Литературный стол был чрезмерно обутылен. Кусиков в чем-то уговаривал косенькую брюнетку. Оркестр играл беспрерывно. Рядом был А. Толстой. Напротив — Н. Крандиевская и Есенин, с повисшей со стола рукой. Она что-то говорила Есенину. Но Есенин не слыхал. Он вскидывал головой, чему-то улыбался и синими глазами смотрел в пьяное пространство. Сильно глушил оркестр. Бутылки шли на стол, как солдаты. Было уже поздно. Есенин обводил сидящих и уставлялся, всматриваясь. Бутылки. Руки. Стаканы. Стол. Цветы. Алексей Толстой. Кусиков с брюнеткой. Лицо Есенина. Все дробилось картиной кубиста.

Р. Гуль «Жизнь на Фукса», зарисовка из жизни берлинской эмиграции.
Обутыленный стол. Хм, не слышала раньше такого!

Среди зеркал, отражающих небо и ампирный шпиль Северного речного вокзала, проплывали фантасмагорические силуэты моделей с красиво вплетенной в орнаменты красной буквой «М».
Эта буква в последнее время вообще стала символом крутых коллабораций — от неуместных кроссовок Артемия Лебедева Мосметро прошло путь до коллабов с «Заспортом» и международными брендами вроде Lego и Barbie. Так что это уже уровень не региональной подземки, а Лондонского метро с его тиражируемыми образами.

Московский транспорт под управлением Максима Ликсутова все же теперь не только про поездки, но и про стиль и творчество. Бытие, как мы знаем, формирует сознание, поэтому городское пространство — всегда важный элемент сценографии нашей жизни. Оно должно давать простор воображению. И отдельно обнадеживает, что мэр в последнее время отдает большой приоритет поддержке молодежи. В Париже или в Берлине, например, начинающим талантам не так просто реализовать свои идеи. Дептранс неоднократно призывал в своем телеграм-канале присылать предложения и предлагал разные формы сотрудничества и обратной связи. Ну, если есть такая возможность, то можно и воспользоваться. В конце концов пока лето и жизнь, нужно извлекать из них пользу!

Сейчас общественные пространства стали важны — человечество выбрало город как основное место жизни. С разрушением института семьи люди живут по одному, но потребности в общении и близости остались. Так общественные пространства сейчас начинают играть роль мест, где можно безопасно контактировать, а потом уходить домой, в комфортную зону одиночества. Скажем, проект Северного речного вокзала — одно из крупнейший городских пространств и прекрасное украшение жизни города.

И через год после грандиозной реставрации он подтверждает амбиции новой главы светской Одиссеи. Логично, что именно тут на его крыше состоялся показ дебютной коллекции Ульяны Добровской (дочери Ренаты Литвиновой) и художника Фёдора Дьяконова. Вдохновением стал московский метрополитен, которому посвящена коллекция. Дизайн — оммаж Баленсиаге и Демне Гвасалии.

На подиуме было неоднородно — художник Павел Пепперштейн, блогер Маша Миногарова и главный люмпен Сева Черепанов. Публика, наоборот, по-татлеровски гармонична: Ксения Соловьёва, Маруся Фомина, Алексей Терехов и Евгения Милова рука об руку с Зинаидой Пронченко (ещё похорошевшей, куда более?). Из бонусов: оглушительное техно и запах июльской ночи. Красота!

Репортаж для «Гвоздик» сняла @neobaroccome

#фотофокус

Шел март '99, в киоски "Роспечати" поступил очередной номер "Птюча", а в "Птюч" поступила упаковка КЛЕЯ. Все было возможно, все.

Брамс — это какая-то хаотическая и совершенно бессодержательная сушь.

21 октября 1886

Это был великий человек, факультет которого выпустил множество успешных в дальнейшем людей, среди которых, впрочем, не было ни одного журналиста.

https://news.1rj.ru/str/esquire/23915