Все же умиляют мои литературные знакомцы, которые берут меня под локоток в людном месте, отводят в сторону и полушепотом проникновенно вещают: "Старик, я восхищаюсь. Ты молодец. Ты же понимаешь, что я не могу, как ты. Меня сожрут. А на мне кафедра, факультет, редакция, издательство, фестиваль (лишнее вычеркнуть). Я тоже работаю. Я детей учу, книги издаю. А у меня жена, дети, больная собака, мама, бывшая жена, бывшие дети, теща (нужное подчеркнуть). Но ты, старик, молодец! Я в декабре, январе, марте, сентябре (без разницы) получу гонорар, переведу вам на парней. Так хочется поехать с вами, но ты же знаешь, у меня кафедра, факультет, редакция... "
Чему вы научите этих детей? Какие, блин, книги издадите? Как будут жить люди, прочитавшие изданные и написанные вами книги? Честно будут жить? В ладах с собой? А когда совсем уже придеи большая война, они что сделают, - Родину пойдут защищать или ломануться на выход? Ах, нет! Они пропоют что-то про "у меня же кафедра, факультет, редакция, теща..."

"Писатели-фронту!" почти собрали груз для 18й миссии. Не все, что хотели, удалось купить. Например коптер с тепловизором - штука слишком дорогая. Значит, будем собирать поэтапно, брать б/у или "в рассрочку". Почти закрыли просьбу разведки и связи из батальонов первого армейского корпуса ДНР (он теперь иначе называется, но местные привычно зовут "первая славянская"). Пока собирали, "электронные начальники" заблокировали discord, лишив даже штабы глаз в небе. Я под огромным впечатлением от этих персонажей в роскомнадзоре. Хотя бы посоветовались предварительно с кем-нибудь, кто умнее. Мало того, что Илон Макс блокирует свои старлинки через 90 дней использования, теперь еще наши отрубили картинку для парней в белгородской и курской. Как такое вообще может быть в воюющей стране? Это ли не диверсия? Впрочем, парни давно привыкли, что ничего хорошего от "законодателей" ждать не приходится, как и дополнительной мобилизации. У нас же не война, у нас игры в СВО, в которые мы, судя по СМИ, уверенно выигрываем. А Москва вся в этих висюльках над бульварами и пешеходными улицами. Все, блин сверкает, переливация и меняется по временам года. Преступное расточительство, которое дает обманчивое ощущение мирного времени. Оно не мирное. Прокатитесь через небольшие городки не по платной магистрали. Прокатитесь мимо кладбищ у этих городков, сел, поселков городского типа. Там все в свежих воинских могилах. Я вчера был на кладбище в Вырице, там похоронен Калина, сержант, смерть которого позволила выжить Вожаку, поэту Дмитрию Филиппову. Оператор-убийца fpv-лрона выбирал, кого из двух убить. Выбрал того, кто показался ему больше по размерам. Мальчик, привыкший играть в компьютерные игры выбрал "монстра побольше". Я потом вещи его семье отвозил. Самое страшное - это привозить женам и матерям вещи погибших или пропавших без вести. Могилу Калины я вчера не нашел, но она там есть. Там и могилы других молодых мужчин, которые сложили голову за свою страну в войне, которой как бы и нет. Нет войны, нет и жертв войны. Подло это, вам не кажется?
Помощь принимается на карту МИР Сбер 2202203601365333 Даниэль Всеволодович О.

Пиндосы, а напомните, за что вы воевали во Вьетнаме? 🇻🇳 впрочем, неважно. Нищие, голодные, голоногие, плохо воооруженные "узкоглазые обезьяны" наваляли вам так, что потом с крыши посольства на вертолёте драпали. Ни хрена не учит ничего, ничему и никого.

Это Чили. Нашли в Авдеевке. Зашуганная, голодная, тряслась вся. Парни нашли в подвале, привезли в располагу. Вчера забрали в дом на "нашу базу". Думали как назвать. Ночью проснулся, когда она у меня, в ногах устроилась. Понял, что она Чили. Теперь будет жить в тепле и любви. Кстати, от колбасы отказывается, с котлеты ест.

Донецкие кошки. Это Шуршик и Мышка. Мышка формально "моя кошка". P.S. Мышка слева, потом прозаик, потом Шуршик.

Без залепух, конечно, нельзя. Иначе вселенная не поймет. Вот, давеча разгружаю парням сети, генераторы, приклады складные на АК, РЭБ, антенны, а они меня в сторонку отзывают:"Пойдем, покажем, что нам тут прислали". И рожи такие лукавые, прямо лисьи физиономии вселенской хитрости и ехидства. Ну, думаю, явно парни какой джекпот отхватили: или пикап митсубишевский новый или квадроциклы. Подводят, коробки такие невдолбенные, перетянутые пластиком. Ща, говорят, ща покажем. Взрезают дегты , вскрывают коробку, а там... Мать-мать-мать... Там розовые женские пуховики... Такого радикально розового цвета, убедительного. Самое оно для психической атаки. Хохол как увидит этих "капелевцев" в розовом, подрапает до Киева. Ибо если уж "кислотников" москали против них выпустили, - труба, никаких шансов. Это же явно упоротые, в них обойму всади, не заметят. Страшное дело. Тарас! Микола! Тикаем!

Сколько же развелось малолетних дебилов, которые несутся в левой полосе, мигают, "расчищая лыжню", словно у них там теща рожает. Номера не по ГОСТу, либо жирным шрифтом, либо выпуклые, стекла тонированые, а так-то обычный китайский ширпотреб. Люди на реально люксовых авто ведут себя скромно и уважительно, если только не 05 регион. Тех, видимо, не отец воспитывал, а пастушья собака. Потерпи, джигит, видишь в правом ряду фуры идут, сейчас опередим и аккуратно отойдем направо, лети дальше. Тебя же учили старших уважать? Видишь, моему автомобилю в три раза больше лет, чем твоему? Имей терпение. Все и так через тонировку видят, что ты там лезгинку в салоне танцуешь. Тише, дорогой, спокойнее, все будет хорошо, доедешь. У меня полная машина гуматарки, под крышу гружен, по боковым зеркалам ориентируюсь, вот и ты потерпи. Терпение - добродетель.

Если представить себе Донецк без прилетов, без хлопков ПВО высоко в небе, без далекой кононады, то это почти обычный русский рабочий город. Здесь все в розовых кустах, каштанах, акациях, здесь пыльные виноградные гроздья свисают с кирпичных стен вокруг шахтоуправлений. Здесь бегают одышливые скрипящие протезами прошлого века трамваи. Здесь на рынках торгуют живыми карпами и карасями, выловленными в ставках под Ростовом и пластиковыми тапками, сделанными в Гуанчжоу Здесь старая, времен детства президента бетонная плитка на бульварах, здесь вообще детство, которое мы или забыли или потеряли. Донецк город детства.

Нет, не так. Пусть и жители Донецка словно бы никогда не повзрослевшие дети, но не дети, - подростки. Донецк - город подросток. Так будет точнее.
Донецк одновременно ласково наивен и недоверчив, расслаблен и зло сосредоточен. Донецк готов умереть за то, во что не умеет до конца верить, но не станет жить вообще без веры. Это молодость не Новороссии, а новой России. Такая молодость, какая Бог дай каждому. Такая молодость, которая может запустить народ в космос, строить домны, возводить города на вечной мерзлоте и отправлять атомоходы в глубины океана. Энергия большого будущего. Таков Донецк стал за десять лет с четырнадцатого. Он многим не нравится, но он заслужил внимания.
Не пытайтесь обмануть Донецк. Себе дороже. Может получится только вначале. Облапошил, подсунул глину вместо плоти, деньги вместо любви, дым вместо воды, - поплатишься. Здесь не спускают обмана. Здесь живут в долгую, дышат сразу в стратосферу. Здесь земля не рожает, а отхаркивает людей. Здесь и есть самая наша главная черная яма, в которой плоть и уголь стали одним топливом будущего.
В стерильных палатах рождается вчера. Завтра появляется в боли, темени, огне и дыме, в жужжании дронов, криках оглохших артиллеристов, вони от гниющего мяса на терриконах Авдеевской промки. Здесь рождается право на мир, который еще предстоит отмолить.
Мир не покупается, мир забирается силой. Только тогда он имеет цену.

А ведь женский либерализм не лечится...

В качестве эксперта премии "Слово" читаю промышленное количество прозы. Разные мысли возникают. Одна чаще всего:"Пусть лучше пишет, чем людей в парке поджидает с последнего автобуса". Сколько же пакости человеческой и болезненности люди выливают в собственную прозу... Ну, вот, кого они сделают счастливыми этим? После прочтения такого повеситься хочется, а не жить.

Думал-прикидывал, насколько корректно частное и обезличенное мнение "на полях премии". Решил, что "самое оно!" В конце концов, для меня это не способ самовыразиться, а оценочное суждение относительно ситуации в отечественной словесности. Отсудил в качестве эксперта прозаическую составляющую премии "Слово". Прочел более сотни книг (это лучше назвать таким словом, поскольку есть романы, есть сборники рассказов, есть подборки). Испытываю весьма неоднозначные чувства. С одной стороны, на сотню заявок, которые рассматривал именно я, есть десять весьма зрелых и интересных книг, из которых пяток явно премиального уровня. Есть ещё с полтора десятка неплохих, профессиональных текстов, которые могут понравится издателям и некоторые уже понравились. Об их "премиальности" можно спорить, но читать это любопытно, что само по себе уже добродетель. Остальное: "три пишем, два в уме". Максимальное количество балов, по четырем позициям, которое может набрать номинируемый на премию авторский текст - 40. Так вот, до 20 дотягивает разве что половина. Прежде всего это плохо написано, а уж потом это непонятно зачем написано. Нет, я допускаю, что энергетическая заряженность девичьих пиздостр*даний и юношеского мудозво*ства как-то окупают узость мировосприятия и могут напитать книгу как коммерческий проект финансами. Допускаю. Но с точки зрения литературы, это все было сочинено до вас, дорогие мои младописы. Мелкотемье - ваша главная болезнь. Я же честно прочитывал до конца, в надежде, что за этим тестостероново-эстрогеновым штормом что-то есть. Нет ничего. Увы. Авторы не выходят даже на уровень поколенческого обобщения. Фигня получается. Их дедушки на подобные темы писали нервнее, острее, даже эротичнее. От неловкого повторение матюгов ваша проза не наполнится электричеством, она только сконфузит читателя, который в русском мате, поверьте, зачастую искушённее любого автора младописа. Понимаю, Генри Миллер, Буковски, то да сё... Вы их для себя открыли и решили осчастливить человечество русским вариантом. Расстрою, это уже было. Уже все счастливы. Больше не интересно. ЧТо касается фантастики, то, дорогие фантасты, не играйте во взрослой песочнице. Это настолько ничтожно смотрится даже относительно тестостероновых младописов, что лучше вам свои звездолеты, полные вирусных зомбаков повернуть куда-то в сторону от литпроцесса. Тут и так проблема со смыслами. Казалось бы, страна переживает самый яркий период за последние тридцать пять лет, ан нет, у нас тут пиздостра*дания, зомби и космические негодяи как метафора тщетности бытия. Бытие тщетно исключительно внутри этих текстов. Мир ушел дальше вашей прозы, голубы мои. Бегите за ним. Это ко всем относится, ко всем, без исключения, ко мне тоже. Мир сейчас ушел дальше нашей литературы, нам его требуется хотя бы догнать, истратив всё электричество, которое у нас скопилось, а если не хватит, то отнять у других - у телека, интернета, музона и даже у квадроберов. Нам надо заново сочинить мир. Он, блин, разваливается.

Тьерри Мариньяк "в трущобах" Кронштадта.

Да, я прочел в качестве эксперта более сотни прозаических произведений на премию "Слово" и несколько десятков произведений поэтических на премию "Переправа" уже как член жюри. Если все стихи и песни "Переправы" написаны о идущей войне воюющими или воевавшими на этой войне "участниками и ветеранами сво", то в премии "Слово" книг о нынешней войне мне попалось процентов пять-десять. Хороших две. Уникальных ни одной. Это так или иначе ответило мне самому на вопрос, почему я не пишу "про СВО". Не пишу, потому что я привык писать то, что могу написать только я, писать авторский текст. А тут взаимное дублирование, самоповторы у авторов и так далее. Это нормально, скоро три года только новой фазе войны, а так-то все десять. Когда я говорю, что нужно осознание и прорастание в эту тему, я имею в виду именно это. То, что эмоционально можно было схватить по верхушкам, уже схвачено:кем-то лучше, кем-то хуже, соответственно таланту и вовлеченности. Например, Дима Филиппов создает огромное эмоциональное полотно, которое просто невозможно воспринимать безучастно и которое, я в этом уверен, уже стало каноном новой фронтовой поэзии. Но прозы осмысления пока нет. Вся, что есть - это либо мутировавший в автофикшн очерк, либо полная херота со штампами и клише времен забывшего войну СССР. Двухмерную Матрицу всей этой литературы можно накидать хоть глаголами, хоть существительными за несколько минут и она будет вполне рабочая. Дело ведь не в книгах о войне. Дело вообще не в них. Будущая наша литература - это литература трех новых поколений, переживших войну, переболевших ею, войной же переваренных. Это литература соучастия происходящему, даже пассивного. Даже внятный побег от этой реальности - уже литература переживания войны. И под закладной камень фундамента этой литературы и вообще этой культуры еще только незаметно прячется золотая монета правды. Это лишь нулевой цикл. Но уже мы будем свидетелями величия и красоты нового мира, который мы заслужим все вместе. И только все вместе.

В Ленинграде в скверике где памятник императрицы Екатерины и скамейки вкруг него, исторически собирались шахматисты. В семидесятые-восьмидесятые к ним почему-то прибавились гомосеки. Иногда гомосеков принимали за шахматистов, но на излете эпохи наоборот... Сложно сказать, что садомитов сюда влекло, - возможно стихийность и случайность Невского проспекта, возможно, близость нескольких театров. Называлось это место в народе "Катькин садик". Когда умер Фредди Меркьюри, подножие памятника завалили цветами. Недоумевающие менты смотрели как "шахматисты", несут и несут к памятнику императрицы букеты. Никогда ранее в СССР так истово публично не поклонялись представителям дома Романовых. До Беловежского раздела большой страны оставалось пара недель.

Друзья! 4 ноября, в День Народного единства, в большом зале Центрального дома литераторов состоится большой поэтический концерт, в котором примут участие: Алексей Витаков, Влад Маленко, Мария Ватутина, Игорь Караулов, Александр Антипов, Роман Сорокин, Иван Купреянов, Анна Долгарева, Софья Юдина, Дмитрий Артис.
Очень рекомендую.
Нач в 17.00.
Вход свободный, буфет рабочий.

Жаль мне их всех. И Макса жаль. Он мог бы стать неплохим писателем, но так и не стал. Занялся всем подряд, только бы не писать. Да, писать сложно и больно, вообще жить непросто. А оставаться со своей страной - это труд для сильных духом. Потому мы и единый народ. А их, дураков таких, жаль. И Макса, опять же, жаль. Я когда-то рекомендовал его в Союз Писателей СПб. Сейчас и сам бы не вступил, нафиг нужно быть среди предателей.

И еще немного о "шахматистах". Злые языки уверяют, что когда один неистовый поэт-патриот и моряк-отставник съехал с комаровской дачи, уступив ее, согласно правилам и традициям, кому-то из коллег по СП, то под лестницей его домика была обнаружена увесистая пачка гей-порнографии. Злые языки, конечно, про настоящих патриотов и не такое готовы сочинять, но присмотреться к своему окружению иногда полезно: мало ли кто там и что. Ты ему сегодня руку пожимаешь, а он третьего дня этими руками... И сразу это уже не литпроцесс, а непорядок и бездуховность.

Конечно же, я задаю себе вопрос «Какое право имею не только высказываться о современной словесности, но выступать экспертом, быть членом всяких жюри, главным редактором, вести семинары и курсы, преподавать на кафедрах». Никакого права не имею. Мало того, меня эта навязанная обществом обязанность тяготит. Отвратительнее и неблагодарнее этого только оказаться в руководящих органах каких-либо творческих организаций. Руководить литераторами — всё равно что кошек пасти. Потому от всей этой ответственности я бегу. Но иногда меня догоняют, прижимают к стенке и, пользуясь слабостью или легким моим подпитием, заставляют соглашаться на всякий подобный блудняк, суля малую, иной раз оскорбительно-малую денежку. По нынешним временам, когда писатели о гонорарах давно забыли, любая денежка от литературы — это соблазн и повод смотреть в глаза жене хотя бы не затравленно.

Но прежде всего окололитературная поденщина мешает уже моей писанине. Мне бы за стол и заняться подбором строчек собственной прозы, а вместо этого я читаю редакционную почту с бесчисленными стихами-рассказами, тексты учеников или (вон только что!) сотню с лифигом книг, присланных на всероссийский конкурс. Какое право имею? Н и к а к о г о! Просто мне не повезло больше, чем другим. Меня поймали и заставили. Посочувствуйте моей участи и представьте, с каким отвращением я отношусь к литературе. Я давно забыл, что значит читать книгу ради читательского удовольствия. Я давно книг не покупаю. Я лучше посмотрю дурацкий сериал, чем прочту дурацкую книгу. В синематографе меня все устраивает, это иллюзион. Книгу же просто так я читать не могу. Я либо вижу ее несовершенство, либо вижу «как это сделано», либо знаю, что будет дальше вплоть до деталей. Страшно потерять умение удивляться.

Из оптимиста, книголюба я превратился в меланхоличного скептика. Этот скепсис удерживает от перерастания в цинизм только жалость к коллегам, сочувствие к таким же несчастным людям, глубокая моя профессиональная эмпатия. Если бы не это, превратился бы в критика, ненавидящего весь свет, разрушающего твердь и выпаривающего океаны лавой своего яда. Но нет. Я травлюсь этим ядом сам, сам же перегреваюсь и сам же потом сутками лежу с гипертонией и тахикардией.

Не можете не писать, не пишите. Можете писать — все равно не пишите. Литература кончилась. Ваши книги никому не нужны. О том говорят тиражи. Рынок порешал, общество согласилось. Всё. Нет никакой литературы. Она ни о чем не говорит. А если она и говорит, никто не готов это слушать. Или почти никто.

Мои дорогие молодые писатели! Не удивляйтесь, что вас не любят. Это конечно раздражает, но чтобы вас реально ненавидели, вам надо больше и лучше писать.

Не жалейте себя, что вас редко приглашают на семинары и фестивали. Когда вас совсем прекратят приглашать, когда перестанут отвечать на электронные письма и телефонные звонки, - это покажет, что вы либо чего-то достигли, либо деградировали окончательно.

Не ищите в литературе «комфортную среду». Литературный процесс — это форма медленного самоубийства. Здесь вас будут не любить за успехи и ненавидеть за талант ровно те же люди, с которыми вы вчера выпивали или сегодня просыпались в одной постели.

Помните, в литературе вам никто ничего не должен, а вы по гроб жизни должны литературе.

Привыкните, что ваша семья, рано или поздно посчитав вас бездельником, будет вашей обузой. Ваши жены и мужья не станут гордиться вашими успехами, они их не заметят, но ваши провалы гарантированно обсудят с родственниками. Ваши дети будут стесняться, что папа-мама у них литератор и придумают массу эвфемизмов. Вас ждут депрессия, алкогольные истерики, лишний вес и лишние люди. Вам надо в литературу?

Если вы еврей (ка), то ещё есть шансы, если русский или мордвин, то шансы утекают соответственно доли еврейской крови. Вам точно нужна именно литература, а не сценаристика, драматургия массовых зрелищ или публицистика? Вы уверены, что вам сюда?

Тут промискуитет, алкоголизм и тотальное предательство всех и вся. Вам сюда? Здесь по другую сторону каждого нравственного авторитета только темень и тлен. Сюда? Глупцы!

Потратьте лучшие годы жизни на нечто более эффективное: торгуйте, в конце концов, наркотиками и оружием, содержите падших женщин в промышленных количествах или займитесь коррупцией. Последнее, кстати, так же вредно для здоровья и запрещено, согласно законодательству. В конце концов, сами станьте падшими женщинами, это принесет больше удовлетворения и дохода. Не лезьте вы в литературу, не расстраивайте родителей, не пугайте жен-мужей, не доводите до греха соседей.

P.S. Автор не призывает к противоправной деятельности, а метафорически, используя метод гипербол, пытается оградить молодых и талантливых членов общества от ошибок.