Гвардиола говорил о Гюндогане осенью 2019-го: «Это очень умный игрок. Интеллект – одно из качеств, которое я ценю больше всего. Илкай может играть рядом со своей штрафной, при этом забивая голы. Я не ожидал, что он будет столь стабильным в роли опорного полузащитника, но так и есть. Это исключительный игрок. Один из лучших в Европе».

В сезоне-2020/21 Гюндоган заиграл ближе к атаке и стал одним из главных тактических инструментов Пепа. Совмещая контроль полузащиты с рывками в штрафную, Илкай забил аж 17 мячей (раньше не набиралось больше шести).

«Я же говорил, что он может сыграть нападающего в стиле ложной девятки – и люди смеялись надо мной, – напоминал Гвардиола весной 2021-го. – Он готов подключаться в штрафную – у него подходящий ритм движения. Плюс он хорошо чувствует момент для рывка.

Илкай может играть в разных ролях, но он всегда думает, что лучше для команды. Он один из самых бескорыстных футболистов, которые были в моих командах».

Из-за скверного Евро-2020 Гюндоган начал следующий сезон в плохом настроении. Еще и соперники привыкли к манере игры Илкая, а его прежняя роль перешла к Кевину Де Брюйне.

Но Гюндоган все равно оставался для Пепа важным игроком и в последнем туре, заменив Бернарду Силву в середине второго тайма, перевернул игру с «Астон Виллой» и принес «Ман Сити» новый титул. После ухода Фернандиньо именно Илкая выбрали капитаном.

Он начал последний (как тогда казалось) английский сезон с двух голов в трех турах, но приключение со сборной снова получилось кошмарным. По информации Sport1, Гюндоган противился акции с закрытыми ртами перед игрой с Японией, что привело к трениям в команде, а потом был в ярости, когда Флик заменил на Горетцку в середине второго тайма.

«Мы слишком легко пропускаем, теряем мячи и упускаем голевые моменты, – сказал Илкай после вылета. – У Германии должны быть другие амбиции, поэтому необходимо внимательно взглянуть на себя. Мы просто не показали свой максимум как команда, а может быть, и индивидуально».

По возвращении в Манчестер Гюндоган снова выдал максимум и перед победным финалом ЛЧ сделал три дубля за несколько недель. Причем последний – в финале Кубка против «МЮ».

«В последние 10 лет ЛЧ была для меня навязчивой идеей, – отметил Гюндоган в письме на уход из «Ман Сити». – Когда моя дортмундская «Боруссия» проиграла финал в 2013 году, я был раздавлен – не мог осознать, что мы проиграли. Мысль об этом поражении преследовала меня 10 лет.

Я приехал в «Сити», потому что моей главной целью было завоевание этого трофея. Было ужасно, когда мы проиграли финал «Челси» два года назад. Год назад, когда я остался на скамейке в полуфинале с «Реалом» на «Этихаде», было еще тяжелее. Когда Пеп назвал состав, я был просто опустошен.

Сезон-2022/23 был похож на фильм. Но я не думаю, что мог мечтать о лучшем финале, чем финал в Стамбуле. Это было своего рода возвращением домой для меня и моей семьи. Я помню, как самолет заходил на посадку, и я смотрел в окно, понимая, что буду капитаном «Сити» в финале ЛЧ на родине моего дедушки.

Я могу только представить, что подумали фанаты, когда этот тихий парень со смешным именем приехал в Манчестер за большие деньги и появился на презентации с костылями. Я пришел сюда, хромая на одну ногу, а ухожу с ощущением, что летаю в облаках».

Интересно, с какими ощущениями он вернулся.

https://www.sports.ru/football/blogs/3252324.html

Это из-за него у Миллера зуб на «Спартак»

Геннадий Орлов рассказывал, что уже в юности Алексей Миллер страстно болел за «Зенит» и после бронзового сезона-1980 был задет уходом молодого нападающего Сергея Швецова в «Спартак».

В книге о «Зените» Орлов привел слова Миллера: «В 18 лет я впервые задумался, насколько же «Зенит» уступает многим советским клубам, тому же «Спартаку». Можно, оказывается, поманить молодого талантливого парня, и пятимиллионный город не может ничего сделать.

Было ощущение общей боли и обиды за родной город, за любимый клуб, за «стрелку». И я тогда дал себе слово, что когда у меня появится возможность, я обязательно помогу команде всем, чем смогу».

- Когда вас позвали в «Спартак»? - спросил я Швецова.

– В июне 1980-го. Я написал заявление о переходе в «Спартак» и отдал Бескову. Когда в декабре в Ленинграде узнали, что я собрался уходить, началась паника, меня живьем хотели закопать.

- В каком смысле?

– В прямом. Строилась новая команда, я хорошо провел второй круг, болельщики меня приняли, и я ушел. До меня в «Зените» был нападающий Андрей Редкоус, за «Зенит» он сыграл больше меня, был основным игроком, ушел в «Торпедо» – и ничего. А я ушел в «Спартак» – и война.

Сняли с меня звание мастера спорта, не дали бронзовую медаль, исключили из комсомола и расписали в газетах, какой я предатель. Для ленинградцев же «Спартак» – вражеский клуб. Веденеев говорил: «Тебе еще повезло, что смог уйти, а то вообще зарыли бы».

Зинченко советовал: «Иди в хороший клуб, Серег. Научишься хоть в футбол играть у игроков сборной. Здесь-то ты у кого научишься? Мы, старики, уже ушли». Зинченко тогда в Австрию уехал, хотя должен был ехать Веремеев из киевского «Динамо», но он сломался.

В 1981 году в сборной Лобановский, глядя не на меня, а в сторону, спросил: «Сергей, как же так? Мы ж с Морозовым договорились, что на следующий сезон ты переходишь в киевское «Динамо», а ты убежал в «Спартак». – «А я-то откуда знал?»

А мы же играли с киевским «Динамо» в конце сезона-1980. Договорной был матч, кажется. Или нет, не знаю. Смысл в том, что Лобановский с Морозовым тогда решили все насчет меня, но мне не сообщили.

- С какими проблемами столкнулись, переходя из «Зенита» в «Спартак»?

– Приехав из Ленинграда в Москву, я пошел со Старостиным в какое-то министерство, где мне дали справку: «Прописать Швецова в Москве без выписки из Ленинграда». Потом вызвали на итоговое собрание в «Зените».

Проколбасили меня там, и я пошел в ЖЭК выписываться. Показал им паспорт, они такие офигевшие на меня смотрят: все-таки не Куево-Кукуево, а человека, не выписав из Ленинграда, прописали в Москве. Вызвали наряд милиции: это что такое? Я им объяснил, что я Швецов, футболист. «У нас за всю жизнь ни разу таких случаев не было». – «Теперь есть».

Весной – первая игра с «Зенитом» в Ленинграде. Нас поселили в «Октябрьской», рядом с Московским вокзалом, где мы, кстати, встретили с иголочки одетого Аркадия Райкина.

Мне грозила армия, атмосфера в городе из-за моего приезда была накалена, болельщики «Зенита» частушки про меня пели, Бесков волновался и в тот же день, когда мы прилетели, сказал администратору Миронову: «Бери билет на ближайший поезд, самолетом не надо, и посылай его в Москву, к едрене фене.

Не нравится мне, чем здесь пахнет». Идем мы с Мироновым на поезд, за нами – милиционер. Миронов: «Ну все, Бес меня убьет. Он мне сказал, чтоб я тебя до поезда довел». А тот за нами все идет и идет, от последнего вагона до второго. Вдруг спросил: «Это Сергей Швецов?» Мы замерли: «Нет». – «Ну, как нет, я ж болельщик «Зенита». Я хотел узнать: Сереж, ты завтра будешь играть?» – «Нет, по семейным обстоятельствам еду в Москву». – «Дайте хоть автограф». А Миронов стоит белый, боится, что меня заберут. Милиционер взял автограф и пошел обратно.

https://www.sports.ru/football/blogs/859527.html

В дни пикового интереса к колумбийскому баскетболу вспомнилось, что именно в Колумбии наша баскетбольная сборная последний раз выиграла чемпионата мира. В 1982-м.

- На игры нас сопровождали шесть мотоциклистов с автоматами, - рассказывал мне атакующий защитник Хейно Энден. - Охраняли хорошо, но мы все равно выходили на прогулки.

Самое большое внимание привлекали центровые — Белостенный, Ткаченко, 17-летний Сабонис. Колумбийские мальчики бегали за ними толпами.

- Как выбирали соперника на финал?

- Мы вышли из подгруппы во второй раунд, где восемь команд играли в один круг. Две первые сборные выходили в финал.

Перед последним туром мы обеспечили себе минимум второе место, и от результата нашей последней игры — с США — зависело, с кем встретимся в финале. Если проиграем — с США. Если выиграем — с Югославией.

Ну, и мы решили, что хотим американцев.

С ними было легче играть.
У них были Док Риверс и еще пять баскетболистов, вскоре попавших в НБА, но у нас было больше опыта. Выиграли-то мы с разницей всего в одно очко, но только потому, что быстро оторвались в счете и рано поверили в победу.

- Чем запомнился турнир в Колумбии? - спрашиваю уже разыгрывающего Станислава Еремина.

- Каждую победу вырывали с трудом. Перед турниром нас пугали бандитизмом, но тогда все прошло без эксцессов. Также Гомельский договорился, чтобы в Колумбии пошили кроссовки Белостенному с Ткаченко, у которого 54-й размер. Помню, Мышкин забегает в номер и ржет: «Скорее спускайся».

- Зачем?

- «Сейчас Тканя увидит, что ему привезли. Посмеешься». Петрович с радостью предвкушал, что наконец-то получит удобную обувь. И обнаружил коробку — как от здорового телевизора. И огромный шузняк — то ли 58-го, то ли 60-го размера. С запасом сделали.

По отцовской линии Свен-Йоран Эрикссон родственник основоположника шведского социализма Таге Эрландера, который был премьер-министром Швеции рекордные (для демстран) 23 года. Но родственник больно уж дальний. Жизнь такое родство не облегчало. 

К тому же отец Эрикссона, Свен, долго не говорил родителям, что от него забеременела работница текстильного магазина Улла Свенссон, на три года старше его (21 и 18): познакомились в автобусе, где Свен трудился кондуктором.  

К жене он переехал через два года после рождения сына. Роды проходили в деревенском доме матери Уллы: надеялись обойтись без доктора, но пуповина обвилась вокруг шеи, и, по словам Эрикссона, мать с бабушкой думали, что он задохнется. 

Врача все же вызвали. Свен-Йоран выжил и через восемь лет прыгал на лыжах с 25-метрового трамплина. Хотя не хватало ни смелости, ни силы, ни техники. Однажды так ушиб копчик, что неделю не мог сидеть, но перебарывал себя и снова ехал на соревнования.  

А потом его приятель Ингемар при приземлении на тренировке в Зюслебеке налетел подбородком на колено и откусил пол-языка. Это любого отвратило бы от прыжков на лыжах, а Свен-Йоран еще и прочел автобиографию звезды Серии А Гуннара Нордаля, проникся чемпионатом мира-1958 и решил, что футбол интереснее.

https://www.sports.ru/football/blogs/3216198.html

«Лацио» Эрикссона – единственная итальянская команда, которую в 90-е я видел живьем. Увы, первый матч с «Ротором» в Кубке УЕФА обошелся без голов и без Синьори, которого я особенно ждал на поле, насмотревшись в «Футбольном клубе» на его пенальти без разбега.

В ответной игре Эрикссон выделил Беппе всего 13 минут, но тот все равно забил. Гол Платону Захарчуку – его последний, 127-й, в составе «Лацио».

Через три месяца Эрикссон велел ему разминаться во втором тайме матча с «Рапидом», но удалили Манчини, и вышел полузащитник Вентурин, а не Синьори. Беппе вскипел, и когда Эрикссон после матча поздравлял игроков с победой, выпалил: «Засуньте свои комплименты в задницу».

Вернувшись в Рим, он до семи утра блуждал по городу с другом Рамбауди: «И Рэмбо, и Краньотти, и [спортивный директор] Говернато уговаривали меня остаться, но я не мог больше работать с Эрикссоном и попросил найти мне другую команду».

«Когда я выезжал с базы, болельщики прыгали на мою машину и орали, лежа на капоте», – вспоминал Эрикссон в автобиографии.

От футбольных проблем его отвлекла влюбленность в Нэнси – жену болельщика «Ромы» Джанкарло. Осенью 1997-го тот подошел к Эрикссону в пригороде Рима и завязал знакомство, признавшись: «Ваша «Рома»-85/86 показывала лучший футбол, который я видел в жизни».

5 февраля 1998-го Эрикссон пригласил новых друзей на 50-летие. «В клубе Bella Blu собралось 50-60 человек, – рассказал Эрикссон. – Когда разговор зашел о Нэнси, моя бывшая жена Анки заявила: «Держу пари, она скоро окажется в постели мистера Эрикссона».

Ее предсказание сбылось».

***

Победу в Кубке Италии-2000 Эрикссон ценил выше чемпионства того же года.

«Финал предстоял в четверг, но ни в понедельник, ни во вторник мы не тренировались – весь город обмывал скудетто, – вспоминал Эрикссон. – Перед игрой тренер «Интера» Липпи сказал мне: «Вы уже чемпионы. Дай и нам выиграть». – «Вы и так победите. Мы толком не готовились».

Но в раздевалке я напомнил игрокам, что профессионалы сражаются в любой ситуации. И они обыграли «Интер». Я так ценю ту победу, потому что для меня она – лучшее проявление нашего победного духа. Его не было, когда я пришел в «Лацио».

https://www.sports.ru/football/blogs/3018170.html

Через полтора года после расставания с «Байером» Кристофу Дауму позвонил агент Тони Пройсс. «Есть сумасшедшее предложение. Ты будешь самым высокооплачиваемым тренером мира!» — «Что-что?» — «Тебя хочет «Шахтер» Донецк». Даум плохо расслышал и переспросил: «Как ты сказал? «Трактор» Донецк?»

Даум обратился за советом к бразильскому агенту Жуану Фигеру. Тот сообщил: «Президент «Шахтера» — Ринат Ахметов. Он чрезвычайно богат. Один из самых влиятельных людей Украины. На твоем месте я бы встретился с ним».

Ахметов прислал за Даумом частный самолет. В Донецке Кристофа и его жену Анжелику ждали два черных лимузина. «Когда водитель открыл багажник одного из них, я охренел, — сообщил Даум в книге «Всегда на пределе», — там лежало два автомата Калашникова. Он небрежно отодвинул их, освобождая место для нашего багажа, будто это не оружие, а французские булки».

Добравшись до отеля, Кристоф с Анжеликой заперлись в номере, но вскоре постучался Петер Светиц, спортивный директор венской «Аустрии», игравшей в тот же день в Донецке. «Сколько тебе предлагает «Шахтер»?» — спросил Светиц. Даум назвал астрономическую сумму и услышал: «Нам столько не по силам. Но дадим что-то близкое».

Вечером Даум посмотрел игру против «Аустрии» с Сергеем Бубкой и представителями «Шахтера». Ахметов же находился в ложе, защищенной пуленепробиваемым стеклом. Узнав, что предшественника Ахметова Ахатя Брагина взорвали во время матча, Даум окончательно понял, что не готов работать в Донецке.

Он отказался подписывать контракт, чем сильно обидел Ахметова, предлагавшего вдобавок к суперзарплате любой дом и помощь с бытовыми вопросами. Обратно Кристофа с Анжеликой отправили на грузовом самолете с алюминиевыми сиденьями, который к тому же приземлился в Бремене, а не Кельне.

Спустя 11 лет Даум взялся за «Бурсаспор», где сразу повздорил с фанатской группировкой Teksas Grubu. Фанаты требовали платить им каждый месяц за поддержку, но Кристоф отказался и на ближайшем матче услышал с трибун: «Даум, в отставку!»

Через несколько дней фанаты ворвались на базу «Бурсаспора» с бейсбольными битами. Кристоф вывел клуб в полуфинал Кубка Турции, но не мог больше это терпеть и в марте 2014-го вернулся в Германию.

«Когда я был в аэропорту, позвонил менеджер московского «Спартака»: «Мы очень хотим, чтобы вы были нашим тренером. Можете прилететь в Москву как можно скорее?» Я ответил, что это невозможно и пригласил представителя «Спартака» в Кельн. Но он настаивал на встрече в Москве, считая, что преимущества клуба очевиднее на месте.

Я не хотел сразу бросаться в новое приключение, нуждался в перерыве. Снова пригласил менеджера в Кельн, и вскоре наш разговор закончился. Больше я о «Спартаке» не слышал», — написал Даум в автобиографии. Вместо него вскоре после увольнения Карпина назначили Мурата Якина.

https://www.sports.ru/football/blogs/2987664.html

Георгий Мамардашвили станет шестым грузином в АПЛ. Первым был Кинкладзе. 

Ноэль Галлахер из Oasis вспоминал, что, впервые увидев Кинкладзе, подумал: с ним «Сити» либо выиграет Лигу чемпионов, либо через пять лет окажется в Четвертом дивизионе.  

«Мой приятель, работавший на стадионе «Мэйн Роуд» позвонил, когда мы подписали Кинки, и сказал: «Он будто из другого вида спорта!» – «Я уже слышал это». Но приятель оказался прав. 

В следующие несколько лет «МЮ» блистал в Европе, а мы маялись в низших лигах, зато у нас был лучший футболист Манчестера (после Роя Кина).

Он забивал все эти великолепные голы, обводя восьмерых соперников, потому что не видел достойного адресата для паса. 

***

Кинкладзе не жалеет, что остался в «Ман Сити» после вылета. Понимает: упустив шанс заиграть в «Барсе» или «Ливерпуле», он добился чего-то не менее важного, раз много лет спустя видит на «Этихаде» грузинские флаги и болельщиков в майках с его фамилией.

Летом 2011-го он на час задержал московский концерт Лиама Галлахера, разговорившись с ним в гримерке. Им было что вспомнить. 

Например, что половину манчестерской зарплаты Кинкладзе переводил в Грузию, и в середине 90-х на его деньги возродили тбилисский «Локомотив». Клуб, где 25 лет спустя раскрылся Георгий Мамардашвили.  

https://www.sports.ru/football/blogs/3263031.html

После трех туров «Торино» идет третьим - как в 1992-м, когда команда Эмилиано Мондонико побеждала «Реал», играла в финале еврокубка и мечтала о скудетто

«Этот «Торино» – команда ультрас, – сказал Мондонико после 2:0 с «Реалом» в полуфинале Кубка УЕФА (ранее он вывел в полуфинал Кубка Кубков команду Серии В «Аталанту», но в еврофинал попал впервые). – Это банда таких же диких пацанов, как те, что болеют на трибунах.

Позже Мондонико вспоминал: «В год борьбы за Кубок УЕФА мы стали третьими в Серии А, пропустив меньше всех в Италии. У нас было все для чемпионства, о котором мечтал [владелец клуба] Борзано, но в конце сезона-91/92 он сказал мне: «У меня неприятности. Для исправления ситуации я должен продавать игроков».

Летом 1992-го вингер «Торино» Джиджи Лентини подписал 4-летний контракт с «Миланом», став самым дорогим футболистом мира ($10,5 млн – рекорд держался четыре года, до трансфера Роналдо в «Барсу») и конференц-зал на туринской улице Кавура покинул под присмотром полиции, спасавшей его от ярости болельщиков.

Вечером первого июля 1992-го к офису «Торино» стянулось две тысячи болельщиков, несогласных с продажей Джиджи. В половине десятого они штурмом взяли здание, но не нашли президента Борзано и двинулись к офису его компании GIMA на улице Тренто. Забросав его камнями, болельщики поджигали потом мусорные баки, крушили витрины, машины и телефонные будки. Полиция уняла их слезоточивым газом лишь спустя четыре часа.

Но и в таких условиях – без Лентини и других проданных лидеров – «Торино» обыграл в финале Кубка Италии-1993 «Рому»: 3:0 дома и 2:5 в гостях. Три из пяти мячей в Риме пропустили с пенальти, и Мондонико так увлекся выяснением отношений с соперниками и судьями, что пропустил церемонию награждения.

«Потом мне сказали, что фанаты «Торино» не покинут стадион, пока я к ним не выйду, – вспоминал Мондонико. – Мы поздравили друг друга, и я вернулся в Турин, а утром увидел фанатов перед своим домом на улице Джованни Серве. Мы долго разговаривали. Нас связывали сумасшедшие отношения».

https://www.sports.ru/football/blogs/3085082.html

У Дешама сегодня новая встреча с Италией. В этой стране Дидье пять лет играл и год - тренировал.

Дешам говорил, что в сильнейшей европейской лиге девяностых вырос как человек и футболист: «Благодаря Италии я переживаю лучший период в карьере. Во Франции я был мальчиком на побегушках, а здесь стал полноценным футболистом. 

В Италии есть тренеры, которые отошли от защитных традиций. Раньше в Серии А учили не проигрывать, а теперь учат побеждать. 

В следующем году Франция примет чемпионат мира, и приобретенный в Италии победный менталитет будут иметь решающее значение. В Серии А мы готовимся к победе на ЧМ-1998», – сказал Дешам в январе 1997-го, когда половина основы сборной Франции играла в Серии А. 

Через две недели после победного для Дешама и Франции финала ЧМ-1998 тренер «Ромы» Зденек Земан заговорил о допинге как причине успехов команды Липпи, и полиция обнаружила в офисе «Юве» 281 лекарство, из которых больше десятка спортсменам не полагались. 

Врача «Юве» Рикардо Агриколу то отстраняли, то оправдывали, и остановились на том, что препараты, которые применяли игроки Липпи, либо не считались запрещенными в 1994-1998 годах, либо допинг умело маскировался – например, креатином.

«В 1995-1996 годах я пару месяцев принимал креатин, но потом понял, что мне это не нужно, и прекратил, – говорил Дешам. – Принимал 4-5 граммов в день. Мне сказали, что креатин – препарат, способствующий восстановлению. Все принимали его, но это не имеет ничего общего с допингом». 

Дидье признался, что расследование, подозрения и допросы морально опустошили его. В 1999-го он покинул «Юве» и воссоединился в «Челси» с Виалли и Десайи, а уже через пару лет – в неполные 33 – завершил карьеру игрока и мигом возглавил «Монако».

Дешам привел туда фитнес-тренера Антонио Пинтуса, знакомого по «Юве» и «Челси», и против обоих восстали лидер «Монако» Марко Симоне и его друг Кристиан Пануччи. В итоге: два очка в пяти турах и баннеры с призывами к отставке тренера.

Дешам чудом спас клуб от вылета и выдавил бунтовщиков, а его агент Жанно Верт бросил другие дела и сосредоточился на трансферной помощи Дешаму – привел Ротена, Адебайора и Морьентеса.

С ними Дешам забрался в финал Лиги чемпионов-2004, где проиграл «Порту» Моуринью, но из-за продажи лидеров и хаоса в руководстве (три президента за три года) вскоре покинул «Монако» и летом 2006-го вернулся в «Юве».

Пессотто лежал тогда с трубкой в горле в реанимации туринской больницы Молинетте после падения из окна офиса «Юве». Падовано лежал у телевизора в камере №15 тюрьмы Бергамо. А чемпионская пирамида Моджи из-за коррупционного скандала лежала в руинах. 

Принимая «Юве», Дешам не знал, в какой лиге предстоит работать. Только через четыре дня выяснилось – в Серии В.

https://www.sports.ru/football/blogs/3264393.html

«Вызвали Пальцева? Честно, не знаю, кто это», - ответил Дмитрий Баринов на вопрос о новичке сборной России 3 сентября, через три недели после игры с командой Пальцева в РПЛ.

У Валентина Пальцева увлекательная судьба. В детстве бросил ради футбола карате с гимнастикой, а в 17 лет был отвергнут «Нижним Новгородом» и заиграл в областном первенстве за богородский «Спартак». Тренировался два раза в неделю и получал 10-15 тысяч, но дожимал до пятидесяти, работая на мебельном заводе.

Спустя полтора года Пальцев перешел в «Волну» из Ковернино (рабочий поселок в Нижегородской области), где играл на обоих флангах защиты и полузащиты, десятку и центрфорварда (сейчас Валентин – правый ЦЗ).

Осенью 2021-го 20-летний Пальцев начал гостевой матч с «Енисеем-2» в центре атаки и в первом тайме забил с 11 метров Сергею Чепчугову, отпраздновав гол эффектным сальто. 

На 88-й минуте – при счете 4:0 – вратаря «Волны» Дениса Дегтярева удалили за фол в штрафной, и его перчатки с майкой надел Пальцев. Перед уходом с поля Дегтярев порекомендовал прыгнуть в левый угол – Пальцев советом воспользовался и потащил пенальти. 

Через несколько месяцев Валентин перешел в «Химки», но не пригодился ни Юрану, ни Талалаеву, и два с половиной года провел в «КАМАЗе», где постепенно превратился из правого бровочника в центрального защитника. 

В декабре прошлого года Пальцев сыграл за сборную ФНЛ против сборной МФЛ и после победы 4:0 сообщил:

«Уровень игры Медиалиги оценю на 3 из 10. Люди играют в футбол, у них моментами что-то получается, но они его портят своими разговорами. Они умеют пока только говорить, ##### больше не могут. Самый разговорчивый крайний защитник. Мушвиг? Я не знаю, кто он вообще. Я никого не знаю оттуда».

Дальше Пальцев не прошел просмотр в «Рубине», а через полгода стал первым трансфером махачкалинского «Динамо» в РПЛ и в шести турах наиграл на приглашение в сборную.

14 сентября Спортс" собирает в Москве любителей футбола для первого благотворительного забега в формах любимых команд — с финишем у кромки поля в Лужниках! Количество мест для регистрации ограничено.

Бежать можно в форме любой команды любого сезона — Спортс" расскажет о самых необычных джерси и поделится статистикой самых популярных клубов среди участников!

Всего две дистанции на выбор – 1,5 или 5 км. Сбор – в субботу, 14 сентября, в 13:00 на базе Уралхим Run Factory в Лужниках.

Организаторы собирают по 1000 рублей за участие, чтобы передать все собранные средства на поддержку и развитие спорта для людей с инвалидностью в фонд «Спорт для жизни».

13 сентября 1994-го «Текстильщик» - команда камышинского хлопчатобумажного комбината - дебютировала в Кубке УЕФА и разгромила в Москве венгерскую «Бекешчабу» (6:1). После 0:1 в ответном матче команда из Волгоградской области больше получаса на равных играла в 1/16 финала с «Нантом», чемпионом Франции того сезона.

Пятнадцатью годами ранее «Текстильщик» не считался лучшим даже в Камышине и не был единственной командой хлопчатобумажного комбината – там проводился чемпионат из двенадцати участников.

Все изменилось после того, как студент волгоградского института физкультуры Сергей Павлов потерял сознание после удара в колено, перестал играть и вернулся в Камышин, где отец работал директором одной из фабрик комбината.

Павлов читал много тренерской литературы и, приняв «Текстильщик», сразу выиграл городской чемпионат, а через несколько лет – областной. Финансирование Павлов организовал такое, что привлекал и игроков из других городов. Например, Сергея Наталушко.

– Жил я не в Камышине, а на другой стороне Волги, в Николаевске, – рассказывает Наталушко, отвлекаясь иногда на лай собак, что помогают охранять один из камышинских складов. – До 14 лет занимался легкой атлетикой, но долговязый был, шупленький, меня и выгнали – посчитали бесперспективным.

Тогда же, в 1974-м, сумасшедшее впечатление на меня произвел Кройфф. Раздавал, забивал, в защиту успевал. Для меня это до сих пор эталон игрока. После ЧМ-1974 я и переключился на футбол. Мне, правда, запрещали заниматься любым спортом.

– Почему?

– Зимой играли в хоккей, и мне клюшкой разбили голову. Я слишком долго держал снег у головы, и на коре мозга образовались воспалительные спайки. Начались приступы, как при эпилепсии.

Я не то что спортом не занимался – даже в школу полгода не ходил. В пятом классе это случилось. В Волгограде, помню, сознание терял, когда мне в голову закачивали кислород.

– Зачем?

– Чтобы спайки рассосались. Дальше вернулся в Николаевск и занялся футболом. Играл с мужиками на сельском уровне. Чеканить толком не умел, но придумывал упражнения, развивал чувство мяча, бегал по песку вдоль Волги.

А в 20 лет, в 1980-м, уехал по знакомству на Украину. Строил ровенскую АЭС. Работал плотником-бетонщиком. От одиночества женился (не очень удачно). С любительской командой объездил Западную Украину, но не чувствовал себя своим и в 22 года вернулся в Николаевск.

– Как попали в «Текстильщик»?

– Павлов заметил в первенстве области и позвал в Камышин. Я уже работал в типографии: думал, и дальше буду печатать всякие бланки, а футболом заниматься для души, в свободное время. Но Павлов упорствовал. Приезжал два-три раза и уговорил.

– Как?

– Сказал, что буду больше зарабатывать, занимаясь только футболом. В итоге я числился слесарем на камышинском хлопчатобумажном комбинате, но не работал там, а тренировался и играл за «Текстильщик» на областном уровне.

Сильных заводских команд тогда хватало – даже в отдельно взятом Камышине. После нас в советскую Вторую лигу вышел «Авангард» – команда камышинского кранового завода. Я и за нее поиграл после нового конфликта с Павловым.

– Сколько раз уходили от Павлова?

– За 17 лет – раз десять точно. Если не играл и чувствовал, что это несправедливо, говорил об этом тренеру. В футбол я особо играть не умел, но смотрел на больших игроков типа Мостового и думал: елки-палки, как они так умеют. И изо всех сил стремился улучшить работу с мячом. Ну и расстраивался, когда тренер это не ценил.

https://www.sports.ru/football/blogs/3265713.html

Сколько же переплетений в российском футболе.

В сентябре 1994-го наши дважды за три дня принимали на «Динамо» венгров. 13-го «Текстильщик» обыграл «Бекешчабу» (6:1), а 15-го ЦСКА – «Ференцварош» (2:1).

Автор первого камышинского гола в еврокубках Юрий Гусаков 25 лет трудился потом администратором «Зенита», а последние два года – в ЦСКА. Работу сменил из-за скандала с формой – главный тренер «Зенита» Сергей Семак пытался помочь, но не спас от увольнения.

Тот самый Семак, что в игре с «Ференцварошем» дебютировал в ЦСКА, выйдя на замену. Через три недели Сергей впервые появился в старте ЦСКА и тогда же впервые забил: из-за дисквалификации Радимова вышел в 1/16 Кубка России и открыл счет на 16-й минуте. 

Соперником был «Зенит».  

***

После возвращения из ПСЖ Сергей стал игроком «Москвы», но фанаты ЦСКА и дальше заряжали: «Эй, Семак, давай забей». Даже когда он выходил против ЦСКА и забивал – Акинфееву – сотый мяч в карьере. 

Тот гол (еще и победный для «Москвы» Слуцкого) Семак побежал праздновать к сектору ЦСКА и был встречен аплодисментами. Репертуар фанаты скорректировали только летом 2010-го (стало: «ЦСКА, давай забей»), когда Сергей перешел в «Зенит». 

«Мы звали Семака в ЦСКА перед переходом из «Рубина» в «Зенит», – говорил Слуцкий. – Он был не против, но мы не договорились с казанским клубом – это был очень дорогостоящий вариант для нас. 

Плюс, когда Семак начинал тренерскую карьеру, мы вели переговоры о том, чтобы он вошел в тренерский штаб ЦСКА. Но «Зенит» предложил более выгодные условия».  

https://www.sports.ru/football/blogs/3265839.html