***

А снега-то, снега насыпало.
Деревья по грудь занесло.
В загуле метелица сиплая –
дородная баба с веслом.

В загуле. Дороги растасканы.
И мечет, и рвёт – горяча.
Такая прижмёт к себе ласково
и шею свернёт невзначай.

***

Если праздник, то счастье приходит звеня,
бубенец да гармошка полночи.
Запевала родня, посмотрев на меня:
«…и закрыл свои карие очи».

Я – мальчишка, наверное, лет четырёх,
беспросветно улыбчив и прочен…
Но меня окрестила родня «кабысдох»,
напевая про карие очи.

Безотцовщина, много ли прока с меня,
если выживу, буду порочен.
Только я на беду был живее огня,
не закрыл свои карие очи.

Время делает шаг на полвека вперёд,
от родни никого не осталось.
Мои карие очи взяла в оборот
под гармошку унылая старость.

Если праздник, то счастье уже не звенит,
бубенец, будто бубен, клокочет,
но боец молодой, уходящий в зенит,
снова держит открытыми очи.

***

Ветер вьюжен, ветер вьюжен
за окном. В окно. В окне.
Был бы я кому-то нужен,
был бы кто-то нужен мне.

Забродили мысли, скисли,
настоялись в голове.
В одиночестве от мыслей
можно и осоловеть.

Я в окно глазами воткнут,
точно нож калёный в грудь.
Надо, надо выпить водки,
помолиться и уснуть.

Эй, вы, люди-человеки!
В грязь лицом ложится снех.
Если грешен, то навеки,
если вечен, то за грех.

Спать пошёл, к чертям собачим,
успокою сердце. Но...
Что за сука снова плачет
мне в открытое окно?

То ли я на этом свете,
то ли я уже на том.
Кто там?
Ветер.
Кто там?
Ветер,
ветер, ветер под окном.

Выпью водки. Водка кстати
убежавшему с ума.
На мою срыгнула скатерть
снегом пьяная зима.

От себя не отмолиться,
от себя не убежать.
Кто там рвётся белой птицей
в мою комнату опять?

Это ветер. Ветер вьюжен
за окном. В окно. В окне.
Только ветру я не нужен,
и не нужен ветер мне.

***

Первое увлечение женщиной
помню, будто случилось оно недавно:
тяжелее отцовской затрещины
било по темечку, виски сдавливало.

Эдакий симбиоз радости полоумной,
быстрой и боли глубокой, адской.
Хорошо ещё, что женщина была юной
и мне – около пятнадцати.

Теперь, приступая к ежевечерней
молитве, думаю всенепременно,
что моё последнее увлечение
светлее первого.

***

Блажен погибающий в первом бою
с собой даже мухи не взявший.
Я родину самозабвенно люблю,
как полную грудь комиссарши.

На плечи закинув ручной пулемёт,
оправлю на кителе складки.
Куда комиссарша меня позовёт,
туда и пойду без оглядки.

Посажено солнце на маковку дня,
гудит, как встревоженный улей.
В открытом бою не уйти от меня
прицельно метнувшейся пуле.

Солдат из меня по всему никакой –
высокие берцы на замше,
зато, погибая, прикрою собой,
как родину, грудь комиссарши.

___
Звезда ⭐, горящее сердце ❤️‍🔥, лучшие книги всех времён и народов💯.

***

Три года мне, и было мне когда-то
всегда три года, словом, ерунда,
и падал снег, вставал и снова падал,
и было так светло, как никогда.

И было так воистину спокойно,
и тихо так, что не хватало сна.
Я лез на стул, потом на подоконник,
смотрел в окно и прыгал из окна,

и падал в снег, вставал и снова падал,
и вырастал на четверть головы.
Оно мне надо было? Надо, надо,
увы.

___
Звезда ⭐, горящее сердце ❤️‍🔥, лучшие книги всех времён и народов💯.

***

Забубенил крутой позывной
и живу на себя непохожий:
то надменно тряхну стариной,
то старательно лезу из кожи.

И луна, будто ломаный грош,
светит мордой лихого героя.
Называйте меня Огогош,
потому что ещё ого-го я.

Если Родине пальцем грозят
и летят над Отечеством го'вна,
Огогошу в свои пятьдесят
не сидится на заднице ровно.

Он хватает зазубренный нож
и кричит, будто матами кроя:
"Называйте меня Огогош,
потому что ещё ого-го я!"

На портянки порву тишину,
раскроится на флаги зарница...
Добровольцем ушёл на войну,
чтобы насмерть за Родину биться.

___
Звезда ⭐, горящее сердце ❤️‍🔥, лучшие книги всех времён и народов💯.

***

Снова зима, и снег за окном
величиной с горошину,
и нет ничего плохого в том,
что нет ничего хорошего.

Это всё сна небывалый путь,
коего так не хватало.
Холодно, некому подоткнуть
краешек одеяла.

Выйду во двор, пойду босиком,
как по траве некошеной,
и — нет ничего плохого в том,
что нет ничего хорошего.

Если зима и если кругом
белого неба крошево,
то нет ничего плохого в том,
что нет ничего хорошего.

___
Звезда ⭐, горящее сердце ❤️‍🔥, лучшие книги всех времён и народов💯.

***

Сделай через не могу
три затяжки на бегу,

будет полный шоколад
и зарубка на приклад.

Перекопанный окоп.
Там петрушка, тут укроп.

Кто не ранен, тот убит.
Вот и весь солдатский быт.

___
Звезда ⭐, горящее сердце ❤️‍🔥, лучшие книги всех времён и народов💯.

***

Но все мы – пустынные тени,
которые снова легли
под ломкие стебли растений,
на вечные веки земли,

и свет, если верить приметам,
что мы начинаемся там,
где он завершается, – это
реальность, неясная нам.

___
Звезда ⭐️, горящее сердце ❤️‍🔥, купить книги ⚡️, помочь каналу 😘

***

Тихо-тихо. Бой прошёл и
не свистят над ухом пули.
Спрятав лица в капюшоны,
парни русские уснули.

Спят в окопах автоматы
после страшной заварушки.
Замолчали виновато
куковавшие кукушки.

Было жарко, стало сыро.
Ветром облако полощет,
и висит кусочек мира
над задумавшейся рощей.

___
Звезда ⭐️, горящее сердце ❤️‍🔥, купить книги ⚡️, помочь каналу 😘

***

Научись молиться моим богам:
для начала медленно, по слогам,
округляя рот, расправляя плечи,
постигая смыслы печатной речи.

Всё быстрее, мягче, в конце концов
уберёшь в сторонку молитвослов
и, слегка сбиваясь, за фразой фразу
повторишь на память. Конечно, сразу

не сумеешь, но не гневи богов,
если спать пойдёшь, не увидишь снов,
потрудись ещё, перечти и снова
отведи глаза от молитвослова.

За печатной речью не виден край,
научись молиться, потом – ругай,
разучи молитвы, потом – суди
до морщин, до судорог, до седин,
до потери пульса, до кома в горле,
остановки сердца, удушья, астмы…

Верю: нету богов покорней,
знаю: боги мои всевластны.

___
Звезда ⭐️, горящее сердце ❤️‍🔥, купить книги ⚡️, помочь каналу 😘