В корпусе Бенуа Русского музея сейчас проходит большая выставка русских космистов. Повод вспомнить главных его деятелей и узнать о них что-то новое. Например, знали ли вы, что Фёдоров надеялся неметафорично воскресить мёртвых? Циолковский был как Илон Маск своего времени, но, в отличие от Маска, решал задачи расселения в космосе философско-теоретически. Не удивительно, что смелые идеи сверхгуманизма (от сверхчеловека) дали продолжительные всходы.

На встрече с Айратом Багаутдиновым можно будет узнать и о самих космистах, и о тех, кто их идеи разрабатывал. По ссылке можно записаться на встречу.

Ленинг-гриб в интерпретации @sinyak.art

Скупые, сумрачные северные ландшафты, простые формы индустриальных пространств и московских окраин, вечное ощущение скрытой тревоги — кажутся постоянными спутниками фотосерий Тима Парщикова. Кстати, именно «Саспенс» и назывался его первый международно успешный проект, начавший свой путь с выставки в MMOMA в 2010 году. Выставка проехалась по многим итальянским и испанским музеям, не обойдя и Европейский дом фотографии в Париже.

В 2013 художник получил премию Кандинского: ей был отмечена серия «Times New Roman: Episode III». В ней, посреди елей и снегов, стареют и разрушаются псевдоантичные гипсовые слепки и мраморные скульптуры с наклеенными ценниками, предназначенные для оформления загородных домов российской элиты. Они кажутся такой же покинутой, но готовой к музеефикации серийной продукцией, как и бесконечные «римские копии с греческих оригиналов», заполонившие несколько столетий назад создающиеся музеи Европы.

Новая выставка, название которой позаимствовано из песни Rolling Stones «Gimme Shelter», также крутится вокруг серии «Саспенс», оставляя открытым вопрос — где же мы находимся: в шаге от реального выстрела или же за долю секунды до щелчка камеры фотографа?

Ретроспектива Парщикова проходит сейчас в Alina Pinsky Gallery, самой успешной (и самой у «Гвоздик» любимой) частной галлерее в Москве. Обязательно сходите, вам гарантированно понравится.