Я купил сегодня на всякий случай:
3 пачки муки (по 2 кг). Хотел 6 пачек, но 3 выложил.
3 пачки гречки.
3 пачки риса.
4 пачки гороха🤭
3 шоколадки.
Во-от. Буду внукам когда-нибудь рассказывать. Надеюсь.

Народ в кениге тарится, это есть. Не прямо чтобы хватают, но в оптовом отделе макаронов, круп и консервов люди есть.
А, забыл, купил 2 пачки таблеток по 10 штук суматриптан. Итого у меня если разрезать пополам 40 таблеток, это на полтора месяца. Мигрень, мать ее. Кстати, они уже сегодня подорожали с 600 до 700-750 р. за пачку. Завтра боюсь по 1000 будут.
Ну, у кого мигрень, знает, что лучше уж голодать, но переносить эту боль невозможно. Так что закупите лекарства. Ну и мы тут отрезаны, вполне возможно и транзит тютю хотя пока что-то ездит вроде.

Морозно, до минус 4. Иду бегать. Сегодня сосед врубил какое то радио с попсой. В Минске почти никто не слушает Лепса и Газманова, поэтому мне стало плоховато. А тут прям нон-стоп.
Сказал себе, что нужно развивать силу воли.
Кстати на днях вышел новый альбом Scorpions и если вы ещё не, то очень рекомендую.
Сейчас вот и включу его на десятке.
Всем мир.

https://youtube.com/playlist?list=OLAK5uy_m1E9Hu8lpD4ENFK6B4HqkWDfc07TLI8Bo

совсем не пишется, два дня пребывал полуоглушенном состоянии, но сегодня хорошо побегал со скорпами и вот пишу 10 главу Зарницы. Да, хотелось бы быстрее продвигаться, но тут уж речь о том, чтобы вообще хоть как то продвигаться. Как ни крути, а писательство может быть фундаментом и серьезным стержнем, являющим собой смысл существования. А без смысла сложно жить. Не говорю, что именно сейчас, когда вообще непонятно что и как. А вообще. Просто сейчас это особенно заметно и ощутимо.

Семейные трагедии и войны это самое тяжелое, они происходят здесь и сейчас и бьют больнее всего. Я на протяжении долгих лет каждый день рассказывал и показывал маме, что происходит в Беларуси. Не во всем мы находили общий язык но в главном да. Не сразу конечно это происходило. Она человек старой, партийной закалки. Член КПСС и все прочее. И поэтому сейчас в целом мы на одной волне и я благодарен за это.
Знаю, как это сложно и порой вообще невозможно говорить и здесь только один совет: терпение и мудрость. По-другому никак.

медленно главы Зарницы двигаются, потому что сложные. мало того, что нужно как-то сохранить дух 41 года, но сделать это нужно в рамках жанра, я ведь пишу не документальную повесть об ужасах войны. ко всему прочему внятное и устойчивое фантдопущение в условиях временных континуумов тоже непросто придумать, да еще и повествование идет сразу в трех(!) да, теперь уже в трех временных отрезках. хотя в первом ромнае я писал лишь два времени. поначалу читатели ругались, что ничего не понятно, но это, думаю , из-за временного лага между выходом новых глав. Если читать скопом, то все понятно.
отвлекаешься на новости конечно же…
надеюсь, у вас все хороошо.

Я подумал что наверное сейчас не имею морального права что-то снимать, когда такое вокруг. Но потом увидел по комментариям что многие приходят как то отвлечься от этих ужасов и решил что буду продолжать. Да, тоном ниже, но продолжать. Может быть это кому-то поможет хоть чуть-чуть переключить внимание на что-то более доброе. У меня миллионы зрителей в России, Украине, Казахстане, Беларуси и многие ждут нового ролика…

Я долго думала, что же напоминает мир, в котором мы оказались.

Из всех антиутопий мне ближе всего по ощущениям «Полиция памяти» Ёко Огавы – прекрасный, поэтичный и очень страшный роман. Герои Огавы – люди, которые жили на изолированном острове, ложились спать, а на утро что-то утрачивали и забывали. Для каждого человека наступал день, когда он утрачивал что-то впервые. Исчезали вещи, запахи, звуки, слова. Память, заключённая в бытовых вещах, постепенно умирала, а с ней и все остальное. А на тех уникальных, кто все помнил, устраивала облавы Тайная полиция.

Поймала себя на мысли, что боюсь засыпать. Что пропадёт завтра? Что случится в очередную ночь?

«После каждого исчезновения остров какое-то время гудит, как улей. Все собираются на улицах и поминают, что исчезло. Горюют, оплакивают, утешают друг друга. Если исчезнувшее имело реальные формы, его сжигают, хоронят или пускают вниз по реке. Но уже через пару дней суматоха стихает, и все возвращаются к своим обычным делам. Что там исчезло – никто уже и не помнит…»

Жизнь бессовестнее литературы, как говорит Линор Горалик. «Внутри нашей памяти мы все абсолютно свободны», уверяет Огава.

поехал в магазин за водой, покупаю Бонакву двухлитровую сразу упаковку 6 шт, у нас она по 50 р за бутылку. в огромном магазине тишина, никого, ни одного человека. полки в пятиэтажный дом и я брожу меж их… потом явился какой-то пьяница и начал что-то бессвязно бормотать, но вскоре и он исчез… воду взял, вышел на улицу, оказалось, закрыв замок велосипедной цепи, забыл вытащить ключ. пожурил себя за рассеянность, погрузил воду и направился домой. холодно, ледяной ветер сковывает голову, беговая моя любимая погода, бежать в этой пронизывающей стуже без единого человека, бежать, потеряв счет времени

меньше через неделю нужно прочитать очередные рассказы на конкурс новой фантастики, который я сужу, а я еще и не начинал. лентяй

олди в вк написали что живы. такие времена

прошел очередной месяц как я написал в астрель прокоповичу (это уже второй или третий раз) и тишина. месяц назад там всех покосило болезнью века, буду снова писать в пн, но думаю знаю, что мне скажут.
точнее, он мне ответил месяц назад ,что конечно, все узнает, все напишет. и два месяца назад тоже так же ответил.
мне спешить некуда, в принципе, впереди вечность

очень трудно 13 глава «Зарницы» идет. но 1000 слов написал и это уже хорошо. К воскресенью постараюсь закончить

я начал делать главы покороче нежели 15000 символов и писать стало легче. А чего 15 тыс? ну это минимальный размер автор тудей чтобы после публикации произведение появилось на пару секнуд на главное во вкладке Обновления. Знаю, что вы напишите свое фи, но вот так