Forwarded from (24)
«На бегу»
Два человека бегают кругами по парку в противоположные стороны. Их траектории неизбежно пересекаются и в этот момент они фиксируют друг друга на камеру.
Круг наматывается на круг, одна попытка за другой завершается смазанным результатом, впрочем, а чего и ожидать когда всё на бегу.
Два человека бегают кругами по парку в противоположные стороны. Их траектории неизбежно пересекаются и в этот момент они фиксируют друг друга на камеру.
Круг наматывается на круг, одна попытка за другой завершается смазанным результатом, впрочем, а чего и ожидать когда всё на бегу.
❤3😁1
На бегу
На днях я создавала работу «На бегу», название коей явилось самосбыающимся пророчеством. События до вместили в себя ролевую игру в компании кучи детей, которых я переносила на спине, изображая весёлую хаски. После, до наступления сумерек, вклинились съёмки короткометражки и затем непосредственно сам беговой проект. А потом ещё и зум с коллегами-друзьями.
Сам проект выполнялся в парке, среди наслаждающихся золотой осенью бабушек. Когда всё закончилось, я мешала сырный суп в стакане и думала — ну и где переживание? Где, окей, не катарсис, но хотя бы какое-то ощущение разомкнутости бытия, обещанной стариком Хайдеггером в награду за столкновение с подлинностью, рождаемой искусством?
Если отказываешься от институциональной поддержки и хоть какой-то понятной карьерной траектории в искусстве, то что выполняет роль KPI? Перенесенное в результате экзистенциальное переживание может ли претендовать на роль оного? А недополученное умаляет ли ценность произведенного или нахождение своих проектов в череде прочих дел — это и есть слияние искусства с жизнью? Рутинизированность как показатель подлинного слияния — каково это тебе, старик Хайдеггер с горних вершин?
На днях я создавала работу «На бегу», название коей явилось самосбыающимся пророчеством. События до вместили в себя ролевую игру в компании кучи детей, которых я переносила на спине, изображая весёлую хаски. После, до наступления сумерек, вклинились съёмки короткометражки и затем непосредственно сам беговой проект. А потом ещё и зум с коллегами-друзьями.
Сам проект выполнялся в парке, среди наслаждающихся золотой осенью бабушек. Когда всё закончилось, я мешала сырный суп в стакане и думала — ну и где переживание? Где, окей, не катарсис, но хотя бы какое-то ощущение разомкнутости бытия, обещанной стариком Хайдеггером в награду за столкновение с подлинностью, рождаемой искусством?
Если отказываешься от институциональной поддержки и хоть какой-то понятной карьерной траектории в искусстве, то что выполняет роль KPI? Перенесенное в результате экзистенциальное переживание может ли претендовать на роль оного? А недополученное умаляет ли ценность произведенного или нахождение своих проектов в череде прочих дел — это и есть слияние искусства с жизнью? Рутинизированность как показатель подлинного слияния — каково это тебе, старик Хайдеггер с горних вершин?
❤2❤🔥2
Зимние забавы
Регулярно, в первые заснеженные дни, один из нас, взрощенный на тёплом море, начинает внутренне подхныкивать, что зима — это слишком долго и вообще как её пережить. В поиске ответа на этот нелёгкий вопрос, вспоминаю эйфорические моменты с налётом героизма, через незавершённые и незамеченные проекты и эксперименты, производившиеся в нелётных условиях.
1. Видео с просеиванием песка в компании Игоря @igshar Шарко. Несколько часов на заливе при -10. Сдувало. На камеру — только с голыми руками, никаких варежек.
2. Первая версия Портала, где-то в заснеженных холмах Каннельярви. - 25 и опять же вместе с бесстрашным Игорем.
Копать землю детской пластиковой лопаткой и двумя перочинными ножами — да.
3. Димино тело в сугробе. Нулевая температура, но с минимумом одежды под снегом. Окраина Коменды замирает в немом восторге.
Слабоумие и отвага, друзья, коллеги и им сочувствующие, чаёк в термосе и долгие зимние дороги. Ещё вернёмся, stay tuned
За фото с залива спасибо отважной Ксюше @ksenoom, бесстрашному морозоустойчивому другу
Регулярно, в первые заснеженные дни, один из нас, взрощенный на тёплом море, начинает внутренне подхныкивать, что зима — это слишком долго и вообще как её пережить. В поиске ответа на этот нелёгкий вопрос, вспоминаю эйфорические моменты с налётом героизма, через незавершённые и незамеченные проекты и эксперименты, производившиеся в нелётных условиях.
1. Видео с просеиванием песка в компании Игоря @igshar Шарко. Несколько часов на заливе при -10. Сдувало. На камеру — только с голыми руками, никаких варежек.
2. Первая версия Портала, где-то в заснеженных холмах Каннельярви. - 25 и опять же вместе с бесстрашным Игорем.
Копать землю детской пластиковой лопаткой и двумя перочинными ножами — да.
3. Димино тело в сугробе. Нулевая температура, но с минимумом одежды под снегом. Окраина Коменды замирает в немом восторге.
Слабоумие и отвага, друзья, коллеги и им сочувствующие, чаёк в термосе и долгие зимние дороги. Ещё вернёмся, stay tuned
За фото с залива спасибо отважной Ксюше @ksenoom, бесстрашному морозоустойчивому другу
❤7🥰2🔥1😍1👾1
Forwarded from (24)
«Поперёк»
В течение часа я стояла на станции метро «Невский проспект» и наблюдала за потоком людей, спускающихся со станции «Гостиный двор».
Метро, как и другие транзитные зоны - место вынужденного нахождения. Подконтрольная зона, управляемая регламентированными правилами. Принято пользоваться и покидать его как можно скорее, может быть, изредка глянуть на какой-то элемент, предназначенный для восхищения, вроде ампирной люстры посреди зала.
Но ему присуща гораздо более органическая форма, живая и текущая - человеческие потоки. Чтобы заметить и оценить это явление, нужно обратиться в статую и побыть посреди движения какое-то время, например час. Эстетическое переживание, не менее яркое, чем при наблюдении водопада, обеспечено, хотя на календарик и не поместишь. Впрочем, дело скорее не эстетики, а происходящего смыкания с общественным пространством и вопросы, возникающие при этом. Кому оно принадлежит - если я часть общества, то частично и мне? Какие области использования допускает, хоть и не предполагает? Как можно быть больше, чем просто пассажиром, оплачивающим билетик и становящимся частью статистики передвижений? Чтобы ответить, часа мало, но мало и жизни. Что не повод иногда оказываться поперёк.
В течение часа я стояла на станции метро «Невский проспект» и наблюдала за потоком людей, спускающихся со станции «Гостиный двор».
Метро, как и другие транзитные зоны - место вынужденного нахождения. Подконтрольная зона, управляемая регламентированными правилами. Принято пользоваться и покидать его как можно скорее, может быть, изредка глянуть на какой-то элемент, предназначенный для восхищения, вроде ампирной люстры посреди зала.
Но ему присуща гораздо более органическая форма, живая и текущая - человеческие потоки. Чтобы заметить и оценить это явление, нужно обратиться в статую и побыть посреди движения какое-то время, например час. Эстетическое переживание, не менее яркое, чем при наблюдении водопада, обеспечено, хотя на календарик и не поместишь. Впрочем, дело скорее не эстетики, а происходящего смыкания с общественным пространством и вопросы, возникающие при этом. Кому оно принадлежит - если я часть общества, то частично и мне? Какие области использования допускает, хоть и не предполагает? Как можно быть больше, чем просто пассажиром, оплачивающим билетик и становящимся частью статистики передвижений? Чтобы ответить, часа мало, но мало и жизни. Что не повод иногда оказываться поперёк.
❤11🔥1
Вчера часов в одиннадцать вечера выходим с Тимофеем в лес, слышим музыку. Кто-то сидит на свежеблагоустроенных лавках. Видим — девушка средних лет, вся в бело-розовом, пушистом. В одной руке телефон, оттуда веселенький поп, в другой - сигарета. Рядом, на заснеженной скамейке бутылка слабоалкогольного напитка. Тимофей подбегает и спрашивает чем она занята. Она, как будто оправдываясь, говорит, что отдыхает после тяжелого рабочего дня.
А вот и новый проект подоспел.
А вот и новый проект подоспел.
❤1😁1
Forwarded from (24)
«8:00»
На протяжении года, в начале каждого месяца я делала фотографии одного и того же места в восемь часов утра.
На протяжении года, в начале каждого месяца я делала фотографии одного и того же места в восемь часов утра.
❤5
Ещё один элемент из многоходовочки «24» и снова метро. О нём самом ниже, а тут заметки, появившееся в нём качестве артефакта в периоды ожилания:
Можно использовать предмет не по назначению, а можно целую систему
Время наблюдения делится на интервалы — период отдыха — когда поезда нет, возрастания концентрации в момент, когда он подъезжает и максимальной концентрации в миг его отъезда
Интересно поймать самый большой и самый маленький интервал. Охота. Поймала наибольший — восторг
Интересно наблюдать как платформа из абсолютно пустой вдруг наполняется людьми будто сосуд. К моменту прибытия поезда уже наполнена
Можно использовать предмет не по назначению, а можно целую систему
Время наблюдения делится на интервалы — период отдыха — когда поезда нет, возрастания концентрации в момент, когда он подъезжает и максимальной концентрации в миг его отъезда
Интересно поймать самый большой и самый маленький интервал. Охота. Поймала наибольший — восторг
Интересно наблюдать как платформа из абсолютно пустой вдруг наполняется людьми будто сосуд. К моменту прибытия поезда уже наполнена
❤3
Forwarded from (24)
«Интервал»
Стоя на платформе метро, мы частенько поглядываем на табло с часами — как давно нет поезда? Когда там обнадеживающе большое число — например, три минуты, если речь идет о Петербурге, знаем — наверняка сейчас подойдет. Что это даёт нам — иллюзию контроля над ситуацией? Вот поезд подъезжает — и табло обнуляется, но для нас цифра на нём уже не имеет значения. Сложно представить ситуацию, в которой было бы иначе.
Продолжая исследовать возможности нахождения в метрополитене, ищем пути взаимодействия с этим сложным, зарегламентированным механизмом. Для этого приходится изобретать новые условия — нигде не прописанные, не влезающие в рамки пользования транспортом исключительно как местом перемещения.
В течение часа мы наблюдали и фиксировали интервалы между поездами на станции Площадь Восстания.
Стоя на платформе метро, мы частенько поглядываем на табло с часами — как давно нет поезда? Когда там обнадеживающе большое число — например, три минуты, если речь идет о Петербурге, знаем — наверняка сейчас подойдет. Что это даёт нам — иллюзию контроля над ситуацией? Вот поезд подъезжает — и табло обнуляется, но для нас цифра на нём уже не имеет значения. Сложно представить ситуацию, в которой было бы иначе.
Продолжая исследовать возможности нахождения в метрополитене, ищем пути взаимодействия с этим сложным, зарегламентированным механизмом. Для этого приходится изобретать новые условия — нигде не прописанные, не влезающие в рамки пользования транспортом исключительно как местом перемещения.
В течение часа мы наблюдали и фиксировали интервалы между поездами на станции Площадь Восстания.
❤4