Колонна советских САУ ИСУ-122 на одной из улиц Берлина. Май 1945 года.
12 марта 1944 года на вооружение РККА была принята САУ ИСУ-122. Месяцем позже началось её серийное производство на Челябинском Кировском заводе (ЧКЗ), продолжавшееся по август 1945 года. Помимо РККА, ИСУ-122 состояли на вооружении армий Польши и Чехословакии, единичные трофейные машины использовались вермахтом.
В послевоенный период ИСУ-122 прошли модернизацию и достаточно долго состояли на вооружении Советской армии. Начиная с середины 1960-х годов, ИСУ-122 были сняты с вооружения Советской армии; некоторое количество уцелевших от разрезки на металл машин сейчас служат памятниками и экспонатами в музеях различных стран мира. Поставлялась также ряду стран, в большинстве из которых она снята с вооружения, но некоторое количество ИСУ-122 всё ещё, по состоянию на 2007 год, используется армией Вьетнама.
12 марта 1944 года на вооружение РККА была принята САУ ИСУ-122. Месяцем позже началось её серийное производство на Челябинском Кировском заводе (ЧКЗ), продолжавшееся по август 1945 года. Помимо РККА, ИСУ-122 состояли на вооружении армий Польши и Чехословакии, единичные трофейные машины использовались вермахтом.
В послевоенный период ИСУ-122 прошли модернизацию и достаточно долго состояли на вооружении Советской армии. Начиная с середины 1960-х годов, ИСУ-122 были сняты с вооружения Советской армии; некоторое количество уцелевших от разрезки на металл машин сейчас служат памятниками и экспонатами в музеях различных стран мира. Поставлялась также ряду стран, в большинстве из которых она снята с вооружения, но некоторое количество ИСУ-122 всё ещё, по состоянию на 2007 год, используется армией Вьетнама.
Лётчики 19-го гвардейского авиационного полка обсуждают прошедший боевой вылет у самолёта P-39 «Аэрокобра» (Bell P-39 Airacobra). Карельский фронт, аэродром Шонгуй, Мурманская область, 1943 год.
В центре - командир эскадрильи 19-го ГИАП гвардии майор Павел Степанович Кутахов (впоследствии Дважды Герой Советского Союза, главнокомандующий ВВС СССР и Главный маршал авиации).
В центре - командир эскадрильи 19-го ГИАП гвардии майор Павел Степанович Кутахов (впоследствии Дважды Герой Советского Союза, главнокомандующий ВВС СССР и Главный маршал авиации).
Гитлер принимает овации в Рейхстаге после объявления о «мирном» присоединении Австрии. Март 1938 года.
В ночь на 12 марта 1938 года германские войска, заранее сосредоточенные на границе в соответствии с планом «Отто», вошли на территорию Австрии.
Австрийская армия, получившая приказ не оказывать сопротивления, капитулировала. В 4 часа утра в Вену в качестве первого представителя нацистского правительства прибыл Гиммлер в сопровождении Вальтера Шелленберга и Рудольфа Гесса. Шушнига отправили в концлагерь, где он оставался до мая 1945 года.
13 марта в 19 часов Гитлер торжественно въехал в Вену в сопровождении шефа Верховного главнокомандования вооружёнными силами Германии (ОКВ) Вильгельма Кейтеля. В тот же день был опубликован закон «О воссоединении Австрии с Германской империей», согласно которому Австрия объявлялась «одной из земель Германской империи» и отныне стала называться «Остмарк».
В ночь на 12 марта 1938 года германские войска, заранее сосредоточенные на границе в соответствии с планом «Отто», вошли на территорию Австрии.
Австрийская армия, получившая приказ не оказывать сопротивления, капитулировала. В 4 часа утра в Вену в качестве первого представителя нацистского правительства прибыл Гиммлер в сопровождении Вальтера Шелленберга и Рудольфа Гесса. Шушнига отправили в концлагерь, где он оставался до мая 1945 года.
13 марта в 19 часов Гитлер торжественно въехал в Вену в сопровождении шефа Верховного главнокомандования вооружёнными силами Германии (ОКВ) Вильгельма Кейтеля. В тот же день был опубликован закон «О воссоединении Австрии с Германской империей», согласно которому Австрия объявлялась «одной из земель Германской империи» и отныне стала называться «Остмарк».
Жители Ленинграда приветствуют танкистов 20-й танковой бригады на танках Т-28, возвращающихся с Карельского перешейка. 24 апреля 1940 года.
13 марта 1940 года закончилась советско-финская война. Война завершилась подписанием Московского мирного договора. В состав СССР перешло 11% территории Финляндии (со вторым по величине городом Выборгом). 430 тысяч финских жителей финские власти принудительно переселили из прифронтовых районов вглубь страны.
7 марта в Москву прибыла финская делегация, а уже 12 марта был заключён мирный договор, согласно которому боевые действия прекращались в 12 часов 13 марта 1940 года. Несмотря на то, что Выборг, согласно договору, отходил к СССР, советские войска утром 13 марта предприняли штурм города. Впрочем, по мнению историка Баира Иринчеева, связано это было с тем, что известия о завершившихся накануне ночью переговорах дошли до обеих сторон лишь в первой половине 13 марта, когда войска уже ушли на выполнение приказа.
13 марта 1940 года закончилась советско-финская война. Война завершилась подписанием Московского мирного договора. В состав СССР перешло 11% территории Финляндии (со вторым по величине городом Выборгом). 430 тысяч финских жителей финские власти принудительно переселили из прифронтовых районов вглубь страны.
7 марта в Москву прибыла финская делегация, а уже 12 марта был заключён мирный договор, согласно которому боевые действия прекращались в 12 часов 13 марта 1940 года. Несмотря на то, что Выборг, согласно договору, отходил к СССР, советские войска утром 13 марта предприняли штурм города. Впрочем, по мнению историка Баира Иринчеева, связано это было с тем, что известия о завершившихся накануне ночью переговорах дошли до обеих сторон лишь в первой половине 13 марта, когда войска уже ушли на выполнение приказа.
Колонна танков панцергренадерской дивизии СС «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер» под Харьковом. Третья битва за Харьков. Март 1943 года.
14 марта 1943 года немецкие войска повторно заняли Харьков, советская 3-я танковая армия была полностью окружена. 15 марта генерал-майор Е. Е. Белов, руководивший обороной города, принял решение пробиваться в направлении на юго-восток, между Змиёвым и Чугуевым. Прорыв был осуществлен в целом успешно, и к 17 марта защитники Харькова сосредоточились на восточном берегу реки Северский Донец.
14 марта 1943 года немецкие войска повторно заняли Харьков, советская 3-я танковая армия была полностью окружена. 15 марта генерал-майор Е. Е. Белов, руководивший обороной города, принял решение пробиваться в направлении на юго-восток, между Змиёвым и Чугуевым. Прорыв был осуществлен в целом успешно, и к 17 марта защитники Харькова сосредоточились на восточном берегу реки Северский Донец.
Марш пленных немцев по Москве - впереди многотысячных колонн солдат и офицеров ведут группу из 19 немецких генералов.
Марш немецких пленных состоялся 17 июля 1944 года, демонстрируя советским людям, а также союзникам, не верившим в успехи Красной Армии, результаты разгрома немецких войск в Белоруссии. По Садовому кольцу и другим улицам Москвы прошли около 57 000 немецких солдат и офицеров, в основном захваченных в плен в Белоруссии войсками 1-го, 2-го и 3-го Белорусского фронтов. За колоннами следовали поливальные машины, символически смывая грязь с асфальта.
Марш немецких пленных состоялся 17 июля 1944 года, демонстрируя советским людям, а также союзникам, не верившим в успехи Красной Армии, результаты разгрома немецких войск в Белоруссии. По Садовому кольцу и другим улицам Москвы прошли около 57 000 немецких солдат и офицеров, в основном захваченных в плен в Белоруссии войсками 1-го, 2-го и 3-го Белорусского фронтов. За колоннами следовали поливальные машины, символически смывая грязь с асфальта.
Пленные из Перемышля. Москва, 2 апреля 1915 года.
Все знают "парад" военнопленных немцев, который прошёл в июле 1944 года, но мало кто знает, что 27 годами ранее подобный парад уже был, только на нем присутствовали австрийцы, попавшие в плен после взятия крепости Перемышль русскими войсками 9 (22) марта 1915 года.
Из газеты «Старости»:
Всего высадили из вагонов 1,448 нижних чинов и нескольких офицеров; среди последних одного подполковника. Офицеры в большинстве случаев в младших чинах. Среди прибывших много мадьяр, но есть русины и поляки.
По роду оружия тоже разные - кавалеристы, артиллеристы, пехотинцы и санитары. У многих полковые значки в память 50-летия царствования Франца-Иосифа. Некоторые в серых коротких шинелях и такого же цвета накидках, некоторые - в темных, почти черных шинелях. Более слабые закутали плечи одеялами. У большинства желтые ботинки со шнуровками, у некоторых ноги от холода забинтованы разорванным на полосы серым сукном, много обутых в русские сапоги.
Продолжение ниже👇🏻
Все знают "парад" военнопленных немцев, который прошёл в июле 1944 года, но мало кто знает, что 27 годами ранее подобный парад уже был, только на нем присутствовали австрийцы, попавшие в плен после взятия крепости Перемышль русскими войсками 9 (22) марта 1915 года.
Из газеты «Старости»:
Всего высадили из вагонов 1,448 нижних чинов и нескольких офицеров; среди последних одного подполковника. Офицеры в большинстве случаев в младших чинах. Среди прибывших много мадьяр, но есть русины и поляки.
По роду оружия тоже разные - кавалеристы, артиллеристы, пехотинцы и санитары. У многих полковые значки в память 50-летия царствования Франца-Иосифа. Некоторые в серых коротких шинелях и такого же цвета накидках, некоторые - в темных, почти черных шинелях. Более слабые закутали плечи одеялами. У большинства желтые ботинки со шнуровками, у некоторых ноги от холода забинтованы разорванным на полосы серым сукном, много обутых в русские сапоги.
Продолжение ниже👇🏻
Пленные были выстроены в несколько рядов. Впереди шли солдаты, по бокам эшелона пленных - конные городовые. Шествие замывалось опять нашими пехотинцами.
Австрийцы шли рядами по 6-7 чел. Многие тащили на себе довольно увесистые чемоданы с личным имуществом.
«ВЕДУТ!»
Несмотря на ранний час, весть о прибытии пленных из Перемышля быстро разнеслась по Москве. На Тверской толпы народа.
— Ведут!.. Ведут!..
Сверху Тверской показывается «авангард» армии пленных...
Полицейские офицеры... За ними сплошная серо-голубая река пленных австрийцев... Идут взводами. Впереди каждого унтер-офицеры и обязательно с тросточками в руках.
В ТОЛПЕ.
Публика настроена к пленным крайне добродушно.
Ни одного недружелюбного выкрика, ни одного злого жеста...
Конным городовым, сопровождавшим по Москве вчера пленных австрийцев, время от времени приходилось несколько успокаивать сердобольную публику, которая прорывалась в ряды пленных, чтобы дарить им деньги, папиросы...
Вот стоит на углу Тверской и Камергерского переулка извозчик. Он только и делает, что торопливо вертит «козьи ножки» с махоркой и передает австрийцам. Да, достаточно было посмотреть на австрийцев, чтобы убедиться, что они чувствуют себя вполне удовлетворительно в русском плену. Усталые, желтые лица улыбались широкими улыбками.
— Дай тютюн!.. — просить усатый поляк.
Какая-то девочка протягивает пачку папирос.
— Дзенкую, пани!..
Длинна колонна пленных. Мелькают усатые лица и поляков, и немцев, и угрюмых смуглых венгров, и чехов. Вот шагает, по-видимому, чех. На его шее одеяло, а в руках он бережно несет... скрипку. Старушка, только что вышедшая из булочной, тянется с маленькой пасхой к пленному:
— Возьми, голубчик, разговеться...
НА СТРАСТНОЙ ПЛОЩАДИ.
На Страстной площади густая толпа. Здесь эшелон пленных встретил в автомобиле главноначальотвующий гор. Москвы свиты Его Величества ген.-м. А. А. Адрианов. Пленные, увидев генерала, отдают честь. По дороге всем русским офицерам австрийцы также отдавали честь. Уже в середине Тверской некоторые из пленных стали сильно уставать. Слабых подбирали, сажали на извозчиков, и пролетки с ними шагом следовали за эшелоном. Австрийцы - русины и поляки, - проходя мимо Страстного монастыря и других церквей, обязательно снимали шапки и молились.
В КИТАЙ-ГОРОДЕ.
Когда голова эшелона от Спасских ворот заворачивает на Ильинку, хвост только что начинает втягиваться на Красную площадь. Пленные шагают быстро, торопясь закончить длинный путь. Мелькают серые и черные кепи...
С кокардами, с белой металлической цифрой «8». Мелькают серые накидки и куртке с зелеными петличками, черные шинели... Палочки в руках, желтая гетры как будто еще более хотят убедить в том, что делом этих людей было ходить из города в город, а вовсе не отсиживаться в мерзлых окопах и под бетонными куполами фортов. Защитники Перемышля проходят мимо кремлевских стен. Они с любопытством глядят на башни высоких ворот, на купола, поднимающиеся за стенами, на причудливую пестроту собора Василия Блаженного. Проходя по Ильинке мимо церкви, пленные слышать, как где-то бьют часы. Может-быть, они принимают эти удары за колокол, - некоторые из пленных снимают кепи и крестятся. Это особенно нравится толпе на тротуарах. Какой-то мужичек подходить к рядам, идет в ногу с пленными и все старается втолковать им:
— У нас вам хорошо будет... Вы не сумлевайтесь...
И не понимающий его венгерец утвердительно кивает головой. Он догадывается, что ему говорят что-то хорошее.
У вокзала лавочник допытывается у пленных:
— Знаешь, что за город?
Тот оказывается понимающим:
— Москва.
—А нравится?
— Нравится.
На Красной площади удивляются уже пленные:
— Большой город.
Временами кто-нибудь сходит с тротуара и начинает оделять пленных папиросами, мелким серебром.
Пленные, наконец, добрались до ст. Угрешская, Моск.-Окружной жел. дор., откуда они будут отправлены в разные города России.
Австрийцы шли рядами по 6-7 чел. Многие тащили на себе довольно увесистые чемоданы с личным имуществом.
«ВЕДУТ!»
Несмотря на ранний час, весть о прибытии пленных из Перемышля быстро разнеслась по Москве. На Тверской толпы народа.
— Ведут!.. Ведут!..
Сверху Тверской показывается «авангард» армии пленных...
Полицейские офицеры... За ними сплошная серо-голубая река пленных австрийцев... Идут взводами. Впереди каждого унтер-офицеры и обязательно с тросточками в руках.
В ТОЛПЕ.
Публика настроена к пленным крайне добродушно.
Ни одного недружелюбного выкрика, ни одного злого жеста...
Конным городовым, сопровождавшим по Москве вчера пленных австрийцев, время от времени приходилось несколько успокаивать сердобольную публику, которая прорывалась в ряды пленных, чтобы дарить им деньги, папиросы...
Вот стоит на углу Тверской и Камергерского переулка извозчик. Он только и делает, что торопливо вертит «козьи ножки» с махоркой и передает австрийцам. Да, достаточно было посмотреть на австрийцев, чтобы убедиться, что они чувствуют себя вполне удовлетворительно в русском плену. Усталые, желтые лица улыбались широкими улыбками.
— Дай тютюн!.. — просить усатый поляк.
Какая-то девочка протягивает пачку папирос.
— Дзенкую, пани!..
Длинна колонна пленных. Мелькают усатые лица и поляков, и немцев, и угрюмых смуглых венгров, и чехов. Вот шагает, по-видимому, чех. На его шее одеяло, а в руках он бережно несет... скрипку. Старушка, только что вышедшая из булочной, тянется с маленькой пасхой к пленному:
— Возьми, голубчик, разговеться...
НА СТРАСТНОЙ ПЛОЩАДИ.
На Страстной площади густая толпа. Здесь эшелон пленных встретил в автомобиле главноначальотвующий гор. Москвы свиты Его Величества ген.-м. А. А. Адрианов. Пленные, увидев генерала, отдают честь. По дороге всем русским офицерам австрийцы также отдавали честь. Уже в середине Тверской некоторые из пленных стали сильно уставать. Слабых подбирали, сажали на извозчиков, и пролетки с ними шагом следовали за эшелоном. Австрийцы - русины и поляки, - проходя мимо Страстного монастыря и других церквей, обязательно снимали шапки и молились.
В КИТАЙ-ГОРОДЕ.
Когда голова эшелона от Спасских ворот заворачивает на Ильинку, хвост только что начинает втягиваться на Красную площадь. Пленные шагают быстро, торопясь закончить длинный путь. Мелькают серые и черные кепи...
С кокардами, с белой металлической цифрой «8». Мелькают серые накидки и куртке с зелеными петличками, черные шинели... Палочки в руках, желтая гетры как будто еще более хотят убедить в том, что делом этих людей было ходить из города в город, а вовсе не отсиживаться в мерзлых окопах и под бетонными куполами фортов. Защитники Перемышля проходят мимо кремлевских стен. Они с любопытством глядят на башни высоких ворот, на купола, поднимающиеся за стенами, на причудливую пестроту собора Василия Блаженного. Проходя по Ильинке мимо церкви, пленные слышать, как где-то бьют часы. Может-быть, они принимают эти удары за колокол, - некоторые из пленных снимают кепи и крестятся. Это особенно нравится толпе на тротуарах. Какой-то мужичек подходить к рядам, идет в ногу с пленными и все старается втолковать им:
— У нас вам хорошо будет... Вы не сумлевайтесь...
И не понимающий его венгерец утвердительно кивает головой. Он догадывается, что ему говорят что-то хорошее.
У вокзала лавочник допытывается у пленных:
— Знаешь, что за город?
Тот оказывается понимающим:
— Москва.
—А нравится?
— Нравится.
На Красной площади удивляются уже пленные:
— Большой город.
Временами кто-нибудь сходит с тротуара и начинает оделять пленных папиросами, мелким серебром.
Пленные, наконец, добрались до ст. Угрешская, Моск.-Окружной жел. дор., откуда они будут отправлены в разные города России.