Коллекцию заморозят?

В начале года побывал в Париже на свой день рождения. Конечно же, первым делом пошел смотреть коллекцию Морозовых в Fondation Louis Vuitton. Это наша вторая главная гастроль после такой же беспрецедентной коллекции Щукина. Выставку в сентябре прошлого года открывал президент Макрон, ее посетили больше миллиона человек и продлили до 3 апреля. Но теперь другие условия. Что же теперь будет с этими бесценными Гогенами, Моне, Пикассо, Ван Гогами и Матиссами? Вернутся ли они на родину? Директор Пушкинского музея Марина Лошак еще недавно говорила, что ее сотрудники готовятся поехать в Париж для подготовки к транспортировке коллекции. Но все ли пойдет по плану? Теперь-то, в военное время. Решил вместе с вами разобраться. Что же пишут французские СМИ?

А там пока тоже лишь вопросы и предположения:

Есть ли риск конфискации работ в качестве санкций против России? (franceinfo);

Коллекция Морозовых вполне может стать заложником до окончания войны (Marianne);

Соцсети пестрят призывами конфисковать коллекцию, особенно ту часть работ, которая из коллекции русских олигархов (помимо Эрмитажа, Пушкинского, Третьяковки и Русского музея). А это собственность Петра Авена, Екатерины и Владимира Семенихиных и Вячеслава Кантора (Le Figaro).

Ситуацию активно комментирует юрист Оливье де Бек. Он считает, что по действующему законодательству от 1994 года и по европейским законам конфискация невозможна, поскольку все произвдения находятся в ведении иностранных государственных учреждений. А защита им гарантирована соответствующим договором о неприкосновенности, который предоставляется на время работы экспозиции. Все это официально прописано и закреплено в соответствующем Le Journal officiel, это же касается почти всех объектов с выставки коллекции Морозовых. Кстати, поводом для принятия такого закона в 90-е во Франции послужил как раз подобный юридический прецедент: наследники Матисса хотели конфисковать часть работ из коллекции Щукина, которые выставлялись тогда во Франции.

С другой стороны, когда закончится этот охранный ордер, никто не знает, что же будет дальше.

Но вопрос возвращения коллекции уже явно приобретает государственное значение. Франция, похоже, все же не торопится возвращать в Россию коллекцию Морозовых. Владелец Фонда Louis Vuitton Бернар Арно уже обсудил эту ситуацию (конечно же, по телефону) с президентом Макроном. А воз и ныне там. Пока же все упирается в транспортировку. И это уже формальная причина «заморозить» вопрос на некоторые время. Ну смотрите: авиасообщение между Францией и Россией закрыто, придется вести по земле или по морю, а это небезопасно. Например, черезе Беларусь – уже не вариант. К тому же, это приведет к многократному удорожанию страховки шедевров. Логистических рисков очень много. Так что есть поводу поставить вопрос на паузу.

К тому же многие эксперты и политики не исключают, что взятие российской коллекции на хранение с неопределенным сроком (на время войны) вполне реально. Это похоже на временный арест чужой собственности за границей. Газета Le Monde напоминает, что эта выставка имеет ярко выраженный политический характер, поэтому к ней такое пристальное внимание. Взять хотя бы каталог, который открывается текстом Макрона, где тот говорит о налаживание культурных мостов между Россией и Францией. Его высказывание дополняет обращение Путина, адресованное его «французским друзьям». Главы государств редко подписывают тексты в выставочном каталоге, напоминают французские журналисты. И правда. Это, конечно, стратегическое партнерство, которое было обозначено до войны, как жест доброй воли. Как сказал газете Le Parisien Жан-Поль Клавери, советник президента LVMH, выставка много раз откладывалась по политическим причинам из-за неурегулированных вопросов, потому что такая коллекция может путешествовать только с личной подписью президента России. Теперь мяч на стороне Франции. Поэтому и ответ явно будет не из области обычной практики международного культурного обмена. Иные теперь времена, да и Россия в другом положении.

Поэтому тот же Оливье де Бек, говорит, что скорее всего «работы останутся во Франции до тех пор, пока их возвращение не станет возможным с точки зрения безопасности. Но помимо этого остается вопрос с произведениями российских олигархов, которые сейчас никак не защищены и не входят в тот самый охранный список, составленный указом, опубликованным в Le journal officiel. Вот эти работы французское государство может конфисковать спокойно и вполне легально, если их владельцы попадут в «черный список». Например, ЕС уже ввел санкции против Петра Авена. Поэтому велика вероятность, что принадлежащий ему автопортрет Петра Кончаловского не вернется к хозяину.

А вы что думаете?

Как надо поступить с коллекцией Морозовых?

Но сегодня тяжелая артиллерия в «Вечерних дождинках». Моя самая родная, самая близкая, моя теннисистка, моя белоруска, моя будущая …… (только она знает, что это означает). И только ей я обещал кое-что в Каннах. Просто моя Маша навсегда –

https://news.1rj.ru/str/masha_on_tour

Я никогда не прощу, что вы сделали. Я встретился сейчас in the middle of nowhere украинцев, которые чудом избежали мрака, а родственники их ещё там. Мой лучший украинский друг до сих пор там, он не понимает, что с ним происходит, куда ему ехать, что дальше. Я молюсь за него. Это травма на годы. Это моя ответственность тоже. Простите меня, если сможете. Сил вам🇺🇦

Прекрасная история. И мы с Богадоном правда планируем выйти в эфир сегодня в 20 по Москве, как и положено! Ссылку пришлем!

Сегодня женятся мои хорошие друзья. Настя (на фото) и Тимофей. Она из Киева, он из Москвы, а роспись в Тбилиси. Сейчас многие пары, которые уехали расписываются. Просто так спокойней и кто знает, когда ещё будет такая возможность.

К слову мы с Денисом Катаевым планируем провести сегодня стрим в 20-00 по Москве, расскажем о себе, поговорим с разными экспертами и покажем историю Насти и Тимы. Ссылку чуть позже отправлю

Война уничтожила всю прошлую жизнь. Включая ковид. О нем позабыли, кажется, везде. Просто смятение из-за вируса и ощущение войны сменилось настоящим ощущением военного времени. Все прошлые переживания оказались каким-то инфантильными. И это две разные реальности. Вот во Франции, например, сегодня отменяют практически все существовашие ограничения, включая необходимость на каждом шагу предъявлять пресловутый сертификат о вакциинации, вокруг которого было столько баталий. Маски надо будет носить только в транспорте. В общем, свобода возврашается… Но об этом ли мы мечтали еще полгода назад?

И вот написал я предыдущий текст, и тут же пришла новость. Теперь ждем улучшения психологической ситуации в городе и стране.

Сегодня в 19 часов по киевскому времени и в 20 по московскому смотрите наш первый стрим с Богданом Бакалейко. В гостях:

Андрей Данилко (Верка Сердючка)

Дмитрий Гудков

Леонид Гозман

и экономисты.

Не пропустите!

https://www.youtube.com/watch?v=y8sGAKfq9hA

Ждем уже через полтора часа. А если вы не подключитесь к нам, то святой Макрон вам сам наберёт:

https://www.youtube.com/watch?v=y8sGAKfq9hA

Простите, мы чуть задерживаемся

Начинаем здесь –

Присоединяйтесь. Простите за технические трудности.

Это подвиг!

Ждем следующих. Страшно за эту героиню. Лед тронулся

❗️Девушка, которая вышла в кадр во время прямого эфира программы «Время» на «Первом канале» с антивоенным плакатом — сотрудница канала Мария Овсянникова.

После появления в эфире девушку задержали. Сейчас она находится в ОВД «Останкино», об этом сообщают друзья Овсянниковой.

Давайте подпишем!

Я пишу эту петицию во вторник, 15 марта 2022 года, в 16:00 по Москве.

Это значит, что уже 18 часов мы ничего не знаем о судьбе Марины Овсянниковой, журналистки Первого канала, ставшей новым символом правды.

В прямом эфире выпуска итоговой программы «Время» 14 марта 2022 года в 21:34 по московскому времени она ворвалась в кадр и развернула плакат против войны в Украине. Развернула прямо за спиной Екатерины Андреевой, многолетней ведущей Первого, ставшей за годы давления на российские СМИ символом обмана.

Марина Овсянникова сказала всем тем, кто до сих пор верит федеральным новостям: «Вам здесь лгут». Она призвала остановить насилие. И позвала людей на улицы — ведь «всех не пересажать».

Я считаю этот поступок Марины Овсянниковой, матери двоих детей, а также человека, который много лет служил идеям пропаганды, но больше не смог затыкать себе рот и обманывать во имя смерти и боли — важнейшим жестом к свободе. Шагом к обретению права на то, чтобы возвысить голос. Голос всех нас — тех, кто против войны.

И я призываю немедленно освободить Марину Овсянникову!

Подписать петицию тут:

https://www.change.org/freeovsyannikova