История протеста. Часть 7.
Государство наращивало социальные программы с одной стороны, а с другой вело поэтапную борьбу с социальным иждивенчеством и пыталось втянуть многочисленный сегмент самозанятых в какой-либо легальный оборот. Нужно отметить, что активная социальная политика нулевых и десятых годов дала большой приток рождаемости, а также существенный прирост дотаций в густонаселенные южные области. Демографическое давление привело к миграции в мегаполисы (что, кстати, «аукнулось» уже упомянутой историей в «Шаныраке»), а также к растущему запросу на патернализм. В качестве противовеса власть инициировала пропаганду ценностей труда и расширению налогооблагаемой базы за счет «теневой» экономики (кстати, эту политику пытаются повторить и в наши дни).
Тема борьбы с иждивенчеством возникла еще в 2011 г., а к началу 2019 г. комиссия во главе с вице-премьером Бердибеком Сапарбаевым ездила по регионам, проверяла правомочность начисления АСП и проводила изъятие незаконно выданных пособий.
В феврале 2019 г. произошел инцидент: в столице при пожаре погибли пять девочек, родители которых ушли на работу и оставили их одних. На следующий день в ряде городов прошли акции протеста многодетных матерей, требовавших пособий и решения жилищного вопроса. Главным виновником было объявлено правительство Сагинтаева, вскоре отправленное в отставку. Претензии были озвучены в адрес акимата и МТСЗН; о махинациях при получении АСП тут же забыли, а вопрос об ответственности родителей никто поднимать не стал (хотя аналогичные ситуации с малоимущими, но весьма многодетными семьями происходили и происходят регулярно).
Регулярные акции многодетных матерей стали проходить в течение следующих трех с половиной лет, в основном – в Шымкенте и Астане, причем от предложений арендного жилья или микрокредитов на развитие бизнеса большинство активисток упорно отказывались, требуя жилье в собственность и денежные пособия. Сам процесс производил впечатление определенной организованности, да и прекратился в конце 2022 г. словно по команде.
Не успели разобраться с многодетными, как произошли беспорядки после президентских выборов 2019 г.
Государство наращивало социальные программы с одной стороны, а с другой вело поэтапную борьбу с социальным иждивенчеством и пыталось втянуть многочисленный сегмент самозанятых в какой-либо легальный оборот. Нужно отметить, что активная социальная политика нулевых и десятых годов дала большой приток рождаемости, а также существенный прирост дотаций в густонаселенные южные области. Демографическое давление привело к миграции в мегаполисы (что, кстати, «аукнулось» уже упомянутой историей в «Шаныраке»), а также к растущему запросу на патернализм. В качестве противовеса власть инициировала пропаганду ценностей труда и расширению налогооблагаемой базы за счет «теневой» экономики (кстати, эту политику пытаются повторить и в наши дни).
Тема борьбы с иждивенчеством возникла еще в 2011 г., а к началу 2019 г. комиссия во главе с вице-премьером Бердибеком Сапарбаевым ездила по регионам, проверяла правомочность начисления АСП и проводила изъятие незаконно выданных пособий.
В феврале 2019 г. произошел инцидент: в столице при пожаре погибли пять девочек, родители которых ушли на работу и оставили их одних. На следующий день в ряде городов прошли акции протеста многодетных матерей, требовавших пособий и решения жилищного вопроса. Главным виновником было объявлено правительство Сагинтаева, вскоре отправленное в отставку. Претензии были озвучены в адрес акимата и МТСЗН; о махинациях при получении АСП тут же забыли, а вопрос об ответственности родителей никто поднимать не стал (хотя аналогичные ситуации с малоимущими, но весьма многодетными семьями происходили и происходят регулярно).
Регулярные акции многодетных матерей стали проходить в течение следующих трех с половиной лет, в основном – в Шымкенте и Астане, причем от предложений арендного жилья или микрокредитов на развитие бизнеса большинство активисток упорно отказывались, требуя жилье в собственность и денежные пособия. Сам процесс производил впечатление определенной организованности, да и прекратился в конце 2022 г. словно по команде.
Не успели разобраться с многодетными, как произошли беспорядки после президентских выборов 2019 г.
История протеста. Часть 8.
К моменту транзиту, как уже говорилось, особой оппозиции в стране не было: были две конструктивно оппозиционные парламентские партии и несколько незарегистрированных радикальных групп, выступавших под зонтичным брендом запрещенной партии ДВК.
Нужно отметить, что усиление президентской власти, исторически обусловленное необходимостью проведения реформ, укрепления и развития государственности, противодействия центробежным тенденциям и радикализму, в последующий период аргументировалось борьбой с олигархатом, клановостью, трайбализмом и внешней пропагандой. Следствием стала определенная утрата мобильности, а также закрытость от критики: любой чиновник завел привычку отметать любые претензии как «покушение на устои». Вместе с тем, общий курс, который можно было назвать «просвещенным авторитаризмом», обеспечил согласие и стабильность, внешнеполитическую гармонию и социально-экономическое процветание в стране – т.е. решил задачи, которые казались непреодолимыми несколькими десятилетиями ранее, но с другой стороны породил определенные проблемы и потребность в частичной либерализации. Политическая система нуждалась в перезагрузке, что и привело к транзиту власти весной 2019 г.
Смене власти предшествовала зачистка элитного поля и создание системы, при которой Назарбаев сохранил за собой часть полномочий и поэтапно передавал их новому президенту по мере укрепления его авторитета и власти.
Логика приближающегося транзита власти требовала наличия более или менее систематизированной оппозиции для легитимизации выборов. В апреле 2018 г. министром по делам религии и гражданского общества (затем – министром общественного развития) стал сенатор Дархан Калетаев – специалист по общественно-политическим мероприятиям. В мае возникает форум «Жана Казахстан», претендующий на роль «конструктивной оппозиции» и привлекший «светлые образы» Саакашвили и Кажегельдина к своей работе.
На выборы 2019 г. в качестве независимого кандидата был брошен активист форума Амиржан Косанов, которого подали избирателю не только как старого оппозиционера, но и «почти» национал-патриота. Неожиданно началась агитация за данного кандидата со стороны радикалов и «гражданских активистов» (новый термин, внедренный западной пропагандой вместо надоевших всем «оппозиционеров»). Туда же подтягивается и новый проект фонда Сороса в лице «молодежных» активистов «Оян, Казахстан» и прочие.
Косанов получает на выборах 16,2% – даже больше, чем получил Абдильдин в 1999 г. (11,7%) и после выборов несколько тысяч человек вышли на акции протеста, причем вели себя достаточно агрессивно: МВД сообщала о том, что толпа кидала камнями в полицейских и применяла перцовые баллончики. В организации незаконных митингов обвинили Аблязова, а сам Косанов отмежевался от этих акций и поздравил Токаева с победой.
Форум «Жана Казахстан» после выборов заявил о прекращении своей деятельности, а часть его активистов вошла в созданный президентом Национальный совет общественного доверия.
Впрочем, скучать не пришлось. Через несколько дней произошли взрывы на складе боеприпасов в Арыси и эвакуированные в Шымкент жители города устроили митинг с требованиями материальной помощи, погашения кредитов и предоставления жилья в Шымкенте. Ситуацию отрегулировали акиматы города и области при участии вице-премьера Сапарбаева.
К моменту транзиту, как уже говорилось, особой оппозиции в стране не было: были две конструктивно оппозиционные парламентские партии и несколько незарегистрированных радикальных групп, выступавших под зонтичным брендом запрещенной партии ДВК.
Нужно отметить, что усиление президентской власти, исторически обусловленное необходимостью проведения реформ, укрепления и развития государственности, противодействия центробежным тенденциям и радикализму, в последующий период аргументировалось борьбой с олигархатом, клановостью, трайбализмом и внешней пропагандой. Следствием стала определенная утрата мобильности, а также закрытость от критики: любой чиновник завел привычку отметать любые претензии как «покушение на устои». Вместе с тем, общий курс, который можно было назвать «просвещенным авторитаризмом», обеспечил согласие и стабильность, внешнеполитическую гармонию и социально-экономическое процветание в стране – т.е. решил задачи, которые казались непреодолимыми несколькими десятилетиями ранее, но с другой стороны породил определенные проблемы и потребность в частичной либерализации. Политическая система нуждалась в перезагрузке, что и привело к транзиту власти весной 2019 г.
Смене власти предшествовала зачистка элитного поля и создание системы, при которой Назарбаев сохранил за собой часть полномочий и поэтапно передавал их новому президенту по мере укрепления его авторитета и власти.
Логика приближающегося транзита власти требовала наличия более или менее систематизированной оппозиции для легитимизации выборов. В апреле 2018 г. министром по делам религии и гражданского общества (затем – министром общественного развития) стал сенатор Дархан Калетаев – специалист по общественно-политическим мероприятиям. В мае возникает форум «Жана Казахстан», претендующий на роль «конструктивной оппозиции» и привлекший «светлые образы» Саакашвили и Кажегельдина к своей работе.
На выборы 2019 г. в качестве независимого кандидата был брошен активист форума Амиржан Косанов, которого подали избирателю не только как старого оппозиционера, но и «почти» национал-патриота. Неожиданно началась агитация за данного кандидата со стороны радикалов и «гражданских активистов» (новый термин, внедренный западной пропагандой вместо надоевших всем «оппозиционеров»). Туда же подтягивается и новый проект фонда Сороса в лице «молодежных» активистов «Оян, Казахстан» и прочие.
Косанов получает на выборах 16,2% – даже больше, чем получил Абдильдин в 1999 г. (11,7%) и после выборов несколько тысяч человек вышли на акции протеста, причем вели себя достаточно агрессивно: МВД сообщала о том, что толпа кидала камнями в полицейских и применяла перцовые баллончики. В организации незаконных митингов обвинили Аблязова, а сам Косанов отмежевался от этих акций и поздравил Токаева с победой.
Форум «Жана Казахстан» после выборов заявил о прекращении своей деятельности, а часть его активистов вошла в созданный президентом Национальный совет общественного доверия.
Впрочем, скучать не пришлось. Через несколько дней произошли взрывы на складе боеприпасов в Арыси и эвакуированные в Шымкент жители города устроили митинг с требованиями материальной помощи, погашения кредитов и предоставления жилья в Шымкенте. Ситуацию отрегулировали акиматы города и области при участии вице-премьера Сапарбаева.
История протеста. Часть 9.
В сентябре вдруг на карте протестов вновь появился Жанаозен, где прошли акции протеста против «строительства 55 китайских предприятий на территории страны». Митинговая волна против «китайской экспансии» тут же переключилась на другие города, в том числе и в Алматы. Одновременно бурно развернулась кампания против т.н. «китайских концлагерей для казахов» и «китайских репрессий против казахов». Указанные лагеря долго назывались в западной прессе «уйгурскими», но где-то в конце 2017 г. в разгар торговой войны Трампа против КНР, вдруг стали называть их «казахскими» (особенно усердствовал «Азаттык» – казахская редакция американского «Голоса свободы»). Появились слезные истории про казахов и казашек – беженцев из Китая, в которых, правда, умалчивалось много интересного о личности этих самых беженцев, в защиту которых тут бросились многочисленные правозащитные организации, ДВК и национал-популисты, не забывая, впрочем, и о борьбе с «экспансией КНР».
Интересно, что некоторые активисты успели даже основать общественные движения в защиту китайских казахов, а кое-кто договорился о необходимости воевать с Пекином для освобождения «казахских земель», но затем без лишнего шума уехали в Европу и Америку.
Токаев в сентябре 2019 г. заявил: «Наш народ не должен вестись на подобные вещи. Подобного рода слухи исходят от недоброжелателей, которые умело манипулируют патриотическими настроениями людей, в том числе используют эмоциональных, эпатажных людей, чтобы достичь своих определенных целей. Такая манипуляция является частью геополитики, цель которой подорвать единство народа, дестабилизировать ситуацию в Казахстане».
Через три месяца Токаев выразился еще более резко: «В Синьцзяне проживают граждане КНР. Многие сообщения, которые предоставляются международными правозащитными организациями, не соответствуют действительности. Во всяком случае, в отношении этнических казахов идет какое-то намеренное нагнетание вокруг этой темы. Мы понимаем, что это часть геополитики, поскольку Китай и США столкнулись друг с другом в торговой войне. Как закончатся переговоры, будут ли сняты санкции против Китая, покажет время. Но Казахстан не должен стать территорией так называемого глобального антикитайского фронта».
Впрочем, волна митингов, правда, в уже меньших масштабов, продолжалась еще два года.
В сентябре вдруг на карте протестов вновь появился Жанаозен, где прошли акции протеста против «строительства 55 китайских предприятий на территории страны». Митинговая волна против «китайской экспансии» тут же переключилась на другие города, в том числе и в Алматы. Одновременно бурно развернулась кампания против т.н. «китайских концлагерей для казахов» и «китайских репрессий против казахов». Указанные лагеря долго назывались в западной прессе «уйгурскими», но где-то в конце 2017 г. в разгар торговой войны Трампа против КНР, вдруг стали называть их «казахскими» (особенно усердствовал «Азаттык» – казахская редакция американского «Голоса свободы»). Появились слезные истории про казахов и казашек – беженцев из Китая, в которых, правда, умалчивалось много интересного о личности этих самых беженцев, в защиту которых тут бросились многочисленные правозащитные организации, ДВК и национал-популисты, не забывая, впрочем, и о борьбе с «экспансией КНР».
Интересно, что некоторые активисты успели даже основать общественные движения в защиту китайских казахов, а кое-кто договорился о необходимости воевать с Пекином для освобождения «казахских земель», но затем без лишнего шума уехали в Европу и Америку.
Токаев в сентябре 2019 г. заявил: «Наш народ не должен вестись на подобные вещи. Подобного рода слухи исходят от недоброжелателей, которые умело манипулируют патриотическими настроениями людей, в том числе используют эмоциональных, эпатажных людей, чтобы достичь своих определенных целей. Такая манипуляция является частью геополитики, цель которой подорвать единство народа, дестабилизировать ситуацию в Казахстане».
Через три месяца Токаев выразился еще более резко: «В Синьцзяне проживают граждане КНР. Многие сообщения, которые предоставляются международными правозащитными организациями, не соответствуют действительности. Во всяком случае, в отношении этнических казахов идет какое-то намеренное нагнетание вокруг этой темы. Мы понимаем, что это часть геополитики, поскольку Китай и США столкнулись друг с другом в торговой войне. Как закончатся переговоры, будут ли сняты санкции против Китая, покажет время. Но Казахстан не должен стать территорией так называемого глобального антикитайского фронта».
Впрочем, волна митингов, правда, в уже меньших масштабов, продолжалась еще два года.
История протеста. Часть 10.
В мае 2020 г. вскоре после завершения карантина и ЧП, которые вызвали сильное раздражение в обществе и нанесли немалый ущерб экономике, был принят закон о мирных собраниях, после чего разрешенные и не очень митинги начали проходить постоянно. Запевалами выступали прозападные либерасты и национал-популисты, которые активно начали лезть и в социальную тематику. Отметим, что запевалой провокаций был все тот же Аблязов, взявший за моду регулярно призывать людей на митинги, в том числе и на чужие. Но помимо него желающих выступить по тому или иному поводу хватало. Под видом митинга в защиту женщин в Алматы умудрились провести даже подобие гей-парада, но тут, кстати, опять отметились структуры, получающие западное финансирование.
Заметим ряд особенностей данного периода: во-первых, приучение людей к регулярным выходам на митинги протеста по широкому спектру вопросов. Во-вторых, бурное развитие национал-популистской и либеральной блогосферы и появление новых онлайн-СМИ, проводящий указанный курс. В-третьих, отказ от создания формальных организаций и выставление в качестве единого бренда то ДВК, то ее клона в лице Демпартии. В-четвертых, активная апелляция в казахской молодежи как основной целевой аудитории. В-пятых, постепенное внедрение лозунгов против обоих президентов (и их курса). В-шестых, появление кратких звучных лозунгов (типа «Шал, кет»), подробные репортажи о митингах и «жестоких репрессиях» против митингующих и обилие красочных эмоциональных фотографий с мест событий, особенно с молодыми протестующими девушками. Вновь резко активизировалась работа по выставлению тех или иных задержанных и осужденных «активистов» в качестве «политических заключенных» или «жертв репрессий».
Все это создавало впечатление классической методички по проведению «оранжевых революций», однако не было достигнуто сколько-нибудь серьезной массовости и расширения социальной базы, прежде всего за счет маргиналитета.
Подобным инструментом располагали разве что радикальные ячейки и связанный с ними криминалитет, а также спецслужбы, которые явно патронировали часть протестных акций.
Отметим здесь уровень мобилизации части митингующих в июне 2019 г., совершенно не схожих с традиционными активистами, а также массовые беспорядки в Сатпаеве (Карагандинская область) в июле 2020 г. после изнасилования педофилом 5-летней девочки. Некоторые эксперты расценивали эти события как репетиции будущих «массовых протестов».
И мы подходим к самому громкому событию – январским событиям 2022 г.
В мае 2020 г. вскоре после завершения карантина и ЧП, которые вызвали сильное раздражение в обществе и нанесли немалый ущерб экономике, был принят закон о мирных собраниях, после чего разрешенные и не очень митинги начали проходить постоянно. Запевалами выступали прозападные либерасты и национал-популисты, которые активно начали лезть и в социальную тематику. Отметим, что запевалой провокаций был все тот же Аблязов, взявший за моду регулярно призывать людей на митинги, в том числе и на чужие. Но помимо него желающих выступить по тому или иному поводу хватало. Под видом митинга в защиту женщин в Алматы умудрились провести даже подобие гей-парада, но тут, кстати, опять отметились структуры, получающие западное финансирование.
Заметим ряд особенностей данного периода: во-первых, приучение людей к регулярным выходам на митинги протеста по широкому спектру вопросов. Во-вторых, бурное развитие национал-популистской и либеральной блогосферы и появление новых онлайн-СМИ, проводящий указанный курс. В-третьих, отказ от создания формальных организаций и выставление в качестве единого бренда то ДВК, то ее клона в лице Демпартии. В-четвертых, активная апелляция в казахской молодежи как основной целевой аудитории. В-пятых, постепенное внедрение лозунгов против обоих президентов (и их курса). В-шестых, появление кратких звучных лозунгов (типа «Шал, кет»), подробные репортажи о митингах и «жестоких репрессиях» против митингующих и обилие красочных эмоциональных фотографий с мест событий, особенно с молодыми протестующими девушками. Вновь резко активизировалась работа по выставлению тех или иных задержанных и осужденных «активистов» в качестве «политических заключенных» или «жертв репрессий».
Все это создавало впечатление классической методички по проведению «оранжевых революций», однако не было достигнуто сколько-нибудь серьезной массовости и расширения социальной базы, прежде всего за счет маргиналитета.
Подобным инструментом располагали разве что радикальные ячейки и связанный с ними криминалитет, а также спецслужбы, которые явно патронировали часть протестных акций.
Отметим здесь уровень мобилизации части митингующих в июне 2019 г., совершенно не схожих с традиционными активистами, а также массовые беспорядки в Сатпаеве (Карагандинская область) в июле 2020 г. после изнасилования педофилом 5-летней девочки. Некоторые эксперты расценивали эти события как репетиции будущих «массовых протестов».
И мы подходим к самому громкому событию – январским событиям 2022 г.
История протеста. Часть 11.
Нужно напомнить, что социальную проблематику, усиленную карантином 2020 г., власть достаточно энергично отработала, нарастив социальные выплаты и введя программы по поддержке МСБ. Митинговщина и медийное давление были основаны не столько на социальных причинах, сколько на внешней пропаганде.
В то же время Назарбаев взял курс на завершение периода двоевластия, передав Токаеву председательство АНК, согласовав ротацию первых руководителей ряда силовых структур и анонсировав передачу ему контроля над правящей партией «Нур Отан». В преддверии транзита первый президент удалил с поля ряд фигур, которые могли бы оспаривать выбор кандидатуры Токаева, но среди оставшихся было немало фигур, недовольных вторым президентом. Решение о передаче партии было встречено без энтузиазма – Назарбаев тем самым снял вопрос о том, что на выборах 2024 г. будет выдвинут другой кандидат.
Следующим шагом была бы передача Токаеву поста главы Совета безопасности, которая позволяла ему закончить расстановку своих фигур на столичной доске. По общему мнению, наиболее очевидной «жертвой» должен был стать глава КНБ Масимов, которого и самого когда-то называли в числе преемников. Масимов, что интересно, олицетворял как прокитайский вектор Астаны, так и прозападный, имея тесные связи с американским и британским истеблишментом.
Представляется, что в конце 2021 г. сошлись два фактора – во-первых, Масимов решил использовать последний шанс возглавить Казахстан, а во-вторых, нашим западным партнерам очень нужна была дестабилизация Центральной Азии на фоне надвигающегося военного конфликта на Украине – или хотя бы смена режима на более лояльный, поскольку Токаев показал себя приверженцем назарбаевского курса на стратегический союз с Москвой и Пекином. Да и сам Назарбаев продолжал доминировать в политической жизни и системе страны. Несмотря на многочисленные атаки подорвать его авторитет в обществе так и не удалось.
Задача заключалась таким образом в свержении обоих президентов, которую решено было обеспечить посредством организации массовых беспорядков по всей стране. Это вызвало бы коллапс системы управления, а затем можно было бы создать нужное «правительство народного доверия». Внутри КНБ Масимов не имел полного личного контроля, только служебный, а из представителей истеблишмента вряд ли мог кого-то заполучить в союзники. С другой стороны, по факту его власть элита бы затем приняла, напуганная беспорядками, а кроме того в силу привычки – Масимов больше 10 лет был премьером и главой АП,
В качестве основного инструмента был привлечен криминалитет, в т.ч. из-за рубежа. Поводом стало смена ценообразования на рынке сжиженного газа, которая больно затронула интересы все тех же мангистауских теневиков. Впоследствии в цепочке газового регулирования были проведены аресты, но доказать злой умысел следствие так и не смогло. Кроме того, на первые числа января была намечена смена премьера и госсекретаря, что создавало небольшой, но удобный вакуум власти.
Дальше события разворачивались по сценарию. Сразу после Нового года цены на газ ожидаемо скакнули, что тут же вызвало акцию протеста в искомом Жанаозене, а оттуда перекинулись на всю область, причем таким образом, чтобы максимально оттянуть прибывшие туда силы полиции, а также втянуть группу начальства, прибывшую на переговоры. Лозунги быстро перешли от газа к требованиям отставки правительства, которое и так собиралось уходить, но в тех условиях было воспринято как победа протестантов. Акции моментально начались в большинстве областных цен – была использована либеральная и национал-популистская информационно-пропагандистская сетка, а сами западные СМИ тут же возвестили о «мирных протестах» и требовали переговоров с «повстанцами».
Нужно напомнить, что социальную проблематику, усиленную карантином 2020 г., власть достаточно энергично отработала, нарастив социальные выплаты и введя программы по поддержке МСБ. Митинговщина и медийное давление были основаны не столько на социальных причинах, сколько на внешней пропаганде.
В то же время Назарбаев взял курс на завершение периода двоевластия, передав Токаеву председательство АНК, согласовав ротацию первых руководителей ряда силовых структур и анонсировав передачу ему контроля над правящей партией «Нур Отан». В преддверии транзита первый президент удалил с поля ряд фигур, которые могли бы оспаривать выбор кандидатуры Токаева, но среди оставшихся было немало фигур, недовольных вторым президентом. Решение о передаче партии было встречено без энтузиазма – Назарбаев тем самым снял вопрос о том, что на выборах 2024 г. будет выдвинут другой кандидат.
Следующим шагом была бы передача Токаеву поста главы Совета безопасности, которая позволяла ему закончить расстановку своих фигур на столичной доске. По общему мнению, наиболее очевидной «жертвой» должен был стать глава КНБ Масимов, которого и самого когда-то называли в числе преемников. Масимов, что интересно, олицетворял как прокитайский вектор Астаны, так и прозападный, имея тесные связи с американским и британским истеблишментом.
Представляется, что в конце 2021 г. сошлись два фактора – во-первых, Масимов решил использовать последний шанс возглавить Казахстан, а во-вторых, нашим западным партнерам очень нужна была дестабилизация Центральной Азии на фоне надвигающегося военного конфликта на Украине – или хотя бы смена режима на более лояльный, поскольку Токаев показал себя приверженцем назарбаевского курса на стратегический союз с Москвой и Пекином. Да и сам Назарбаев продолжал доминировать в политической жизни и системе страны. Несмотря на многочисленные атаки подорвать его авторитет в обществе так и не удалось.
Задача заключалась таким образом в свержении обоих президентов, которую решено было обеспечить посредством организации массовых беспорядков по всей стране. Это вызвало бы коллапс системы управления, а затем можно было бы создать нужное «правительство народного доверия». Внутри КНБ Масимов не имел полного личного контроля, только служебный, а из представителей истеблишмента вряд ли мог кого-то заполучить в союзники. С другой стороны, по факту его власть элита бы затем приняла, напуганная беспорядками, а кроме того в силу привычки – Масимов больше 10 лет был премьером и главой АП,
В качестве основного инструмента был привлечен криминалитет, в т.ч. из-за рубежа. Поводом стало смена ценообразования на рынке сжиженного газа, которая больно затронула интересы все тех же мангистауских теневиков. Впоследствии в цепочке газового регулирования были проведены аресты, но доказать злой умысел следствие так и не смогло. Кроме того, на первые числа января была намечена смена премьера и госсекретаря, что создавало небольшой, но удобный вакуум власти.
Дальше события разворачивались по сценарию. Сразу после Нового года цены на газ ожидаемо скакнули, что тут же вызвало акцию протеста в искомом Жанаозене, а оттуда перекинулись на всю область, причем таким образом, чтобы максимально оттянуть прибывшие туда силы полиции, а также втянуть группу начальства, прибывшую на переговоры. Лозунги быстро перешли от газа к требованиям отставки правительства, которое и так собиралось уходить, но в тех условиях было воспринято как победа протестантов. Акции моментально начались в большинстве областных цен – была использована либеральная и национал-популистская информационно-пропагандистская сетка, а сами западные СМИ тут же возвестили о «мирных протестах» и требовали переговоров с «повстанцами».
Поведение «мирных протестантов», впрочем, особо мирным не было. Активисты упорно пытались спровоцировать жесткую реакцию со стороны полиции и втягивали ее в столкновения. Начался штурм административных зданий, офисов силовых структур и магазинов с оружием. Астана тянула с разрешением на применение огнестрельного оружия, но ситуация была разрешена стандартно: некие неустановленные снайперы открыли огонь с крыш и «мирные граждане», быстро вооружившись, перешли к следующей фазе – разгрому систем управления.
Начавшееся мародерство втянуло в беспорядки местный маргиналитет и мелкий криминальный элемент. Сотрудники КНБ получили приказ разойтись по домам (кроме тех, кто был замешан в организации переворота). Армия была запутана противоречивыми приказами или отсутствием таковых. Часть акимов и местного генералитета просто сбежала.
На этом фоне самые непонятные события происходили в столице. Цельной картины никто не показал, но можно сделать вывод в том, что Масимов обвинил президента в потере контроля над страной и предложил ему покинуть пост – в обмен на приятную компенсацию. Но Токаев не зря стоял в очереди на трон почти 10 лет, чтобы уступить этот пост Масимову. Кроме того, можно предположить, что какую-то информацию о заговоре президент мог получить через свои каналы информации. В общем, в самый разгар событий в Алматы Масимов был смещен с должности и арестован вместе с некоторыми своими замами. Кроме того, Назарбаев, находившийся в Алматы, смог прорваться в столицу. Он сам писал в мемуарах, что охрана утратила доверие, и его эвакуацией занимался его управляющий делами Бисембаев.
Первый президент передал полномочия главы Совбеза Токаеву – правда, символически, поскольку сам процесс потребовал принятия правок в законы, что было сделано уже после событий.
Второй президент сделал ряд жестких заявлений, исключающих следование логике заговора, и обратился за помощью к Москве (формально – через ОДКБ), которая оперативно начала перебрасывать части ВДВ, уже развернутые для проведения СВО на украинской границе.
Ранее «мирные демонстранты» захватили алматинский аэропорт и блокировали авиасообщение (хотя некий борт из Оша они посадили). Впоследствии, на суде они заявляли, что бросились в порт, чтобы предотвратить российское вторжение, но вопрос в том, что в воздушную гавань они прибыли до того, как Токаев обратился к ОДКБ.
Российские десантники и спецназ создали не только тыл казахстанским силовикам, но и своим прибытием оказали мощное психологическое давление на боевиков. Параллельно спецназ МВД арестовал криминального авторитета Джумагельдиева, который в качестве местного «Робин Гуда» должен был направить беспорядки в «конструктивное русло» и призвать Масимова.
Началось бегство «бригадиров», а кроме того, следующая волна «протестующих» не решилась выйти на улицы.
В течение нескольких дней конституционный порядок был установлен, а россияне оперативно отбыли к месту будущего ТВД.
Начавшееся мародерство втянуло в беспорядки местный маргиналитет и мелкий криминальный элемент. Сотрудники КНБ получили приказ разойтись по домам (кроме тех, кто был замешан в организации переворота). Армия была запутана противоречивыми приказами или отсутствием таковых. Часть акимов и местного генералитета просто сбежала.
На этом фоне самые непонятные события происходили в столице. Цельной картины никто не показал, но можно сделать вывод в том, что Масимов обвинил президента в потере контроля над страной и предложил ему покинуть пост – в обмен на приятную компенсацию. Но Токаев не зря стоял в очереди на трон почти 10 лет, чтобы уступить этот пост Масимову. Кроме того, можно предположить, что какую-то информацию о заговоре президент мог получить через свои каналы информации. В общем, в самый разгар событий в Алматы Масимов был смещен с должности и арестован вместе с некоторыми своими замами. Кроме того, Назарбаев, находившийся в Алматы, смог прорваться в столицу. Он сам писал в мемуарах, что охрана утратила доверие, и его эвакуацией занимался его управляющий делами Бисембаев.
Первый президент передал полномочия главы Совбеза Токаеву – правда, символически, поскольку сам процесс потребовал принятия правок в законы, что было сделано уже после событий.
Второй президент сделал ряд жестких заявлений, исключающих следование логике заговора, и обратился за помощью к Москве (формально – через ОДКБ), которая оперативно начала перебрасывать части ВДВ, уже развернутые для проведения СВО на украинской границе.
Ранее «мирные демонстранты» захватили алматинский аэропорт и блокировали авиасообщение (хотя некий борт из Оша они посадили). Впоследствии, на суде они заявляли, что бросились в порт, чтобы предотвратить российское вторжение, но вопрос в том, что в воздушную гавань они прибыли до того, как Токаев обратился к ОДКБ.
Российские десантники и спецназ создали не только тыл казахстанским силовикам, но и своим прибытием оказали мощное психологическое давление на боевиков. Параллельно спецназ МВД арестовал криминального авторитета Джумагельдиева, который в качестве местного «Робин Гуда» должен был направить беспорядки в «конструктивное русло» и призвать Масимова.
Началось бегство «бригадиров», а кроме того, следующая волна «протестующих» не решилась выйти на улицы.
В течение нескольких дней конституционный порядок был установлен, а россияне оперативно отбыли к месту будущего ТВД.
История протеста. Часть 12 (финал)
Информсетка взвыла о том, что «кровавый режим» жестоко подавил мирный протест, а жертвы репрессий подверглись жестоким пыткам.
Ак Орда пошла на поводу «общественного мнения», поддержанного западными партнерами, и громко объявила, что все виновные в пытках будут наказаны. Таким образом, государство отчасти повторило постжанаозенский сценарий, наказав часть силовиков и проведя амнистию. Процессы по государственной измене и захвату власти, по организации массовых беспорядков, по захвату аэропорта, по бездействию военных, по злоупотреблениям силовиков были разделены и со стороны не дают цельной картины. Тему госизмены в условиях начавшейся СВО и глобальной санкционной войны Казахстана мудро разворачивать не стал, также как и предотвращенную несколько позже попытку покушения на президента в «интересах иностранной державы».
Кроме того, в интересах перезагрузки политической системы (уже с одним президентом) причинами январских событий были объявлены социальные проблемы и несправедливость, для преодоления которых был провозглашен курс на строительство «Нового Казахстана».
Президент в те дни заявил, что «произошедшие трагические события во многом вызваны серьезными социально-экономическими проблемами и неэффективной, а точнее, провальной деятельностью некоторых государственных органов. Произошел заметный отрыв отдельных исполнительных органов от трудных реалий и потребностей граждан. У представителей властных структур сформировалось искаженное представление о жизни людей, их чаяниях и запросах. Обострилась и проблема неравенства». Интересно, что схожее мнение Токаев высказывал и по поводу митингов в июне 2019 г.: «В основном это требования социального характера. Я не отрицаю, что эти вопросы существуют. В основном они исходят из того, что люди обеднели. Они требуют от правительства решения их насущных социально-экономических проблем».
Таким образом, была дана официальная оценка событий, разделяющая протестность и переворот. В последующий период появилась даже версия о том, что «мирные протесты» вытекали из указанных причин, а беспорядки организовал Назарбаев с целью возврата к власти. Тут логика, конечно, очень странная: первый президент, получается, пошел на организацию протестов под лозунгом «Шал, кет» и пожертвовал стабильностью и согласием, которые были символом его 30-летнего правления.
Токаев закрепил за собой СБ, АНК, партию «Аманат» (бывший «Нур Отан»), зачистил политическую элиту и госаппарат, провел референдум по конституционным изменениям, а затем выиграл досрочные выборы (получил 81% вместо 71% тремя годами ранее).
Играть в «слив пара» Астана больше не собиралась. Осенью синхронно закончились «акции многодетных матерей», а кроме того в течение нескольких месяцев силовики задержали нескольких «лидеров общественного мнения», которые чересчур увлеклись политическими провокациями и размещением компромата. Осенью 2023 г. Минфин опубликовал список физических и юридических лиц, получающих иностранное финансирование, который был окрещен «списком иноагентов». Хотя государство подчеркнуто воздерживалось от разговоров о принятии закона, аналогичного российскому, грузинскому, израильскому или американскому, но намек был сделан достаточно прозрачный.
Ранее одна из жанаозенских компаний, проиграв тендер, попыталась устроить акцию протеста в Астане, но в итоге нарвалась на достаточно жесткое правовое, политическое и информационное противодействие. Некоторое время согласованными действиями центра, акимата и КМГ удавалось держать в узде местных шантажистов, но в какое-то время Астана вновь пошла на переговоры и ситуацию пришлось восстанавливать заново.
В последующий «протестная волна» пришла в определенное равновесие: отдельные акции имели место (скажем, против строительства АЭС, утильсбора или запрета на ввоз автотранспорта по «серым схемам»), но в основном разборки ушли с улиц в социальные сети. Учитывая внешнее политическое давление и рост информационных провокаций Астана явно не собирается сбрасывать пар путем организации точечных акций, чтобы не давать повода для радикализации.
Информсетка взвыла о том, что «кровавый режим» жестоко подавил мирный протест, а жертвы репрессий подверглись жестоким пыткам.
Ак Орда пошла на поводу «общественного мнения», поддержанного западными партнерами, и громко объявила, что все виновные в пытках будут наказаны. Таким образом, государство отчасти повторило постжанаозенский сценарий, наказав часть силовиков и проведя амнистию. Процессы по государственной измене и захвату власти, по организации массовых беспорядков, по захвату аэропорта, по бездействию военных, по злоупотреблениям силовиков были разделены и со стороны не дают цельной картины. Тему госизмены в условиях начавшейся СВО и глобальной санкционной войны Казахстана мудро разворачивать не стал, также как и предотвращенную несколько позже попытку покушения на президента в «интересах иностранной державы».
Кроме того, в интересах перезагрузки политической системы (уже с одним президентом) причинами январских событий были объявлены социальные проблемы и несправедливость, для преодоления которых был провозглашен курс на строительство «Нового Казахстана».
Президент в те дни заявил, что «произошедшие трагические события во многом вызваны серьезными социально-экономическими проблемами и неэффективной, а точнее, провальной деятельностью некоторых государственных органов. Произошел заметный отрыв отдельных исполнительных органов от трудных реалий и потребностей граждан. У представителей властных структур сформировалось искаженное представление о жизни людей, их чаяниях и запросах. Обострилась и проблема неравенства». Интересно, что схожее мнение Токаев высказывал и по поводу митингов в июне 2019 г.: «В основном это требования социального характера. Я не отрицаю, что эти вопросы существуют. В основном они исходят из того, что люди обеднели. Они требуют от правительства решения их насущных социально-экономических проблем».
Таким образом, была дана официальная оценка событий, разделяющая протестность и переворот. В последующий период появилась даже версия о том, что «мирные протесты» вытекали из указанных причин, а беспорядки организовал Назарбаев с целью возврата к власти. Тут логика, конечно, очень странная: первый президент, получается, пошел на организацию протестов под лозунгом «Шал, кет» и пожертвовал стабильностью и согласием, которые были символом его 30-летнего правления.
Токаев закрепил за собой СБ, АНК, партию «Аманат» (бывший «Нур Отан»), зачистил политическую элиту и госаппарат, провел референдум по конституционным изменениям, а затем выиграл досрочные выборы (получил 81% вместо 71% тремя годами ранее).
Играть в «слив пара» Астана больше не собиралась. Осенью синхронно закончились «акции многодетных матерей», а кроме того в течение нескольких месяцев силовики задержали нескольких «лидеров общественного мнения», которые чересчур увлеклись политическими провокациями и размещением компромата. Осенью 2023 г. Минфин опубликовал список физических и юридических лиц, получающих иностранное финансирование, который был окрещен «списком иноагентов». Хотя государство подчеркнуто воздерживалось от разговоров о принятии закона, аналогичного российскому, грузинскому, израильскому или американскому, но намек был сделан достаточно прозрачный.
Ранее одна из жанаозенских компаний, проиграв тендер, попыталась устроить акцию протеста в Астане, но в итоге нарвалась на достаточно жесткое правовое, политическое и информационное противодействие. Некоторое время согласованными действиями центра, акимата и КМГ удавалось держать в узде местных шантажистов, но в какое-то время Астана вновь пошла на переговоры и ситуацию пришлось восстанавливать заново.
В последующий «протестная волна» пришла в определенное равновесие: отдельные акции имели место (скажем, против строительства АЭС, утильсбора или запрета на ввоз автотранспорта по «серым схемам»), но в основном разборки ушли с улиц в социальные сети. Учитывая внешнее политическое давление и рост информационных провокаций Астана явно не собирается сбрасывать пар путем организации точечных акций, чтобы не давать повода для радикализации.
Власть сохранила курс на согласие и стабильность (ныне – консолидация общества), а также многовекторность («проактивная внешняя политика, основанная на национальных интересах»). Добавились векторы на законность, справедливость, экологичность и диалог. Были повторены направления на индустриализацию и логистику.
Логика развития, впрочем, привела к тому же парадоксу, с которым столкнулась предыдущая администрация. Активная социальная политика и курс на умиротворение вновь привели к социальному иждивенчеству и приросту населения (особенно в малообеспеченных слоях), породившему демографическое и миграционное давление на инфраструктуру. Эту проблему, не мудрствуя лукаво, решили решать в рамках урбанизации, то есть переезда из сел в города, а из городов в мегаполисы, которые сами по себе столкнулись с дефицитом ресурсов для развития. Курс на культивирование традиционализма привел к росту религиозности (а соответственно, и религиозного экстремизма), ксенофобии (которую сама власть назвала «пещерным национализмом») и всплеску семейно-бытового насилия, с которым последнее время начали ожесточенную борьбу. Стимулирование политической конкуренции и развития гражданского общества привело к усилению внешнего воздействия на политическую систему. «Независимыми» партии и СМИ, как известно, могут быть только от денег. Борьба против олигархического влияния привела к тому, что нишу тут же заняли фигуры и издания иноагентского профиля, а зачистка госаппарата закончилась дефицитом идей и управленческого опыта. В итоге упало качество управление, снизились возможности по противодействию лоббизму и непотизму, а контроль решили заменить «мониторингом». Не удалось добиться реформы раздувшегося квазигоссектора. Парадигмой экономической политика стало желание решить все проблемы скопом, следствием чего стало резкое увеличение бюджетных расходов. В итоге было решено увеличить фискальную нагрузку на экономику, путем как усиления администрирования, так и повышения налогового бремени. Это процесс «удачно» совпал с курсом на повышение тарифов и дерегулирование цен на ГСМ (чтобы сделать отрасли «инвестиционно привлекательными»). Таким образом, на выходе получается инфляция, «съедающая» индексацию зарплат бюджетников, и ухудшение социального самочувствия и без того неустойчивого среднего класса, который только-только пришел в себя после шоков 2020 и 2022 гг.
В этом году власть дважды не пошла на «сброс пара», отказав парламентскому большинству в возможности оспорить реформу часовых поясов и фискальные новации правительства. Практически не работает институт легальных оппозиционных партий, число которых в Мажилисе выросло с 2 до 5, но новички боятся всерьез оппонировать правительству.
При этом Токаев достаточно популярен, реальной альтернативы у него нет (не только персональной, но и даже на уровне идеологии), а информационное пространство и бизнес-элита находятся под достаточно жестким контролем. Власть выстроила работающую систему диалога, что позволяет ей получать аналитический эксклюзив, перехватывать идеи и брать их на вооружение. С другой стороны, развиваются проблемы в системе госуправления, социальной и бюджетной сферах, которые могут воспользоваться недовольные элиты или внешние игры, но вместе с тем возникает риск и реального протеста.
Логика развития, впрочем, привела к тому же парадоксу, с которым столкнулась предыдущая администрация. Активная социальная политика и курс на умиротворение вновь привели к социальному иждивенчеству и приросту населения (особенно в малообеспеченных слоях), породившему демографическое и миграционное давление на инфраструктуру. Эту проблему, не мудрствуя лукаво, решили решать в рамках урбанизации, то есть переезда из сел в города, а из городов в мегаполисы, которые сами по себе столкнулись с дефицитом ресурсов для развития. Курс на культивирование традиционализма привел к росту религиозности (а соответственно, и религиозного экстремизма), ксенофобии (которую сама власть назвала «пещерным национализмом») и всплеску семейно-бытового насилия, с которым последнее время начали ожесточенную борьбу. Стимулирование политической конкуренции и развития гражданского общества привело к усилению внешнего воздействия на политическую систему. «Независимыми» партии и СМИ, как известно, могут быть только от денег. Борьба против олигархического влияния привела к тому, что нишу тут же заняли фигуры и издания иноагентского профиля, а зачистка госаппарата закончилась дефицитом идей и управленческого опыта. В итоге упало качество управление, снизились возможности по противодействию лоббизму и непотизму, а контроль решили заменить «мониторингом». Не удалось добиться реформы раздувшегося квазигоссектора. Парадигмой экономической политика стало желание решить все проблемы скопом, следствием чего стало резкое увеличение бюджетных расходов. В итоге было решено увеличить фискальную нагрузку на экономику, путем как усиления администрирования, так и повышения налогового бремени. Это процесс «удачно» совпал с курсом на повышение тарифов и дерегулирование цен на ГСМ (чтобы сделать отрасли «инвестиционно привлекательными»). Таким образом, на выходе получается инфляция, «съедающая» индексацию зарплат бюджетников, и ухудшение социального самочувствия и без того неустойчивого среднего класса, который только-только пришел в себя после шоков 2020 и 2022 гг.
В этом году власть дважды не пошла на «сброс пара», отказав парламентскому большинству в возможности оспорить реформу часовых поясов и фискальные новации правительства. Практически не работает институт легальных оппозиционных партий, число которых в Мажилисе выросло с 2 до 5, но новички боятся всерьез оппонировать правительству.
При этом Токаев достаточно популярен, реальной альтернативы у него нет (не только персональной, но и даже на уровне идеологии), а информационное пространство и бизнес-элита находятся под достаточно жестким контролем. Власть выстроила работающую систему диалога, что позволяет ей получать аналитический эксклюзив, перехватывать идеи и брать их на вооружение. С другой стороны, развиваются проблемы в системе госуправления, социальной и бюджетной сферах, которые могут воспользоваться недовольные элиты или внешние игры, но вместе с тем возникает риск и реального протеста.
БНС: Инфляция в Республике Казахстан в июне 2025 года за год составила 11,8% (в мае 2025 года – 11,3%), за месяц – 0,8% (в предыдущем месяце – 0,9%).
Цены на платные услуги за год выросли на 16,1% (в мае 2025г. – 16%), продовольственные товары – на 10,6% (в мае 2025г. – 9,6%), непродовольственные товары – на 9,4% (в мае 2025г. – 9%).
В региональном разрезе в июне 2025 года уровень инфляции, превышающий среднереспубликанский сложился в семи регионах, из них наибольший – в г.Алматы (13,8%), Карагандинской области (13,5%), г.Астана (13,1%).
Наибольший вклад в годовой уровень инфляции внесли продукты питания и безалкогольные напитки (4,2 процентных пункта), жилищные услуги (1,8 процентных пункта), здравоохранение (1,5 процентных пункта).
***
Вклад отдельных составляющих в годовую инфляцию в Республике Казахстан в июне 2025 года :
Продовольственные товары – 10,6%, хлебобулочные изделия и крупы – 3,6%, мясо и мясопродукты – 11,3%, молочные продукты – 7,6%, яйца – -0,6%, масла и жиры – 17,9%, фрукты и овощи – 20,7%, сахар – 2,3%, безалкогольные напитки – 11,9%, непродовольственные товары – 9,4%, одежда – 10,1%, обувь – 11,6%, моющие средства – 2,6%, бензин – 4,2%, товары личного пользования – 6,3%, платные услуги – 16,1%, жилищные услуги, вода, электроэнергия, газ и прочие виды топлива – 16,1%, оплата за содержание жилища – 12,7%, аренда жилья – 12,7%, обслуживание и ремонт жилых помещений – 6,5%, холодная вода – 96,3%, горячая вода – 15,1%, вывоз мусора – 10,9%, водоотведение – 34,6%, электроэнергия – 12,5%, газ – 16,8%, отопление центральное – 19,2%, твердое топливо – 9,0%, домофон – 11,3%.
***
За месяц уровень цен продовольственных и непродовольственных товаров повысился по 0,9%, платных услуг – на 0,8%.
Цены на платные услуги за год выросли на 16,1% (в мае 2025г. – 16%), продовольственные товары – на 10,6% (в мае 2025г. – 9,6%), непродовольственные товары – на 9,4% (в мае 2025г. – 9%).
В региональном разрезе в июне 2025 года уровень инфляции, превышающий среднереспубликанский сложился в семи регионах, из них наибольший – в г.Алматы (13,8%), Карагандинской области (13,5%), г.Астана (13,1%).
Наибольший вклад в годовой уровень инфляции внесли продукты питания и безалкогольные напитки (4,2 процентных пункта), жилищные услуги (1,8 процентных пункта), здравоохранение (1,5 процентных пункта).
***
Вклад отдельных составляющих в годовую инфляцию в Республике Казахстан в июне 2025 года :
Продовольственные товары – 10,6%, хлебобулочные изделия и крупы – 3,6%, мясо и мясопродукты – 11,3%, молочные продукты – 7,6%, яйца – -0,6%, масла и жиры – 17,9%, фрукты и овощи – 20,7%, сахар – 2,3%, безалкогольные напитки – 11,9%, непродовольственные товары – 9,4%, одежда – 10,1%, обувь – 11,6%, моющие средства – 2,6%, бензин – 4,2%, товары личного пользования – 6,3%, платные услуги – 16,1%, жилищные услуги, вода, электроэнергия, газ и прочие виды топлива – 16,1%, оплата за содержание жилища – 12,7%, аренда жилья – 12,7%, обслуживание и ремонт жилых помещений – 6,5%, холодная вода – 96,3%, горячая вода – 15,1%, вывоз мусора – 10,9%, водоотведение – 34,6%, электроэнергия – 12,5%, газ – 16,8%, отопление центральное – 19,2%, твердое топливо – 9,0%, домофон – 11,3%.
***
За месяц уровень цен продовольственных и непродовольственных товаров повысился по 0,9%, платных услуг – на 0,8%.
На пост акима Жанасемейского района Абайской области зарегистрированы 4 кандидата: советник акима (и бывший аким района) Нуржан Абдыкаримов ("Аманат"), руководитель аппарата районного маслихата Айдос Жанаков, руководитель отдела ЖКХ, пассажирского транспорта, автодорог, строительства, архитектуры и градостроительства города Курчатов Берик Жолдахмет и руководитель отдела занятости и социальных программ района Гулжан Сыздыханова (самовыдвиженцы).
Выборы назначены на 27 июля.
Выборы назначены на 27 июля.
Сообщается, что директором департамента макроэкономической политики Агентства по стратегическому планированию РК назначен... главный специалист бухгалтерии филиала ЧКОО «КМГ Кашаган Б.В» Шынгыс Сейдалиев
Ко дню дипломатического работника накидал небольшую калькуляцию.
Послами и постпредами за эти годы были 224 человека, в том числе 11 женщин (4,9%).
Кайрат Абдрахманов был послом 6 раз, Кайрат Умаров - 5 раз. 14 человек были послами по 4 раза (Жанкулиев, Жумабаев, Амреев, Исабаев, Нургалиев, Куанышев, Баударбек-Кожатаев, Казыханов, Утембаев, Жигалов, Даненов, Ибраев, Кабдрахманов, Сулейменов).
Послами были 2 брата (Атамкуловы), а также несколько трудовых династий (Абыкаевы, Темирбаевы, Батыршаулы, а также Исагалиевы).
Число самостоятельных посольств за годы независимости выросло с 5 до 79.
Чаще всего послы менялись в следующих странах:
12 - Россия
11 - Австрия, Беларусь
10 - Туркменистан, Узбекистан
9 - ООН, Индия, Иран, США, Турция, Франция
8 - Азербайджан, Великобритания, Египет, Израиль, КНР, Кыргызстан, Литва, Малайзия, Украина, ФРГ, Швейцария, Южная Корея.
Послами и постпредами за эти годы были 224 человека, в том числе 11 женщин (4,9%).
Кайрат Абдрахманов был послом 6 раз, Кайрат Умаров - 5 раз. 14 человек были послами по 4 раза (Жанкулиев, Жумабаев, Амреев, Исабаев, Нургалиев, Куанышев, Баударбек-Кожатаев, Казыханов, Утембаев, Жигалов, Даненов, Ибраев, Кабдрахманов, Сулейменов).
Послами были 2 брата (Атамкуловы), а также несколько трудовых династий (Абыкаевы, Темирбаевы, Батыршаулы, а также Исагалиевы).
Число самостоятельных посольств за годы независимости выросло с 5 до 79.
Чаще всего послы менялись в следующих странах:
12 - Россия
11 - Австрия, Беларусь
10 - Туркменистан, Узбекистан
9 - ООН, Индия, Иран, США, Турция, Франция
8 - Азербайджан, Великобритания, Египет, Израиль, КНР, Кыргызстан, Литва, Малайзия, Украина, ФРГ, Швейцария, Южная Корея.
Президент Токаев провел заседание Совета безопасности, на котором, как сообщается, "рассмотрены ключевые тенденции в сфере внутренней и внешней миграции".
Вопрос действительно является очень важным.
Казахстан регулярно сталкивается с проблемой нелегальной трудовой миграции и транзита мигрантов через свою территорию в ту же Россию.
Дело не только в том, что, мол, мигранты "забирают рабочие места у казахстанцев", но и в высоком уровне коррупции в госорганах, связанных с их регистрацией и регулированием. Очень слабо развит механизм вовлечения гастарбайтеров в правовые отношения, связанные с социальной защитой и уплатой налогов.
В последнее время был предпринят ряд мер по систематизации работы с платформенной занятостью, но без учета того, что в этой системе опять-таки работает немало мигрантов.
В ряде случаев Казахстан сталкивается с тем, что под видом гастарбайтеров и беженцев в страну въезжают активисты экстремистских организаций и представители криминалитета, находящиеся в розыске в своих странах.
Конечно, приток рабочей силы сам по себе не является негативом. В частности, в Казахстане он занимает те ниши, где местные не хотят или не могут работать. Я бы даже сказал, что гастарбайтеры, став низшей кастой в стране, стали элементом повышения социального самочувствия казахстанцев и показательным фактором уровня развития нашей страны на фоне остальной Центральной Азии.
Но это не снимает вопроса вовлечения мигрантов в легальные правовые отношения, тем более что, как показывает российский опыт, есть риски развития этнической преступности, религиозной радикализации - вплоть до вовлечения в террористические ячейки. Тем более, что помимо Средней Азии в эти отношения втягивается проблемный Афганистан.
Другим аспектом проблемы является многолетняя проблема с мошенничеством при этнической миграции. Уже много лет практически из всех регионов страны слышу одну и ту же историю: приехали оралманы, получили землю и льготы, затем все продали и уехали, а затем появились в соседней области, где все повторилось вновь. Это не говорит о том, что все оралманы занимаются подобным, а о том, что подобная практика присутствует и без коррупции в профильных госорганах такое невозможно.
Есть вопросы и с внутренней миграцией, которая направлена в мегаполисы и все тот же Мангистау. Раньше, как уже говорилось, действовали программы развития сельских территорий и моногородов, а в новой госпрограмме чиновники прописали "урбанизацию", которая в таких масштабах не решает проблемы ассимиляции, а лишь ведет к росту социального напряжения и перегрузке инфраструктуры.
Вопросов много и президент, судя по краткому, но емкому сообщению о заседании СБ, прекрасно их понимает.
Касым-Жомарт Токаев, как отмечается, "подчеркнул важность учета геополитических факторов и вызовов, демографических прогнозов и мотивов перемещения населения при реализации политики в области миграции". Кроме того, он "указал на необходимость обеспечения контроля за недопущением нелегальной миграции, а также стимулирования повышения человеческого капитала страны".
Вопрос действительно является очень важным.
Казахстан регулярно сталкивается с проблемой нелегальной трудовой миграции и транзита мигрантов через свою территорию в ту же Россию.
Дело не только в том, что, мол, мигранты "забирают рабочие места у казахстанцев", но и в высоком уровне коррупции в госорганах, связанных с их регистрацией и регулированием. Очень слабо развит механизм вовлечения гастарбайтеров в правовые отношения, связанные с социальной защитой и уплатой налогов.
В последнее время был предпринят ряд мер по систематизации работы с платформенной занятостью, но без учета того, что в этой системе опять-таки работает немало мигрантов.
В ряде случаев Казахстан сталкивается с тем, что под видом гастарбайтеров и беженцев в страну въезжают активисты экстремистских организаций и представители криминалитета, находящиеся в розыске в своих странах.
Конечно, приток рабочей силы сам по себе не является негативом. В частности, в Казахстане он занимает те ниши, где местные не хотят или не могут работать. Я бы даже сказал, что гастарбайтеры, став низшей кастой в стране, стали элементом повышения социального самочувствия казахстанцев и показательным фактором уровня развития нашей страны на фоне остальной Центральной Азии.
Но это не снимает вопроса вовлечения мигрантов в легальные правовые отношения, тем более что, как показывает российский опыт, есть риски развития этнической преступности, религиозной радикализации - вплоть до вовлечения в террористические ячейки. Тем более, что помимо Средней Азии в эти отношения втягивается проблемный Афганистан.
Другим аспектом проблемы является многолетняя проблема с мошенничеством при этнической миграции. Уже много лет практически из всех регионов страны слышу одну и ту же историю: приехали оралманы, получили землю и льготы, затем все продали и уехали, а затем появились в соседней области, где все повторилось вновь. Это не говорит о том, что все оралманы занимаются подобным, а о том, что подобная практика присутствует и без коррупции в профильных госорганах такое невозможно.
Есть вопросы и с внутренней миграцией, которая направлена в мегаполисы и все тот же Мангистау. Раньше, как уже говорилось, действовали программы развития сельских территорий и моногородов, а в новой госпрограмме чиновники прописали "урбанизацию", которая в таких масштабах не решает проблемы ассимиляции, а лишь ведет к росту социального напряжения и перегрузке инфраструктуры.
Вопросов много и президент, судя по краткому, но емкому сообщению о заседании СБ, прекрасно их понимает.
Касым-Жомарт Токаев, как отмечается, "подчеркнул важность учета геополитических факторов и вызовов, демографических прогнозов и мотивов перемещения населения при реализации политики в области миграции". Кроме того, он "указал на необходимость обеспечения контроля за недопущением нелегальной миграции, а также стимулирования повышения человеческого капитала страны".
Новые назначения в акиматах ВКО и Кызылординской области, судебной системе, АСПИР, АО "Национальные информационные технологии", АО "Altyn Bank", АО "Администрация Международного финансового центра "Астана"
https://nomad.su/?a=19-202507030034
https://nomad.su/?a=19-202507030034
nomad.su
Кадровые перестановки | Номад | 03.07.2025
Новые назначения в акиматах ВКО и Кызылординской области, судебной системе, АСПИР, АО Национальные информационные технологии, АО Altyn Bank, АО Администрация Международного финансового центра Астана | Новости Казахстана | 03.07.2025
Министерство транспорта является своего рода кузницей руководящих кадров. За годы независимости три министра стали премьерами, два вице-министра - главами АП и спикерами Мажилиса.
С другой стороны, многие пропали в безвестности.
Можно сделать вывод, что это министерство является транзитным: если чиновник что-то из себя представляет, то уверенно растёт дальше, если нет - то извините.
Но при этом другие ведомства такой статистики роста все равно не дают.
С другой стороны, многие пропали в безвестности.
Можно сделать вывод, что это министерство является транзитным: если чиновник что-то из себя представляет, то уверенно растёт дальше, если нет - то извините.
Но при этом другие ведомства такой статистики роста все равно не дают.
Новые назначения и отставки в Верховном суде, НК "Қазақстан темір жолы", ТОО "СК-Фармация"
https://nomad.su/?a=19-202507040034
https://nomad.su/?a=19-202507040034
nomad.su
Кадровые перестановки | Номад | 04.07.2025
Новые назначения и отставки в Верховном суде, НК Қазақстан темір жолы, ТОО СК-Фармация | Новости Казахстана | 04.07.2025
Кто руководил КТЖ
1. январь – октябрь 1997 - Еркин Калиев
2. октябрь 1997 – ноябрь 2001 - Аблай Мырзахметов
3. ноябрь 2001 – март 2002 - Бауржан Баймуханов
4. март 2002 – май 2007 - Ерлан Атамкулов
5. май 2007 – апрель 2008 - Жаксыбек Кулекеев
6. апрель 2008 - сентябрь 2016 - Аскар Мамин
7. сентябрь 2016 - ноябрь 2018 - Канат Алпысбаев
8. ноябрь 2018 - апрель 2021 - Сауат Мынбаев
9. апрель 2021 - июнь 2025 - Нурлан Сауранбаев
10. с июля 2025 - Талгат Алдыбергенов
1. январь – октябрь 1997 - Еркин Калиев
2. октябрь 1997 – ноябрь 2001 - Аблай Мырзахметов
3. ноябрь 2001 – март 2002 - Бауржан Баймуханов
4. март 2002 – май 2007 - Ерлан Атамкулов
5. май 2007 – апрель 2008 - Жаксыбек Кулекеев
6. апрель 2008 - сентябрь 2016 - Аскар Мамин
7. сентябрь 2016 - ноябрь 2018 - Канат Алпысбаев
8. ноябрь 2018 - апрель 2021 - Сауат Мынбаев
9. апрель 2021 - июнь 2025 - Нурлан Сауранбаев
10. с июля 2025 - Талгат Алдыбергенов
БНС опубликовало основные показатели работы промышленности за 2024 год.
Индекс промышленного производства составил 103,2%.
Рост производства наблюдается в горнодобывающей промышленности и разработке карьеров на 0,1%, обрабатывающей промышленности – на 6,9%, снабжении электроэнергией, газом, паром, горячей водой и кондиционированным воздухом - на 1,5%, водоснабжении; водоотведении; сборе, обработке и удалении отходов, деятельности по ликвидации загрязнений – на 5,6%.
***
Увеличилось производство продуктов питания (103,8%), кокса и продуктов нефтепереработки (105%), химической промышленности (107,5%), основных фармацевтических продуктов и фармацевтических препаратов (114,1%), резиновых и пластмассовых изделий (102,6%), прочей неметаллической минеральной продукции (106,4%), металлургии (106,9%), готовых металлических изделий, кроме машин и оборудования (128,4%), машиностроении (109,8%), прочих готовых изделий (116,5%).
***
Увеличение объемов производства зафиксировано в 18 регионах республики, снижение наблюдалось в Атырауской области (на 3%) и г. Алматы (на 1,4%).
Индекс промышленного производства составил 103,2%.
Рост производства наблюдается в горнодобывающей промышленности и разработке карьеров на 0,1%, обрабатывающей промышленности – на 6,9%, снабжении электроэнергией, газом, паром, горячей водой и кондиционированным воздухом - на 1,5%, водоснабжении; водоотведении; сборе, обработке и удалении отходов, деятельности по ликвидации загрязнений – на 5,6%.
***
Увеличилось производство продуктов питания (103,8%), кокса и продуктов нефтепереработки (105%), химической промышленности (107,5%), основных фармацевтических продуктов и фармацевтических препаратов (114,1%), резиновых и пластмассовых изделий (102,6%), прочей неметаллической минеральной продукции (106,4%), металлургии (106,9%), готовых металлических изделий, кроме машин и оборудования (128,4%), машиностроении (109,8%), прочих готовых изделий (116,5%).
***
Увеличение объемов производства зафиксировано в 18 регионах республики, снижение наблюдалось в Атырауской области (на 3%) и г. Алматы (на 1,4%).
В Казахстане прошел очередной этап судебной реформы. История этого явления сама по себе весьма интересна.
Так, в 1992 г. в Верховном суде наряду с коллегиями по гражданским и по уголовным делам была создана военная коллегия. В 1995 г. к ним добавилась коллегия по хозяйственным делам (на базе упраздненного Высшего арбитражного суда, который был в свою очередь основан в 1993 г. на базе основе Государственного арбитража).
В декабре 2000 г. был принят действующий конституционный закон "О судебной системе и статусе судей РК", которым были упразднены военная коллегия и коллегия по хозяйственным делам, зато возникла надзорная коллегия. В ноябре 2008 г. в структуре ВС возникли надзорная судебная коллегия по гражданским и административным делам и надзорная судебная коллегия по уголовным делам. В июле 2015 г. их заменили судебная коллегия по гражданским делам, судебная коллегия по уголовным делам и специализированная судебная коллегия (в марте 2021 г. переименована в судебную коллегию по административным делам).
Закон 2000 г. наряду с традиционными территориальными судами (областные, городские и районные) ввел понятие специализированных судов, к которым были отнесены прежде всего ранее существующие военные суды.
В январе 2001 г. были учреждены первые специализированные экономические суды, в феврале 2002 г. - специализированные административные суды, в августе 2006 г. - специализированный финансовый суд в Алматы, в августе 2007 г. - специализированные суды по делам несовершеннолетних, в декабре 2009 г. - специализированные суды по уголовным делам, в январе 2018 г. - специализированные следственные суды и суд Международного финансового центра "Астана" (не входящий в судебную систему страны), в январе 2021 г. - специализированные суды по административным правонарушениям,
Законами в июле и ноябре 2024 г. были включены в судебную систему кассационные суды, а в декабре указом президенты в столице были созданы кассационный суд по гражданским делам, кассационный суд по уголовным делам и кассационный суд по административным делам, которые с 1 июля приступили к работе.
В октябре минувшего года Касым-Жомарт Токаев обрисовал новую реформу: "Самостоятельность кассационных судов значительно расширит доступность правосудия для наших граждан, улучшит условия для инвестиций и ведения бизнеса. Главное, это будет способствовать полноценной реализации принципов справедливости и верховенства права. В то же время данный шаг уменьшит нагрузку на Верховный суд. Высший судебный орган теперь сможет полностью сосредоточиться на своей приоритетной задаче – обеспечении единообразия судебной практики",
Как видно, развитие судебной системы идет по пути специализации в соответствии с потребностями государства, населения и экономики. Учреждение кассационных судов является важным институтом защиты прав граждан и юрлиц, которые долгое время не могли добиться пересмотра тех или иных решений в силу загруженности Верховного суда. Кадровый состав кассационных судов, как заявил глава государства, должен быть сформирован из числа наиболее опытных судей. Судя по озвученным именам, Высший судебный совет постарался отобрать в состав новой инстанции опытных специалистов. Теперь осталось посмотреть, насколько оперативно и качественно они смогут приступить к делу.
Так, в 1992 г. в Верховном суде наряду с коллегиями по гражданским и по уголовным делам была создана военная коллегия. В 1995 г. к ним добавилась коллегия по хозяйственным делам (на базе упраздненного Высшего арбитражного суда, который был в свою очередь основан в 1993 г. на базе основе Государственного арбитража).
В декабре 2000 г. был принят действующий конституционный закон "О судебной системе и статусе судей РК", которым были упразднены военная коллегия и коллегия по хозяйственным делам, зато возникла надзорная коллегия. В ноябре 2008 г. в структуре ВС возникли надзорная судебная коллегия по гражданским и административным делам и надзорная судебная коллегия по уголовным делам. В июле 2015 г. их заменили судебная коллегия по гражданским делам, судебная коллегия по уголовным делам и специализированная судебная коллегия (в марте 2021 г. переименована в судебную коллегию по административным делам).
Закон 2000 г. наряду с традиционными территориальными судами (областные, городские и районные) ввел понятие специализированных судов, к которым были отнесены прежде всего ранее существующие военные суды.
В январе 2001 г. были учреждены первые специализированные экономические суды, в феврале 2002 г. - специализированные административные суды, в августе 2006 г. - специализированный финансовый суд в Алматы, в августе 2007 г. - специализированные суды по делам несовершеннолетних, в декабре 2009 г. - специализированные суды по уголовным делам, в январе 2018 г. - специализированные следственные суды и суд Международного финансового центра "Астана" (не входящий в судебную систему страны), в январе 2021 г. - специализированные суды по административным правонарушениям,
Законами в июле и ноябре 2024 г. были включены в судебную систему кассационные суды, а в декабре указом президенты в столице были созданы кассационный суд по гражданским делам, кассационный суд по уголовным делам и кассационный суд по административным делам, которые с 1 июля приступили к работе.
В октябре минувшего года Касым-Жомарт Токаев обрисовал новую реформу: "Самостоятельность кассационных судов значительно расширит доступность правосудия для наших граждан, улучшит условия для инвестиций и ведения бизнеса. Главное, это будет способствовать полноценной реализации принципов справедливости и верховенства права. В то же время данный шаг уменьшит нагрузку на Верховный суд. Высший судебный орган теперь сможет полностью сосредоточиться на своей приоритетной задаче – обеспечении единообразия судебной практики",
Как видно, развитие судебной системы идет по пути специализации в соответствии с потребностями государства, населения и экономики. Учреждение кассационных судов является важным институтом защиты прав граждан и юрлиц, которые долгое время не могли добиться пересмотра тех или иных решений в силу загруженности Верховного суда. Кадровый состав кассационных судов, как заявил глава государства, должен быть сформирован из числа наиболее опытных судей. Судя по озвученным именам, Высший судебный совет постарался отобрать в состав новой инстанции опытных специалистов. Теперь осталось посмотреть, насколько оперативно и качественно они смогут приступить к делу.
Первому президенту Казахстана Нурсултану Назарбаеву сегодня исполняется 85 лет.
В свое время - рабочий-металлург, комсомольский и партийный работник - секретарь парткома Карметкомбината, секретарь и второй секретарь Карагандинского обкома партии.
В 39 лет был выдвинут секретарем ЦК Компартии Казахстана по промышленности, в 43 - главой правительства республики. В 48 лет стал народным депутатом СССР, а затем первым секретарем ЦК Компартии Казахстана. В 49 лет был впервые избран президентом республики.
С его именем связано:
- обретение Казахстаном государственной независимости,
- обеспечение мира, политического стабильности и межнационального согласия,
- построение новой системы государственного управления и профессионального госаппарата,
- успешный переход страны от социализма к капитализму,
- обеспечение постоянного притока иностранных инвестиций в национальную экономику,
- сохранение и постоянное развитие системы социальной защиты населения в условиях расслоения,
- обеспечение внешнеполитического авторитета страны, ее встраивание глобальную экономику,
- внедрение цифровых инструментов и создание эффективной системы обслуживания населения и бизнеса,
- создание системы региональной экономической интеграции и коллективной безопасности.
Честно говоря, не думаю, что кто-либо из критиков или оппонентов первого президента мог бы справиться с решением этих задач.
Назарбаев был сильным, мудрым, эффективным, популярным, трудолюбивым и удачливым президентом, а страна под его руководством была успешной и стабильной.
И сколько бы его сейчас не критиковали (особенно те, кто в период его правления слагали о нем оды), его имя и заслуги из истории Казахстана вычеркнуть невозможно.
В свое время - рабочий-металлург, комсомольский и партийный работник - секретарь парткома Карметкомбината, секретарь и второй секретарь Карагандинского обкома партии.
В 39 лет был выдвинут секретарем ЦК Компартии Казахстана по промышленности, в 43 - главой правительства республики. В 48 лет стал народным депутатом СССР, а затем первым секретарем ЦК Компартии Казахстана. В 49 лет был впервые избран президентом республики.
С его именем связано:
- обретение Казахстаном государственной независимости,
- обеспечение мира, политического стабильности и межнационального согласия,
- построение новой системы государственного управления и профессионального госаппарата,
- успешный переход страны от социализма к капитализму,
- обеспечение постоянного притока иностранных инвестиций в национальную экономику,
- сохранение и постоянное развитие системы социальной защиты населения в условиях расслоения,
- обеспечение внешнеполитического авторитета страны, ее встраивание глобальную экономику,
- внедрение цифровых инструментов и создание эффективной системы обслуживания населения и бизнеса,
- создание системы региональной экономической интеграции и коллективной безопасности.
Честно говоря, не думаю, что кто-либо из критиков или оппонентов первого президента мог бы справиться с решением этих задач.
Назарбаев был сильным, мудрым, эффективным, популярным, трудолюбивым и удачливым президентом, а страна под его руководством была успешной и стабильной.
И сколько бы его сейчас не критиковали (особенно те, кто в период его правления слагали о нем оды), его имя и заслуги из истории Казахстана вычеркнуть невозможно.