Сочная ветхозаветная проза Исаака Башевиса Зингера в театре ‘Шалом’ обернута в метры хрустящего крафта. Обсуждения ‘Люблинского штукаря’ начинаются уже в фойе за форшмаком: как сыграют, кто будет Яшей и можно ли все-таки любить больше двух женщин одновременно. Ехать на Варшавскую из центра час, но последующие три в зале того стоят. Есть минимум две сцены, которыми режиссёр Яна Тумина (многократный лауреат ‘Золотой маски’ очень редко ставит в Москве, и тут ‘Шалому’ явно повезло) может очень гордиться. Танец возлюбленных-марионеток, которыми Яша в исступлении дирижирует, одна из них. Спектакль в общем-то очень прост, по-человечески полон и счастья, и горести — соблазны, обстоятельства, растрата своего уникального дара. Цирк смешан с кукольным театром и балаганной ярмаркой. Задник то по Шагалу, то по Брейгелю. На переднем плане свечи, тяжелые замки, красивые лица актрис, борющихся за сердце героя, и ангел с демоном — эти схватились насмерть за его талант.

За карри в ‘Цейлоне’ ребята из студии ‘Тихая’ объясняют мне правила: зимой Нижний — Горький, а летом Нежный. На парковке отеля Sheraton в это время жарко и говорливо: вторая ярмарка графики ‘Контур’ четко обозначает границы покупательского интереса. Людей море, торг бойкий, в строю ведущие легионеры вроде XL, Marina Gisich, Anna Nova, KGallery и pop/off/art, некоторые здесь — дебютанты. Изящный стенд с Мишей Никатиным у ‘Объединения’, классная Matiush First у Jessica, как всегда элегантная a-s-t-r-a, уфимцы Miras гадают с попугаем Борисом. Бродить по рядам любопытно, нерва и дерзости хватает, а в папках и вовсе можно найти чудеса — наброски Владимира Чернышева и оттиски Александры Гарт. Гуаши и пастели, офорты сухой иглой, перфорированная бумага на просвет, но самое важное — не дежурное внимание к каждому гостю со стороны галеристов и неподдельный зрительский интерес в ответ: все же ярмарочная жизнь в крови у столицы закатов. И запретить людям интересоваться друг другом и творчеством невозможно.

А вот in situ выставку Даниеля Бюрена в Copacabana Palace можно смотреть, даже не заселяясь в отель. Фасадное остекление The Copa (как его называют местные), крышу, портики, окна всех beachfront апартаментов украшают легко угадываемые цветные блоки определенных пропорций. Спелые оттенки фуксии, амазонского зеленого и желтого бликуют, преображая не только входную группу утром, но и пляж вечером — когда постояльцы зажигают в номерах свет. Правда, портье Ульрих утверждает, что еще красивее было бразильским летом: тогда фасад здания в стиле ар-деко заливало интенсивное солнце и цветные виниловые отпечатки нежно таяли на его кипенно-белой поверхности, превращая в райский сад. Technicolor, как он есть. И хорошо, что весь знаменитый отельный фонд Belmond доступен для таких арт-вмешательств.