Alive
You were raised in constant fear, raised in constant shame.
When something was not right, it was always you to blame,
Always you to torture, always you to hit
Bit by bit.
Those traces on your skin that no one asked about,
The only thing you've learned from them was endless doubt.
Sow how did you even survive
You naughty sprout?
And you pockets so empty, soul so sour,
Don't let them see you crying go take a shower,
The numb er of death is four, well your is five –
Oh cheer up
No one's getting out of here alive.
Well this could be some story if it wouldn't be a joke.
This world's not 'bout stricking but fighting a stroke.
When the so called friends would hurt you again –
Was it all worth the pain?
And was your lonelyness worth the ache,
Was your every single breath just another mistake?
You don't care anymore,
For the heavens' sake.
---
They don't see you just an empty place,
Whatever mask you put on your face.
They don't care if you hate or forgive –
If you live.
So don't you cry baby these tears won't save
From meeting your foes, meeting your grave,
Be angry, be wicked, be shameless,
Be weak and be brave.
You were raised in constant fear, raised in constant shame.
When something was not right, it was always you to blame,
Always you to torture, always you to hit
Bit by bit.
Those traces on your skin that no one asked about,
The only thing you've learned from them was endless doubt.
Sow how did you even survive
You naughty sprout?
And you pockets so empty, soul so sour,
Don't let them see you crying go take a shower,
The numb er of death is four, well your is five –
Oh cheer up
No one's getting out of here alive.
Well this could be some story if it wouldn't be a joke.
This world's not 'bout stricking but fighting a stroke.
When the so called friends would hurt you again –
Was it all worth the pain?
And was your lonelyness worth the ache,
Was your every single breath just another mistake?
You don't care anymore,
For the heavens' sake.
---
They don't see you just an empty place,
Whatever mask you put on your face.
They don't care if you hate or forgive –
If you live.
So don't you cry baby these tears won't save
From meeting your foes, meeting your grave,
Be angry, be wicked, be shameless,
Be weak and be brave.
Предпоследний на сегодня #звук. Подражание Арефьевой. "Учитель добра".
1
У всех народов есть глупый рассказ,
Я слыхала его не раз -
Про камни, дерево или ребро,
Про зло и про добро.
Мол, мир был чист, ни добра и ни зла -
Но ошибка произошла,
И всё, на зло Богу или богам
Раскололось пополам
В мире расколотом, так говорят,
Есть злые, что зло творят,
А добрых нигде, почитай, и нет,
Поскольку добро - секрет,
Тайное знание, будто письмо,
Оно не приходит само,
С ним не родиться, с ним не почить,
Ему можно лишь научить,
Припев
Но учитель добра, к сожаленью,
существует лишь в твоей голове,
В твоей голове.
И всё, что она может - с пробуждением
давать тебе хороший совет,
Хороший совет
2
Эта история с древних дней
Объявила злом матерей,
Их детей и всех их мужей,
И даже богов уже
Отдала добро крепким стенам,
Заперла в душный каменный храм,
Сказав: у кого больше всех серебра -
Тот и есть учитель добра
Припев
Но учитель добра, тем не менее,
существует в любой голове,
В твоей голове.
И всё, что она может - с пробуждением
давать тебе хороший совет,
Хороший совет
3
Вот и проходят день ото дня
Люди многие мимо меня,
Несут ко дворцу дань в любой поре,
Чтоб добро становилось добрей,
Не смотрят друг другу в сердца и глаза -
Боятся коварного зла,
В холодных углах, чуть стало светло,
Повторяют: я зло, я зло!
Припев
Но учитель добра, тем не менее,
существует в любой голове,
В твоей голове.
И всё, что она может - с пробуждением
давать тебе хороший совет,
Хороший совет
4
Сколько всяческих учителей
На нашей смешной земле -
Учат любви, свободе, всему,
Что легко понять самому
Я тоже стояла в очередях
Дань несла тем, кто сеет страх,
Но однажды услышала вдруг изнутри:
Добро есть в вас, посмотри!
Припев
И учитель добра, тем не менее,
существует в любой голове,
В твоей голове.
И всё, что она может - с пробуждением
давать тебе хороший совет,
Хороший совет
5
Услышьте меня, мой брат и сестра,
Никто не рождён без добра,
Оно в нашем слухе, в наших глазах,
В руках, в ногах, в голосах!
Отдай таким же, как ты, дары,
Вместе прочь из этой дыры!
Не ищи учителя в сказке любой,
Ведь она всегда рядом с тобой!
Припев
Да, учитель добра, к удивлению,
существует в любой голове,
В твоей голове.
И всё, что она может - с пробуждением
давать тебе хороший совет,
Хороший совет
У всех народов есть глупый рассказ,
Я слыхала его не раз -
Про камни, дерево или ребро,
Про зло и про добро.
Мол, мир был чист, ни добра и ни зла -
Но ошибка произошла,
И всё, на зло Богу или богам
Раскололось пополам
В мире расколотом, так говорят,
Есть злые, что зло творят,
А добрых нигде, почитай, и нет,
Поскольку добро - секрет,
Тайное знание, будто письмо,
Оно не приходит само,
С ним не родиться, с ним не почить,
Ему можно лишь научить,
Припев
Но учитель добра, к сожаленью,
существует лишь в твоей голове,
В твоей голове.
И всё, что она может - с пробуждением
давать тебе хороший совет,
Хороший совет
2
Эта история с древних дней
Объявила злом матерей,
Их детей и всех их мужей,
И даже богов уже
Отдала добро крепким стенам,
Заперла в душный каменный храм,
Сказав: у кого больше всех серебра -
Тот и есть учитель добра
Припев
Но учитель добра, тем не менее,
существует в любой голове,
В твоей голове.
И всё, что она может - с пробуждением
давать тебе хороший совет,
Хороший совет
3
Вот и проходят день ото дня
Люди многие мимо меня,
Несут ко дворцу дань в любой поре,
Чтоб добро становилось добрей,
Не смотрят друг другу в сердца и глаза -
Боятся коварного зла,
В холодных углах, чуть стало светло,
Повторяют: я зло, я зло!
Припев
Но учитель добра, тем не менее,
существует в любой голове,
В твоей голове.
И всё, что она может - с пробуждением
давать тебе хороший совет,
Хороший совет
4
Сколько всяческих учителей
На нашей смешной земле -
Учат любви, свободе, всему,
Что легко понять самому
Я тоже стояла в очередях
Дань несла тем, кто сеет страх,
Но однажды услышала вдруг изнутри:
Добро есть в вас, посмотри!
Припев
И учитель добра, тем не менее,
существует в любой голове,
В твоей голове.
И всё, что она может - с пробуждением
давать тебе хороший совет,
Хороший совет
5
Услышьте меня, мой брат и сестра,
Никто не рождён без добра,
Оно в нашем слухе, в наших глазах,
В руках, в ногах, в голосах!
Отдай таким же, как ты, дары,
Вместе прочь из этой дыры!
Не ищи учителя в сказке любой,
Ведь она всегда рядом с тобой!
Припев
Да, учитель добра, к удивлению,
существует в любой голове,
В твоей голове.
И всё, что она может - с пробуждением
давать тебе хороший совет,
Хороший совет
А сейчас тут будут #стихи. Две штуки. Оба — на мифологическую тему, хоть и разные мифологии. Оба —эротические или около того. Вечер, что вы хотели.
О Сиф! Ты гордая орлица,
Источник горный! Но - одна.
Кому позволено напиться
Из вод твоих, достигнув дна?
Погружена в себя, печальна,
Но стопы и ладони ждут,
Когда их в жарком танце спальни
Опутает лукавый жгут,
И губы шепчут еле-еле,
Как шепчет пашня о дожде, -
О том, как на одной постели
Враги забудут о вражде,
Закроют шкуры очи окон,
Уста уставшие сомкнут
Уста; и золотистый локон
Вдруг превратится в хлесткий кнут.
Что будет утром? То ли в думах!
В прикосновеньях тонет стон...
О, утро хмуро и угрюмо.
Ты в строгость спрячешься. А он -
Ни слова нежного. Ни даже -
Объятий. Только Тень в ночи.
Но локон золотой повяжет
Туда, где нож или ключи.
Источник горный! Но - одна.
Кому позволено напиться
Из вод твоих, достигнув дна?
Погружена в себя, печальна,
Но стопы и ладони ждут,
Когда их в жарком танце спальни
Опутает лукавый жгут,
И губы шепчут еле-еле,
Как шепчет пашня о дожде, -
О том, как на одной постели
Враги забудут о вражде,
Закроют шкуры очи окон,
Уста уставшие сомкнут
Уста; и золотистый локон
Вдруг превратится в хлесткий кнут.
Что будет утром? То ли в думах!
В прикосновеньях тонет стон...
О, утро хмуро и угрюмо.
Ты в строгость спрячешься. А он -
Ни слова нежного. Ни даже -
Объятий. Только Тень в ночи.
Но локон золотой повяжет
Туда, где нож или ключи.
Ты мне сестра.
И – жена.
И – демон.
Ложь и насмешку несёшь во рту.
Смех твой из лезвий и игол сделан.
Слёзы — быстры и страшны, как ртуть.
Чуть дай слабинку — твой жар обманет,
В сети затянет, возьмёт в аркан...
Слышала я: даже Дьявол нанят
Месяц катать по твоим рукам...
Знаю, тебя именуют: Логос -
Свет, что заводит в логово змей.
Коль увидал — хоть не слушай голос,
Стопы на след твой, мол, класть — не смей!
Бывшее глиной — давно двуного.
Прачеловек был — Адам. И — я.
...В чашах других, у другого бога
Мир обнимала сестра моя.
Выйдя из плоти Адама белой,
Видела алый я свет огня.
Там на деревьях цвела омела.
Жар жёг Адама, но грел — меня.
...
Знай: пусть губами я ликовала,
Дух мой — на клочья зубами рвал
Тело Адама, когда плясала
Танец семи ему покрывал.
Он был несмел, нарушать приказы
Жаждал — и страхом весь исходил.
Змей в рот вложил мне зерно заразы -
Сердце мне зрением наградил.
Вижу, сестра, отчего такая:
Чада твои возвратились в прах.
Но как похож на тебя мой Каин!
И не тебе ль на больших кострах
Жертвует Авель сегодня?.. С боен
Страшно и тоскно ревёт зверьё.
Что о тебе мой Адам?.. «Раздвоен
Енохианский язык её”.
Стонет во снах до сих пор, отчаян,
Муж мой, и к этим он снам привык.
Что о тебе он? «Неизучаем
Енохианский её язык”.
А... что же я? Я скучаю, тлею,
Трескаюсь: слишком разделены.
Знай: перед прахом лететь к тебе я
Выпросила бы у Сатаны...
Схожи с тобой наши дети-братья
В глинянной-огненной наготе.
(Я надевала алое платье,
Когда зачинала ему детей).
...
Нынче в твой дом нежный сын мой, Авель,
Хмурый кочевник, пастух, мясник, -
Вышел гостить. В честь его пусть справят
Праздник любви, красоты, резни!
Небо расколото. Вдоль окраин,
Проклят, навек оставляя рай,
С лёгкою песней идёт мой Каин.
Встретишь — с ним в игры наши сыграй.
Знают лишь боги, о чём молчу я,
Чувствуя шеей твой дальний шаг,
Дальний твой крик, будто рядом, чуя:
Это идёшь ты, богов круша!
Сила твоя — то свободы чудо!
Бей же, изгнанница, суд верши!
Кровь закипает в моих сосудах,
Тело для новой творя души.
Будет Адам, обливаясь потом,
Скучно пытаться детей зачать.
Но не его этот мир работа...
Травы и щиплются, и горчат...
Спросит мой муж перед сном о малом,
Будет у ложа кровав подбой.
“Алое платье я надевала,
Когда зачинала детей - с тобой”.
И – жена.
И – демон.
Ложь и насмешку несёшь во рту.
Смех твой из лезвий и игол сделан.
Слёзы — быстры и страшны, как ртуть.
Чуть дай слабинку — твой жар обманет,
В сети затянет, возьмёт в аркан...
Слышала я: даже Дьявол нанят
Месяц катать по твоим рукам...
Знаю, тебя именуют: Логос -
Свет, что заводит в логово змей.
Коль увидал — хоть не слушай голос,
Стопы на след твой, мол, класть — не смей!
Бывшее глиной — давно двуного.
Прачеловек был — Адам. И — я.
...В чашах других, у другого бога
Мир обнимала сестра моя.
Выйдя из плоти Адама белой,
Видела алый я свет огня.
Там на деревьях цвела омела.
Жар жёг Адама, но грел — меня.
...
Знай: пусть губами я ликовала,
Дух мой — на клочья зубами рвал
Тело Адама, когда плясала
Танец семи ему покрывал.
Он был несмел, нарушать приказы
Жаждал — и страхом весь исходил.
Змей в рот вложил мне зерно заразы -
Сердце мне зрением наградил.
Вижу, сестра, отчего такая:
Чада твои возвратились в прах.
Но как похож на тебя мой Каин!
И не тебе ль на больших кострах
Жертвует Авель сегодня?.. С боен
Страшно и тоскно ревёт зверьё.
Что о тебе мой Адам?.. «Раздвоен
Енохианский язык её”.
Стонет во снах до сих пор, отчаян,
Муж мой, и к этим он снам привык.
Что о тебе он? «Неизучаем
Енохианский её язык”.
А... что же я? Я скучаю, тлею,
Трескаюсь: слишком разделены.
Знай: перед прахом лететь к тебе я
Выпросила бы у Сатаны...
Схожи с тобой наши дети-братья
В глинянной-огненной наготе.
(Я надевала алое платье,
Когда зачинала ему детей).
...
Нынче в твой дом нежный сын мой, Авель,
Хмурый кочевник, пастух, мясник, -
Вышел гостить. В честь его пусть справят
Праздник любви, красоты, резни!
Небо расколото. Вдоль окраин,
Проклят, навек оставляя рай,
С лёгкою песней идёт мой Каин.
Встретишь — с ним в игры наши сыграй.
Знают лишь боги, о чём молчу я,
Чувствуя шеей твой дальний шаг,
Дальний твой крик, будто рядом, чуя:
Это идёшь ты, богов круша!
Сила твоя — то свободы чудо!
Бей же, изгнанница, суд верши!
Кровь закипает в моих сосудах,
Тело для новой творя души.
Будет Адам, обливаясь потом,
Скучно пытаться детей зачать.
Но не его этот мир работа...
Травы и щиплются, и горчат...
Спросит мой муж перед сном о малом,
Будет у ложа кровав подбой.
“Алое платье я надевала,
Когда зачинала детей - с тобой”.
Не такие как все
В этом мире неосознанных одиночек, каждый - в своей норе,
Как в собственной сказке, даре, проклятьи;
Каждый встаёт на одной лишь ему утром видной заре;
Каждый ложится в гроб по размеру, как в платье -
подвенечное платье.
В этом мире неосознанных одиночек, каждый сходит на свой
Вкус с ума, и всяк - на своей остановке.
И следы его глушит росой, и они убегают лисой,
И мало кому дан дар изучить все уловки.
Но мы с тобой - не такие, как все!
О, мы с тобой...
Подойди, не бойся, я покажу, как следы обнаружить в росе!
Подойди, стань рядом: тебя ожидает бой.
В этом мире неосознанных одиночек, осознать себя - тяжкий труд.
Прошла сотня лет - а ты всё ещё осознаёшь?..
Эпоха закончилась; бледные тени на торги несут её труп.
Посмотри на свои ладони, увидишь в них нож.
Чего же ты ждёшь?
В этом мире так мало дней, отведённых тебе и мне.
С богов бы спросил - но кто их видал, богов?..
Следи за руками - я делаю выпад - и мир сгорает в огне.
...Я жду ответа - а может, шума шагов.
Ведь мы с тобой - не такие, как все!
О, мы с тобой...
Подойди, не бойся, я научу, как гнев обнаружить в слезе!
Подойди, стань рядом, ведь ты - такой же изгой.
В этом мире неосознанных одиночек свободен, пожалуй, лишь бог;
А бог - это тот, кто узнал свою безну внутри.
Приготовься бежать из осады - скоро последний звонок,
И последним движеньем лицо с моей маски сотри.
А теперь посмотри.
Я открыл тебе дверь, а за дверью - спит ядовитый лес.
Его алые реки - почти как вода.
Теперь ты утратишь тень, если останешься здесь -
И станешь свободен, если придёшь сюда.
Ты придёшь навсегда.
Ведь мы с тобой не такие, как все!
О, мы с тобой...
Нас загоняли в угол, но что они могут знать о лисе?
Ты всесилен, пока над лесом пылать будет твой
ликующий вой.
В этом мире неосознанных одиночек, каждый - в своей норе,
Как в собственной сказке, даре, проклятьи;
Каждый встаёт на одной лишь ему утром видной заре;
Каждый ложится в гроб по размеру, как в платье -
подвенечное платье.
В этом мире неосознанных одиночек, каждый сходит на свой
Вкус с ума, и всяк - на своей остановке.
И следы его глушит росой, и они убегают лисой,
И мало кому дан дар изучить все уловки.
Но мы с тобой - не такие, как все!
О, мы с тобой...
Подойди, не бойся, я покажу, как следы обнаружить в росе!
Подойди, стань рядом: тебя ожидает бой.
В этом мире неосознанных одиночек, осознать себя - тяжкий труд.
Прошла сотня лет - а ты всё ещё осознаёшь?..
Эпоха закончилась; бледные тени на торги несут её труп.
Посмотри на свои ладони, увидишь в них нож.
Чего же ты ждёшь?
В этом мире так мало дней, отведённых тебе и мне.
С богов бы спросил - но кто их видал, богов?..
Следи за руками - я делаю выпад - и мир сгорает в огне.
...Я жду ответа - а может, шума шагов.
Ведь мы с тобой - не такие, как все!
О, мы с тобой...
Подойди, не бойся, я научу, как гнев обнаружить в слезе!
Подойди, стань рядом, ведь ты - такой же изгой.
В этом мире неосознанных одиночек свободен, пожалуй, лишь бог;
А бог - это тот, кто узнал свою безну внутри.
Приготовься бежать из осады - скоро последний звонок,
И последним движеньем лицо с моей маски сотри.
А теперь посмотри.
Я открыл тебе дверь, а за дверью - спит ядовитый лес.
Его алые реки - почти как вода.
Теперь ты утратишь тень, если останешься здесь -
И станешь свободен, если придёшь сюда.
Ты придёшь навсегда.
Ведь мы с тобой не такие, как все!
О, мы с тобой...
Нас загоняли в угол, но что они могут знать о лисе?
Ты всесилен, пока над лесом пылать будет твой
ликующий вой.
(посвящено и написано под впечатлением от произведения моего хорошего друга, А. Ловецкого))
это были давние времена,
хоть по меркам вселенных - уже не детство, -
вспоминай, я тебе помогу вспоминать,
как придумали мы свое королевство.
оно было маленьким: душ пятьсот -
благородные женщины и мужчины...
а народ? а кого волновал народ!
а народа не было и в помине!
был король мудрец, но ужасно горд;
королева писала письма и песни;
рыцарь, взгляд тоскливый направив в порт,
ждал врагов, приказов, чудес, известий.
провокатор готовил переворот;
инквизитор ловил его всё, да тщетно;
на принцессе и принце монарший род
мог, пожалуй, снова узреть рассвет, но -
как-то в ночь королева верхом сквозь лес
ускакала, взяв лишь охапку писем.
инквизитор искал - только след исчез
в бирюзово-мёртвой, холодной выси.
рыцарь с принцем - друзья не разлей вода,
были ближе всех близнецов и братьев, -
устремились в рассвет по её следам,
но смогли заплутать, не сумев догнать её.
королю это пытки было страшней
(кстати, помнишь, палач у нас был придуман!) -
он сидел - корона, трубка, шинель -
а потом перестал. без лишнего шума.
провокатор на замок людей повёл
(погляди-ка, значит, там были люди!),
и зашёл во дворец он, и сел за стол,
и огонь в нём быстро стал - лёд и студень.
нынче карту мест тех я не найду,
и принцесса просила сотой дорогой
обходить их: там, мол, недобрый дух, -
проезжай, скорее, извозчик, трогай!..
(жаль, что ты послушал её совет;
о другом теперь твоя плясовая.
хорошо ли, худо ль, - тебя там нет.
а вот я до сих пор иногда бываю)
#стихи
хоть по меркам вселенных - уже не детство, -
вспоминай, я тебе помогу вспоминать,
как придумали мы свое королевство.
оно было маленьким: душ пятьсот -
благородные женщины и мужчины...
а народ? а кого волновал народ!
а народа не было и в помине!
был король мудрец, но ужасно горд;
королева писала письма и песни;
рыцарь, взгляд тоскливый направив в порт,
ждал врагов, приказов, чудес, известий.
провокатор готовил переворот;
инквизитор ловил его всё, да тщетно;
на принцессе и принце монарший род
мог, пожалуй, снова узреть рассвет, но -
как-то в ночь королева верхом сквозь лес
ускакала, взяв лишь охапку писем.
инквизитор искал - только след исчез
в бирюзово-мёртвой, холодной выси.
рыцарь с принцем - друзья не разлей вода,
были ближе всех близнецов и братьев, -
устремились в рассвет по её следам,
но смогли заплутать, не сумев догнать её.
королю это пытки было страшней
(кстати, помнишь, палач у нас был придуман!) -
он сидел - корона, трубка, шинель -
а потом перестал. без лишнего шума.
провокатор на замок людей повёл
(погляди-ка, значит, там были люди!),
и зашёл во дворец он, и сел за стол,
и огонь в нём быстро стал - лёд и студень.
нынче карту мест тех я не найду,
и принцесса просила сотой дорогой
обходить их: там, мол, недобрый дух, -
проезжай, скорее, извозчик, трогай!..
(жаль, что ты послушал её совет;
о другом теперь твоя плясовая.
хорошо ли, худо ль, - тебя там нет.
а вот я до сих пор иногда бываю)
#стихи
#видеоквартирник. "Танец семи покрывал"
...добро пожаловать на балкон. Устраивайтесь.
...добро пожаловать на балкон. Устраивайтесь.
Безконечний квартирник pinned «Здравствуйте. Очень легко вести канал от имени персонажей, и гораздо труднее — от своего имени. Вообще, я — это как? Это что за зверь? Ну, допустим. Я — Алекс Берк, Данила Аглицкий, Лис, змий, а также ещё несколько интересных кеннингов. Я пою песни, я же…»
"Хэй-йа!" #видеоквартирник.
У меня немало песен, связанных со смертью, но эта – прям одна из наиболее прямо о ней говорящих.
(Тексты к выложенным здесь видео непременно будут, но позже)
У меня немало песен, связанных со смертью, но эта – прям одна из наиболее прямо о ней говорящих.
(Тексты к выложенным здесь видео непременно будут, но позже)