Сегодня в Le Monde вышла колонка норвежского писателя Ю Несбё, который напомнил читателям о своем провидческом сериале Occupied (« Оккупированные »). Помните такой? Он вышел в 2015 году, сразу через год после аннексии Крыма. То есть Крым случился еще в процессе производства сериала. Там по сюжету Россия во время глобального кризиса при молчаливом согласии США и Евросоюза захватывает Норвегию, чтобы восстановить бесперебойные поставки нефти и газа в Европу. Опять чтобы спасти, а не уничтожить. На этот раз - европейцев. В сериале отлично показано как во время войны и агрессии России европейские государства балансируют между политическими интересами, экономической выгодой и собственной безопасностью. Присмотритесь к дебатам вокруг эмбарго на импорт российского газа. Даже после Бучи все это еще вопрос спорный для европейцев. В общем, фикшн поменялся местами с реальностью. В нашем мире постправды и fake news все смешалось.»Первая жертва войны - это правда», - вспоминает слова сенатора от Калифорнии Хайрама Джонсона, которые он сказал ещё в 1917 году. Из-за того многие не верят тому, что видят из Бучи, предпочитают думать, что это постановка. А это фильм ужасов, который был реализован в действительности. Потому в данной ситуации писатели могут оказаться сильнее политиков и сотворить другой мир. Ваш ход, говорит Ю Несбё, творите историю, и побеждайте Путина. Действительно, что же мы делали эти 8 лет? Если все уже было четко прописано в сценарии того же Несбё? Ведь Россия уже давно выбрала роль плохого парня на международно-политической арене. Но отчаянно хотелось верить в другое. А зря.

https://www.lemonde.fr/idees/article/2022/04/02/jo-nesbo-la-guerre-des-histoires-est-une-guerre-longue-et-vladimir-poutine-finira-par-la-perdre_6120225_3232.html

Вера в Париже. В актуальных цветах сезона.

Вчера после тяжелого, но продуктивного дня по совету французских коллег посмотрел фильм «Notre-Dame brûle» («Нотр-Дам в огне»). Это пошаговая реконструкция страшных событий трехлетней давности, это произошло 15 апреля 2019 года. Это не док, игровой фильм, но все-таки фьюжн с хроникой, участием Макрона и Анн Идальго, мэра Парижа и кандидата в президенты. Все достойно и показан настоящий Париж с его трещинками и роковой неподготовленностью к таким чрезвычайным обстоятельствам, потому что слишком свободный и беспечный город это Париж. Показана череда досадных случайностей, которая привела к трагедии. И все опять же из-за неспособности предвидеть такое. Не до того, надо в булочную успеть и на велосипеде по набережной проехать.

Это я все к чему. Во-первых, то пламя Парижа все же было пророческим, как мы теперь понимаем. После него случился COVID, а теперь и вовсе война. А во-вторых, Париж слишком не готов к трагедиям (мы помним это и по терактам 2015 года). Что же будет, если случится самое страшное? Боюсь, что даже Нотр-Дам не выстоит.

ЕС вводит новые санкции. А вы пока посмотрите интересный разговор моего коллеги Богдана Бакалейко с экономистом Сергеем Алексашенко.

https://youtu.be/719lzZFr1s8

В Le Figaro сегодня впечатляющий репортаж про насилие над женщинами в Буче и других пригородах Киева, которые были заняты российскими войсками. Главная героиня — психотерапевт-волонтёр, которая пытается разговаривать с жертвами. Она признаётся, что впервые за свою многолетнюю практику плачет после таких сеансов. Вынести это невозможно. «Все потому что мне никогда не рассказывали о том, что такое ад», – говорит она. Ей рассказывают, как солдаты приходили по вечерам, напивались и насиловали, иногда при детях, иногда жертвами становились сами дети, подростки. Откуда этот ген насилия? Над этим вопросам рассуждают автор материала и его эксперты. Возможно, есть в этом что-то наследственное, по одной из версий, ведь сегодняшние военные – дети тех, кто воевал в Чечне. Но этого ответа все равно недостаточно. Понять генезис этого гена невозможно.

https://www.lefigaro.fr/international/les-soldats-russes-violaient-sauvagement-les-femmes-apres-avoir-tue-les-hommes-le-recit-de-notre-envoyee-speciale-a-kiev-20220404

Два французских вестника встретились. А ещё два Дениса. Встречайте нашего постоянного гостя в эфирах Дождя – Дениса Стрелкова!

Смерть Жириновского чрезвычайно симптоматична в нынешнем контексте. Может, потому ее так долго и скрывали кремлевские идеологи. Ушла константа политической системы, ее шестое чувство. Он был лакмусовой бумажкой России. Когда она была свободной, Жириновский получал большинство мест в Госдуме и был настоящим оппозиционным политиком. Когда началась игра в поддавки он стал незаменимым громоотводом и иллюзией либеральной демократии. Когда надо топнет ножкой, когда надо оскорбит правящую партию, когда надо призовёт «ебануть» по Тбилиси. Он играл свою роль в любых обстоятельствах. Только во время настоящей войны нужно было молчать. А он хотел играть дальше. И заигрался. Потому стал ненужным. Вот только одно меня мучает. Неужели он думал, что бессмертен, как они все. Неужели не хотелось по-настоящему хоть раз топнуть ножкой напоследок?! Как там было у Пугачёва в «Капитанской дочке»? Лучше один раз напиться живой крови, чем триста лет питаться падалью. Это тоже про него, к сожалению.

Девушки, все так, но выборы были в 1993 году. Первые и последние настоящие выборы новой России.

А Россию можно сравнивать?

Госдума приняла закон о штрафах или аресте до 15 суток за сравнение СССР с нацистским режимом.

Для граждан штраф может составлять до 5 тысяч рублей, для юридических лиц — до 100 тысяч рублей

https://holod.media/2022/04/06/chronicle-42/#14

Сегодня я в Экс-ан-Провансе, на юге Франции. Пригласили поучаствовать в конференции, посвящённой войне в Украине. И это было очень важно. Но не обошлось без скандала. Сначала все должно было пройти в местном университете. Но нашлись украинские радикалы, которые выступили против участие любого человека из России. Даже с Дождя. Для них все русские - враги, они не разделяют. Такая вот девушка надавила на университет. В итоге дебаты перенесли в соседнее кафе (как будто почувствовал себя в России). Мы собрались. Это я, французы из университета и организаторы мероприятия. И, конечно, украинцы. Например, семья, которая уехала из Харькова, мама и две прекрасные дочки. Они смотрели Дождь до последнего дня у себя в подвале уже во время войны. Их отец прямо сейчас в территориальной обороне, он передал мне привет. Мы обнялись. Это было очень трогательно и важно. Они сказали, что разделяют людей, которые поддерживают Путина и войну и тех, кто против. Им тяжело, но они все понимают, даже после пережитых бомбежек. Парень одной из девушек служит в ВСУ. И от него до сих пор нет вестей. Но мы разговариваем, мы пытаемся понять друг друга. Но была на конференции ещё одна беженка из Украины, из Одессы. которая даже отказывалась меня слушать. «Что вы сделали против Путина и войны? Это все слова и никаких действий», – был главный месседж. Я пытался объяснить про Дождь, про нашу миссию, про 8 лет после аннексии Крыма в течение которых ни я, ни моя семья, ни большинство друзей не молчали. Я рассказал про Бориса Немцова, который организовал антивоенные марши. И которого убили. Я про все рассказал. Но никакой реакции. «Свобода стоит дорого», – сказала мне она. А я спросил, хочет ли она, чтобы в таком случае моя мама,,например, отправилась в тюрьму на 15 лет и ничего при этом не изменила. Без ответа. Сложно говорить, но я пытался. При этом я понимаю даже такие радикальные точки зрения. Не время спорить, можно лишь говорить. Но французы поняли мой месседж. Мы боролись на информационном фронте, и мы проиграли на данный момент. Но сформировали огромную аудиторию, которая думает иначе, которая просто думает. Теперь мы будем работать дальше из-за границы. И это тоже форма сопротивления. На этом и сошлись. После конференции ко мне подошёл француз и посоветовал в следующий раз вспомнить генерала Де Голля, который создал движение «Сопротивление», La Résistance, в Великобритании. Это же сопротивление создаём мы сегодня, продолжая наши эфиры. Так что мы не молчали и молчать не будем. Печально, что диалог иногда недостижим. Но придёт время, война закончится, мы пройдём через национальное покаяние и поговорим. Верю, что поговорим. С некоторыми уже хорошо получается. А других я могу понять.