В Niki с сегодняшнего дня новая ‘Павлова’. Со свежей земляникой из Краснодарского края. Très bien 🍓

Обожаю театр ‘Около’ Юрия Погребничко. Считаю его предельно искренним. Настоящим андерграундом. Спектакль ‘Перед киносеансом//Три музыканта и моя Марусечка’ — погружение в послевоенный (и снова здравствуйте!) мир ожидания перед показом.
В кинозал ещё с конца сороковых звали настоящими звонками, как сейчас в театре. Вот до них публику и развлекали артисты, чья творческая судьба сложилась не очень удачно. Главная героиня ‘Лауреатка’ Наталья Рожкова (наша Джульетта Мазина) поёт только о любви — романсы, старые песенки, эстрадные номера, поэзию. Параллельно на сцене ещё 5 человек: баянист, гитарист, пианист, его девушка и дворник. Этот случайный ансамбль ‘вышедших в тираж’ доводит в какой-то момент до катарсиса не хуже качественной оперы. Рожкова играет эту роль уже 20 лет, она закончила цирковое училище и ее умение быть смешной и печальной одновременно — на грани невероятного.
Погребничко и Лилия Загорская выстраивают спектакль без основания в виде пьесы, на ритме романсов и крошечных мизансцен между ними. Всего полтора часа в блэкбоксе в Вознесенском переулке, а кажется, что посмотрел сразу ‘Ночи Кабирии’, ‘Мимино’, ‘Жестокий романс’ и ‘Звезда’ с Джули Эндрюс.
Надпись ‘Будь готов!’ над эстрадой в нашем контексте воспринимается уже однозначно. Как и номера на спинах каждого героя. Но авторы спектакля дарят очень хороший рецепт счастья, историю которого рассказывает случайно оказавшийся на выступлении ансамбля путешественник: нужно уверовать в то, что слева, и в то, что справа. И тогда обретёшь спасение.

Все сложнее, чем кажется — девиз фильма ‘Оторви и выбрось’. Этот флуоресцентный беспредел с Анной Михалковой и Александром Яценко сняли полтора года назад, и как водится, в нашей остросюжетной реальности, фильм звенит нервом момента.
Реальную историю (бабушка ворует внучку у дочери) жены режиссёра Вики Коротковой превратили в чёрную-чёрную комедию. Среди русских джунглей из папоротника идёт семейная война с применением всех видов доступного оружия. Спойлер: все остаются живы и даже счастливы, но главное не это.
Сам режиссёр Кирилл Соколов в недавнем интервью четко сказал: когда у тебя заканчиваются слова — начинается насилие, и мой фильм об этом.
Поэтому я рекомендую следить не за хитроумными рапидами и другими техническими приемами на фоне выкрученной до предела лсд-палитры, а за диалогами, которые не в бровь, а в глаз literally.

Рецензии на фильм ‘Закат’ в большинстве случаев писали точно те, кто его не видел, или те, кто не подумал. Потому что сюжет этого фильма категорически нельзя пересказывать, иначе потеряется самое главное: удивительное ощущение проживания своей оценки поступков героя. В русском прокате слоганом ленты вполне мог бы стать библейский ‘Не судите, да не судимы будете’. Режиссёр Мишель Франко заставляет нас очень быстро, в течение 1.22 сменить угол зрения на события и судьбы. Как сказала актриса Ольга Сутулова, автор работает не с героями, а со зрителем, показывая, как стереотипное мышление, основанное на ничего не значащих фактах, выдаёт картинку, далекую от реальности. История проще некуда, а фильм — жемчужина. Соленая, из Акапулько. И да, Тим Рот — очень хороший актёр, который в данном случае играет даже затылком.

Три года назад, 26 апреля 2019 года, я впервые вошла в здание Центра документального кино, что квартирует в Провиантских складах 1835 года постройки. И сразу подняла наверх голову. Все, от простых любителей документального жанра до суровых кинокритиков, селебрити и послов, так или иначе всегда задирают голову вверх — посмотреть на величественные потолки из лиственницы. В общем, вчера пролетели три года в русском ампире архитектора Стасова, куда в 2013 кропотливо и бережно бюро Wowhaus инкрустировало ‘яйцо-кинозал’ ЦДК. И кстати, если вы не знали, одна из арок складов скрыта за киноэкраном, а вторая — обрамляет последние ряды кресел, bossy places, где на премьерах сидели форбсы, поэтому мы называем между собой эти места ‘к деньгам’.
Я пришла к Софье директором по развитию онлайн-платформы Nonfiction.film, но сразу же занялась двумя брендами. Поэтому ЦДК, конечно, родной. И близким, когда они спрашивают, куда я еду, всегда говорю — не на работу, в кинотеатр.
За эти три года реально случилось примерно все, что могло проверить на прочность хватку, характер и терпение. Тот самый ‘Пикник Афиши’, когда в центре гремели протесты, а к нам в летний кинотеатр приходили настоящие провокаторы. Потом пандемия, когда пришлось экстренно прокачать онлайн и вывести туда оффлайн по максимуму, из-за чего месяца три я вставала по Новосибирску в 05-06.00 (там базируются разработчики), а ложилась по Нью-Йорку, придумывая кучу коллабораций, проектов, кросс-промо и иже с ними, пытаясь одновременно сохранить боевой дух команды, запертой по квартирам.
А завтра была … специальная военная операция. Что не добавило легкости к калибровке постковидного проката. Могу сказать одно: сегодня борьба идёт за каждого зрителя каждый день. И это не фигура речи. Наш офис теперь — тоже игра в стратегию.
При этом, конечно же, есть десятки бесценных моментов. Моя любимая премьера ‘Анны Франк’, ради которой я замучала Хелен Миррен и она записала российской аудитории приветственное видео. Гастроли ЦДК в Алматы, где мы показывали док о нью-йоркском дизайнере Холстоне местным модникам. Фестиваль редкого советского кино ‘Отражения’, который ‘захватил’ ещё и кинотеатр ‘Пионер’. Премьера ‘Сорокин Трип’, когда за минуту до прибытия гостей мне пришлось найти способ убедить представителя Цифрового делового пространства снять с гигантских плазм на фасаде ролики о выборах в госдуму, которыми коллеги любезно решили разбавить наш трейлер. Бесконечная борьба хорошего с прекрасным. И взгляд наверх, на уровне второго этажа, так осанка красивее.
Вне зависимости от развития событий, очень хочется подольше показывать хорошее кино. Легально и вдохновенно. В мае у нас цикл показов о художниках и коллекционерах Art&Smart и ‘Дело жизни’ — фестиваль о труде, который стал призванием. Потому что теория малых дел, кажется, побеждает все.