Выложу постом по просьбе подписчицы) Итак, фрагмент драматичной порнухи (и даже совсем без шутеечек).

***
Я ставлю тебя к стенке голой.
Держу сзади за шею, вжимаю покрепче в старый, крошащийся кирпич твои маленькие розовые соски, чтобы разодрать их до крови об кирпичную крошку.
Ты дрожишь. Холод февраля проникает под твои рёбра, чтобы выстудить внутренности, ледяными ладонями страха сжать твоё сердце. Ты болезненно ищешь тепла, подаёшься назад всем телом, пытаясь прижаться к моей шинели, скрипит свежей кожей ремень, но я не даю тебе этого сделать. Я держу тебя за шею.
Голую и дрожащую рано поутру тебя вывели на расстрел. Я помню об этом, я достаю револьвер, его тяжёлый металлический ствол скользит вдоль твоего тела, пересчитывает хрупкие рёбра, которое вот-вот откликнутся как ксилофон. Я разворачиваю тебя лицом ко мне, всё также продолжая держать за шею, мягко и упруго вдавливаю револьвер в твою грудь так, чтобы сосок оказался прямо в дуле, почти ласкаю. Ты дрожишь и почему-то настороженно открываешь рот. Я поднимаю револьвер выше, разрешаю взять в рот.
- Хочешь так?
Смотришь на меня, не отрываясь, едва заметно киваешь.
- Ты хочешь, чтобы тебе прострелили пищевод?
Ты понимаешь, что я с тобой играю. Я не тороплюсь. Февральский холод не проникает под новую шинель представителя новой власти. Я могу убивать тебя долго.
Вынимаю револьвер и вытираю слюну об твои щёки. Ты смотришь на меня почти благодарно и всё так же ищешь тепла.

Твоюмать, я искала референсы порки для иллюстрации драматишных строк, а вышло это, штош

Кажется, я найду всё, что не нужно) А ещё знаем мы, чем в Пскове порють, мне страшно за этих школьников)

Снился мне сегодня дивный сон.
Вели мы беседы с каким-то Верхом - достаточно молодым, но активно практикующим. И зашла речь про порку.
Я сообщила ему, что хочу его выпороть.
- Только после Вас, - сказал Верх.
- Нивапрос, - сказала я.
- Откушайте пюрешки, господа, - сказала нижняя женщина.
- Какой, - я охуеваю, - пюрешки?
По контексту происходящего это моя нижняя женщина, но нигде, окромя этого сна, я её не встречала.
Оказалось, пюрешка быстрорастворимая, из пакета. Надо признать, я их терпеть ненавижу, поэтому, вестимо, мой мозг поставил это дело в один ряд с поркой меня.
В итоге, жребий пороть первой выпал всё-таки мне.
- Ты порола чужими девайсами, - сказала Айроша и отказалась пороть. Я машу, а она не машется.
Молодой перспективный Верх лежит жопой вВерх и ржёт.
Нижняя женщина ушла обратно на кухню.
Недоеденная пюрешка омерзительно стынет в быстрорастворимом пластиковом стакане.
И я, как идиотка, стою с плёткой, которая не порет. Понимая, что следующим заходом пороть ведь будут меня.
В общем, ситуация повышенной отвратительности. На этом моменте я и проснулась, ибо дальше эту хуйню смотреть смысла не было.

МД/лг фанфик, который мы заслужили:
одмена жостко доминирует альма-матер)

Я поняла, кто виноват в том, что пассивная и нижняя роль блять отождествляются. Это сраный Аристотель.

"Она меняла женщин для фистинга как перчатки"

Заорала что-то в голосину

Я нашла себя на карте

Пришло уже время рассказать кулстори про сиськи, а меня настолько окутала осенняя хандра, что мне это лень

Боже, на этой волне я вспомнила, как в раннем подрочестве, когда только начала отрастать приключенческая часть (в моей ситуации это не жопа), в узких кругах у меня было прекрасное прозвище "мужчина-сиськоносец". Не спрашивайте))) Ну или спрашивайте. Хотя у знающих меня вопрошания не вызовет ни первая, ни вторая часть.

У одмена дурное настроение и хочется малёх посраться. Вот давайте устроим доебаты, какие темы или приколы вас бесят в БДСМ?

А отгадайте, что мне пришло

Олд тру Домины? А может лучше

Сил и рвения всё так же не хватает ни на что, зато вот, привезла вам из ебеней дикий и необузданный ваксплей

Прасцыцы, других шуток пока нет

Луперката Part IV

- Конечно, все мы на физкультуре изучали элементы порки, на трудах - шитьё и иглы, а на обществознании - основы Дс-отношений. Но учит ли школа жизни? Достаточно ли этих знаний? - увлечённо вещала лектор.
Зал внимал этой харизматичной женщине. Луперката смотрела в потолок.
- Да, мы все рождены Верхними, нижними, или... - женщина-препод выдержала эффектную паузу, намекая на своё особенное положение, - Или вот как я, свитчами. Но означает ли это, что нам не нужно учиться?
Народ недоумевающе завозился, не видя во властной лекторке никаких свитчей, но возражать из уважения не осмелился.
- Поэтому сегодня, здесь, - она продолжала, считав молчание как безусловное согласие, - Именно здесь, в этой аудитории, мы будем не только изучать теорию, но так же и резвенько перейдём к практике, и не смейте даже пытаться меня позорить и не перейти.
- Перейти куда? - спросила очнувшаяся Луперката, испуганно озираясь. Краем уха она уже услышала что-то про свитчей.
- К практике, - невозмутимо сообщила лектор, - Вот Вы режете?
- Только салат.
- А надо нижних. Ну или там розги в процессе заготовки. Или...
Луперкате стало окончательно некомфортно. Лекторка это заметила и тёплым материнским тоном произнесла:
- Ты только не волнуйся, солнышко.
Внезапно для себя Луперката перестала волноваться и даже решила послушать. Всё-таки она оплатила курсы прикладного садомазохизма и было бы грустно уйти с них просто так.
Конечно, Луперката мало на что надеялась - идея, что Верхности надо учить, казалась слишком сомнительной - но этот отчаянный шаг был следующим в списке попыток решить проблему.
Тем более, что очаровательно строгая лекторка антипатий не вызывала, а любопытство всё-таки вызвала.
На сегодня был запланирован обзор режущих предметов и почему-то тростей и розог. Никакой взаимосвязи Луперката не находила, но что-то ей подсказывало, что сакральная глубина такой комбинации откроется после практики. К собственному стыду, Луперката обратила внимание ещё и на то, что весь её предыдущий опыт был весьма скромным. Утешало лишь то, что остальные тоже, в общем-то, не отличались.
На фоне таких размышлений стало даже азартно предвкушать первую в жизни возможность кого-то порезать, но после вступительного теоретического блока Луперкате в руки сунули ярко-оранжевый в каких-то весёлых блёсточках до невозможности раздутый воздушный шарик.
Луперката бережно ткнула в него скальпелем.
Раздался оглушительный хлопок, а следом за ним трагичный голос луперкатиной соседки слева:
- Нижний погиб.
- Вот именно! - воскликнула лекторка.
Нижним гибнуть не хотелось, поэтому устроили экзамен. Луперката поразилась, с какой доскональностью суровая классная дама просканировала голову каждого ученика на предмет того, сколько там отложилось теории, однако, собственных чувств по отношению к практике сама Луперката пока не понимала. Их амбивалентность пугала и запутывала. Подумалось, что надо пересдать анализы на свитчизм.
Пока же она сдала теорию и была допущена к практике с человеком. Её партнёркой согласилась стать другая Верхняя девочка, решившая опробовать порезы на себе.
- Это специальная технология без следов, - пояснила она, - Поэтому всё заживёт и никто не решит, что я свитчевала.
А чтобы Луперката точно не ошиблась и ничего не наоставляла, Верхняя девочка контролировала процесс, направляя Луперкату, то похваливая, то поругивая, а позже подошла сама лекторка, сделала пару замечаний... И Луперката внезапно ощутила доселе неизведанное приятное тепло в груди.
"Что-то я ничего не поняла, - подумала она, - Как резать поняла, а это не поняла".
Ножевая часть закончилась тем, что лекторка нежно, заботливо и торжественно вырезала кусок кожи из своего стойкого нижнего ассистента, а после, под ажитацию публики, показала, что он теперь точно отдельный от остального тела и с продезинфицированной совестью перешла к ударной части.