04.11.2013
У нас снова 93-й год, но без стрельбы, а с выборами в самую первую Госдуму (через месяц юбилей). Вот такой клип группы «Попугай» в несколько усечённом виде крутили, например, в поддержку ЛДПР в программе «Час избирателя» на первой кнопке (в этом видео заставки нет, но вы поверьте на слово). Все очень нарядно: рэкетиры, ветеран-афганец, нунчаки как примета времени, драка в смешном рапиде, угнетение трудовых мигрантов и довольно жуткая сцена с ментом под веселенький синтезатор и рифму «дряхлая АЭС — белый Мерседес».

Несмотря ощущение дикой маргинальной ублюдочности, занимались этим вполне интересные, в общем-то, люди. Певец с развевающимися локонами Игорь Матета уже тогда был довольно известным поп-композитором формата передачи «Песня года» и писал Кобзону с Лещенко, а в этом году вполне нормально собрал на пятидесятилетие концертный зал «Россия». Автор текста Олег Назаров еще круче—- перестав сочинять припевы про «твои зеленые лосины во мне самом родят лося», он, если верить интернету, теперь пишет книжки про ресторанный бизнес и периодически организует безумные акции вроде «Международный конкурс африканских исполнителей русских блатных песен "Черная Мурка"», «Галерея шоколадных бюстов российских олигархов» и так далее.

В общем, кто не помнит, ЛДПР тогда выиграла, собрав 12 с лишним миллионов голосов — и что тут можно еще сказать. https://youtu.be/oj5vm_K_84s

#50книгвгод
Михаил Булгаков «Приключения покойника»
Микрорассказ про бюрократию и смерть.

«Исповедь Августина», книги 1-7
Я сдалась и не осилила все 13 книг (по сути, 1 книга - это одна глава) этого самописного жития. Но вношу эту книгу в список, потому что это первый со времён Детской Библии богословский текст.
Стоит отметить, что Блаженный Августин жил в 3 веке н.э. в Римской Империи и получил классическое римское образование, в котором позже разочаровался, особенно, что касается философии и риторики, которые были краеугольным камнем его обучения.
Читать интересно, но сложно, если нет умения читать богословские тексты.

Ирина Шевченко «Сказки врут!»
Милое добротное фэнтези про то, что сказочные герои реально существуют, но они совсем не такие, как в сказках. Книга в духе «Плюс на минус» Громыко. На мой взгляд, ЖЮФа здесь больше, чем ЖРЮФа, но романтика есть. Хорошая книга на вечер-два, когда не хочется чего-то слишком серьёзного.

Ольга Громыко «Цветок Камалейника»
О, с этой книгой у меня роман длиной в 10 лет. 10 лет я пыталась её прочитать. Серьёзно, я совершала попытку каждый год, а иногда и не по разу. Но теперь я до неё то ли созрела, то ли доросла. Книга в духе её же цикла «Год крысы», но в разы менее мелодрамотичнее. Собственно, между ЦК и Годом крысы три года разницы (ЦК старше), так что ничего удивительного. Книга достаточно лёгкая, но серьёзная. Книга про дружбу, политику и её идеологическую подоплёку.

Саша Чёрный «Чудесное лето»
Это любовь моего детства. Влюбившись в старших классах в поэзию Саши Чёрного, решила почитать и его прозу. И тут меня осенило: я читала его когда-то в детстве.
«Чудесное лето» — история одного лета русского мальчика на ферме во Франции. В первых главах наш герой вспоминает, как семья бежала из революционной России, очень бытово и не придавая этому значения. Если честно, я расплакалась от этого. Повесть написана в 1929 году, когда сам Чёрный девять лет жил в эмиграции.

P.S. ЖЮФ — женское юмористическое фэнтези, а ЖРЮФ — женское романтическое юмористическое фэнтези

Вадим Шефнер «Зеркало»

Как бы ударом страшного тарана
Здесь половина дома снесена,
И в облаках морозного тумана
Обугленная высится стена.

Еще обои порванные помнят
О прежней жизни, мирной и простой.
Но двери всех обрушившихся комнат,
Раскрытые, висят над пустотой.

И пусть я все забуду остальное -
Мне не забыть, как, на ветру дрожа,
Висит над бездной зеркало стенное
На высоте шестого этажа.

Оно каким-то чудом не разбилось.
Убиты люди, стены сметены, -
Оно висит, судьбы слепая милость,
Над пропостью печали и войны.

Свидетель довоенного уюта,
На сыростью изъеденной стене
Тепло дыханья и улыбку чью-то
Оно хранит в стеклянной глубине.

Куда ж она, неведомая, делась,
Иль по дорогам странствует каким
Та девушка, которая гляделась
И косы заплетала перед ним?..

Быть может, это зеркало видало
Ее последний миг, когда ее
Хаос обломков камня и металла,
Обрушась вниз, швырнул в небытие.

Теперь в него и день и ночь глядится
Лицо ожесточенное войны.
В нем орудийных выстрелов зарницы
И зарева тревожные видны.

Его теперь ночная душит сырость,
Слепят пожары дымом и огнем.
Но все пройдет. И, что бы ни случилось -
Враг никогда не отразится в нем!

1942, Ленинград

Вот почему порой не надо возвращаться к тому, что нравилось в детстве. Невинность восприятия утеряна, к сожалению.

В моём детстве было много анекдотов про Гену и Чебурашку. В основном черного толка, но встречались и относительно безобидные. Среди них такой:

«Гена едет на велосипеде а Чебурашка на руле сидит.
На перекрестке их останавливает милиционер и говорит:
— Непорядок, товарищ водитель, уберите э… этого с руля.
Чебурашка:
— Я не Сруль! Я Чебурашка!»

Мне в детстве казалось, что он обижается на «Сруля» из-за неблагозвучности этого слова. А позже узнал, что Сруль в украинском идише — форма имени Израиль (ср., например, белорусский вариант Срол).

Это что же, выходит, Чебурашка — антисемит?

поэтому чужие кошачьи меня не любят(

Прекрасный канал про Францию, французов и их нравы.
Вообще, этот эпизод показывает, как же всё-таки близки порой русские и французы. Этому есть, согласитесь, серьёзные исторические предпосылки: вспомним ту же «Войну и мир».
И тёплые отношения и смешения культур остаются и по сей день. Например, недавно в одном из британских panel show (честное слово, не вспомню в каком, я их достаточно много смотрю) встретила, что открывать бутылку саблей на скаку — французская фишка, хотя мы-то знаем, что это были наши гусары ;)
А ещё «Наташа» — достаточно популярное французское имя, чтоб вы знали ;)

ПРО СУШИ 🍣

Во всём мире ценят японскую кухню, но французы и русские питают к ней самые нежные чувства. Особенную любовь заслужили суши - положенные на рис кусочки рыбы, которые надо макать в соевый соус и есть палочками. Хотя что я вам объясняю, вы и без меня знаете.

Во Франции ресторанов с sushis - сушú - по-французски ударение всегда на последний слог - бесчисленное множество. Есть маленькие забегаловки с уже готовыми суши навынос, сервисы доставки суши, даже сеть "Планета суши" есть - правда, к нашей она не имеет никакого отношения. Мы с подругой очень их любим и каждый раз в Париже встречаемся в одном из оформленных в неоново-розовых цветах ресторанов сети.

Популярностью пользуются суши-рестораны "съешь сколько сможешь": платишь на входе 15 или 20 евро и можешь сколько угодно подходить к шведскому столу. Но выбрасывать еду не разрешается: если официанты увидят, что вы не доели, то быстро прекратят ваши подходы к тарелкам с яствами.

Мой друг-японец, живущий в Париже, вздохнул при упоминании модных суши-ресторанов. "Это не японская кухня, это туризм", - сказал он по-французски с мелодичным японским акцентом и отвёл меня в один из ресторанчиков на улице Sainte-Anne недалеко от парижской оперы. Там готовят и едят сами японцы, причём не суши, а настоящую японскую лапшу - и это потрясающе вкусно.

А вот моя подруга из Парижа считает, что самые вкусные роллы с сыром "Филадельфия" - в Москве. Каждый раз, когда она приезжает в гости, она обязательно заказывает их в кафе. "Французы жадничают и кладут мало сыра, а русские кладут от души," - объясняет она мне.

Как-то мы в Москве собрались в ресторан интернациональной компанией: француженке хотелось суши, приятель-итальянец скучал по пасте, друг из Армении мечтал о сочном шашлыке. В неприметном кафе под названием "Шоколад", куда мы забрели случайно, в меню было всё: от роллов до карбонары и заканчивая чизкейком.

Съев свою порцию суши, француженка довольно сказала по-русски: "Это настоящий русский фьюжн!"

А друг-армянин объявил: "Так выпьем же за кухню, которая объединяет наши народы!"

И потом все заказали чизкейк и чай "Алтайские травы".

По философии задали читать Декарта «Размышления о первой философии» и Сартра «Экзистенциализм - это гуманизм». Первое нудное и непонятное, а второе - клёвая публицистика, как по мне.

Тут психанула недавно и купила себе книжек. Кто-то шопоголик одёжный, а я шопоголик книжный. Заказала на лабиринте Нила Геймана «Никогде» и «Американские боги».
Почему именно их? Мне кажется, что в бумаге у этих книг больше очарования. Ну а во-вторых, они попадают под акцию Лабиринта «Читающий май», так что они достались мне с 25% скидкой =^_^=
Если вам очень хочется какую-то книгу, проверьте её на Лабиринте, вдруг также повезёт! ;)

Penguin рассказывает, как менялся дизайн Penguin Modern Classics, настоящее book cover porn

https://www.penguin.co.uk/articles/on-writing/cover-story/2017/may/penguin-modern-classics-design-part-1/

Дыа, Лисёнок счастлив ☺️☺️☺️

Наверное, нет ничего скучнее людей, которые способны воспринимать литературу, живопись, музыку, - словом, искусство вообще, - исключительно по политическому значению того или иного произведения. Оценивают поэму или роман не за слог, не за стиль, а подходит со скучным взглядом политического бухгалтера и начинают подсчет - вот тут прогрессивная идея, а вот тут возвышение голоса против крепостничества, с натяжечкой, правда, но все лучше чем ничего... Ладно, пропустим в писатели, только из сожалению, великую революцию этот гад почему-то не сразу оценил.

По этой же причине меня раздражает неимоверно и общественная мысль в России 19-го века, которая все искала сапогов и мужиков, которая могла выкинуть прекрасный роман "На ножах", только потому что Лесков думал не так, как было принято "приличным людям". И публика эта бережно хранила свои принципы и в эмиграции, испытав невероятную боль от ироничного, желчного, но прекрасного жизнеописания Набоковым Чернышевского в "Даре".

Официальный советский подход к искусству был только таким; чернильных дел мастера умудрялись и в произведениях античных авторов прозревать какие-то столкновения фантомных классов, находить прогрессивных авторов. Всюду развешивались бумажечки и ярлычки - вот это вот хороший автор, в письме от 1847 года критиковал царизм а вот этот не очень, вычеркнем.

Мерзость в том, что и до сих пор эта гадкая привычка не до конца искоренена и есть масса людей, готовых отказать талантливому человеку в праве на существование, если он исповедует "неправильные" взгляды. Причем неважно в какую сторону: многие наплюют на все ваше творчество только потому что вы обронили пару фраз. Также суровы эти интернетные критики и к классическим авторам - ну уж нет-с, этого автора любить никак нельзя, он не звал к топору, не возвышал свой голос, ату его!

Когда я был маленьким, я очень любил читать "Детскую энциклопедию", напечатанную в 1960-х годах аж в 10 томах. Я вытаскивал эти тома из дедушкиных шкафов и проводил над ними часы - разглядывал карты и картинки, портреты и карикатуры, читал статьи обо всем - и о технике, и о природе, о динозаврах, об архитектуре. И, конечно, об истории и искусстве. Тогда, конечно, я не мог оценить всей шизофреничности тех оценок, что раздавали авторы энциклопедии. Но сейчас, недавно снова столкнувшись с этой книгой смог оценить весь иезуитский пыл этой книги.

Помню, как меня не так давно ужасно развеселил учебник по истории России изданный в позднесталинские времена. Вся история России представала в нем чередой забастовок, выступлений и митингов протеста, происходивших в несколько безвоздушном пространстве, потому что ни культуры, ни успехов в этом мире не проглядывалось. Единственный актор в дореволюционной России - огромная, гигантская всепобеждающая партия РСДРП, шагающая от одной победы к другой, сметающая со своего пути жалкое и недалекое царское правительство. Стоило ей добраться до власти, как сразу же расцвели сто цветов, а в долинах Дагестана расцвели писатели и музыканты, которым, видимо, лично царь запрещал колоситься. Если же говорилось о более отдаленных временах, то и здесь выползал идеологический цензор, дозволявший рассказывать только о людях вроде Суворова или Ушакова, которые вроде бы как-то сами по себе существовали, возглавляли армии и прославляли Россиию. Что уж говорить, если в разделе о Екатерине II основную роль занимал Емельян Пугачев и его восстание.

Все это было бы смешно, если бы такой же искривленный взгляд на собственную историю не был бы в порядке вещей и в наши дни - пусть и изогнутый в другую сторону. Теперь молочные реки текут по дореволюционным страницам истории России. Но к правде это нас нисколько не приближает.

Привет, запойные читатели! Я для вас пирамидку Книгаслоу принесла. Большая, так что через телеграф.

http://telegra.ph/Piramida-chitatelskoj-raboty-s-literaturoj-05-22

Господа читатели, а есть ли у вас пожелания по контенту? Может вы хоте ли бы увидеть мои рассуждения по поводу каких-то тем, связанных с книгами? Присылайте ваши идеи, вопросы и предложения на @pereland!

Премия "Ясная Поляна" устраивает конкурс на лучшую рецензию на книги из списка номинации "Иностранная литература". Победитель получит подарок - выходные в Ясной Поляне. Организаторы конкурса будут благодарны, если вы напишете о нем в своем канале, а если примете участие - будет совсем круто. Кстати, до конца осталось всего 6 дней, так что поспешите! Список литературы есть на сайте https://www.livelib.ru/contest/101/denoscription

Обратите особое внимание на книги М. Синдбад "Вторая жизнь Уве"; Джулиан Барнс "Шум времени" и Драно Янчар "Этой ночью я ее видел".

Для тех, кто никогда не был в Ясной Поляне, скажу только, что место крайне атмосферное. В детские годы Лев Толстой играл там с семьей в «муравейных братьев», которые искали «зеленую палочку» - артефакт, способный решить все проблемы мира.

Старший брат Николай Толстой придумал эту игру, впечатлившись разговорами о масонах и «моравских братьях» - религиозных последователей Яна Гуса, живших по примеру ранних христиан в бедности, и отказывавшихся от государственных должностей в пользу аскетизма. Поэтому «муравейные братья» были намного больше, чем просто детской игрой, а об отношениях повзрослевшего Льва Толстого с православной церковью многие знают и без учебников.

ЧТО ТАКОЕ СОВРЕМЕННЫЙ РУССКИЙ ЯЗЫК?

Ясно, что современный русский язык — это язык, которым пользуются в настоящее время.

Но период какой протяженности включает в себя «настоящее время»? Один год? Десятилетие? Столетие? Видимо, все сойдутся в том, что современный русский язык — это язык целой эпохи. Но каковы ее хронологические рамки?

«Современность» можно понимать по-разному, в зависимости от избранных критериев. В этническом отношении русский язык начиная с XV в. — это один и тот же язык, но вряд ли кто-либо из лингвистов и носителей языка согласится с тем, что русский язык XVI—XVII вв., например язык писем Ивана Грозного (сер. XVI в.) или Жития протопопа Аввакума (2-я половина XVII в.), — это современный русский язык.

В историко-культурном плане важной хронологической вехой является граница между эпохами Средневековья и Нового времени, т. е. конец XVII — начало XVIII в. Переход от культуры Средневековья к культуре Нового времени в русской истории совпадает с петровскими реформами. Соответственно современный русский язык можно начинать с петровских реформ, т. е. с конца XVII в. . Не случайно историки русской литературы считают XVII в. последним веком древнерусской литературы.

К этому времени уже в общих чертах сложились современные фонетическая и грамматическая системы столичного московского говора, который превратился в койне (общий для населения какой-либо территории язык/диалект, возникший на базе одного говора или в результате смешения нескольких говоров), стал выступать в качестве престижной формы русского языка и позднее лег в основу современного литературного языка.

В фонетическом отношении московское койне характеризовалось:
в области гласных последовательным отражением перехода [е] в [о] перед твердыми согласными («сёла» из более раннего «с[е]ла»), аканьем («в[а]да»), еканьем, но не яканьем («[в’е]сна», но не «[в’а]сна»);
в области согласных — наличием губно-зубных звуков [в, в’] и [ф, ф’] (ср. по диалектам губной-губной [ў] — «ла[ў]ка»), долгих мягких шипящих [ш’:] и [ж’:], а также взрывными [г] и [г’] (ср. в южном наречии щелевое [ɣ] — «[ɣ]ород»).

Позднейшие изменения касались уже частностей, а некоторые не завершились и до сих пор (например, замена еканья иканьем).

Тем не менее язык петровских «Ведомостей» и язык произведений русских писателей XVIII в. — А. Д. Кантемира, В. К. Тредиаковского, М. В. Ломоносова — в настоящее время интуитивно не воспринимается носителями языка как современный: в целом он понимается с трудом (особенно в некоторых жанрах), хотя обычно в переводе и не нуждается. Русский язык XVIII в. — это язык переходного периода.

Большинство исследователей русского языка считает (и это не противоречит ожиданиям носителей языка), что хронологически современный русский язык охватывает период «от Пушкина до наших дней», т. е. начинается с 1-й трети XIX в. Таким образом, начало современного русского языка связывается с творчеством Пушкина. Почему? Видимо, потому, что именно в это время, с точки зрения говорящих и читающих по-русски (как живших в пушкинскую эпоху, так и их потомков), решительно преодолевается резкое различие между письменным и разговорным языком.

Однако с пушкинских времен русский язык довольно сильно изменился, поэтому лингвисты пытаются найти более адекватную хронологическую границу, с которой можно начать отсчет современного русского языка.

Так, В. В. Виноградов (1895—1969) такой границей считал конец XIX — начало XX в., а М. В. Панов (1920— 2001) — 2-ю четверть ХХ в. Характерно, что оба ученых, несмотря на разные аргументы, приводимые в пользу своей точки зрения, относили начало современного русского языка ко времени формирования их собственной языковой компетенции.

В целом тенденция ясна: нижняя граница современного русского языка постепенно сдвигается по мере изменения языка. При этом необходимо сделать важное уточнение: когда мы говорим о современном русском языке как о языке XIX — XX вв., что имеет под собой серьезные основания, речь идет прежде всего о русском литературном языке, но не о национальном языке в целом.

М. Б. Попов