Вотъ и бросилъ Сирота - Пелагею. Говорятъ, за то, что та пѣла гею... Впрочемъ, это всё досужіе слухи -
Къ городской ходить повадился шлюхѣ.
Бѣсъ въ ребрѣ у Сироты-сыровара.
Раздались отъ срамоты шаровары.
И топорщатся мудя его рьяно
На эскортницу-дѣвицу Ульяну.
Ея тылъ какъ будто созданъ для блуда.
Ея титьки, что горбы у верблюда.
А при видѣ ея бритаго низу
Сирота забылъ своихъ спиногрызовъ...
Сирота зовётъ жену: Пелагея!
Я скажу тебѣ сейчасъ, какъ умѣю:
Не глава сему я болѣ семейству,
Прекращать пора сіе пелагейство.
Пелагея говоритъ: Кобелина!
Чѣмъ тебѣ со мною жизнь не малина?!
Свой кисель всегда сосѣдскаго жижѣ...
Разойдемся, такъ отбуду въ Парижи!
Окручу тамъ куртуазнаго Жана...
Хоть нормальнаго поѣмъ пармезана...
Жанъ подаритъ мнѣ тіару со стразой!
Дочь рожу и назову Франсуазой!
Съ Жаномъ можно безъ стыда выйти въ люди,
Онъ тебя-то по-воспитаннѣй будетъ...
Будетъ онъ, красивый, словно Жоржъ Клуни,
По утрамъ мнѣ дѣлать кофе и куни.
Звать меня онъ будетъ мадмуазелью.
Я же буду пахнуть пятой Шанелью,
Позабуду смрадъ навоза и сѣна -
За окномъ моимъ раскинется Сена
И глядѣть мнѣ на нея будетъ лепо..
Ты же дальше разгибай свои скрѣпы,
Глубину паденья мѣряй въ аршинахъ,
Сыръ вари дырявый свой пѣтушиный!
Къ городской ходить повадился шлюхѣ.
Бѣсъ въ ребрѣ у Сироты-сыровара.
Раздались отъ срамоты шаровары.
И топорщатся мудя его рьяно
На эскортницу-дѣвицу Ульяну.
Ея тылъ какъ будто созданъ для блуда.
Ея титьки, что горбы у верблюда.
А при видѣ ея бритаго низу
Сирота забылъ своихъ спиногрызовъ...
Сирота зовётъ жену: Пелагея!
Я скажу тебѣ сейчасъ, какъ умѣю:
Не глава сему я болѣ семейству,
Прекращать пора сіе пелагейство.
Пелагея говоритъ: Кобелина!
Чѣмъ тебѣ со мною жизнь не малина?!
Свой кисель всегда сосѣдскаго жижѣ...
Разойдемся, такъ отбуду въ Парижи!
Окручу тамъ куртуазнаго Жана...
Хоть нормальнаго поѣмъ пармезана...
Жанъ подаритъ мнѣ тіару со стразой!
Дочь рожу и назову Франсуазой!
Съ Жаномъ можно безъ стыда выйти въ люди,
Онъ тебя-то по-воспитаннѣй будетъ...
Будетъ онъ, красивый, словно Жоржъ Клуни,
По утрамъ мнѣ дѣлать кофе и куни.
Звать меня онъ будетъ мадмуазелью.
Я же буду пахнуть пятой Шанелью,
Позабуду смрадъ навоза и сѣна -
За окномъ моимъ раскинется Сена
И глядѣть мнѣ на нея будетъ лепо..
Ты же дальше разгибай свои скрѣпы,
Глубину паденья мѣряй въ аршинахъ,
Сыръ вари дырявый свой пѣтушиный!
На волнѣ всеобщей ажитаціи вспомнимъ же легендарную словесную баталію Оксибирона супротивъ Гнойнаго Фурункула, что произошла на театральныхъ подмосткахъ вѣкъ съ лихвою назадъ! Клянусь, сего дня оное было бы еще преизряднее!
https://www.youtube.com/watch?v=AIhbHp9VMuU
https://www.youtube.com/watch?v=AIhbHp9VMuU
YouTube
VERSUS 100 ЛѢТЪ НАЗАДЪ
Поэты подъ псевдонимами "Биронъ" (фаворитъ императрицы Анны Іоанновны) и "Фурункулъ" (исполненный гноя чирей) сошлись въ словесномъ поединкѣ въ рестораціи. Это дѣйство, нареченное "Супротивъ Баталіей", возымѣло успѣхъ у почтенной публики.
Идея и текст: Вячеслав…
Идея и текст: Вячеслав…
Экая оказія, дамы и господа, традиціонно приключилась въ столицѣ отечественной сумрачной хтони и темной магіи, обиталищѣ страждущихъ морфинистовъ и филологическихъ дѣвъ, являющихъ по телеграфу свои нагія тѣлеса старцамъ изъ Индокитая и Палестины, вольномъ пріютѣ бумагомарательныхъ декадентовъ, украшенномъ императорскими вензелями и продуваемомъ всѣми вѣтрами.
Рѣчь идётъ о городѣ-некрополѣ, городѣ-кораблѣ и городѣ-музеѣ Санктъ-Пилобурге, гдѣ традиціи отдѣленія конечностей и отправленія ихъ въ безконечность по смердящимъ исторіей каналамъ, впадающимъ прямикомъ въ Стиксъ, блюдутся неукоснительно еще съ Наполеоновскихъ Времёнъ (ежели вы понимаете, о чёмъ мы)
Третьяго дня жандармы, видимо просто уставъ лѣниво раскуривать папиросы на мосту, выловили саквояжъ, съ удивительнымъ содержимымъ, описать которое можно эвфемизмомъ: конструкторъ человѣка, собери самъ. Иными словами: чрево саквояжа содержало чрево персоны инкогнито, тщательно раздѣланное умѣлой рукой, въ которой легко узнать почеркъ потомственнаго петербуржца.
Надо ли говорить, что если бы жандармы были чуть болѣе рачительны, то они бы выловили нѣсколько такихъ саквояжей, но всѣ болѣе расторопные петербургскіе жандармы, недовольные темпомъ жизни города, уже давно перебрались въ купеческую Московію, гдѣ имѣютъ дѣло съ совершенно другими распилами, впрочемъ, столь же искусными и поражающими воображеніе.
Оные же господа, обрадовавшись находкѣ, занялись тѣмъ, чѣмъ бы занялся на ихъ мѣстѣ любой мужчина, содержащій въ себѣ неугомоннаго пытливаго юношу. Нѣтъ, рѣчь, пардонъ, идетъ не о рукоблудіи. Жандармы попросту собрали конструкторъ петербуржца, возсоздавъ на берегу практически натуральный образъ Homo Planctonus, уставшаго горожанина среднихъ лѣтъ, работника канцеляріи.
"Очевидно, сей готовности къ сборкѣ предшествовала длительная разборка", - глубокомысленно замѣтилъ штабъ-ротмистръ Дукалицынъ, лицезрея дагерротипы съ мѣста преступленія.
И тутъ же надиктовалъ голосовое сообщеніе ручному попугаю, оправивъ его къ своей супружницѣ-маркитанткѣ, дабы та распорядилась изготовить сувенирный магнитъ съ расчлененнымъ человѣкомъ, купить составныя части котораго можно будетъ въ разныхъ сувенирныхъ лавкахъ при музеонахъ по всему Петербургу.
Гость города, собравшій магнитнаго горожанина, получалъ бы статусъ почетнаго гостя, абонементъ во всѣ музеи города и ящикъ лучшаго шампанскаго изъ императорскихъ погребовъ.
Цимесъ же былъ въ томъ, что послѣдняя часть, то есть голова фигурки, стоила бы запредѣльно дорого, была бы представлена въ единственномъ экземплярѣ и выставлялась бы на аукціонъ въ концѣ каждаго туристическаго сезона. Всё же штабъ-ротмистръ обладалъ недюжинной коммерческой жилкой, какъ, впрочемъ, и многіе жандармскіе чины въ нашей имперіи.
Теперь дѣло оставалось за малымъ: найти, собственно, виновника торжества и наградить за поддержаніе славныхъ традицій (зачеркнуто) наказать по всей строгости закона. Подозрѣвать, какъ Вы понимаете, можно было вѣсь городъ. На жандармы достойно отвѣтили на вызовъ и во мгновеніе ока нашли виновнаго. Имъ оказался незадачливый окружной интендантъ, расчленившій ради наслѣдства своего родного папеньку.
Трепеща отъ свежеполученного статуса владѣльца семикомнатныхъ апартаментовъ на Невскомъ Прошпекте сей вивисекторъ-неудачникъ забылъ извлечь изъ бокового кармана саквояжа свою carte visite, съ полнымъ наборомъ реквизитовъ.
Дѣло было шито нитями столь бѣлыми, что шнурки на ботильонахъ черносотенцевъ съ Лиговки, такъ что даже было выдвинуто предположеніе, что преступникъ желалъ быть опознаннымъ и тѣмъ самымъ войти въ исторію города, какъ блюститель его самобытнаго уклада.
Не успѣли покрыться инеемъ разложенныя на берегу составныя части интендантскаго папа', какъ изъ совершенно другой части города донеслись еще болѣе очаровательныя въ своей ужасающей дикости извѣстія:
Рѣчь идётъ о городѣ-некрополѣ, городѣ-кораблѣ и городѣ-музеѣ Санктъ-Пилобурге, гдѣ традиціи отдѣленія конечностей и отправленія ихъ въ безконечность по смердящимъ исторіей каналамъ, впадающимъ прямикомъ въ Стиксъ, блюдутся неукоснительно еще съ Наполеоновскихъ Времёнъ (ежели вы понимаете, о чёмъ мы)
Третьяго дня жандармы, видимо просто уставъ лѣниво раскуривать папиросы на мосту, выловили саквояжъ, съ удивительнымъ содержимымъ, описать которое можно эвфемизмомъ: конструкторъ человѣка, собери самъ. Иными словами: чрево саквояжа содержало чрево персоны инкогнито, тщательно раздѣланное умѣлой рукой, въ которой легко узнать почеркъ потомственнаго петербуржца.
Надо ли говорить, что если бы жандармы были чуть болѣе рачительны, то они бы выловили нѣсколько такихъ саквояжей, но всѣ болѣе расторопные петербургскіе жандармы, недовольные темпомъ жизни города, уже давно перебрались въ купеческую Московію, гдѣ имѣютъ дѣло съ совершенно другими распилами, впрочемъ, столь же искусными и поражающими воображеніе.
Оные же господа, обрадовавшись находкѣ, занялись тѣмъ, чѣмъ бы занялся на ихъ мѣстѣ любой мужчина, содержащій въ себѣ неугомоннаго пытливаго юношу. Нѣтъ, рѣчь, пардонъ, идетъ не о рукоблудіи. Жандармы попросту собрали конструкторъ петербуржца, возсоздавъ на берегу практически натуральный образъ Homo Planctonus, уставшаго горожанина среднихъ лѣтъ, работника канцеляріи.
"Очевидно, сей готовности къ сборкѣ предшествовала длительная разборка", - глубокомысленно замѣтилъ штабъ-ротмистръ Дукалицынъ, лицезрея дагерротипы съ мѣста преступленія.
И тутъ же надиктовалъ голосовое сообщеніе ручному попугаю, оправивъ его къ своей супружницѣ-маркитанткѣ, дабы та распорядилась изготовить сувенирный магнитъ съ расчлененнымъ человѣкомъ, купить составныя части котораго можно будетъ въ разныхъ сувенирныхъ лавкахъ при музеонахъ по всему Петербургу.
Гость города, собравшій магнитнаго горожанина, получалъ бы статусъ почетнаго гостя, абонементъ во всѣ музеи города и ящикъ лучшаго шампанскаго изъ императорскихъ погребовъ.
Цимесъ же былъ въ томъ, что послѣдняя часть, то есть голова фигурки, стоила бы запредѣльно дорого, была бы представлена въ единственномъ экземплярѣ и выставлялась бы на аукціонъ въ концѣ каждаго туристическаго сезона. Всё же штабъ-ротмистръ обладалъ недюжинной коммерческой жилкой, какъ, впрочемъ, и многіе жандармскіе чины въ нашей имперіи.
Теперь дѣло оставалось за малымъ: найти, собственно, виновника торжества и наградить за поддержаніе славныхъ традицій (зачеркнуто) наказать по всей строгости закона. Подозрѣвать, какъ Вы понимаете, можно было вѣсь городъ. На жандармы достойно отвѣтили на вызовъ и во мгновеніе ока нашли виновнаго. Имъ оказался незадачливый окружной интендантъ, расчленившій ради наслѣдства своего родного папеньку.
Трепеща отъ свежеполученного статуса владѣльца семикомнатныхъ апартаментовъ на Невскомъ Прошпекте сей вивисекторъ-неудачникъ забылъ извлечь изъ бокового кармана саквояжа свою carte visite, съ полнымъ наборомъ реквизитовъ.
Дѣло было шито нитями столь бѣлыми, что шнурки на ботильонахъ черносотенцевъ съ Лиговки, такъ что даже было выдвинуто предположеніе, что преступникъ желалъ быть опознаннымъ и тѣмъ самымъ войти въ исторію города, какъ блюститель его самобытнаго уклада.
Не успѣли покрыться инеемъ разложенныя на берегу составныя части интендантскаго папа', какъ изъ совершенно другой части города донеслись еще болѣе очаровательныя въ своей ужасающей дикости извѣстія:
Конные жандармы устроили живописную погоню за показавшемся имъ подозрительнымъ фаэтономъ безъ опознавательныхъ нумеровъ. Во время погони изъ багажнаго отсѣка фаэтона на мостовую низверглось обезглавленное тѣло неизвѣстнаго.
Изъ задержаннаго возничаго посредствомъ бутыли всё того же отборнаго императорскаго шампанскаго были извлечены сколь вопіющія, столь и цѣнныя для поддержанія традицій города свѣдѣнія: схваченный оказался людоѣдомъ, давно грезившимъ отвѣдать человѣческой плоти. И аккуратъ сей часъ оный мсье ѣхалъ съ добычей въ видѣ случайнаго прохожаго на гастрономическій вечеръ въ собственной загородной усадьбѣ.
Какъ мы видимъ, петербуржцы свято блюдутъ не только устои временъ петровскихъ или же современные новомодные тренды, навроде умерщвленія мавританскихъ верлибристовъ и помѣщенія ихъ въ чехлы, именуемые по-аглицки "body bag".
Горожанами такъ же чтутся и традиціи блокадныхъ временъ войны отечественной.
Надо отмѣтить, что задержанный, въ процессѣ изложенія исторіи неудачнаго званаго ужина на двѣ персоны, одна и который ужиномъ и являлась, слёзно возрыдалъ павши ницъ и повѣдалъ, что скорбитъ объ усопшемъ не меньше присутствующихъ, что, однако, не остановило его на пути къ гастрономическому эпикурейству.
Вотъ насколько можно быть утонченнымъ эстетомъ, дамы и господа. Воистину, даже мсье Бродскій дефилируя, бывало, по Рубинштейна, отмѣчалъ, что эстетика является маменькой этики, однако, не предупредилъ потомковъ, что оное родство можетъ принимать и подобныя формы.
Если Вы, почтенные, думаете, что на этомъ наше коммюнике изъ Санктъ-Пилобурга подходитъ къ концу, то вы заблуждаетесь категорически. Въ другой части мрачнаго сѣвернаго исполина, пока одни жандармы урезонивали кулинара-людоѣда, другіе жандармы брали на карандашъ показанія свидѣтелей о томъ, какъ степенный коллежскій асессоръ отрубилъ голову сосѣдкѣ, принявъ ея за нечистую силу.
Кажется, въ оный моментъ Ѳедоръ Михайловичъ Достоевскій съ такою силой вращается во гробѣ, что ежели къ нему подключить провода, сей незамысловатый гальваническій элементъ обезпечитъ энергіей и тепломъ вѣсь городъ, а такъ же намайнитъ столько биткойнъ-ассигнацій, что на нихъ можно скупить все дурманящіе порошки, спрятанные въ городѣ разомъ.
Отдавая себѣ отчетъ, дорогіе современники, въ томъ, что старуха-процентщица въ современномъ Петроградѣ можетъ быть старухой-вэбкамщицей, а рубитель головъ сѣкирой изъ мануфактуры шведскаго купца Икееборга можетъ быть не проигравшимся въ пухъ и прахъ нищимъ студентомъ-ницшеанцемъ, а любителемъ рэйвъ-баловъ и бодрящихъ снадобій, вызывающихъ манію преслѣдованія, мы не можемъ не отмѣтить, что въ Петербургѣ происходитъ что-то подлинно странное.
То есть, въ описанномъ выше нѣтъ ничего изъ ряда вонъ выходящаго, такъ сказать, обычные выходные въ Петербургѣ, но сгустившіеся на секунду времени событія пріобрѣтаютъ совершенно московскую скорость.
Не покидаетъ ощущеніе информаціонной блокады города, въ которомъ разворачивается жуткое дѣйство и только нѣкоторыя обрывочныя новости становятся достояніемъ общественности благодаря народнымъ неводамъ сирѣчь соціальнымъ сѣтямъ.
Городъ словно переживаетъ атаку потустороннихъ силъ, будто юные гимназисты-тиктокеры вызвали сатану во время съёмокъ синематографіи на одномъ изъ кладбищъ, Діаволъ Вельзевуловичъ открылъ порталъ въ Преисподнюю, откуда хлынула всякая нечисть, первоначально по привычкѣ принятая петербуржцами за туристовъ.
Горожане справляются съ упырями и вурдалаками своими силами и стиснувъ зубы стоически бормочутъ: ничего-ничего, не такое видали, у насъ, вонъ, депутатъ Милоновъ въ Собраніи который срокъ уже сидитъ.
И только Александръ Глебовичъ Невзоровъ съ кофіемъ и трубкой спокойно взираетъ на заполняющее улицы адово воинство съ балкона особняка съ видомъ на Исакій, дѣлаетъ добрую затяжку и сардонически ухмыляясь цѣдитъ: Наши идутъ...
Изъ задержаннаго возничаго посредствомъ бутыли всё того же отборнаго императорскаго шампанскаго были извлечены сколь вопіющія, столь и цѣнныя для поддержанія традицій города свѣдѣнія: схваченный оказался людоѣдомъ, давно грезившимъ отвѣдать человѣческой плоти. И аккуратъ сей часъ оный мсье ѣхалъ съ добычей въ видѣ случайнаго прохожаго на гастрономическій вечеръ въ собственной загородной усадьбѣ.
Какъ мы видимъ, петербуржцы свято блюдутъ не только устои временъ петровскихъ или же современные новомодные тренды, навроде умерщвленія мавританскихъ верлибристовъ и помѣщенія ихъ въ чехлы, именуемые по-аглицки "body bag".
Горожанами такъ же чтутся и традиціи блокадныхъ временъ войны отечественной.
Надо отмѣтить, что задержанный, въ процессѣ изложенія исторіи неудачнаго званаго ужина на двѣ персоны, одна и который ужиномъ и являлась, слёзно возрыдалъ павши ницъ и повѣдалъ, что скорбитъ объ усопшемъ не меньше присутствующихъ, что, однако, не остановило его на пути къ гастрономическому эпикурейству.
Вотъ насколько можно быть утонченнымъ эстетомъ, дамы и господа. Воистину, даже мсье Бродскій дефилируя, бывало, по Рубинштейна, отмѣчалъ, что эстетика является маменькой этики, однако, не предупредилъ потомковъ, что оное родство можетъ принимать и подобныя формы.
Если Вы, почтенные, думаете, что на этомъ наше коммюнике изъ Санктъ-Пилобурга подходитъ къ концу, то вы заблуждаетесь категорически. Въ другой части мрачнаго сѣвернаго исполина, пока одни жандармы урезонивали кулинара-людоѣда, другіе жандармы брали на карандашъ показанія свидѣтелей о томъ, какъ степенный коллежскій асессоръ отрубилъ голову сосѣдкѣ, принявъ ея за нечистую силу.
Кажется, въ оный моментъ Ѳедоръ Михайловичъ Достоевскій съ такою силой вращается во гробѣ, что ежели къ нему подключить провода, сей незамысловатый гальваническій элементъ обезпечитъ энергіей и тепломъ вѣсь городъ, а такъ же намайнитъ столько биткойнъ-ассигнацій, что на нихъ можно скупить все дурманящіе порошки, спрятанные въ городѣ разомъ.
Отдавая себѣ отчетъ, дорогіе современники, въ томъ, что старуха-процентщица въ современномъ Петроградѣ можетъ быть старухой-вэбкамщицей, а рубитель головъ сѣкирой изъ мануфактуры шведскаго купца Икееборга можетъ быть не проигравшимся въ пухъ и прахъ нищимъ студентомъ-ницшеанцемъ, а любителемъ рэйвъ-баловъ и бодрящихъ снадобій, вызывающихъ манію преслѣдованія, мы не можемъ не отмѣтить, что въ Петербургѣ происходитъ что-то подлинно странное.
То есть, въ описанномъ выше нѣтъ ничего изъ ряда вонъ выходящаго, такъ сказать, обычные выходные въ Петербургѣ, но сгустившіеся на секунду времени событія пріобрѣтаютъ совершенно московскую скорость.
Не покидаетъ ощущеніе информаціонной блокады города, въ которомъ разворачивается жуткое дѣйство и только нѣкоторыя обрывочныя новости становятся достояніемъ общественности благодаря народнымъ неводамъ сирѣчь соціальнымъ сѣтямъ.
Городъ словно переживаетъ атаку потустороннихъ силъ, будто юные гимназисты-тиктокеры вызвали сатану во время съёмокъ синематографіи на одномъ изъ кладбищъ, Діаволъ Вельзевуловичъ открылъ порталъ въ Преисподнюю, откуда хлынула всякая нечисть, первоначально по привычкѣ принятая петербуржцами за туристовъ.
Горожане справляются съ упырями и вурдалаками своими силами и стиснувъ зубы стоически бормочутъ: ничего-ничего, не такое видали, у насъ, вонъ, депутатъ Милоновъ въ Собраніи который срокъ уже сидитъ.
И только Александръ Глебовичъ Невзоровъ съ кофіемъ и трубкой спокойно взираетъ на заполняющее улицы адово воинство съ балкона особняка съ видомъ на Исакій, дѣлаетъ добрую затяжку и сардонически ухмыляясь цѣдитъ: Наши идутъ...
Дѣла бренныя, карантинныя истерзали наши привыкшія, впрочемъ, къ страданію душеньки, ибо страданіе - школа души, если вѣрить Ѳедору Михайловичу Достоевскому. Мы же полагаемъ, что школой души является, напротивъ, веселіе.
Ибо въ страданіи русскій человѣкъ поднаторѣлъ весьма и весьма, а вотъ въ веселіи жить онъ не умѣетъ совершенно.
Посему мы проводимъ очередноѣ концертное дѣйство и ангажируемъ туда всю паству кутежа, желающую преисполнится цѣлительной философской увеселительной мудрости. Сіе будетъ нашъ обычный большой концертъ (но только лишь въ томъ смыслѣ, что это будетъ обычный большой залъ столичнаго клоба "Гластунова Ягодица")
А поводъ самый что ни на есть торжественный, какъ запонки Вертинского по случаю Дня Ангела Его Величества - 4 декабря изволили выпочковаться на Свѣтъ Божій омскій морфинистъ, удофутуристъ и вокалистъ ансамбля пенсіи и встряски "Дореволюціонный Совѣтчикъ" графъ Константинъ.
Развѣ могъ выбрать сей сумрачный хтоническій декадантъ и баритональный барсъ иную дату для своего явленія въ подлунный міръ?
Влажный снѣгъ въ лицо, подобный перхоти ангеловъ, что готовятъ свои локоны къ парадному выходу въ свѣтъ, слякоть и хмурь небесъ, вѣтры, какъ у тучной куртизанки, отвѣдавшей гороховой похлебки, холодъ, сводящій нутро въ точку сингулярности - и онъ, при шпагѣ и плащѣ, подъ которымъ лишь костюмъ Адама и бремя русской души, ожидающій лично Васъ въ петербургской подворотнѣ, дабы лишить послѣдняго цѣломудрія ваши базальные гангліи и угостить цѣлительнымъ снадобьемъ отъ самого приснопамятнаго дона Хуана, содержателя мексиканскаго борделя!
Вашъ покорный слуга составитъ ему компанію и прикроетъ вѣрнаго друга отъ летящихъ подобно еропланамъ и томагавкамъ увлажнившихся панталонъ съ вышитыми на нихъ адресами будуаровъ отборныхъ прелестницъ имперіи.
Билеты на консьертэ имѣются въ изобиліи (но это пока):
https://narenturm.timepad.ru/event/1841315/
Ибо въ страданіи русскій человѣкъ поднаторѣлъ весьма и весьма, а вотъ въ веселіи жить онъ не умѣетъ совершенно.
Посему мы проводимъ очередноѣ концертное дѣйство и ангажируемъ туда всю паству кутежа, желающую преисполнится цѣлительной философской увеселительной мудрости. Сіе будетъ нашъ обычный большой концертъ (но только лишь въ томъ смыслѣ, что это будетъ обычный большой залъ столичнаго клоба "Гластунова Ягодица")
А поводъ самый что ни на есть торжественный, какъ запонки Вертинского по случаю Дня Ангела Его Величества - 4 декабря изволили выпочковаться на Свѣтъ Божій омскій морфинистъ, удофутуристъ и вокалистъ ансамбля пенсіи и встряски "Дореволюціонный Совѣтчикъ" графъ Константинъ.
Развѣ могъ выбрать сей сумрачный хтоническій декадантъ и баритональный барсъ иную дату для своего явленія въ подлунный міръ?
Влажный снѣгъ въ лицо, подобный перхоти ангеловъ, что готовятъ свои локоны къ парадному выходу въ свѣтъ, слякоть и хмурь небесъ, вѣтры, какъ у тучной куртизанки, отвѣдавшей гороховой похлебки, холодъ, сводящій нутро въ точку сингулярности - и онъ, при шпагѣ и плащѣ, подъ которымъ лишь костюмъ Адама и бремя русской души, ожидающій лично Васъ въ петербургской подворотнѣ, дабы лишить послѣдняго цѣломудрія ваши базальные гангліи и угостить цѣлительнымъ снадобьемъ отъ самого приснопамятнаго дона Хуана, содержателя мексиканскаго борделя!
Вашъ покорный слуга составитъ ему компанію и прикроетъ вѣрнаго друга отъ летящихъ подобно еропланамъ и томагавкамъ увлажнившихся панталонъ съ вышитыми на нихъ адресами будуаровъ отборныхъ прелестницъ имперіи.
Билеты на консьертэ имѣются въ изобиліи (но это пока):
https://narenturm.timepad.ru/event/1841315/
narenturm.timepad.ru
4 декабря Дореволюціонный совѣтчикъ. / События на TimePad.ru
День рожденія Графа! ❤ QR код не нужен мероприятие до 500 человек
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
У насъ, почтенные дамы и господа, состоится концертъ въ Москвѣ, не далее какъ черезъ неделю. Билеты на грядущее дѣйство находятся тутъ:
https://narenturm.timepad.ru/event/1841315/
Ну и, разумеется - с Ханукой всѣхъ причастныхъ!
https://narenturm.timepad.ru/event/1841315/
Ну и, разумеется - с Ханукой всѣхъ причастныхъ!
Экая оказія, дамы и господа, разворачивается на просторахъ отчизны нашей и находитъ откликъ въ народныхъ неводахъ сирѣчь соціальныхъ сѣтяхъ. По правдѣ сказать, обстоятельство это не только откликается въ оныхъ сѣтяхъ, но и беретъ въ нихъ свое начало: императорская инквизиція, то есть, пардонъ, жандармерія начала въ буквальномъ смыслѣ охоту на прерасноафедронныхъ вѣдьмъ, то бишь - игривыхъ прелестницъ, изъ шалости помѣщающихъ свои пикантные портреты на фонѣ церквей и храмовъ, содѣянные въ различныхъ уѣздныхъ губерніяхъ и даже въ столицѣ.
Жандармы отыскиваютъ прелестницъ диковиннымъ, не извѣстнымъ широкой общественности способомъ (по всей видимости используется секретное телеграфное приложеніе Яндексъ-Афедроны) послѣ чего надъ ними вершится судъ, гдѣ развратницамъ вмѣняется статья объ оскорбленіи чувствъ вѣрующихъ.
Какихъ именно вѣрующихъ оскорбляютъ весьма и весьма прельстивыя дамы намъ невѣдомо, но именно въ угоду сему столь же благочестивому, сколь и молчаливому большинству вершатся приговоры.
Казалось бы, Всемогущій Господь, витающій въ космическихъ эмпиреяхъ наврядъ ли бы изволилъ, въ перерывѣ между сотвореніемъ новыхъ диковинныхъ міровъ, взглянуть съ небесъ съ осужденіемъ и грозно молвить: "Охъ! Тылъ куртизанки изъ Саратовской губерніи? Какъ оскорбительно! Немедленно покарать сію нечестивицу за роскошный афедронъ, коимъ я самъ ея и надѣлилъ". Это мнится мнѣ, христіанину, совершеннѣйшей нелѣпицей.
Въ первозданномъ раю, напомню, Адамъ и Ева вообще щеголяли безо всякаго исподняго, безстыдно сверкая прелестями во Славу Божію. На ихъ счастье въ первозданномъ раю не было ни одного храма, который эти прелести оскорбили бы.
Однако, милѣйшій, урезониваютъ Вашего Покорнаго Слугу господа, искушенные въ юридическихъ коллизіяхъ, опытные стряпчіе. Позвольте, говорятъ онѣ, вѣдь рѣчь идётъ не о томъ, чтобы Самъ Господь (упаси Господь) затаилъ обиду. Нѣтъ, рѣчь идетъ о стадѣ Христовомъ - о людяхъ простыхъ, земныхъ, изъ плоти и крови. Именно они, грѣшные, и таятъ сіи обиды. И именно ихъ защищаетъ отъ всѣхъ прочихъ нечестивцевъ сей законъ.
Но не надлежитъ ли христіанину въ соотвѣтсвіи съ закономъ не свѣтскимъ, но Божьимъ, жить жизнь въ стремленіи уподобится Христу и руководствоваться всюду его примѣромъ любви, прощенія и милосердія? Вопросъ вынужденно риторическій, ибо завсегда повисаетъ въ воздухѣ безъ отвѣта.
"Богъ проститъ, а мы нѣтъ" - вопіютъ анонимные униженные и оскорбленные въ народныхъ неводахъ при видѣ упругой наготы и требуютъ покарать мамзелей по всей строгости закона. Иные консерваторы открыто именуютъ барышень телеграфными куртизанками, предпочитая, прочемъ, весьма уклончиво отвѣчать на просьбы о глоссаріи оскорбительнаго разврата, которому уже самое время появиться.
Ибо одну барышню жандармы арестовали за отсутствіе панталонъ, а вторую - напротивъ, за наличіе панталонъ (что должно было смягчить ея вину, но не смягчило), а пару столичныхъ танцоровъ и вообще арестовали за имитацію менуэта на лобномъ мѣстѣ аккуратъ возлѣ Собора Василія Блаженнаго.
Не нужно быть знатокомъ исторіи, а достаточно просто не прогуливать гимназію, чтобы помнить замѣчательный фактъ: самъ Василій Блаженный большую часть времени ходилъ нагимъ, имѣя въ наличіи всѣ Богомъ данные причиндалы, пребывавшіе на всеобщемъ обозрѣніи, что не помѣшало ему снискать народную любовь и статусъ Святаго Покровителя.
При малѣйшемъ добавленіи щепотки логики въ этотъ бульонъ особо наваристыхъ скрѣпъ, становится понятно, что оное блюдо предназначено не для окормленія паствы, но для кормленія постовыхъ.
Ибо пока поборники этики и морали указываютъ на суровость наказаній, гротескно, шаржево несоразмѣрную проступкамъ, философы разсуждаютъ о вульгаризаціи христіанства и паденіи общественныхъ нравовъ, а телеграфные вольнодумцы вдоволь потѣшаются - депеши изъ жандармеріи приходятъ одна упоительнѣй другой:
Жандармы отыскиваютъ прелестницъ диковиннымъ, не извѣстнымъ широкой общественности способомъ (по всей видимости используется секретное телеграфное приложеніе Яндексъ-Афедроны) послѣ чего надъ ними вершится судъ, гдѣ развратницамъ вмѣняется статья объ оскорбленіи чувствъ вѣрующихъ.
Какихъ именно вѣрующихъ оскорбляютъ весьма и весьма прельстивыя дамы намъ невѣдомо, но именно въ угоду сему столь же благочестивому, сколь и молчаливому большинству вершатся приговоры.
Казалось бы, Всемогущій Господь, витающій въ космическихъ эмпиреяхъ наврядъ ли бы изволилъ, въ перерывѣ между сотвореніемъ новыхъ диковинныхъ міровъ, взглянуть съ небесъ съ осужденіемъ и грозно молвить: "Охъ! Тылъ куртизанки изъ Саратовской губерніи? Какъ оскорбительно! Немедленно покарать сію нечестивицу за роскошный афедронъ, коимъ я самъ ея и надѣлилъ". Это мнится мнѣ, христіанину, совершеннѣйшей нелѣпицей.
Въ первозданномъ раю, напомню, Адамъ и Ева вообще щеголяли безо всякаго исподняго, безстыдно сверкая прелестями во Славу Божію. На ихъ счастье въ первозданномъ раю не было ни одного храма, который эти прелести оскорбили бы.
Однако, милѣйшій, урезониваютъ Вашего Покорнаго Слугу господа, искушенные въ юридическихъ коллизіяхъ, опытные стряпчіе. Позвольте, говорятъ онѣ, вѣдь рѣчь идётъ не о томъ, чтобы Самъ Господь (упаси Господь) затаилъ обиду. Нѣтъ, рѣчь идетъ о стадѣ Христовомъ - о людяхъ простыхъ, земныхъ, изъ плоти и крови. Именно они, грѣшные, и таятъ сіи обиды. И именно ихъ защищаетъ отъ всѣхъ прочихъ нечестивцевъ сей законъ.
Но не надлежитъ ли христіанину въ соотвѣтсвіи съ закономъ не свѣтскимъ, но Божьимъ, жить жизнь въ стремленіи уподобится Христу и руководствоваться всюду его примѣромъ любви, прощенія и милосердія? Вопросъ вынужденно риторическій, ибо завсегда повисаетъ въ воздухѣ безъ отвѣта.
"Богъ проститъ, а мы нѣтъ" - вопіютъ анонимные униженные и оскорбленные въ народныхъ неводахъ при видѣ упругой наготы и требуютъ покарать мамзелей по всей строгости закона. Иные консерваторы открыто именуютъ барышень телеграфными куртизанками, предпочитая, прочемъ, весьма уклончиво отвѣчать на просьбы о глоссаріи оскорбительнаго разврата, которому уже самое время появиться.
Ибо одну барышню жандармы арестовали за отсутствіе панталонъ, а вторую - напротивъ, за наличіе панталонъ (что должно было смягчить ея вину, но не смягчило), а пару столичныхъ танцоровъ и вообще арестовали за имитацію менуэта на лобномъ мѣстѣ аккуратъ возлѣ Собора Василія Блаженнаго.
Не нужно быть знатокомъ исторіи, а достаточно просто не прогуливать гимназію, чтобы помнить замѣчательный фактъ: самъ Василій Блаженный большую часть времени ходилъ нагимъ, имѣя въ наличіи всѣ Богомъ данные причиндалы, пребывавшіе на всеобщемъ обозрѣніи, что не помѣшало ему снискать народную любовь и статусъ Святаго Покровителя.
При малѣйшемъ добавленіи щепотки логики въ этотъ бульонъ особо наваристыхъ скрѣпъ, становится понятно, что оное блюдо предназначено не для окормленія паствы, но для кормленія постовыхъ.
Ибо пока поборники этики и морали указываютъ на суровость наказаній, гротескно, шаржево несоразмѣрную проступкамъ, философы разсуждаютъ о вульгаризаціи христіанства и паденіи общественныхъ нравовъ, а телеграфные вольнодумцы вдоволь потѣшаются - депеши изъ жандармеріи приходятъ одна упоительнѣй другой:
Оказывается, можно оскорбить не только христіанина при помощи афедрона, но и ветерана при помощи портянокъ, просушенныхъ на вѣчномъ огнѣ, сооруженномъ въ память о былыхъ сраженіяхъ.
Просто какое-то раздолье создали мудрѣйшіе управители наши для народныхъ развлеченій, чтобы не скучали мы съ вами, почтенные: можно вдоволь оскорблять, а можно вдоволь оскорбляться, было бы только желаніе въ оное оскорблядство пуститься съ головою.
Во времена не столь отдаленные половина отечества сидѣла въ не столь отдаленныхъ мѣстахъ, другая же половина отечества ея рачительно охраняла. Днесь же половина отечества (въ половинѣ случаевъ - неосознанно) оскорбляетъ, а вторая половина (въ половинѣ случаевъ - анонимно) оскорбляется.
Грядутъ, друзья, времена подлинно дикіе ибо на вопросъ "Какъ жить такъ, чтобы никого не оскорбить, пусть и случайно?" смогутъ отвѣтить только имѣющіе хорошія знакомства въ жандармеріи или берите выше...
Вотъ, ежели Вашъ Покорный Слуга, къ примѣру, запечатлѣетъ на спрадпатефонъ панораму Капотненского Уѣзда, на которой будетъ изображенъ въ томъ числѣ и храмъ, будетъ ли оное фотопанно считаться оскорбительнымъ изображеніемъ захолустнаго афедрона на фонѣ храма и, какъ слѣдствіе, оскорбитъ ли оно кого-то?
Ахъ, право, въ пору явиться новому Жуковскому и на манеръ знаменитой "Войны мышей и лягушекъ" живописать новѣйшія времена въ поэмѣ "Баталія крестовъ и афедроновъ".
Всё же это не та консервативная революція, о которой мы грезили.
Просто какое-то раздолье создали мудрѣйшіе управители наши для народныхъ развлеченій, чтобы не скучали мы съ вами, почтенные: можно вдоволь оскорблять, а можно вдоволь оскорбляться, было бы только желаніе въ оное оскорблядство пуститься съ головою.
Во времена не столь отдаленные половина отечества сидѣла въ не столь отдаленныхъ мѣстахъ, другая же половина отечества ея рачительно охраняла. Днесь же половина отечества (въ половинѣ случаевъ - неосознанно) оскорбляетъ, а вторая половина (въ половинѣ случаевъ - анонимно) оскорбляется.
Грядутъ, друзья, времена подлинно дикіе ибо на вопросъ "Какъ жить такъ, чтобы никого не оскорбить, пусть и случайно?" смогутъ отвѣтить только имѣющіе хорошія знакомства въ жандармеріи или берите выше...
Вотъ, ежели Вашъ Покорный Слуга, къ примѣру, запечатлѣетъ на спрадпатефонъ панораму Капотненского Уѣзда, на которой будетъ изображенъ въ томъ числѣ и храмъ, будетъ ли оное фотопанно считаться оскорбительнымъ изображеніемъ захолустнаго афедрона на фонѣ храма и, какъ слѣдствіе, оскорбитъ ли оно кого-то?
Ахъ, право, въ пору явиться новому Жуковскому и на манеръ знаменитой "Войны мышей и лягушекъ" живописать новѣйшія времена въ поэмѣ "Баталія крестовъ и афедроновъ".
Всё же это не та консервативная революція, о которой мы грезили.