Касательно вышеупомянутых «дней удаления от скверны», в которые мы с Вадимом совершенно неожиданно оказались в Таганроге и которые известны широкой публике благодаря госпоже Сэй-Сёнагон с ее «Записками у изголовья». Что они означают? Ну, исходя из ассоциаций из названия, в числе прочего они подразумевают под собой возможность не общаться с необязательными людьми, не реагировать на окружающую вредность и отвечать на сообщения не в ту же секунду.
Это время, которое требуется уделить созерцанию, саморазвитию и самоуспокоению. Вадим (как видно по фото) предавался байроническим настроениям, я же каждое утро бегала, мало разговаривала и даже перманентно не слушала «бизнес фм».

Таганрог, не скроем, нас сильно удивил. Это такой город, который информационно укрылся от внимания большого туриста, вместо него предпочитающего ехать в Сочи, Ростов, Краснодар и прочие поп-места.
Ростов, конечно, мы тоже любим (в особенности нежиться в нашем драгоценном отеле «З9»), и он, будучи главным игроком, по очевидным причинам оттягивает на себя туристов. И только некоторая группа просвещенных, что способна видеть косвенные знаки (например, неспроста же А.П. Чехов и Рома Зверь именно из Таганрога) понимает, что не Ростовым единым.
Достаточно посмотреть на объём страницы в Википедии про сам город и количество страниц про его достопримечательности, чтобы понять, что там можно зависнуть дней на пять. Ведь статьи эти огромные — по любви, и в самом этом кружевном одноэтажном южнорусском городе это «по любви» очень считывается.

«А что по кабакам и гостиницам?» — спросите вы. Об этом тоже не беспокойтесь: есть и хипстерские забегаловки, и «дороженные рестораны» (мы наугад заходили в симпатичные глазу и никогда не ошибались), и бары, и даже бутик-отель. А ещё всегда можно купить душистый щавель, клубнику, горох и соленья на местном рынке, усесться под сенью акаций, курить сигары и слушать «чайфов» или Боба Дилана (которые этому городу очень идут). И наконец-то таки поймать вечно ускользающий и крайне заслуженный carpe diem.

Наконец-то воскресенье

Steve McQueen and Neile Adams in Big Sur, 1963

Отличный факт. Но так всем же известно, что дома на Новом Арбате — это еврейское пятикнижие. Просто слишком большое, чтобы его вовремя заметили цензоры.

«Чужелюбие вообще не входит в число наших добродетелей. Народы СССР сожительствуют как школьники. Они знакомы лишь по классной парте да по большой перемене, пока крошится мел»

Осип Мандельштам, 1932, «Путешествие в Армению. Севан». Портрет поэта авторства Льва Бруни.

«Бедность я не люблю за то, что от нее пропадает жизнь в мускулах и цвет на коже, показывается скелет человека и его подзаборное я».

Из дневников М. Пришвина, 1924 г.

«Как одна уборщица пытается толпу миллиардеров да пару супермоделей прокормить», — черная комедия «Треугольник печали» с остросоциальным сюжетом о кораблекрушении элитного лайнера получила в этом году «Золотую пальмовую ветвь» Каннского фестиваля.
Для его режиссëра Рубена Эстлунда это уже вторая подобная награда: первую он получил 5 лет назад за производственную драму о кураторе у которого украли мобильный телефон.

Гран-при поделили также два европейских фильма: «Близко» Люкаса Донта (о дружбе двух подростков) и «Звëзды в полдень» Клэр Дени (о журналистке и бизнесмене, бегущих из охваченного гражданской войной Никарагуа).
Жюри, отвергнув политически противоречивые фильмы и противостоящие друг другу страны — среди награжденных нет ни американцев, ни украинцев, ни россиян, да и восточноевропеец всего один, с картиной о цирковом осле — кажется, пытается вернуть Европе еë нормальность изрядно потрепанную за последние три бурных года. Но не является ли такое избегание противостояний просто попыткой засунуть голову в песок?

Madonna & Alaïa
📸by Steven Meisel, 1990

Сотни старшеклассников одетых в ватники и шапки-ушанки, вооружëнные арматурой бегут по городу, забивая каждого встречного, не исключая стариков и женщин. Дети сбрасывают с крыш многоэтажек на своих противников канализационные люки. Толпа обезумевших гопников высаживается с поезда в соседнем городе и начинает крушить все окружающее. Нет, это не постапокалиптический триллер и не постановочная клюква о «злых русских», а реальность Советского Союза 1970-х и 1980-х.

Эмблемой наступающего взрыва молодежного насилия и превращения разрозненных банд гопников во что-то более грозное стала Казань, где группировка «Тяп-ляп», знаменитая масштабными беспорядками держала город уже к 1976 году при полном безразличии властей. Чтобы государство обратило на нее внимание бандитам потребовалось начать массовое применение огнестрельного оружия против случайных прохожих.
Впрочем, последующие судебные процессы ничего не остановили — и в Перестройку набирающее обороты старое доброе ультранасилие было замечено и кинорежиссерами.

В 1987-1988 годах Николай Морозов и Роберт Хисамов снимают документальную трилогию о казанской молодëжи: «Пустота», «Страшные игры молодых», и, наконец, «Крик.ПТУ не с парадного подъезда».
Так что «лихие 90-е» начались задолго до распада Советского Союза и «Криминальная Россия» будущего стала знаменитой уже в самом начале Перестройки.

Интересно взглянуть и на танцы молодёжи из ОПГ 1980-х, запечатленные в самом конце «Крика», они, кажетcя, не происходят из какой-либо традиции, а попросту являются смесью уроков физкультуры и начальной военной подготовки. Строевой шаг, повороты на 90 градусов и имитирующие удары жесты руками и ногами, кажутся скорее элементами марша. Ну или чего-то очень примордиального и очень боевого.

Вот бы итальянская поп-дива Сабрина Салерно удивилась, если бы узнала как её жизнерадостный клип о летних романах воплотился сумрачными агрессивными движениями птушников из Татарской АССР.