Да что вы знаете об искренней любви к работе)

Забавный факт: в Новосибирске действует 4 (четыре!) книжных клуба, которые называются "Между строк" 😅

В один из них я сходила сегодня на встречу. Впервые. И это отпад. Во-первых, практически все кроме меня были женщины 60+. Во-вторых, обсуждали классику. И это лучший клуб в моей практике. Предположу, что дело всё же не в возрасте, а в выборе книги. Коей в этот раз стала "Господа Головлевы" Салтыкова-Щедрина.

Беспросветная горькая сатира на российскую действительность 1860-1870х гг. Книга во многом автобиографичная, образ Арины Петровны и вовсе списан с собственной матери писателя. А гениальной она считается прежде всего, потому что первой подняла вопросы семьи, ломающей судьбы. Тему родственников-токсиков и арбузеров в таком виде до него не озвучивал никто - не было принято.
А что если разрушение страны начинается с разрушения семьи? Головлевы - типичные вырожденцы, деградирующие от поколения к поколению.
Продолжение ⬇️⬇️⬇️

"Свежей кровью" здесь могла бы стать пришедшая извне Арина Петровна, но она в своей кипучей деятельности совсем забыла любить своих детей и воспитывать их хоть как-нибудь. "Для семьи старалась, а где семья?" вопрошает она. А нет семьи. И ведь неплохие были дети, но те зёрна доброго, честного и хорошего, что в них были, никто не удосужился прорастить. Есть кучка поломанных, убогих и ничтожных людей, которые друг другу никто.

За 150 лет до Джоржа Мартина Салтыков-Щедрин придумал планомерно убивать персонажей, которые кажутся главными. Кстати, все смерти там от той или иной формы безнадёги: кто-то спился, кто-то проиграл состояние в карты и не нашел сочувствия и помощи в собственной семье, и выбрал единственный, как ему показалось, выход.

Словом можно убить, как бы говорит автор. Этим активно и занимается один из главных персонажей - Порфирий, он же Иудушка. Тут тебе и Иуда (предавший за серебренники), и душка (омерзительно сладенький), и душно (как от словоблудия Порфирия). Он буквально на смерть отправил сыновей, которые оказались в безвыходном положении. Слащаво благословил, пожалел и выгнал вон из дома. И продолжил разглагольствовать ни о чем, пока были в доме уши. А когда понял, что некому его больше слушать - умер.

Интересно, что при внешней набожности Иудушка вообще не боялся, не любил и не воспринимал всерьёз Бога. Зато дико боялся материнского проклятья. Не Бог управлял его духом, а черт. Не благословение имело для него ценность, а проклятье.

Я пришла к выводу, что сатира - это когда не смешно, а страшно. Страшно, как Арина Петровна буквально сгноила постылого сына, кормя его протухшим молоком, а много лет спустя сама оказалась в положении приживалки, жила в затхлой комнате на драных простынях и выпрашивала "груздочков да карасиков в сметанке" у другого, более хитрожопого сына.

У любого психически здорового человека эта книга вызывает эмоциональный протест. И лучшее, что можно с ним сделать - это направить во благо. Пойти и прямо сейчас любить семью. А если есть возможность, то помочь кому-то и за её пределами.

Вообще книга очень напоминает "Сто лет одиночества", и автор подводит нас ровно к тем же выводам. Это подметили в клубе многие.

Было много споров, мнений, вопросов и снова споров. Вот что значит правильно подобранная книга. А когда встреча подходила к концу, одна бабулька призналась, что шла на другое мероприятие, но по ошибке забрела сюда. И ей так понравилось, что она осталась 😁


В качестве иллюстрации использовала нейрографику, которую нарисовала за два часа до книжного клуба в клубе рисовальном.

Нашла фотографию, спросила сына, кто это. Двухлетка уверенно ответил "ляля мама". Я в шоке, честно. Ни этой, ни каких-либо других моих детских фотографий он не видел. Концепцию взросления я тоже ему не объясняла. Воистину, они знают намного больше, чем прикидываются)

Подруга шлёт тындинский вайб. Щас бы туда, да 13-летней, да геометрию на коленке делать на перемене. А не вот это вот всё.

Слушала сегодня орган (впервые, наверное, лет за 5 или 6). Произведения Баха играл органист Даниэль Зарецкий.

Конечно, этот инструмент навечно в моём сердечке. Мощь, тревога, эстетика. Реально же как будто глас божий слышишь.

После окончания программы он сыграл что-то нежное, до боли знакомое, но название вспомнить не могу. Теперь не успокоюсь, пока не выясню.

⬆️⬆️⬆️ это была Ария для сюиты #3

Никто: ...
Я этим утром понедельника:

В честь официального начала Года Змеи корпоративная гадюка испекла для коллег шарлотку.

Витя активно помогал печь. Где я говорила, перемешивал. Где запрещала, тем более перемешивал, когда я отвернусь.