Придумалась идея идишской панк-группы.
Назвать надо "Мамэ-Локшн".

А теперь к чему это всё.
Идиш называет сам себя мамэ-лошн, "языком матери".
Локшн же – это на идише лапша, такая простая, дешевая еда, ее все знают. А в идишском слэнге локшн – это также ерунда, пустяк, суета и что попало.
Ну и вот.
#груши

#фото #мемуаразмы Этим фото уже шесть лет, оказывается. Да, шесть лет и пять дней назад в Киеве была потрясающая морозная зима, которая продолжалась, впрочем, совсем недолго. А сегодня "не идется и не едется".

#сны
Ха, а мне настойчиво снились разные мои покойники, а также какие-то детские тексты мои, написанные в 90-е и недописанные (тоже покойники, в общем-то). И среди них был (не настоящий) текст, который вызвал видение у каждого, кто его читает, каждый раз. Это было видение ээээ демонической маски/головы, вылетающей из каменного туалета (рассказ был о людях каменного века) и зависающей над ним. Голова была говорящая и имела цель вводить людей во искушение каверзными вопросами о вселенной. А ещё м говорила, что раз люди построили туалет, то и в этот раз будет, как во все предыдущие, они создадут цивилизацию и привезут к гибели мира. Потому что различать грязь и чистоту, болезнь и здоровье – это грех, мол. И голову можно было или переспорить, и тогда она убиралась сама; либо туалет разобрать и завалить. Тогда голова тоже убиралась. Мне стало интересно подредактировать текст, в итоге голова за мной возмущённо гонялась по миру текста с воем и грозилась страшными карами, но сделать ничего не смогла.

#проза
Это как бы автофанфик на текст, который я пишу уже лет двадцать. И скоро, вероятнее всего, закончу.

#внеконкурс
Это безумно странный текст, но он сейчас мне ближе всех прозрачных звёзд и яблочных штруделей.

Начало – Telegraph
https://telegra.ph/Nachalo-12-13-3

Сегодня как-то по-особенному тяжёлый день, и мне не нравится, как я себя веду и что делаю.
Вспоминается разная ерунда, тяжёлые моменты. Притом не острые, а... Не знаю, как сказать даже, слова подобрать не могу.
Например, как мне выпала возможность поехать в Вильнюс учиться и работать месяц. Там было очень тяжело без близких, в общежитии (неплохом, но все же общежитии), с очень небольшой суммой денег в кармане: мне хотелось отложить на потом, сэкономить на всем по возможности. Сейчас я смотрю на это и понимаю, что это была в чем-то школа жизни, иначе карантин и вся история с короной воспринималась бы сейчас гораздо, гораздо тяжелее. Вппочем... Здоровье тогда тоже было не очень, и выходило так, что меня обступил особый какой-то вид одиночества. Одиночества симпатичного, среди доброжелательных людей, готовых помочь – но всё же.
За окнами была площадь вроде нашего киевского Бабина Торжка, там по вечерам стоял русскоязычный парень и играл Цоя. Я с тех пор ещё больше от творчества Цоя фанатею, мне это тогда крышу вставляло.
Но было ещё хорошее. Люди, знания, тексты.
Мне очень нравилось тогда гулять по городу, взлезать на его горы, снимать видео в его укромных уголках. Одно такое видео снято в магазине с необычайно странным украшениями из камней. Сейчас попробую его загрузить и показать вам.
2015 год.
Раритет, однако.