Бахчисарайские гвоздики
Наталья Орейро на фоне Храма Василия Блаженного в 2001 году (за двадцать лет до получения российского гражданства). Надеюсь, не оскорбит ваших чувств!
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
К слову про Храм Василия Блаженного. Излюбленное было место для всякого рода рекламы, например Спрайта (тут сразу всё: и грудь, и гей-пропаганда). Режиссер данного ролика Тимур Бекмамбетов. Имидж — ничто, жажда — всё, как говорится!
«Облака вечные изменчивые странники. Облака — как жизнь... Жизнь тоже вечно меняется, она так же разнообразна, беспокойна и прекрасна...» — писал Эрих Мария Ремарк. В российской столице скоро появится «вертикальный город будущего». В sky-парке на высоте 170 метров можно будет убедиться, что динамичные облака действительно лучшие компаньоны для работы и спорта.
Парк на крыше разобьют в четвертом квартале проекта «Событие» от Донстрой в Раменках. Там же возведут sky-мосты со стеклянными ограждениями. Можно будет работать, отдыхать, заниматься спортом. А в домах обещают сделать фитнес-румы, детские клубы и гейм-пространства.
Кажется, скоро Раменки будут полностью застроены компанией, Донстрой развернулся тут по-крупному. Уже сданы «Огни», первые дома «Реки» и «События». К моменту заселения четвертого небоскреба «Событие» весь ансамбль подрастёт, а цены, как и положено, подпрыгнут. Потому что «жизнь тоже вечно меняется», только успевай уследить за событиями, как за меняющими форму облаками.
Парк на крыше разобьют в четвертом квартале проекта «Событие» от Донстрой в Раменках. Там же возведут sky-мосты со стеклянными ограждениями. Можно будет работать, отдыхать, заниматься спортом. А в домах обещают сделать фитнес-румы, детские клубы и гейм-пространства.
Кажется, скоро Раменки будут полностью застроены компанией, Донстрой развернулся тут по-крупному. Уже сданы «Огни», первые дома «Реки» и «События». К моменту заселения четвертого небоскреба «Событие» весь ансамбль подрастёт, а цены, как и положено, подпрыгнут. Потому что «жизнь тоже вечно меняется», только успевай уследить за событиями, как за меняющими форму облаками.
Пурим в этом году обзавелся собственным гимном, а по степени карнавальности приблизился к Burning man — всё это рифмуется с гастрономической коллаборацией Saviv и театра «Шалом», которая проходит на протяжении всего марта и отражает театральные премьеры в уникальных блюдах. «Гвоздики», как инфопартнер театра, рады представить вам это очаровательное меню.
Роуд-муви «Полная иллюминация» о репатриации молодого американца еврейского происхождения претворяется в смешении вкусов — сашими из лосося драй эйдж с тёртыми томатами, солёными лимонами, кумкватом и зеленью.
Спектакль «Владик поёт свою музыку» о силе любви перед глобальными катастрофами выражен маринованным мраморным грибом с паприкой и кумином (это правда фантастически вкусно, советую!). Блюдо обжаривают на гриле и подают на пышной подушке из тахини с томатами и рубленым зелёным чили.
Повесть Эфраима Савелы «Моня Цаскес — знаменосец» поставлена как гимн жизнелюбию, а в Saviv она отразилась в щедром рыбном шницеле с дзадзыки. Берите на двоих, иначе не схороните себя для десерта!
И, собственно, о десерте. Мой любимый спектакль «Жирная Люба», о котором я уже писала — в виде френч-тоста из традиционной израильской шоколадной «бабки» с яблоком и корицей. Разделить мне его, кстати, довелось с очаровательным худруком «Шалома» Олегом Липовецким, с которым я оказалась соседями по застолью.
При предъявлении билета на один из спектаклей театра «Шалом» в Saviv гостям дарят особенный комплимент, а при заказе блюд из меню коллаборации можно будет выиграть пару билетов на премьеры. Спецменю (и акция) там, понятное дело, не вечные. Так что успейте попробовать 💋
#ГвоздикиЕли
Роуд-муви «Полная иллюминация» о репатриации молодого американца еврейского происхождения претворяется в смешении вкусов — сашими из лосося драй эйдж с тёртыми томатами, солёными лимонами, кумкватом и зеленью.
Спектакль «Владик поёт свою музыку» о силе любви перед глобальными катастрофами выражен маринованным мраморным грибом с паприкой и кумином (это правда фантастически вкусно, советую!). Блюдо обжаривают на гриле и подают на пышной подушке из тахини с томатами и рубленым зелёным чили.
Повесть Эфраима Савелы «Моня Цаскес — знаменосец» поставлена как гимн жизнелюбию, а в Saviv она отразилась в щедром рыбном шницеле с дзадзыки. Берите на двоих, иначе не схороните себя для десерта!
И, собственно, о десерте. Мой любимый спектакль «Жирная Люба», о котором я уже писала — в виде френч-тоста из традиционной израильской шоколадной «бабки» с яблоком и корицей. Разделить мне его, кстати, довелось с очаровательным худруком «Шалома» Олегом Липовецким, с которым я оказалась соседями по застолью.
При предъявлении билета на один из спектаклей театра «Шалом» в Saviv гостям дарят особенный комплимент, а при заказе блюд из меню коллаборации можно будет выиграть пару билетов на премьеры. Спецменю (и акция) там, понятное дело, не вечные. Так что успейте попробовать 💋
#ГвоздикиЕли
Forwarded from Cinemagraphie
Снимки со съёмочных площадок Вонга Кар-Вая, фотограф Уинг Шья 🥀
Бахчисарайские гвоздики
Пурим в этом году обзавелся собственным гимном, а по степени карнавальности приблизился к Burning man — всё это рифмуется с гастрономической коллаборацией Saviv и театра «Шалом», которая проходит на протяжении всего марта и отражает театральные премьеры в…
С утра пораньше получила хорошие новости: «Гвоздики» теперь на листовках еврейского театра «Шалом» в качестве информационных партнёров ❤️
По этому случаю хочу напомнить про спектакль «Исход», где главный герой отправляется в путешествие в нескольких пластах реальности. Такой вот полет над гнездом собственной кукушки — сюрреалистический ребус, который превращает само понятие гнезда в кота Шредингера, сложный и многогранный. Ближайший показ 18 марта.
По этому случаю хочу напомнить про спектакль «Исход», где главный герой отправляется в путешествие в нескольких пластах реальности. Такой вот полет над гнездом собственной кукушки — сюрреалистический ребус, который превращает само понятие гнезда в кота Шредингера, сложный и многогранный. Ближайший показ 18 марта.
Танцоры балета Рудольф Нуреев и Эрик Брун в рубрике #Влюбленные:
Они познакомились через артистку балета, которая попросила Рудольфа сопровождать ее в Копенгаген, где та выступала вместе с Бруном. После первой встречи мужчины периодически виделись на репетициях, у них завязались романтические отношения. Рудольф, когда ему казалось, что в их связи что-то не так, орал, топал ногами и разбрасывал вещи по квартире, а испуганный Эрик убегал из дому. Нуреев бросался за ним вслед и умолял вернуться. «Наша встреча была подобна столкновению и взрыву двух комет», — говорил про это сам Эрик.
Также Нуреев регулярно изменял своему возлюбленному: Эрику такая распущенность была не по нраву. Он ревновал, страдал и периодически собирался уходить. Нуреев умолял остаться, клялся, что любит только его, что больше это не повторится. В общем, занимался эмоциональным насилием, как заключили бы сегодня. Однажды Брун этого не выдержал и уехал. Однако, когда он тяжело заболел, Нуреев спешно вылетел к нему: они проговорили до поздней ночи, а наутро Брун уже не мог разговаривать. Эрик умер, но его фотография всегда стояла у Рудольфа на столе.
Они познакомились через артистку балета, которая попросила Рудольфа сопровождать ее в Копенгаген, где та выступала вместе с Бруном. После первой встречи мужчины периодически виделись на репетициях, у них завязались романтические отношения. Рудольф, когда ему казалось, что в их связи что-то не так, орал, топал ногами и разбрасывал вещи по квартире, а испуганный Эрик убегал из дому. Нуреев бросался за ним вслед и умолял вернуться. «Наша встреча была подобна столкновению и взрыву двух комет», — говорил про это сам Эрик.
Также Нуреев регулярно изменял своему возлюбленному: Эрику такая распущенность была не по нраву. Он ревновал, страдал и периодически собирался уходить. Нуреев умолял остаться, клялся, что любит только его, что больше это не повторится. В общем, занимался эмоциональным насилием, как заключили бы сегодня. Однажды Брун этого не выдержал и уехал. Однако, когда он тяжело заболел, Нуреев спешно вылетел к нему: они проговорили до поздней ночи, а наутро Брун уже не мог разговаривать. Эрик умер, но его фотография всегда стояла у Рудольфа на столе.