ЛЕГЕНДАРНАЯ ФИНКА Home Office образца 1934 года от ковентрийских мастеров с гарантией 10 лет и доставкой от 2-х дней, пишите напрямую продавцу!

В продолжение вчерашней темы — грустная статья о взаимоотношениях Кира Стармера и лидеров забастовочного движения.

...начав свою избирательную кампанию с раздачи обещаний и потом отыграв назад, Кир Стармер добился того, что люди из рабочего и профсоюзного движения логично более не верят ему. В целом можно вывести эмпирическое правило: чем больше отрыв от тори и чем расслабленней Стармер, тем больше можно верить его словам. Ему не нужно интриговать. Ему не нужно договариваться. Партии почти гарантирована победа на следующих выборах, нет никакого давления.

Когда Стармер говорит о том, что нужно арестовывать лидеров экологических протестов или ужесточить борьбу с мигрантами, никому и в голову не приходит, что вот по поводу этих обещаний он привирает. Нет, когда партия наслаждается отрывом, Кир, судя по всему, даёт уже настоящие обещания и показывает, чего на самом деле хочет.

Но есть и два иных пункта, которые сэр Кир сейчас обсуждает, хотя в целом не обязан этого делать. Душа его лежит к обсуждению "зелёной энергетики" и профсоюзного движения (особенно сейчас, на фоне крупных забастовок во многих отраслях британской экономики и на фоне стачек чиновников правительства и сотрудников региональных министерств и ведомств).

На прошлогодней партийной конференции Стармер повторил, что он хочет дать профсоюзам как можно больше прав и возможностей с 1970 года. Но в какой форме он хочет их дать?

Недавно Анджела Райнер анонсировала предполагаемые меры по повышению вовлечения наёмных сотрудников в управление бизнесом. Казалось бы, демократизация? Но как тогда это сочетается с хорошо известным авторитаризмом Стармера и его стремлением всё контролировать?

Можно решить, что это кусок хлеба, который протягивают профсоюзам. Компенсация за отказ от чёткой идеологической ориентации на наёмного работника и на интересы национализаций и общественной собственности, что была при дедушке Корбине.

Можно опасаться, что по сути это очередной "уорвикский билль" — в 2004 году, при Блэре, лейбористское правительство провело серию консультаций с профсоюзами в университете города Уорвик, посвящённую некоторым частным проблемам — неравенству между мужчинами и женщинами, стандартам безопасности труда, увеличению срока запланированного увольнения с 8 недель до 12, каким-то государственным курсам повышения квалификации — но в реальности не выразившимися ни в каком радикальном изменении государственного курса.

Реформы Warwick I и Warwick II были частично свёрнуты правительством лейбористов во время мирового финансового кризиса, частично отменены правительством консерваторов в 2010-х годах.

Такой скептицизм в целом оправдан — поздние лейбористы времён Блэра и Брауна отказались от сотрудничества с профсоюзами, предпочтя частные пожертвования крупного бизнеса для финансирования партии. Но на самом деле эта новая схема вальса с профсоюзами вполне себе укладывается в маниакальное стремление Кира всё контролировать.

Стармер — адепт и идеолог фабианства, а ещё больше — фабианской технократии. Он считает (и всегда считал), что в политике и обществе нет как такового конфликта интересов и идей, а есть только конфликт между хорошими менеджерами и плохими, что любые проблемы общества это проблемы менеджмента.

В начале 20 века фабианцы как таковые, склонялись даже к отказу поддерживать социалистические партии, считая, что выгоднее и правильнее шаг за шагом, медленно социализировать существующую партию либералов и приводить её к "общественному компромиссу в интересах всех".

В какой-то степени это хорошо. В традиционной неолиберальной модели считается, что наёмная рабочая сила — это некий разрушительный внутренний враг. Любые конфликты насчёт условий труда или заработной платы должны быть решительно выиграны, сотрудники должны быть повержены, выдавлены и взяты на работу обратно с понижением и без уступок. Любые забастовки это проблема болтунов, крикунов и леваков. И это всегда проблема сотрудников, которые не умеют просто хорошо работать, но чего-то постоянно хотят.

У фабианцев мнение другое. Они — за солидарность. Они патриции, они — менеджеры, которые считают, что работа, бизнес, коллектив — это не место какой-то классовой войны, что это дружеское место, где всегда есть поддержка, открытость и в целом открытая декларация того, как и зачем мы вместе делаем какую-то общую работу и что каждый сможет получить.

Сначала морковка, потом уговоры, и только в конце палка, если ничего не помогает. Это индустриальное, менеджерское отношение к наёмным сотрудникам, как к ресурсу. Соответственно, когда дело доходит до восстания или забастовки, это всегда вина и проблема менеджмента. Они главные, они запустили ситуацию и они довели всё до того момента, когда уже сложным стало договориться.

Соответственно, с точки зрения Стармера, профсоюзы это инструмент канализации недовольства и управления недовольством. Вас слишком много, выберите себе представителя, пришлите его ко мне и мы спокойно поговорим. Будет диалог. Короче, такой инструмент управления коллективом, ну и инструмент базовой защиты от совсем уж дурных боссов и плохих условий труда. Что-то, что фабианский менеджер может только приветствовать.

Теперь о плохом. Это, конечно, никакой не левый проект и отношения к социализму он не имеет. Это программа и намерения по стабилизации текущей ситуации, а не по исправлению или перелому её. Не будет никакого обещанного "драматического сдвига в отношениях между работником и работодателем, поддержанного всей мощью и силой государства".

Стармеризм — это концепт по ремонту разболтавшегося и заморенного голодом государства. Если менеджеры не могут добиться хороших условий труда или того, чтобы больницы продолжали работать или чтобы паспорта выдавались вовремя, то они плохие менеджеры. Так и до кризиса доверия государству недалеко.

Тори истощили ресурсы государства до предела. Стармер, как менеджер до мозга костей, хочет не левого поворота — он хочет стабилизации, управляемости и возвращения доверия к государству и его институтам.

Это значит, что одновременно с разрешением профсоюзам садиться за стол переговором, правительство и партия Стармера сознательно выберут полный нейтралитет. Никакой помощи забастовщикам или трудовым коллективам или кому-то ещё: вот, мы дали вам стол, включили свет, договаривайтесь.

Та самая "трусость" Стармера, когда он отказывается поддержать бастующую почту, бастующее метро, бастующие железные дороги — это не трусость, это менеджерский расчёт. По его мнению, партия и правительство не должны такими вещами заниматься.

Тори бы из кожи вон лезли и лезут для того, чтобы бороться и запрещать каждую организацию сотрудников и каждую забастовку. Корбин бы направил ресурсы правительства на борьбу с тем бизнесом, который оказался бы под давлением забастовщиков.

А Стармер считает, что никаких классов нет и нужен полный нейтралитет. И чтобы все вели себя прилично, в рамках книжки правил.

Никаких конфронтаций, приходите аккуратно и в чистеньком, обсуждаете проблемы, государство — арбитр и никому не подыгрывает.

И разумеется, в обмен на возвращение привилегий, профсоюзы должны соответствовать. Дисциплинировать своих сотрудников. Не требовать невозможного. Не грубить. Не выступать с политическими требованиями (помните вот это, "вы о политике говорите, а нужно о зарплате"?)

Короче, говорить о защитных перчатках, о доплатах за ночные смены и о том, чтобы горячую воду в раздевалки провели, а не о каком-то там отчуждении труда или политических реформах.

Корпоративизм, солидарность, аккуратный менеджмент. В теории это должно принести процветание, спокойствие наёмных работников, уважаемое государство и уважаемых чиновников и почёт и уважение лично Стармеру, который будет наблюдать как дисциплинированные бизнесмены культурно и дисциплинированно работают с дисциплинированными отборными профсоюзами, почищенными от всяких радикалов.

Стармер может отменить одни из самых драконовских (ещё тэтчеровских) законов против самоорганизации сотрудников в Европе. Но каким ошейником он заменит это и каким будет его технократическое фабианство умеренного прогресса — мы посмотрим.

Например, что было прописано в манифесте 2019 года:
- переход к 32-часовой рабочей неделе в течение 5 лет
- возвращение института коллективных трудовых договоров
- обязанность работодателя обсуждать ваш контракт не только с вами, но и с вашим профсоюзом
- введение разных закреплённых минимальных заработных плат для разных отраслей, что затронуло бы как минимум 20 миллионов человек
- запрет на работу аггрегаторов, которые не предоставляют "уберизованным сотрудникам" тех же прав, что и сотрудникам на постоянном контракте
- право сотрудников компаний со штатом свыше 250 человек подать заявку, получить беспроцентный государственный кредит на выкуп бизнеса у владельца и превратить его в паевой кооператив — что затронуло бы 10 миллионов человек
- отчуждение 10% акций компании или 10% доходов в пользу управляющих компаний от профсоюзов или союзов сотрудников этих предприятий, которые бы не могли тратить эти деньги напрямую на зарплаты, но могли бы инвестировать их в обучение, улучшение условий труда или модернизацию

В комментариях олды припомнили:

Стармер, Стармер, едет в Пикалёво, Стармер, Стармер сделает нам клёво.

Напомним, что в Великобритании действует сервис StrikeMap.co.uk, который позволяет ознакомиться с активными сейчас забастовками, нанести на карту свою или связаться с региональным отделением профсоюза.

Цель проекта — документировать статистику забастовок в XXI веке, позволять бастующим быстро узнать уровень забастовочной активности по всей стране, создать сеть забастовок солидарности и дать людям инструмент для контактов друг с другом и профсоюзами.

Дорогие читатели из Великобритании и Северной Ирландии, вы знаете, что делать, если что. Find your nearest picket line.

Вообще, конечно, очень сюрреалистическое ощущение, когда такие карикатуры появляются для шестой экономики мира.

Помните, мы писали про дело Сары Эверард и британского полицейского Казенса, который её убил и расчленил?

И про то, что после того как лондонскую полицию по горячим следам перетряхнули, нашлись ещё насильники?

Дэвиду Каррику, из того же отряда по охране правительственных и дипломатических зданий, что и Уэйн Казенс, сегодня предъявили 53 обвинения.

Если честно, то очень давно не было вотума недоверия и новых выборов лидера консервативной партии. Мы заждались. Ожидание почти невыносимо.

8 ноября в США прошли промежуточные выборы, результаты которых заметно удивили и озадачили политических комментаторов, аналитиков и особенно представителей Республиканской партии, показавшей куда более скромные результаты, чем ранее предполагалось.

В России же эти выборы зачастую рассматривались с точки зрения двух нарративов: возвращения Трампа (он сегодня заявил, что будет баллотироваться) и республиканцев, которые якобы должны урезать военную помощь Украине, а также массовых фальсификаций, помогающих демократам удержаться у власти.

Об этих и других расхожих мифах об американских выборах рассказывает политолог и автор канала @one_big_union Ян Веселов.