Часть коллектива детской больницы № 22 в Колпино требует, чтобы медработникам выплатили компенсации за работу с ковид-положительными пациентами

Врачи уже обратились за помощью к депутату Заксобрания Ольге Ходуновой. При этом руководство клиники уверяет, что персоналу никакие выплаты не положены, рассказал "Эху" хирург Денис Хрулев.

- Наша администрация утверждает, что мы не контактируем с коронавирусными пациентами. Это не правда. Такие больные поступают. Было обращение к депутату Заксобрания, она сделала запрос в комитет по здравоохранению Смольного, тот передал запрос в райздравотдел Колпинского района, от себя депутат сделал запрос в прокуратуру. От себя я писал рапорт на имя главного врача, почему нам не положены эти выплаты, но меня их ответ не удовлетворил, - сказал Хрулев.

Он также добавил, что средства защиты, которые поступили в больницу, просто малы большинству сотрудников хирургического отделения. Поэтому некоторые медики уже переболели COVID-19.

В «обнулительном развороте» 1 июля обсудили:
- Слухи про радиационную аварию на Северо-Западе (комментирует эколог и сразу скажем, аварии-аварии не было, беспокоиться не стоит, а в сети полно фейков);
- историю с избиением журналиста на избирательном участке в центре Петербурге;
- день голосования и как «надраили» школу, в которой голосовал Александр Беглов.
Это всё-всё-всё и многое другое -- в утреннем развороте с Валерием Нечаем и Александрой Петровской.
https://youtu.be/sc0rwMQI0dU

Наш журналист Марк Нуждин спросил губернатора Петербурга Александра Беглова про инцидент с нашим коллегой, журналистом портала "Медиазона" Давидом Френкелем.

Лучший по качеству звук вы услышите в наших новостях в 11:47 на 91.5 FM.

Официальное заявление журналистов "Эха Москвы" по ситуации с нашим коллегой Давидом Френкелем.

Журналисты «Эхо Москвы» в Санкт-Петербурге выражают безусловную поддержку и солидарность с корреспондентом «Медиазоны» Давидом Френкелем, ставшим накануне жертвой правового и полицейского беспредела в ходе голосования по поправкам к Конституции на одном из избирательных участков Санкт-Петербурга. Мы требуем полного и беспристрастного расследования всех обстоятельств происшествия, в результате которого наш коллега оказался на операционном столе, и наказания тех, кто позволил себе – вопреки закону! – применить силу и воспрепятствовать работе журналиста. Мы призываем коллег присоединиться к нашим требованиям, чтобы совместно добиться справедливости и прекратить произвол в отношении журналистов, выполняющих свой профессиональный долг.

Голосование о поправках в Конституцию. Как оно идёт сейчас? Прямой эфир на 91.5 FM и на нашем youtube-канале:

https://youtu.be/oRMeMSUIwdA

С 20:05 слушайте в эфире и на YouTube-канале "Эха Москвы" в Петербурге информационный марафон "Россия после обнуления". В гостях: политологи, социологи, эксперты, наблюдатели за выборами, журналисты, деятели культуры и политики.

20:10 - свежие данные по экзитполам в Петербурге; социолог Мария Мацкевич; Дмитрий Солонников, политолог.
20:40 - "Экономика "обнулённой России" - экономисты Дмитрий Прокофьев и Андрей Заостровцев.
21:10 (только YouTube) - "Как голосовали в Петербурге" - наблюдатели, журналисты, члены избирательных комиссий.
21:40 (только YouTube) - "Россия, ты одурела" - доктор-психотерапевт Лев Щеглов.
22:05 - Маргарита Симоньян, главный редактор телеканала Russia Today
22:40 - "Правозащитники в "обнулённой России" - Наталия Евдокимова, Игорь Петров.
https://youtu.be/yZUqT-S1YvM

Марафон по голосованию об изменениях в Конституцию "Россия после обнуления" стартовал:

https://youtu.be/yZUqT-S1YvM

На YouTube - полная Версия.

Мнение Валерия Нечая по ситуации с нашим коллегой Давидом Френкелем.

#прямосейчас в нашем спецэфире

https://news.1rj.ru/str/nechay/1010

Попытайтесь ответить на простой вопрос: вы бы признали легитимность голосования, если бы оно прошло без нарушений? Мне ответ ясен. Проблема не в том, КАК проходило голосование, а в том, что оно вообще имело место. В том, что это голосование как процедура и его объект – «изменения в Конституцию» не опираются ни на какую правовую основу, кроме пожелания одного человека. И не получается ли, что все мы, и журналисты в первую очередь, попали в «ловушку», рьяно пытаясь отследить, кто, где и как вбросил или выбросил, пересчитал или недосчитал «бюллетени»? «Ах, вбросили, – не признаём!» А если не вбросили, признаете?

Главный редактор "Эха Москвы" в Петербурге Виталий Дымарский.

Маргарита Симоньян: У меня нет пока мнения о ситуации с журналистом из Петербурга. Я пока не понимаю, что предшествовало этому, почему его вообще стали выводить. Сначала мне хочется получить какие-то свидетельские показания. У нас страна огромная, хочется получить видео с участка, тогда и станет понятнее. Сейчас неизвестно, были ли основания для того, чтобы выводить человека из участка.

Второе. Во время выдворения непонятно, была ли эта травма итогом целенаправленного желания нанести травму или же это случайность. Если выяснится, что человек вёл себя нормально, а его вот так выкидывали – я жду расследования. Если же человек мешал и вёл себя неадекватно - понятно, что его должны были вывести с участка. Давайте дождёмся, когда будет понятная ситуация. Тогда же я и выскажу своё мнение.

Я не беру на себя наглость сотрудникам RT навязывать своё мнение и также присоединяться к каким-либо акциям. Но что касается меня лично, то если докажут, что в отношении него применили чрезмерные меры, я выступлю в защиту.

Пересчитываем результаты голосования по поправкам. И вот что получается. Скорее всего, электронное голосование в Москве и Нижнем подсчитали более-менее честно (иначе тоже выдали бы 75 проц.). А в обоих городах соотношение примерно одинаковое - 60:40. Еще 10 лет назад тогдашний глава ЦИК Чуров признавался на Эхе Москвы, что его, ЦИКовский, ресурс составляет 15%. Прибавляем сегодня уже памфиловскую «пятнашку» и получаем искомые АП 75%. Откуда еще 3%? От излишнего старания и отсутствия прописанной процедуры. Игра без правил. Так что э-голосование показало, уверен, реальный расклад. А если бы еще проголосовали «абстиненты», то… Да ничего страшного, сломали бы не ордну руку, а штук пять.