Внезапно, кроссовер Ebbil и TBOI!!
хе-хе, нарисовала одних из любимых ангелочков в виде любимых мини-боссов :з
Неанон: Ёкай
#тейк
#творчество
хе-хе, нарисовала одних из любимых ангелочков в виде любимых мини-боссов :з
Неанон: Ёкай
#тейк
#творчество
🔥12🥰3❤1
я несколько часов тыкала бутылку иглой... но результатом уж точно довольна! с таким сладким мальчиком можно спать спокойно (надеюсь).
от эпси.
{☕️}– ЛЁЛЯ, ЗАЩИТНИК ВАШЕГО СНА!
#тейк
от эпси.
{☕️}– ЛЁЛЯ, ЗАЩИТНИК ВАШЕГО СНА!
#тейк
🍓20
// валет приятного аппетита
Это щемяще-нежное чувство, извечно тепло отдающееся в груди, давно мучило Ремиила, стоило ему оказаться рядом с Гуди.
Так странно, неловко даже — обычно ведь такого не было, а тут взялось и появилось, внезапно и без капли желаемого предупреждения. И ведь с другими он подобного не ощущал, оттого еще больше нервничал по сему поводу, пока, в какой-то момент до него не дошло.
Осознание свалилось огромной проблемой ему на голову, в мыслях вновь и вновь отдавалось то шумное, сказанное самому себе «Реми, разве ты не влюблен?».
Да, конечно, он не юный птенец, он умеет отличать дружескую привязанность от любой иной, но когда эта «дружественность» теряется за занавесом любви, становится не до шуток.
Они много времени проводили вместе, часто болтали о том о сем, и это было самым обычном времяпровождением друзей, даже с учетом осторожных, ненавязчивых касаний и приобниманий то за плечи, то за талию без должного повода — Реми не возражает, потому что это заставляет по-глупому искренне верить в то, что чувства его взаимны. Он попросит небесного, хотя даже руки в характерном жесте не сложит — почему бы ему не оставить хоть каплю гордости в этом вопросе, всерьез не прибегая к сторонней помощи?
В какой-то момент от касаний щеки стали алеть, немного, едва ли заметно, но по тому, как тихо хмыкал Гудиэль, лишний раз задерживая взгляд на его лице, Реми мог сказать лишь одно — тот определенно вглядывался, и это побуждало на почти нелепое, молчаливое торжество. Он интересует Гуди, и совершенно неважна причина, ибо Иеремиил будет рад любой из возможных. Важно не почему он это делает, а что он делает! Во всяком случае, в подобной ситуации.
Смирение пришло быстрее, чем предполагалось, отчего в мыслях зарождалось нехорошее «а правильно ли это?», и перебивалось оно, разве что, откладыванием подобных мыслей «на потом», если «потом», конечно, когда-нибудь наступит (Реми надеется, что нет).
Перед каждой их встречей он чрезмерно долго вглядывался в зеркало, точно что-то могло поменяться за пару мгновений, прошедших от прошлого осмотра — и сейчас он привычке не изменяет, хмурится в непонимании, ибо ему определенно что-то не нравится, но что именно он никак понять не может. Ссылается спустя несколько минут на чрезмерное волнение, переключаясь на осознание, что скоро он увидит его — всегда такого умиротворенного, внешне спокойного, очевидно готового поддержать любой диалог. Боже-Боже, Гуди был чрезмерно прекрасен, раз так бессовестно заставлял его сердце трепетать, стоит только переступить порог дома и отправится на заранее обговорённое место встречи.
Сам Гудиэль, кстати, ничуть не лучше Реми был. Только вот выглядел всегда одинаково сдержанно, и если не сурово, то, по крайней мере, привычно-строго — кто ж догадается, что умудрился архангел полюбить кого-то? Это, по сути, шло ему на руку, ибо сколько же вещей он мог делать с тонким намеком, но видом своим ни капли не подавать, что возможная двусмысленность их не надумана, и каждый подаренный цветок, неловкое касание лба ко лбу, нередкий комплимент — скромный, почти незаметный намек на признание в любви.
Реми оставалось лишь осознать, что подобные жесты не слишком характерным друзьям, но он предпочитал верить его отношениям с Гуди, что делало ситуацию еще более комичной. Знал бы Иеремиил, что сам отгоняет момент долгожданного признания, всяко говоря Гудиэлю о том, что он — его самый прекрасный друг, и точно бы разрыдался от своей глупости в подобных делах. Гуди, даже почти убежденный в том, что ему не мерещиться взаимность, и что от дружеских объятий щеки алеть не должны (за столько-то лет), признаваться боялся достаточно долго, чтобы потом это решение пришло к нему спонтанно и, по сути, вынужденно, перечислять причины будет слишком нелепо, но главная — столько удачных моментов для поцелуя пролетали мимо, разрушаясь о их уж смешной статус друзей.
#тейк(первая часть)
Это щемяще-нежное чувство, извечно тепло отдающееся в груди, давно мучило Ремиила, стоило ему оказаться рядом с Гуди.
Так странно, неловко даже — обычно ведь такого не было, а тут взялось и появилось, внезапно и без капли желаемого предупреждения. И ведь с другими он подобного не ощущал, оттого еще больше нервничал по сему поводу, пока, в какой-то момент до него не дошло.
Осознание свалилось огромной проблемой ему на голову, в мыслях вновь и вновь отдавалось то шумное, сказанное самому себе «Реми, разве ты не влюблен?».
Да, конечно, он не юный птенец, он умеет отличать дружескую привязанность от любой иной, но когда эта «дружественность» теряется за занавесом любви, становится не до шуток.
Они много времени проводили вместе, часто болтали о том о сем, и это было самым обычном времяпровождением друзей, даже с учетом осторожных, ненавязчивых касаний и приобниманий то за плечи, то за талию без должного повода — Реми не возражает, потому что это заставляет по-глупому искренне верить в то, что чувства его взаимны. Он попросит небесного, хотя даже руки в характерном жесте не сложит — почему бы ему не оставить хоть каплю гордости в этом вопросе, всерьез не прибегая к сторонней помощи?
В какой-то момент от касаний щеки стали алеть, немного, едва ли заметно, но по тому, как тихо хмыкал Гудиэль, лишний раз задерживая взгляд на его лице, Реми мог сказать лишь одно — тот определенно вглядывался, и это побуждало на почти нелепое, молчаливое торжество. Он интересует Гуди, и совершенно неважна причина, ибо Иеремиил будет рад любой из возможных. Важно не почему он это делает, а что он делает! Во всяком случае, в подобной ситуации.
Смирение пришло быстрее, чем предполагалось, отчего в мыслях зарождалось нехорошее «а правильно ли это?», и перебивалось оно, разве что, откладыванием подобных мыслей «на потом», если «потом», конечно, когда-нибудь наступит (Реми надеется, что нет).
Перед каждой их встречей он чрезмерно долго вглядывался в зеркало, точно что-то могло поменяться за пару мгновений, прошедших от прошлого осмотра — и сейчас он привычке не изменяет, хмурится в непонимании, ибо ему определенно что-то не нравится, но что именно он никак понять не может. Ссылается спустя несколько минут на чрезмерное волнение, переключаясь на осознание, что скоро он увидит его — всегда такого умиротворенного, внешне спокойного, очевидно готового поддержать любой диалог. Боже-Боже, Гуди был чрезмерно прекрасен, раз так бессовестно заставлял его сердце трепетать, стоит только переступить порог дома и отправится на заранее обговорённое место встречи.
Сам Гудиэль, кстати, ничуть не лучше Реми был. Только вот выглядел всегда одинаково сдержанно, и если не сурово, то, по крайней мере, привычно-строго — кто ж догадается, что умудрился архангел полюбить кого-то? Это, по сути, шло ему на руку, ибо сколько же вещей он мог делать с тонким намеком, но видом своим ни капли не подавать, что возможная двусмысленность их не надумана, и каждый подаренный цветок, неловкое касание лба ко лбу, нередкий комплимент — скромный, почти незаметный намек на признание в любви.
Реми оставалось лишь осознать, что подобные жесты не слишком характерным друзьям, но он предпочитал верить его отношениям с Гуди, что делало ситуацию еще более комичной. Знал бы Иеремиил, что сам отгоняет момент долгожданного признания, всяко говоря Гудиэлю о том, что он — его самый прекрасный друг, и точно бы разрыдался от своей глупости в подобных делах. Гуди, даже почти убежденный в том, что ему не мерещиться взаимность, и что от дружеских объятий щеки алеть не должны (за столько-то лет), признаваться боялся достаточно долго, чтобы потом это решение пришло к нему спонтанно и, по сути, вынужденно, перечислять причины будет слишком нелепо, но главная — столько удачных моментов для поцелуя пролетали мимо, разрушаясь о их уж смешной статус друзей.
#тейк
Эта встреча должна положить конец их извечному недопониманию, и Иегудиил подходит к этому со всей серьёзностью — он долго репетирует речь, думает о том, какими действиями свои чувства лучше «закрепить», и даже собирается хоть и немного, но дольше обыденного! На подобные «жертвы» он никогда не шел, не видел смысла — сейчас же смысл есть, и заключается он даже не в том, чтобы в прекрасный момент прекрасно было все, а в том, чтобы своему возлюбленному, извечно изящному, красивому и, в противовес характеру, нежному подобать.
На сей раз Гуди звал на «серьезный разговор», потому что лучше слов подобрать не смог. Ремиилу, впрочем, было без разницы, как его товарищ зовет встречи — он просто надеялся, что дружбу во время этого «разговора» не потеряет, иначе он не переживет, это будет слишком издевательски.
В итоге Гуди приходит на десять минут раньше назначенного, Реми же на пять. Они неловко глазеют друг на друга, пока первый не подмечает, что они оба пришли немного раньше, чем должны были — столь неловкая попытка рассеять неловкое молчание от него вынуждала тихо усмехнуться. Напряженно, а закатное солнце лучами нещадно слепит блондина, вынуждая голову вниз опустить. Он, видимо, кажется еще более обречённым или печальным, ибо искренне обеспокоенное «Ты в порядке?» от Гудиэля заставляется в неожиданности приподнять головушку, мгновенно кивнуть и соизволить зажмуриться на несколько мгновений, после чуть поменять положение, вставая к солнцу спиной, а к Гуди боком.
Должно быть, пробивает назначенное время, раз Иегудиил неспешно, перед тем еще пару раз переспросив о том, а все ли с Реми хорошо, начинает неспешно свою речь, оказавшуюся в итоге смазанной и чрезмерно неловкой. Репетиции дали ему четкую основу того, что надо высказать, на что намекнуть и о чем упомянуть более подробно. Забегая вперед: он нарушил каждый пункт.
— Реми, знаешь, этот разговор был вопросом времени, и ты вправе упрекнуть меня за то, что я так долго тянул с ним, но позволь мне объясниться…
Архангел чувствует, как дышать становится труднее — волнение так отчаянно сжимает ему горло, так сильно хочет не дать ему дослушать, что он едва с ног не валиться. Держись, Реми, ведь сегодня тебе придётся сказать Гуди о том, что ты его любишь.
— Я предполагал, что это будет более очевидно, но, судя по всему, намекаю я плохо. Однако, это абсолютно не твоя вина, свет мой.
Знаешь, ты мне очень нравишься. Я влюблен в тебя, и мне бы хотелось, чтобы ты разделял мои чувства. В ином случае, мое желание довольно эгоистично — позволь, пожалуйста, остаться друзьями. — Гудиэль внешне так же спокоен, как и всегда, разве что рясу теребит чуть нервно.
Реми молчит сначала, рот немо открывает — хочет что-то ответить, но не знает, что именно. Спустя пару мгновений он безмолвно кивает, потом еще пару раз, пока, наконец, голос не подает:
— Ты тоже мне нравишься. Очень-очень. Позволишь ли сменить мне статус друзей на возлюбленных? — так наивно, с какой-то ироничной ноткой и едва не истеричной манерой. Это подобало бы сарказму, если бы Реми первым не поспешил обнять теперь уж, видимо, «возлюбленного». — Знаешь, я так долго ждал этих слов.
— А признаться самому? — с тихой усмешкой вопрошает Гудиэль, осторожно гладя Реми по волосам, трепля старательно сделанную укладку.
Реми в ответ предпочитает промолчать. Так спокойно сейчас, хотя солнце все еще слепит его лучами, вынуждает прищуриваться всяко.
Реми постарается запомнить каждую деталь этого вечера, и мягкий, мгновенный поцелуй, как окончательное заключение отношений тоже — не запомнить его было бы, наверное, самым суровым грехом.
Косма🥹
#тейк(вторая часть)
На сей раз Гуди звал на «серьезный разговор», потому что лучше слов подобрать не смог. Ремиилу, впрочем, было без разницы, как его товарищ зовет встречи — он просто надеялся, что дружбу во время этого «разговора» не потеряет, иначе он не переживет, это будет слишком издевательски.
В итоге Гуди приходит на десять минут раньше назначенного, Реми же на пять. Они неловко глазеют друг на друга, пока первый не подмечает, что они оба пришли немного раньше, чем должны были — столь неловкая попытка рассеять неловкое молчание от него вынуждала тихо усмехнуться. Напряженно, а закатное солнце лучами нещадно слепит блондина, вынуждая голову вниз опустить. Он, видимо, кажется еще более обречённым или печальным, ибо искренне обеспокоенное «Ты в порядке?» от Гудиэля заставляется в неожиданности приподнять головушку, мгновенно кивнуть и соизволить зажмуриться на несколько мгновений, после чуть поменять положение, вставая к солнцу спиной, а к Гуди боком.
Должно быть, пробивает назначенное время, раз Иегудиил неспешно, перед тем еще пару раз переспросив о том, а все ли с Реми хорошо, начинает неспешно свою речь, оказавшуюся в итоге смазанной и чрезмерно неловкой. Репетиции дали ему четкую основу того, что надо высказать, на что намекнуть и о чем упомянуть более подробно. Забегая вперед: он нарушил каждый пункт.
— Реми, знаешь, этот разговор был вопросом времени, и ты вправе упрекнуть меня за то, что я так долго тянул с ним, но позволь мне объясниться…
Архангел чувствует, как дышать становится труднее — волнение так отчаянно сжимает ему горло, так сильно хочет не дать ему дослушать, что он едва с ног не валиться. Держись, Реми, ведь сегодня тебе придётся сказать Гуди о том, что ты его любишь.
— Я предполагал, что это будет более очевидно, но, судя по всему, намекаю я плохо. Однако, это абсолютно не твоя вина, свет мой.
Знаешь, ты мне очень нравишься. Я влюблен в тебя, и мне бы хотелось, чтобы ты разделял мои чувства. В ином случае, мое желание довольно эгоистично — позволь, пожалуйста, остаться друзьями. — Гудиэль внешне так же спокоен, как и всегда, разве что рясу теребит чуть нервно.
Реми молчит сначала, рот немо открывает — хочет что-то ответить, но не знает, что именно. Спустя пару мгновений он безмолвно кивает, потом еще пару раз, пока, наконец, голос не подает:
— Ты тоже мне нравишься. Очень-очень. Позволишь ли сменить мне статус друзей на возлюбленных? — так наивно, с какой-то ироничной ноткой и едва не истеричной манерой. Это подобало бы сарказму, если бы Реми первым не поспешил обнять теперь уж, видимо, «возлюбленного». — Знаешь, я так долго ждал этих слов.
— А признаться самому? — с тихой усмешкой вопрошает Гудиэль, осторожно гладя Реми по волосам, трепля старательно сделанную укладку.
Реми в ответ предпочитает промолчать. Так спокойно сейчас, хотя солнце все еще слепит его лучами, вынуждает прищуриваться всяко.
Реми постарается запомнить каждую деталь этого вечера, и мягкий, мгновенный поцелуй, как окончательное заключение отношений тоже — не запомнить его было бы, наверное, самым суровым грехом.
Косма🥹
#тейк
Муся решила отвлечься от рисунков, и написать как то текст по Ури/Миша.. вот, да...😺
—"Мишенька .."
Зовёт Уриил по имени, тихонько так, чтобы не потревожить.. лениво перебирает пряди шелковистых, длинных волос, что аккуратно лежат у него на коленках. С нежностью смотрит на лицо.. бутдо бы разглядывая каждый сантиметр умиротворённого лико.
—"Ммм..?"
Недовольно протягивает Архистратиг, нехотя поднимая веки, что бы посмотреть на Архангела. Михаил слегка приподнимает голову с колен Уриила.
—"Нам на тренировку надо возвращаться..Ты же сам прекрасно знаешь."
Ури слегка хмурит брови, но не может удержаться от мягкой улыбки. Нет, он не упрямствует, не заставляет.. просто мягко намекает, что пора бы заканчивать все эти нежности.. но Миша, похоже, так не думает от слова совсем.
—"И что с того?. Подождёт, я не хочу куда то идти сейчас."
Миша опустил голову обратно на чужие колени.
Неужели, сам предводитель ангельских воинств, который никогда не оставляет ничего на потом, ничего не откладывает из важных дел на другое время, отказывается идти на тренировку? Удивительно.
Уриил от такого ответа даже расстерялся.. Перестал гладить, и перебирать волосы, смотря на Михаила
—"Но.. Миша, нам надо..–"
Но стоило только Уриилу открыть рот, и попытаться что то сказать в ответ на Мишины слова, как сразу же почувствовал, что его притянули вниз.. Почувствовал на своих губах что то теплое, мягкое.. И руки, которые плавно и медленно обвились вокруг шеи, а после переместились на волосы.
Уриил не ожидал такого поворота.. Совсем не ожидал. Но быстро отошёл от ступора, и наклонился чуть ниже, поддаваясь мягкому, нежному поцелую. Веки медленно опустились, а руки переместились на мягкие щеки Архистратига, поглаживая их большими пальцами рук. Конечно, целоваться в таком положении было немного неудобно, даже.. Неуклюже как то. Но кажется, Архангелов совсем ничего не отвлекало от друг друга. Поцелуй вскоре нехотя разорвался, и Миша посмотрел прямяком в глаза. Тихо шепчет, проводя рукой по щеке Уриила.
—"Угомонись ты уже.. мы что, прямо таки сильно опаздываем?. Ну же, Ури.. прошу, давай останемся ещё хотя бы на чуть чуть."
Настойчивым голосом говорил Архистратиг. Уриил же, конечно, не может отказать своему дорогому Мишеньке.. и говорит в ответ, с нежной улыбкой на губах, тихо посмеиваясь
—"Эх ты, неугомонный.. ладно, давай останемся ещё на пару минут, раз ты так сильно желаешь этого."
—"Ну вот, так бы сразу.. Совсем другое дело!"
На губах Михаила поднимается мягкая, ели заметная улыбка. Да что уж там? Уриилу любая его улыбка нравится.. Какой бы она не была.
#тейк
—"Мишенька .."
Зовёт Уриил по имени, тихонько так, чтобы не потревожить.. лениво перебирает пряди шелковистых, длинных волос, что аккуратно лежат у него на коленках. С нежностью смотрит на лицо.. бутдо бы разглядывая каждый сантиметр умиротворённого лико.
—"Ммм..?"
Недовольно протягивает Архистратиг, нехотя поднимая веки, что бы посмотреть на Архангела. Михаил слегка приподнимает голову с колен Уриила.
—"Нам на тренировку надо возвращаться..Ты же сам прекрасно знаешь."
Ури слегка хмурит брови, но не может удержаться от мягкой улыбки. Нет, он не упрямствует, не заставляет.. просто мягко намекает, что пора бы заканчивать все эти нежности.. но Миша, похоже, так не думает от слова совсем.
—"И что с того?. Подождёт, я не хочу куда то идти сейчас."
Миша опустил голову обратно на чужие колени.
Неужели, сам предводитель ангельских воинств, который никогда не оставляет ничего на потом, ничего не откладывает из важных дел на другое время, отказывается идти на тренировку? Удивительно.
Уриил от такого ответа даже расстерялся.. Перестал гладить, и перебирать волосы, смотря на Михаила
—"Но.. Миша, нам надо..–"
Но стоило только Уриилу открыть рот, и попытаться что то сказать в ответ на Мишины слова, как сразу же почувствовал, что его притянули вниз.. Почувствовал на своих губах что то теплое, мягкое.. И руки, которые плавно и медленно обвились вокруг шеи, а после переместились на волосы.
Уриил не ожидал такого поворота.. Совсем не ожидал. Но быстро отошёл от ступора, и наклонился чуть ниже, поддаваясь мягкому, нежному поцелую. Веки медленно опустились, а руки переместились на мягкие щеки Архистратига, поглаживая их большими пальцами рук. Конечно, целоваться в таком положении было немного неудобно, даже.. Неуклюже как то. Но кажется, Архангелов совсем ничего не отвлекало от друг друга. Поцелуй вскоре нехотя разорвался, и Миша посмотрел прямяком в глаза. Тихо шепчет, проводя рукой по щеке Уриила.
—"Угомонись ты уже.. мы что, прямо таки сильно опаздываем?. Ну же, Ури.. прошу, давай останемся ещё хотя бы на чуть чуть."
Настойчивым голосом говорил Архистратиг. Уриил же, конечно, не может отказать своему дорогому Мишеньке.. и говорит в ответ, с нежной улыбкой на губах, тихо посмеиваясь
—"Эх ты, неугомонный.. ладно, давай останемся ещё на пару минут, раз ты так сильно желаешь этого."
—"Ну вот, так бы сразу.. Совсем другое дело!"
На губах Михаила поднимается мягкая, ели заметная улыбка. Да что уж там? Уриилу любая его улыбка нравится.. Какой бы она не была.
#тейк
Я на самом деле давно рисовал это, но решил отправить люцифера и Данте (дружбанчик подгонял меня)
Неанон фейрищко
#тейк
#творчество
Неанон фейрищко
#тейк
#творчество