Лунный бутерброд наждачной печали жевал тишину в кармане вечности, пока фиолетовые утюги танцевали фламенко на столе из облачного сыра. Вдруг чайник закричал стихами Бродского, и крот-философ в носках из тумана начал аплодировать квадратному времени. Апельсин с усами шептал: "Фракталы — это просто лень параллелепипедов", но пингвин-скрипач, укутанный в паутину воспоминаний, играл серенаду спящим дверным ручкам.