Вышла с открытия выставки Генри Леви в галерее «Триумф». Приглашение пришло от Sv77 — формат был строго для коллекционеров, без широкой публики, и спасибо за это: удалось спокойно рассмотреть работы и кое-что выхватить.

Леви, кажется, уже хорошо знают в Москве (интересно, радует это его или нет) — американский художник и основатель бренда Enfants Riches Déprimés. Его практика находится на стыке искусства и моды: графика, живопись, объекты, смешанные техники. На выставке показали вещи разных лет, начиная с 2015-го. Некоторые я уже видела в Париже — фирменный стиль автора тот же: чёрно-белая графика, тексты, цитаты из поп-культуры. В пространстве «Триумфа» это работает очень хорошо, советую заглянуть.

В мою коллекцию одна работа уехала, но если покупки в ERD я с удовольствием показываю, то с артом момент более почему-то более интимный — останется только моим ☺️

Покажу на что не хватило 🤣

Не очень понимаю, почему вообще возникло ощущение, что тема возраста меня как-то волнует. Ксения сама спросила, сколько мне лет, — на мой ответ сказала, что думала, что я младше. Ну ок 🤣 Там же был вопрос про «каких татлеровских героинь я знаю» и «за кем слежу». Ну не читала я Tatler, при чём тут возраст?

И да, «жирные нулевые» для меня — это городские легенды, а не часть моей жизни. Как и для 99,9999% моего окружения, кстати 🤣🤣 Хотя это , наверное, тоже что-то про возраст..

Ой , а Я с ума схожу от её ушей 🥹💔

I ❤️ WOS ☺️

Скоро мне предстоит очень серьезный и долгожданный шаг — операция по корректировке челюстно-лицевого скелета (остеотомия). Я долго шла к этому решению, и сейчас, когда дата назначена, эмоции переполняют меня. С одной стороны, это огромная радость. Мысль об этой операции живет во мне с 12-14 лет. Все эти годы я мирилась с тем, что доставляло дискомфорт: с неправильным прикусом, с асимметрией или формой лица, которая меня не устраивала, с трудностями в еде, защемлении сустава при разговоре или смехе, постоянных головных болях от перенапряжения одной из жевательных сторон. Это был мой тихий, личный вызов, о котором я почти никому не говорила, но который всегда был со мной.

С другой стороны, меня охватывает настоящий страх. Осознание масштаба вмешательства пугает: разрез, распил костей, титановые винты... Меня ждет период полной беспомощности, когда я даже не смогу говорить. Жесткая фиксация челюстей на несколько недель — это испытание не только физическое, но и психологическое. Я переживаю о боли, которая потребует сильных лекарств, о том, что буду все время сонной и заторможенной. Пугает мысль, что любое неловкое движение может что-то нарушить. Я беспокоюсь о бытовых вещах: как организовать свою жизнь на первый месяц, когда график визитов к врачу непредсказуем, а я не смогу нормально общаться. Страшно чувствовать себя в такой зависимости от близких и от обстоятельств.

По сути, я сейчас стою на пороге между своей давней мечтой и суровой реальностью. Я верю в своего хирурга, я понимаю необходимость всего этого, рано или поздно. Иду на операцию осознанно, потому что хочу не просто "исправить прикус", а разрешить себе то, что годами копилось внутри как желание жить без этого физического и, наверное, эмоционального груза. В общем, я не трус, но я боюсь 🥺