Не очень внятная коллаборация с NB напомнила об одном эпизоде в истории Miu Miu.
Это bubble sole обувь из коллекции 1999 года. Помимо туфель там же были и кроссовки в духе Prada America’s Cup, но туфли веселее.
Эти подошвы Miu Miu очень напоминают «пупырчатую» подошву, популярную на рынке кроссовок 1970-х. Это еще подчеркивается высоким заходом подошвы на пятку — очень характерной чертой беговой обуви семидесятых.
Мода на такие подошвы началась с успеха знаменитой «вафельной подошвы» Nike.
Началась настоящая пупырчатая гонка — свои варианты выкатили Puma, PONY, Etonic, и остальные игроки на растущем рынке беговой обуви.
В 1979 году Nike даже выпустили рекламу по этому поводу со слоганом «Зачем покупать копии?».
Подобные подошвы в конце 1970-х были и у New Balance 355 и CrossCountry. Именно их дизайнер NB Шарлотта Ли использовала как референсы для недавнего бестселлера New Balance 327.
Кажется, это всё могло бы стать более интересной основой для коллаборации с Miu Miu, чем взъерошенные 574-е.
Это bubble sole обувь из коллекции 1999 года. Помимо туфель там же были и кроссовки в духе Prada America’s Cup, но туфли веселее.
Эти подошвы Miu Miu очень напоминают «пупырчатую» подошву, популярную на рынке кроссовок 1970-х. Это еще подчеркивается высоким заходом подошвы на пятку — очень характерной чертой беговой обуви семидесятых.
Мода на такие подошвы началась с успеха знаменитой «вафельной подошвы» Nike.
Началась настоящая пупырчатая гонка — свои варианты выкатили Puma, PONY, Etonic, и остальные игроки на растущем рынке беговой обуви.
В 1979 году Nike даже выпустили рекламу по этому поводу со слоганом «Зачем покупать копии?».
Подобные подошвы в конце 1970-х были и у New Balance 355 и CrossCountry. Именно их дизайнер NB Шарлотта Ли использовала как референсы для недавнего бестселлера New Balance 327.
Кажется, это всё могло бы стать более интересной основой для коллаборации с Miu Miu, чем взъерошенные 574-е.
Adidas на обложке первого издания «Подростка Савенко» Эдуарда Лимонова, 1983 год
Обложка очень контрастная и однозначно определить модель было сложно, пока я не наткнулся на кадры из подготовительной съемки.
Автор фото — художник Владимир «Толстый» Котляров. Обладатель кроссовок — сам Лимонов.
Это Adidas Rom (они же Roma, они же Rome) — версия с такой подошвой и рельефным язычком нашлась в итальянском каталоге 1981 года. Знаменитая модель, с которой когда-то началась не менее славная Adidas City Series.
Сегодня Эдуарду Лимонову исполнилось бы 80.
Обложка очень контрастная и однозначно определить модель было сложно, пока я не наткнулся на кадры из подготовительной съемки.
Автор фото — художник Владимир «Толстый» Котляров. Обладатель кроссовок — сам Лимонов.
Это Adidas Rom (они же Roma, они же Rome) — версия с такой подошвой и рельефным язычком нашлась в итальянском каталоге 1981 года. Знаменитая модель, с которой когда-то началась не менее славная Adidas City Series.
Сегодня Эдуарду Лимонову исполнилось бы 80.
Из фотоархива Аллена Гинзберга
Поэт и глыба бит-поколения Гинзберг был еще и увлеченным фотографом-любителем. Снимал в основном своих друзей и коллег, и оставил после себя огромный архив снимков, в котором я находил всякое интересное для Trainer Spotting.
Например, Артур Рассел в Nike Waffle Trainer AC — довольно редкой беговой модели конца 1980-х.
Или японский поэт Нанао Сакаки — в, кажется, Nike Air Epic. Сакаки известен своими большими пешими путешествиями, которые были для него чем-то вроде медитативной практики. Во время этих походов он писал стихи. В США он прошел пешком из Калифорнии в Нью-Йорк и обратно, а затем таким же образом добрался до Аляски. В общем, топовая беговая модель на его ногах выглядит максимально уместно.
И любимые фото — Игги Поп в первых Nike Air Max в 1990 году. Эти кадры планировались для обложки альбома Игги Попа «Brick by Brick», но так и не пригодились.
Поэт и глыба бит-поколения Гинзберг был еще и увлеченным фотографом-любителем. Снимал в основном своих друзей и коллег, и оставил после себя огромный архив снимков, в котором я находил всякое интересное для Trainer Spotting.
Например, Артур Рассел в Nike Waffle Trainer AC — довольно редкой беговой модели конца 1980-х.
Или японский поэт Нанао Сакаки — в, кажется, Nike Air Epic. Сакаки известен своими большими пешими путешествиями, которые были для него чем-то вроде медитативной практики. Во время этих походов он писал стихи. В США он прошел пешком из Калифорнии в Нью-Йорк и обратно, а затем таким же образом добрался до Аляски. В общем, топовая беговая модель на его ногах выглядит максимально уместно.
И любимые фото — Игги Поп в первых Nike Air Max в 1990 году. Эти кадры планировались для обложки альбома Игги Попа «Brick by Brick», но так и не пригодились.
Ли Александр Маккуин за работой
В качестве рабочей обуви в разные годы:
Nike Air Humara в 1997-м. Из съемки Details Magazine
Nike Air Terra Humara и Adidas Country в 1998-м. Фото Энн Рей Кэнрей
Nike Dunk Low в 2004-м. Фото Шона Каннингема для Harper’s Bazaar
Сегодня Маккуину исполнилось бы 54
В качестве рабочей обуви в разные годы:
Nike Air Humara в 1997-м. Из съемки Details Magazine
Nike Air Terra Humara и Adidas Country в 1998-м. Фото Энн Рей Кэнрей
Nike Dunk Low в 2004-м. Фото Шона Каннингема для Harper’s Bazaar
Сегодня Маккуину исполнилось бы 54
По известному поводу — пара не самых известных фактов из оригинального патента на первые Air Max:
1. Отверстия — не для красоты. Да, их эффектный вид сыграл на руку маркетингу, но придумали их не для вау-эффекта. Они нужны, чтобы Air Unit не разрывал подошву при деформации под нагрузкой, чтобы он мог «плющиться» за пределы подошвы. Так Nike решили проблему увеличения объема баллонов Air.
2. Дизайнер Тинкер Хэтфилд — официальный автор Air Max 1, но его имя в патенте вообще не фигурирует. В Nike часто разные люди занимались дизайном подошвы и всего остального, и, вероятно, это такой случай. За техническую часть подошвы отвечал Марк Паркер — будущий CEO, а в то время — директор по Footwear Development (то есть главный технолог).
3. Другое важное имя в патенте — Дэвид Форланд. Это он придумал новый способ производства баллонов Air без бокового шва. Благодаря этому и получились такие красивые рекламные фото с прозрачным, едва видимым Air Unit. Главный вклад в вау-эффект Air Max — именно за Форландом.
1. Отверстия — не для красоты. Да, их эффектный вид сыграл на руку маркетингу, но придумали их не для вау-эффекта. Они нужны, чтобы Air Unit не разрывал подошву при деформации под нагрузкой, чтобы он мог «плющиться» за пределы подошвы. Так Nike решили проблему увеличения объема баллонов Air.
2. Дизайнер Тинкер Хэтфилд — официальный автор Air Max 1, но его имя в патенте вообще не фигурирует. В Nike часто разные люди занимались дизайном подошвы и всего остального, и, вероятно, это такой случай. За техническую часть подошвы отвечал Марк Паркер — будущий CEO, а в то время — директор по Footwear Development (то есть главный технолог).
3. Другое важное имя в патенте — Дэвид Форланд. Это он придумал новый способ производства баллонов Air без бокового шва. Благодаря этому и получились такие красивые рекламные фото с прозрачным, едва видимым Air Unit. Главный вклад в вау-эффект Air Max — именно за Форландом.