Бог покинул человечество только из-за меня

Я виновен в смерти Христа и виноват за этот ад
За Хиросиму и за 9/11 виноват
Я виновен за Жанну д'Арк, за каждый чумной бубон
Я виновен за пожар в шестьсот шестьдесят шестом
За каждый голодный год, за каждый пустой карман, увы
Виновен за ГУЛАГ, виновен за расстрел Романовых

Я виноват один за всех — это maxima mea culpa

Я виновен, как повело, за текстуру и светотень
Виновен за Вавилон, виновен за Тяньаньмэнь
Я виновен за пивной путч, виновен за Карфаген

Виновен за всё на свете, но только вот перед кем?

Что может быть хуже, чем бесконечная тропа скорби?

И мне снится, что я стигматы
И гвозди из них торчащие — я
И что я диктатора руки кровоточащие
Я колотая рана под рёбрами Его сына;
Терновый венок, пустыни песок, я копьё Лонгина

Не видно звёзд на потолке
Моя любовь — это как пёс на поводке
К тебе с цепи срывается, туши окурки
Сливается добро и зло в одно за дверью дурки

Я говорю, просто молчи
Любовь, наркотики, Париж — это синоним к «ты»

Это любовь, Париж, помада Maybelline
Ты уже вся горишь, купюры Бенджамин
Ты видишь свет, фонари? Бумага вредная
Чтобы тебя забыть, не нужно времени

В изнеможении зажигаю снова под чей-то хит,
Хоть уже не понимаю слова от чепухи,
Что находится в крови, хотя вроде неплохим
Парнем воспитала мама.

Я надеюсь, Бог простит мои стихи.
Я видел столько боли,
Не забить её в кальян,
Не растворить в алкоголе,
И в наркоте не гниёт нихуя.

Помогите, друзья,
Похороните её и меня на танцполе.

Если спросит Бог «Чего ты хочешь, бро?»,
Хочу забыть боль, я хочу на танцпол,
Где светит стробоскоп красным-синим,
И девочки красивые, Господи, отвези меня.

Я держу в клетке всех демонов,
Слышишь гром от цепей?
Я снова в пламени, в пламени языках.

Если спросит Бог:
«Чего ты хочешь, волк?»
Хочу видеть лишь кайф близких,
Без блядских искр.