт, что они все 8-9 класс. но о боже, я не могу не задумываться о том, какие они, ну... в школе? вне этих пизделовок и войн?

в основном пока я думаю, что дракен и майки переспали на парте, когда майки оставили на отработку после того как он посрался с преподавателем и заставили убирать класс (дракена там не должно было быть, но майки просто притащил его с собой и как бы...). но это так, лирическое отступление, потому что совсем без порно было бы невесело

но а еще вообще мне слишком нравится думать про этих двоих в принципе. да, я еще охуеть как многого не знаю, но я словил на них гиперфикс, захэдканонил дракену дааавнюю, глубооокую, крееепкую любовь к майки, о которой он приличное время молчал, и просто радуюсь жизни

но наверно писать что то, не вникнув в канон полностью, будет не лучшей идеей... хотя очень хочется. помню я, как начинал писать текст по дарованному после просмотра аниме. а потом посмотрел еще и фильм и дочитал мангу до конца и понял что мой текст говно и события фильма в пизду перечеркивают его сюжет (акихико, я все еще не простил тебя за то надругательство над моим любимым ребенком)

#kinkweekbsd
день 5 (секс в публичных местах)

— Знаешь... а я без трусиков.

Дазай нарочно выглядит озорной проституткой – сияет, смеется, щурится, касается, и Гоголь определенно ведется на это, хохоча в ответ бесстыдно-грязным, откровенно пошлым и порнушным фразочкам, которыми, честно говоря, в жизни нормальные люди не пользуются.

Но можно ли назвать их нормальными? Они партнеры по сексу, любовники, которые делают вид, что не имеют ни малейшего понятия о работе друг друга, друзьях, коллегах, окружении.

Просто расслабиться. Главное просто расслабиться и как следует потрахаться.

И сейчас, на этих чертовых диванчиках в дальнем углу сверкающего кошмаром эпилептика клуба Дазай не стесняется мягко притереться ягодицами к чужому паху, а Гоголь не стесняется уложить на них руки.

Просто сладкий секс.

— Ты смеешься, а я серьезно.

Дазай мурчит на ухо, скользя кончиками пальцев по линии подбородка. В глазах Гоголя мелькает забава, смешанная с интересом, а одна из ладоней юрко совсем расстегивает пуговицы на чужих брюках, скользя под ткань.

И правда. Не врет. Забавная скотина. И чересчур открытая к экспериментам.

Гоголю определенно нравится.

— В повседневной жизни ты такой же придурок? — заинтересованно взглядом сверкает, голову склонив; и Дазай, честно говоря, не обижается, потому что в этом контексте они совершенно одинаковые.

— Мой бывший всегда говорил, что да.

— Он явно не ценитель, раз сейчас бывший.

На двух развязно целующихся мужчин всем откровенно поебать. Дазай бесстыдно ведет ладонями по груди Гоголя, опускается ниже, ласкает член сквозь ткань одежды; а Гоголь и на одежду не разменивается, так и оставшись рукой под брюками и касаясь ощутимее.

Опасность спалиться в каждый момент заводила. Они оба это знали и лишь распаляли, распаляли совершенно не скрывая этого друг от друга.

Именно такой жар был нужен обоим.

Дазай отрывается чудом, сверкает глазами, касается губами шеи дразняще, чтобы в следующий момент отвернуться внезапно, словно и не было ничего вовсе. Быть может Гоголь и был бы возмущен, если бы не ловил откровенных намеков от рук, движений тела, задорной улыбки...

Так плохо делать, но разве они хорошие?

Он накидывает Дазаю на колени кофту, до этого висящую на его плечах вместо привычного прикида, в котором просто так щеголять было явно не самой лучшей идеей, тянет его брюки ниже, вынуждая совсем немного приподняться – и у него это выходит сделать почти грациозно и незаметно, пусть и на них двоих вряд ли кто-то смотрит. Упаковка со смазкой – в кармане брюк, презервативы давно позабыты, оставляя место регулярным проверкам у врачей и более яркому удовольствию, а Дазай определенно растянут, Гоголь в этом не сомневался.

Иначе бы его не провоцировали так открыто.

Адреналин колотит сердце, пока руки юрко-умело копошатся там, внизу. Влажные от смазки пальцы касаются поясницы, заставляя Дазая вздрогнуть, и это словно побуждение к действию – побуждение притереться ягодицами к члену и позволить войти.

Дазай контролирует все сам, опускается медленно, посмеивается, чувствуя, как пальцы впиваются в его бедра. Музыка все еще бьет по ушам, вся картинка пред глазами смазывается и он совсем не думает, когда твердая плоть трется о чувствительные места. На них смотрят, так невольно кажется все больше с каждым мгновением, и вот-вот их выкинут из этого клуба к чертям, но проходит время и ничего не происходит.

Это ли не побуждение к действию?

Дазай нарочно ерзает, опустившись до основания, придерживает кофту, откидывается Гоголю на грудь, находя более удобное положение и озорно целуя его под челюстью. Это забавно – забавно им обоим, и удовольствие накрывает даже несмотря на то что Дазай еще не начал двигаться.

На их же диванчик, совсем рядом, падает еще одна парочка, совершенно точно пьяная и такая же развязная. Гоголь успевает нахмуриться даже тому, что их прервали, плечами ведет недовольно, но Дазай сжимается вокруг его члена, привлекая внимание обратно на себя, и становится наплевать.

Действительно, когда это чье-то присутствие мешало им закончить свое дело?

помните? весны больше нет, чуи больше нет

мне нужен фанфик, где дазая больше нет, чтобы устроить день очищения мира от чмонь было честно

а теперь поговорим про еще одну проблему, связанную с получением фидбека на тексты.

когда вы заходите в любую соцсеть и листаете ленту, то вот что выходит: контент художниц или косплеерок можно увидеть сразу. то есть, вы пролистываете ваши подписки или рекомендации и можете сразу увидеть какие-то фотографии или арты, лайкнуть их, возможно, что-то написать и пойти дальше.

райтерки тут находятся в невыгодном положении, потому что для взаимодействия с их творчеством приходится выполнять дополнительные действия, чаще всего — переходить на ресурсы. то есть, вы можете увидеть пост райтрерки в этой же соцсети, но для того, чтобы прочитать текст, нужно еще тыкнуть на ссылку, вероятно, включить впн, пережить волны рекламы на фикбуке, а времени на это в моменте чаще всего нет, в результате это все откладывается «на потом», которое может и не наступить.

да, есть и другие варианты — можно сразу выкладывать текст в посте, и это будет более эффективно. но только в случае коротких текстов (при этом твиттер, где был довольно популярен формат тредов-фиков, потихоньку умирает), большие тексты при помощи такого варианта фидбека не получат.

разумеется, есть вариант, когда человек целенаправленно заходит на ао3 или фикбук, но я говорю именно про вариантах, где от текстах узнается именно из постов самой райтерки, которая оповещает об этом.

ну и, конечно, тексты не такие пестры, как арты, к ним меньше местами.

поэтому я снова и снова буду напоминать, как важны репосты и реакции на посты — в любой соцсети. подписки на авторок. это важный, очень важный способ поддержки и помощи, которую довольно легко оказать.

а еще я слишком часто вижу посты про то, то, что кто-то прочитал фанфик, но на этом фидбек авторке заканчивается, так что держите вам чек-лист ✨

напоминаю, посты в вашей соцсети авторки не видят, важно говорить о том, что текст вам понравился, напрямую.

омг я нашел видео где рацио назвали грин флагом... у меня так много вопросов...

ТО ЕСТЬ ВСЕ МОЖЕТ ПОДОРВАТЬСЯ А ОН ОК И ВЫХОДИТ ИЗ ЧАТА БЛЯТЬ КОНЧ МОЙ ЛЮБИМЫЙ ТРУШНЫЙ ГРИН ФЛАГ

знаете сколько я думал об аванцио в студ ау после этих диалогов? нет? ну теперь знайте

глядя на тот кадр из последней катсцены сюжетки, я думаю, что рацио носит с собой книгу чисто ради того чтобы пафосно ею выебываться. например захлопывать вот так. или элегантно пиздануть ею кого нибудь