На курсе CPE Writing мы, помимо всего, что непосредственно связано с экзаменом, иногда занимаемся creative writing. Хочу показать вам несколько упражнений, которые можно использовать с вашими учениками.
1. Flash fiction (короткие тексты, бывают от 10 до 100 слов). Представьте, что вы стоите на пустынной платформе станции метро (можно показать фотографию). Выберите одну из двух эмоций: вы или счастливы, или напуганы (happy or scared). Опишите, что вы видите, слышите, какие запахи чувствуете, что ощущаете внутри, учитывая выбранную вами эмоцию. (Можно помочь и дать лексику, которую можно использовать при описании). Чтобы не пугать заданием тех, кто не любит писать, можно задать лимит слов, например, не больше 30 слов.
2. А вот несколько тем про еду и гастрономию. Их можно дать как короткое free writing на уроке или на дом. Конечно, надо смотреть на интересы ученика. Некоторым моим взрослым ученикам тема кулинарии совершенно не интересна. А остальным можно предложить написать на такие темы:

1) Food is love.
2) Describe your most memorable meal (good or bad). Also describe the people who were there with you, the setting, the ambient sounds in the room, and how you felt before and after.
3) What were some of the food peculiarities in your family? Were there certain brand names you always used, or peculiar convenience foods that seemed wonderful back then and just plain odd when you think about them now?
4) What was the best dish in your mother’s repertoire? Did your father cook too? What was his signature dish? Do the differences between these two dishes say something about your father and mother’s personalities? Or something about the differences between men and women at that time?
5) Write about a time you visited your Aunt Nina in Tver or stayed for dinner with your friends and found yourself baffled by someone else’s food choices. We tend as children to imagine that our family habits are “normal,” until we get out in the world and see just how different every family can be. What surprised you at someone else’s table?
6) Our travel memories almost always include unforgettable meals or unusual regional dishes, from the pestinos in the south of Spain to khinkali in Georgia. Have you had fascinating experiences with regional or national foods?

Мифы про academic writing.
Когда меня спрашивают, почему у меня нет курса по academic writing, я всегда спрашиваю в ответ: а что там нужно преподавать? Я правда не понимаю.
Когда я поступила в аспирантуру и пришло время писать первую статью на русском, я стала выдумывать разную риторическую эквилибристику, так часто встречающуюся в научных педагогических текстах на русском. Например, вот так начиналась моя первая статья, привожу в сокращенном виде:
🖊️«Роль учителя за последние 100 лет претерпела значительные изменения: произошел отход от представления о педагоге как о хранителе знаний, пользующемся директивными методами воспитания. (…) Сейчас, когда традиционная, во многом авторитарная, монологическая, репродуктивная парадигмы обучения сменяется личностно-ориентированной, диалогической, где осуществляется демократический, гуманистический стиль общения педагога с обучающимися, возникает потребность в более системном представлении репертуара ролей педагога в учебном процессе».🖊️
Шло время, и я сформулировала для себя, зачем пришла в науку. Эти слова я услышала от Джареда Лето. На вручении Оскара за «Далласский клуб покупателей» он сказал, что их цель была “to voice the voiceless”. Я подумала: как круто сказано. И это стало моей целью. Своими исследованиями я хочу дать голос тем, у кого голоса нет, кого общество не видит. Но чтобы voice the voiceless и донести свои мысли до людей, надо писать нормальным языком, подумала я. Но разве я могу писать человеческим языком без казенщины и публиковать статьи? У меня были сомнения. Пока я не решила писать на английском и публиковаться в зарубежных журналах. Тут для меня открылся целый мир языка, на котором можно писать в науке. Оказалось, что этот язык допускает практически всё.
Выше я дала цитату из своей первой статьи на русском. А вот так начинается на данный момент моя последняя статья на русском:
📗«Сельские школы составляют более половины (56%) общеобразовательных школ в России. В них обучается значительная часть школьников страны: на начало 2019 года около 28% учащихся в возрасте 7-17 лет [1]. (…) Реформы системы образования привели к сокращению количества сельских школ почти вдвое».📗
По-моему, есть разница. Я прекратила заниматься словесными выкрутасами, ходить вокруг да около, нанизывать родительные падежи друг на друга, а перешла сразу к делу.
Когда я пришла преподавать в университет, студенты часто писали эссе сложным, непонятным, мудреным языком. Бесконечные по длине предложения, суть которых часто можно было свести к четырем-пяти словам. Я просила: а теперь напишите всё человеческим языком. Многие удивлялись в ответ: но нас учат писать сложно.
Сложно не значит непонятно. Сложно не значит писать редкой лексикой и причудливым синтаксисом. Сложно значит умно. Это значит, ты обдумал концепцию статьи, ее идею и хочешь донести ее миру. Мне так однажды и сказал один рецензент: Ирина, что вы хотите донести миру? О чем вы хотите миру сказать?
С тех пор я задаю этот вопрос своим студентам, когда вижу статьи, до смысла которых невозможно добраться под грудой бессмысленных noun phrases.
Моя основная мысль здесь: academic writing – это много разных жанров и типов статей. Например, это может быть автобиография\автоэтнография, которая пишется фактически как публицистика, журнальная статья. Вот, например, начало двух моих статей для научных журналов:
✅«‘Narratives of the self are tailored according to their purpose’ (Jones-Gailani, 2020:65). I am sitting in Moscow in December 2022 and ponder over the purpose of my narrative»
✅«The story of my shame experiences explored in this paper started nearly 30 years ago at the beginning of my post-Soviet ‘odyssey’ from the North Caucasus in Russia to the cities in the central part of the country».
По-моему, с точки зрения языка все предельно понятно.
Так вот, я до сих пор не понимаю, что такое academic writing. Главный вопрос, который я задаю себе перед написанием статьи: Ира, что ты хочешь сказать миру?
Ответив на него, я просто сажусь и пишу.

В журнале Modern English Teacher вышла моя новая статья. Уже 8я по счету. В комментарии брошу ссылку на диск, где сложены все мои статьи для MET, включая эту.

Завтра выложу здесь новый эпизод моего подкаста. Вопросы будут такие:
1) не хочу ли я открыть свою школу
2) что лучше - заниматься со старыми учениками индивидуально или набрать новых в группы
3) где находят учеников те, у кого занятия стоят по 5-7 тысяч
4) что делать , если боишься, что ученики уйдут, когда вы повысите цену?
Если у вас есть ещё какие-то вопросы, пишите в комментариях.

Новый выпуск подкаста выложила выше

Почти дочитала. Про нарушения сенсорной обработки у детей.

Почему важно читать книжки вместе с детьми? Интересный ответ про «ось слушания» дает Джанни Родари в главе «Ребенок, слушающий сказки» в своей книге «Грамматика фантазии»:
👉"Сказка для ребенка прежде всего - идеальный способ удержать возле себя взрослого. Мать вечно занята, у отца свой непостижимый ритм жизни, что для ребенка является постоянным источником тревоги. Редко, когда у взрослых находится время поиграть с ним, как хотелось бы ему, то есть самозабвенно, с полной отдачей, не отвлекаясь. Гарантировать это может только сказка. Пока сказка длится, мама рядом, она принадлежит своему ребенку целиком, надолго, а это так приятно - чувствовать себя под крылышком у мамы. (…) Пока струится плавный поток повествования, ребенок может наконец вволю насмотреться на свою маму, как следует разглядеть ее лицо, глаза, рот. (…) Голос матери говорит ребенку не только о Красной Шапочке или о Мальчике-с-Пальчик, он рассказывает и о себе"
💢 "Семиотик мог бы сказать, что ребенка интересуют в данном случае не столько содержание и форма, сколько содержание выражения: голос матери, его оттенки, громкость, модуляции, тембр; от материнского голоса исходит нежность, он развязывает все узелки тревог, отгоняет призраки страха.
Потом - точнее, одновременно - происходит знакомство с родным языком, со словами, их формами и структурой. Мы никогда не сможем уловить тот миг, когда ребенок, слушая сказку, впитывая ее, овладевает определенным соотношением лексических единиц, открывает для себя употребление глагольной формы, роль какого-нибудь предлога, и тем не менее сказка, видимо, дает ему обильные сведения о языке. Силясь понять сказку, он одновременно прилагает усилия и к тому, чтобы понять слова, из которых она состоит, проводить между ними аналогии, делать выводы, расширять или сужать, уточнять или корректировать границы морфемы, протяженность синонимического ряда, сферу влияния прилагательного."
👉
"О том, что сказка - это кладезь характеров и судеб, откуда ребенок черпает сведения о реальности, которой он еще не знает, черты будущего, о котором еще не умеет задумываться, говорилось неоднократно. (…) Сказки составляют для ребенка особый мир, некий театрик, отделенный от нас плотным занавесом. Мир не для подражания, а лишь для лицезрения. Но лицезрения активного, когда на первый план выступает не столько содержание сказки, сколько интересы слушателя. Примечательно, что, когда детство вступает в реалистическую пору, когда важнее всего содержание, сказка перестает интересовать ребенка; и происходит это именно потому, что ее "формы" перестали поставлять сырье для его жизнедеятельности."
👂👉
"Слушание - это тренировка. Сказка для ребенка такое же серьезное и настоящее дело, как игра: она нужна ему для того, чтобы определиться, чтобы изучить себя, измерить, оценить свои возможности. Например, чтобы измерить свою способность противостоять страху. (…) Все зависит, образно говоря, от обстоятельств, при которых ребенок встречает волка. Если он слышит о нем из уст матери, в мирной домашней обстановке, никакой волк ему не страшен. Ребенок может делать вид, что он боится (эта игра имеет свой смысл для выработки самозащитной реакции), но он уверен: стоит папе показать свою силу или маме запустить в волка туфлей, как тот, поджав хвост, убежит."

Подкаст про то, что я считаю вредным на Сельте и втором модуле Дельты

У нас в учительском комьюнити многие готовятся к экзаменам САЕ и СPE, где в письменной части бывает задание написать рецензию (review) на фильм, книгу, выставку и даже зоопарк (такое было в past papers). Вижу, что многие практикуются в этом и выкладывают свои рецензии. Рецензию я считаю самым сложным жанром и всегда именно по рецензиям сужу, умеет ли писать человек, начитан ли он, умен ли. А знали ли вы, что престижную Пулитцеровскую премию дают и автору самой лучшей рецензии за прошедший год? В этом году ее получила писательница Зейди Смит за рецензию на фильм "Тар" о женщине-дирижере Лидии Тар. Я фильм смотрела, и мне он не понравился. Поэтому мне было интересно почитать, что Смит думает о фильме. Обратите внимание, на то, как тщательно она анализирует героев, а не просто бежит по верхам. Как она буквально въедается в ткань сценария и сюжетных ходов, как пытается увидеть мир глазами Лидии. Обо всем этом можно помнить, когда пишешь рецензию. https://www.nybooks.com/articles/2023/01/19/the-instrumentalist-tar-todd-field-zadie-smith/

Товарищи, ничего никому не доказывайте в жизни. Если кто-то вбил себе в голову, что носители лучше (подставьте нужное), то ничто и никто это не выбьет из головы. Например, что носители лучше пишут, что учиться писать нужно только у носителей. Что только носители могут обучить писать на высоких уровнях и прочее. Вы ничего им не докажете, даже если вам Букера дадут за ваши тексты. Они все равно будут с придыханием рассказывать, что идут учиться к носителям. Не тратьте время на таких людей. Делайте все так, как делали, а о них не думайте.

Сейчас много читаю для статьи про буллинг. Интересное увидела в одном исследовании: "Дети, проживавшие
на момент обучения в школе с обоими родителями, чаще выступали в роли агрессора физического буллинга, чем те, кто
проживал только с матерью". ☝️ Вот вам и "полная семья". Помню, как в советской педагогике считалось, что расти в полной семье - залог развития гармоничной личности.

Мы с Наташей Райт сейчас пишем статью про то, как начинающие ученые начинают писать статьи и публиковаться в научных журналах и про то, как это было в нашем случае. Статья пойдет в сборник, который составляет и редактирует Пежман Хабиби, очень известный ученый (на картинке вы видите одну из его книг, написанную в соавторстве с Кеном Хайлендом).
👉 И вот Хайленд во вступлении пишет, что в области academic writing на высоких уровнях надо перестать делить пишущих на английском на native and non-native speaking. Нет никакой разницы.
🔥 Цитата: “framing publication problems as a crude Native vs. non-Native polarization demoralizes writers and ignores the very real writing problems experienced by many L1 English scholars”.
Академическое письмо для публикаций – это та область, которой обучаются все на равных. Носители и не носители.
🔥 Цитата: “Writing for publication is a specialized competence which both Native and non-Native English speakers must acquire”.
И дальше: “Academic English is no one’s first language. In fact, “Native-speakerhood” refers more accurately to the acquisition of syntactic and phonological skills as a result of early childhood socialization and not competence in writing, which requires prolonged formal education. We don’t learn to write in the same way that we learn to speak, but through years of schooling”.

И вот очень мощно: “The Native/non-Native distinction seems to BREAK DOWN ENTIRELY at advanced levels of academic writing”.
💥 Не надо дискриминировать ни тех, ни других. Надо просто понимать, что учиться академическому на высоком уровне надо не у носителя, а у того, кто более опытный.
🔥 Цитата: “Swales (2004, p. 56), in fact, argues that the most important distinction in publishing is not between Native and non-Native English speakers but between experienced or “senior” researcher/scholars and less experienced or “junior” ones – between those who know the academic ropes in their chosen specialisms and those who are learning them”.
https://link.springer.com/book/10.1007/978-3-319-95333-5