Оставшиеся в живых моряки на плоту после того, как их корабль был затоплен немецкими ПЛ в Северной Атлантике.

Городок - Ленин (ЖЗЛ).

Сотрудники "Альфы" берут штурмом микроавтобус с террористами и заложниками. Сухуми, 15 августа 1990 года.

Во время штурма было ранено два спецназовца - один в ногу, второй в шею. Трое бандитов, в том числе Прунчак и Дзидзария (зачинщики бунта на территории СИЗО), были убиты.

Следом за штурмом микроавтобуса был проведён штурм СИЗО. Оставшиеся в изоляторе уголовники были деморализованы, и сломить их сопротивление удалось без особого труда. Впоследствии всех их ждали новые суды и увеличение сроков лишения свободы.

​Участник событий Орехов Игорь Владимирович вспоминает:

«Я выскочил из двери первым. Смотрю, рядом на расстоянии четырех-пяти метров катится «Рафик». Дверца на переднем сиденье открыта. В этой ситуации мне пришлось прыгнуть на водителя. В руке у него был пистолет. Ногой прижимаю его к двигателю, держу. Поскольку перегородки в салоне нет, то террорист, сидящий тут же, за водительским креслом, стал наводить на меня ствол. Мне пришлось не только столкнуть этого бандита в проход, к двери, но еще и прыгнуть на него.

Картина такая получается. Водителя держу ногами, а на этого урода навалился всем телом. Он упал, а я не могу дотянуться до его пистолета. У меня самого в одной руке пистолет, в другой молоток. Вот этим молотком-то стал я его долбить по руке, пока пальцы не разжались. Наши уже стекла бьют… Стал я подниматься на руках. Вижу, бандит с заднего сиденья целится в меня. Я это вижу, но сделать ничего не могу, т. к. на руке с пистолетом отжимаюсь. Упал. А когда чуть приподнялся, то в меня выстрелил «пассажир» (им оказался рецидивист Дзинзария - П. Е.), сидевший через двигатель. Он развернулся и выстрелил в упор. Меня спасло то, что в правой руке у него был ТТ, а в левой - мелкокалиберный пистолет Марголина.

Садануло - будто шпалой по шее. Пуля попала между каской и бронежилетом и, не задев жизненно важных органов, застряла возле позвонка. Но сознание не потерял. Каска тяжелая, и одна мысль - подниму я голову или нет? Потом ребята, когда нейтрализовали бандитов, стали кричать: «Игорь ранен, Игорь ранен!» Меня стали вытаскивать за ноги. А я вижу, что голову могу поднять, и стал отпихиваться: «Я сам»!»
———————————————
Прибытие "А" с Сухуми, Игорь Орехов с перевязанной шеей. 1990 год.

Пункт обмена валюты в микроавтобусе, Москва, 1993 год

Репортаж Вестей 1992 года об усилении казачества - "воинов и землепашцев пока без земли, но уже с винтовками". Диктор обеспокоен возможностью потери контроля российской властью над данной социальной группой, "как уже случилось с Конфедерацией Горских Народов Кавказа".
————————————————
#видеоархив

Памятник Владимиру Корнилову, поставленный на месте его гибели 17 октября 1854 года в первой из крупных бомбардировок. Вернее, тот памятник пустили на переплавку немцы в Великую Отечественную, а это - близкая к оригиналу реплика 1983 года. Однако как и большинство севастопольских памятников - красив.

Рядом вышвыривает из окопа бомбу другой герой Первой обороны - матрос Пётр Кошка, сын крепостного крестьянина из Подольской губернии, благодаря своей удали ещё во время войны ставший фольклорным героем - он регулярно участвовал в вылазках на вражеские позиции, и часто откровенно куражился. По легенде, в начале той бомбардировки он был рядом с Корниловым, и когда в блиндаж прилетела бомба - то ли вышвырнул её, то ли обезвредил, утопив в котелке с кашей, а на благодарность адмирала ответил «Доброе слово и Кошке приятно».

Корнилов в ту бомбёжку всё-таки погиб, а Кошка дожил до 1882 года, и умер в родном селе от простуды, которой заболел, спасая двух девочек, провавлившихся под лёд.

Парад фрайкора в Баварии по случаю победы над местными коммунистами. 8 мая 1919 года.

Белогвардейский летчик в кабине самолета у станции Варгаши, 1919 год.

Бой у Белого Дома. Москва. Октябрь 1993 года.