Я никогда не был противником коммунизма, именно настоящего коммунизма, каким он должен быть. Коммунизм - это Царство Божие на Земле.

#цитаты #Е_Летов #коммунизм

Адмирал Нельсон и леди Гамильтон в рубрике #влюблённые

С помощью одной или двух шалей она принимала позы, приводившие общество в восторг, а обожающий ее супруг ставил подле жены зажженную свечу. Гёте, возможно, дал лучшее описание такого представления. Его пригласили на «аттитюды» в марте 1787 года, через три года после приезда Эммы в Неаполь и за три года до того, как она стала второй леди Гамильтон. Он написал:
«Сэр Уильям Гамильтон, после долгих лет увлечения искусством и природой, увенчал свои успехи в этой области, найдя себе прекрасную молодую женщину. Она живет с ним: это двадцатилетняя англичанка, красивая и чудно сложенная. Он велел сшить очень идущие ей греческие одежды, и она ходит в них с распущенными волосами. Она находится в неустанном движении — стоит, преклоняет колена, сидит. В постоянной сменяемости выражения ее лица можно увидеть то, что желали бы изобразить величайшие артисты: вот она смотрит серьезно, грустно, кокетливо, с удивлением поднимает глаза, скромно опускает их, поглядывает то соблазнительно, то со страхом, то грозно. К каждому выражению лица она умеет задрапироваться шалью и изобретает разные способы украсить ею голову. Старый муж держит подле нее свечку и со всем пылом участвует в представлении. Он думает, что она похожа на знаменитые античные статуи, а ее прекрасный профиль напоминает те, что отчеканены на сицилийских монетах. Такие представления воистину уникальны. Два вечера все мы по-настоящему наслаждались».

С 9 по 12 октября в Воронеже пройдёт Неделя «Стрелки». Архитекторы и другие эксперты ответят на главные вопросы о потенциале города — как городские медиа могут вернуть интерес к Воронежу, какие экологические тренды можно внедрять уже сейчас и что меняется в городских привычках воронежцев. В главных ролях неизменная урбанистика и ангелоподобная богиня столичных модников Даша Шульга.

А нам с вами эта новость интересна, не потому что мы сейчас все резко двинемся в столицу Черноземья, а тем, что привлекать внимание прогрессивной общественности к различным городам (и не только большим) России, как мы знаем, очень благородно, а главное необходимо.

я мы русские

«Королевство полной луны» vs. «Криминальное чтиво».

Андрей Миронов, Марк Захаров, Александр Ширвиндт в фильме Александра Муратова «Умеете ли вы жить?», Киностудия имени Довженко, 1971 год

Если вы когда-нибудь хотели попробовать прустовскую мадленку, у меня для вас плохие новости.
Мадленка появилась у Пруста с третьей попытки: до этого в рукописи триггером воспоминаний был тост, потом бискотто и только потом мадлен - причем описание вкуса так и не поменялось. Это вообще-то давно не новость, но не мешает плодиться сотням рецептов мадленок "как у Пруста" - неопределенный сухарик так не вдохновляет.
Самое веселое на эту тему - расследование Эдмунда Левина для Slate в 2005 г. - http://www.slate.com/articles/life/food/2005/05/the_way_the_cookie_crumbles.html : он сначала честно пытался найти вкус "той самой мадленки" и выяснил, что ее не может быть. У Пруста рассказчик размачивает якобы мадленку в чае и чувствует крошки. Мадленки мягкие и должны таять во рту, даже в засохшем виде в ложке чая они не крошатся, сразу растворяются (да и описанное детство рассказчика явно не вяжется с засохшими пирожными, а вкус должен быть точно из детства).
То есть вкус мадленки, какой рецепт ни выбирай, к рассказчику и Комбре вас не приблизит. Скорее всего, заменить biscotte на madeleine понадобилось из-за символически богатой формы раковины и, главное, ради имени Мадлен - кроме Магдалины, это имя героинь двух знаковых для Пруста романов, "Франсуа-найденыша" Ж.Санд и "Доминика" Э.Фромантена.

«— Хочется то ли музыки и цветов, то ли зарезать кого-нибудь.»

Честно говоря, узнав о кончине прекрасного Марка Захарова, меньше всего хочется писать затрапезные посты о том, насколько прямолинейно вышеупомянутый сопротивлялся невежеству партийной номенклатуры; наиболее удачно состоялся и в театральной, и в кинематографической области; снова и снова открывал таланты Миронова и Папанова.

В первую очередь, хочется сказать о том, что Захаров был одним из немногих культурных деятелей, которые без потерь для собственных творчества и совести, преодолели эпоху безвременья.

Безусловно, донельзя театрализованное сжигание партбилета в прямом эфире - рефлексия, прямо скажем, топорная и неуместная.

Но, только подумайте, человек, руководивший Ленкомом в семидесятых и снявший Обыкновенное чудо, ставит спектакли по бессмертному «Дню опричника» Владимира Сорокина, приглашает к постановкам тогда ещё казавшимся оголтелым радикалом Богомолова и воспитывает главного комедийного постмодерниста отечественного кино Крыжовникова. Сразу хочется провести аналогию с Шахназаровым, после легендарного курьера Ивана перешедшему в стан аналитиков по «хохлам и пиндосии» на федеральных телеканалах.

“Коммунизм - это Царство Божие на Земле”.


Егор Летов о коммунизме:
https://www.youtube.com/watch?v=74niEQfkNiI