Наталья Мадильян провела в Якутии полтора месяца в семье женщины-оленевода Риммы Соловьевой — две недели в посёлке Себян-Кюёль и ещё месяц в кочевье с оленями в тайге.

«Оленеводство в горно-таежной зоне — сложный и опасный труд. Обычно им занимаются мужчины. Оленевод всегда находится рядом со стадом, сохраняя оленей на своей территории, защищая от болезней и диких зверей. После смерти мужа, чтобы сохранить стадо, Римма зарегистрировала кочевую родовую общину. Всего у нее 117 оленей. При такой форме хозяйствования государство выплачивает общине 4,5 тысячи рублей в год на одного оленя. На этом строится экономика семьи. Чтобы добраться до стада, Римме нужно преодолеть 120 километров по тайге, ущельям и перевалам. Зимой температура здесь достигает минус 60».

Подробнее о том, как прошли эти полтора месяца посреди тайги, от первого лица, можно прочитать в материале «Сон белого оленя» на «Таких делах». Проект также был опубликован на портале «Заповедник».

Снимки Светы Кавериной из выпускной работы этого года The Three of Us (Трое мы) будут опубликованы в следующем печатном номере журнала Der Greif. А весь проект представлен художницей в Амстердаме на событии, организованном бельгийской фотографической платформой De Donkere Kamer.

«В основе проекта лежит забытая сегодня, но широко обсуждавшаяся в Советском Союзе идея: смерть можно отменить. После революции некоторые большевики мечтали не только о новом обществе, но и о новом человеке, который не будет больше страдать от старения, болезней и смерти. На страницах научных журналов всерьёз рассуждали о воскресении мертвых и инженерии вечной жизни».

В переводе с чувашского «килелле» означает «домой» или «в сторону дома». Именно так, возвращаясь из странствий, отвечает путник на вопрос: «куда ты идешь?».

До массовой христианизации чувашских земель в 1740-е годы чуваши были язычниками. Они верили, что душа человека может вернуться в этот мир в образе животного, собирались в священных местах для поклонения духам природы, обрядовыми действиями завершали уборку хлеба. Отголоски языческого мировоззрения слышны здесь и сегодня. В поисках своего национального кода Ксения Максимова отправилась в Чувашию, чтобы заново открыть для себя людей и землю, которая является для неё домом.

Проект «Килелле. В сторону дома» был опубликован The Independent Photographer, «Такие дела» и «Заповедник», а также вошел в шортлист конкурса Urbanautica Institute Awards.