______________________________
А потом — Октавия. Слизеринка, немного младше, с яркими мерцающими глазами и вызывающей манерой смотреть прямо в душу, будто проверяет на прочность. Неожиданно легко между ними возникла связь — смех, откровенность, насмешки над Снейпом, чья "справедливость" давно стала мифом. Они сидели на полу, как будто вечеринка была лишь фоном, и обсуждали чары, которые не работали, как хотелось, и преподавателей, которые не видели в них людей.
— У меня треснул замок, — сказала Джинни, качнувшись, чувствуя приятное тепло от выпитого вина и взгляда Октавии.
Они ушли в ванную, как типичные девчонки, что хотели посекретничать. Джинни встала перед зеркалом спиной к Блэк, обнажая плечо, где тонкая ткань платья безнадёжно разошлась. Октавия колдовала пальцами, не прибегая к магии, будто в этом было что-то интимное, почти древнее.
— Он не поддаётся, — прошептала она, но не отступила.
Джинни чувствовала, как горячее дыхание Октавии скользит по коже. И вдруг — губы. Лёгкое касание, будто тень, чуть выше плеча. Джинни замерла. Сердце било в горле. Октавия не отпрянула. Губы медленно скользнули выше, к изгибу шеи, как будто знали, куда именно хочется прикосновения.
В зеркале — их отражения: рыжие волосы, спадающие волной, и темноволосая тень за спиной. Слишком близко. Слишком нежно. Джинни не сделала ни шага назад. Она только прикрыла глаза.
— Ты никому не расскажешь?.. — прохрипела Джинни, с трудом узнавая собственный голос. Он дрожал от желания, от страха, от сильного напряжения момента. Она взглянула в зеркало — в отражении Октавия смотрела на неё с той самой хищной, спокойной улыбкой. Словно Дьявол, решивший, что ад уже наступил.
— Приму это за твоё согласие, — прошептала она, её губы почти касались уха Джинни.
Секунду спустя Октавия толкнула Джинни, не грубо, но с властью, и та, споткнувшись на каблуке, оказалась прижатой к мраморной тумбе у стены. Сердце бешено колотилось. Платье окончательно сползло с одного плеча, а кожа горела от прикосновений, которых уже не было.
Октавия села на край тумбы, скрестив ноги, властная и дерзкая, с раскрасневшимися щеками и блеском в глазах, который мог бы подчинить кого угодно.
— А мне интересно… — она провела кончиком пальца по своему бедру, глядя на Джинни, как будто разглядывала новый трофей, — могу ли я поставить гриффиндорку на колени?
И в этот момент воздух будто сгустился. Волшебства здесь не было. Только желание. Только безумие момента, когда правила Хогвартса остались за дверью, а честь факультета стала ничем перед взглядом, перед этим вызовом, перед этим "осмелишься?".
Джинни опустила глаза на ноги Октавии. А потом медленно — как кошка, поддающаяся ласке и внутреннему зову — начала опускаться на колени. Она почти дрожала, но осознала нсколько сильна эта дрожь только когда уверенная ладонь партнёрши оказалась на её голове. Октавия вцепилась в рыжие локоны кулаком и резво дёрнула её назад, заставляя выгнуть шею. Джинни тихо, сдавленно застонала. Ещё мгновение — и слизеринка разводит ноги, её обтягивающее платье бесстыдно скользит вверх по бёдрам.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
— Ты всегда не носишь нижнее бельё или сегодня особый случай? — Джин кусала губу, она почти не ощущала как горела кожа её головы.
Рука потянулась к промежности Октавии. Пусть её всё ещё держали на расстоянии, найти в себе силы было проще простого. Короткого мгновения было достаточно чтобы ощутить насколько Блэк была влажной, поэтому Джинни без раздумий резко ввела в неё два пальца. Реакция была заметной: змея извивалась, толкалась навстречу, бёдра ненадолго сомкнулись на предплечье гриффиндорки, сдавливая его.
Кулаки Октавии вмиг ослабли, отпустили чужие волосы, а сама она откинулась назад, вжалась затылком в стену. Джинни двинулась ближе, бёдра слизеринки поддались и она оказалась между ними. Пальцы всё ещё находились внутри, и Джинни не собиралась это прекращать. Лишь дополнить. Приукрасить. Губы прильнули к клитору, одно осторожное движение языком и Джинни смелеет. Она резко выходит из Октавии и слышит её глухой стон. Стон желания. Леди просит большего. И Джинни заменяет пальцы языком. Подхватив бёдра девушки, она сжимает их пальцами, почти пощипывает, надеется дать ей дополнительную стимуляцию.
Время исчезает. Уборная заполнена лишь сдавленными хриплыми стонами и пошлыми влажными звуками. Джинни поднимает глаза на Октавию, которая в этот момент оголяет свою грудь, сильно сжимает сосок и это зрелище... Чёрт... оно заставляет действовать ещё более настойчиво.
— Я... сейчас... — голос слизеринки становится низким, словно рычание волка. Это вызывает дикое возбуждение.
Но вдруг... стук в дверь.
— Джинни? Ты там, Уизли? Малфой вынес огневиски, который ты так хотела! — знакомый голос Теодора разбивает пространство вдребезги. Джинни и Октавия слышат как он крутит дверную ручку.
— 𝑭𝑹𝑬𝑪𝑲𝑳𝑬
6 15 15 11 4 3 3 2 2
Приняла от: Джеймс Поттер и многие другие
Эстафета заключается в описании вашего персонажа через героев из других вселенных. Их сходство может проявляться как во внешности, так и в характере, а также в определённых качествах. Используются любые вселенные.
В мою подборку вошли персонажи:
Передаю эстафету некоторым своим новым коннектам:
✔️Грегори Гойл
✔️Астория Гринграсс
✔️Гарри Поттер
— 𝑭𝑹𝑬𝑪𝑲𝑳𝑬
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
_____________________________
Он сел между её ног, и всё тело её вспыхнуло от одного лишь этого движения. От взгляда. От прикосновения к шее. От пальцев, зарывающихся в волосы. Он тянул её ближе, сильнее, настойчивее... и она подчинялась с каким-то первобытным восторгом. Когда ладони Тома поднялись выше — к медальону, к её сердцу — она зажмурилась. И не от страха. От боли? От счастья? От того, что не может различить этих двух чувств больше. Его действия только усиливали это осознание:
Абсурд? Сумасшествие? Но именно рядом с Томом, в этой комнате, в его тени, она знала: никто и ничто не посмеет её тронуть. Он не позволит. Разве что самому себе. Они — одни. В этом мире, полном лжи и страха.
И Джинни целовала его, пока его тёплые пальцы ласкали её грудь. Уже не он — она. Сама. Жадно. Голодно. Без вопросов "могу ли я..?". Без разрешений. Как будто тысячу лет не прикасалась, как будто забыла как дышать. Руки Джинни скользнули под ткань мужской рубашки, изучая, заново вспоминая его тело, дрожа. Она не просила быть прощённой. Не молила быть принятой. Нет. Она просто брала. Потому что эта разлука — слишком для неё. Слишком длинная и слишком разрушительная. Она была его. Но был ли он — её?
Каждое прикосновение Тёмного Лорда отзывалось эхом. Волнами внутри. Тонкие пальцы пробежали по знаку с его именем — по старому шраму, который успел побелеть. Там, где её плоть уже навсегда запомнила его. Он наклонился к этому месту. Его дыхание — её проклятие. Она сдаётся Тому Реддлу снова и снова, оказывается внизу, чувствует влагу его языка на ключицах, потом на сосках. Джинни показалось что он практически рычал, когда резко прикусил её плоть. Слишком сильно. Слишком хорошо. Она застонала под ним, задёргала ногами, а руки нашли успокоение в волнах его волос.
— Я твоя... Я хочу... — звук, похожий на хрип оказался совсем неразборчивым, а мысль — незавершённой, но Джинни знала — он всё поймёт.
И как только с её уст сорвались эти слова, тело Джинни охватил приятный жар, ведь именно в этот момент рука Тома оказалась под тканью её белья — он, в привычной для себя дразнящей манере, проник в промежность, от чего бёдра Уизли против воли сжались. Ей так сильно хотелось почувствовать его, отдать всю себя, показать какой послушной и верной она может быть. Но лишь для него.
В момент когда Том отстранился Джинни испугалась, но всего на мгновение. Он начал стягивать с себя одежду, а женское лицо исказила хищная улыбка. Ей нравилось его нетерпение. Её сводило с ума то, что Тёмный Лорд желает её. И ей хотелось сделать всё для того, чтобы он был доволен. Поэтому Джиневра дождалась пока Реддл останется без одежды и только потом заговорила.
— Тебя... — хищное, слишком уверенное словцо смешивалось со звуком их бьющихся сердец, дыханий.
Мгновение — и Джинни вдруг оказывается сверху. Страсть, порочность, тьма, сам Дьявол — что угодно! — диктует ей перехватить инициативу. Том, сидящий на её постели, что пахнет корицей и мёдом, теперь прижат спиной к стене. Худые холодные пальцы девушки с нарочитой нежностью вдавили его запястье в стену, пока вторая рука уже опустила ткань мужского белья. Он уже хотел её — тело, дыхание, мимика — всё говорило за него. В сопровождении интригующего молчания Тома Уизли сжала уже твёрдый член, ладонь смело двигалась, пока она смотрела прямо в тёмно-синие глаза. Ещё мгновение — и Джинни приближается. Максимально. Она впервые чувствует его настолько близко... казалось бы, ещё мгновение и они станут единым целым. Стоит только двинуться.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Прямо в этот момент Джинни позволяет ему заполнить себя. Она кусает губу, когда чувствует его внутри, изо всех сил старается не кричать, но глухой стон всё же выдохами выходит из неё. Грудь прижимается к его. Она, абсолютно завороженная, пододвигает к своему лицу руку Тома, которую ранее прижимала к стене. Губы обхватывают его его пальцы, девушка скользит по ним языком, ощущая хранившийся там свой собственный вкус. Женское тело двигается навстречу, но в нём всё ещё ощущается дрожь — нет, не от холода. Не от ужаса. От того, что оно вспоминало Тома, вспоминало его жестокую привязанность, его извращённые чувства, его больную любовь.
А любовь ли?
— Скажи что любишь меня, — девушка позволяет пальцам выскользнуть из рта и вновь приближается к лицу Реддла, — Соври мне. Но скажи.
— 𝑭𝑹𝑬𝑪𝑲𝑳𝑬
1 20 19 13 8 2 1 1
𝑭𝑹𝑬𝑪𝑲𝑳𝑬 𝑫𝑰𝑨𝑹𝒀 | 𝐆𝐢𝐧𝐧𝐲 𝐖𝐞𝐚𝐬𝐥𝐞𝐲-𝐆𝐚𝐮𝐧𝐭
Надо много-много реакций, а то я лопну от смущения.💋
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Хочу чтобы все меня поздравили в срочном порядке. У меня появилась ветка, которую я хотела больше всего (дело не только в персонаже, но и в авторе дневника, с которым у нас общий взгляд на воплощение идей и взаимодействия).
Вряд ли кого-то удивит персонаж, но я всё же скажу, что это Волдеморт. С Томами Реддлами наигрались. Пора переходить к тяжёлой артиллерии.
Я ТЕБЯ ОБОЖАЮ.
P.S: в картинку вложен намёк на будущий сюжет(слишком тонкий намёк, не так ли?)
— 𝑭𝑹𝑬𝑪𝑲𝑳𝑬
Вряд ли кого-то удивит персонаж, но я всё же скажу, что это Волдеморт. С Томами Реддлами наигрались. Пора переходить к тяжёлой артиллерии.
Я ТЕБЯ ОБОЖАЮ.
P.S: в картинку вложен намёк на будущий сюжет
— 𝑭𝑹𝑬𝑪𝑲𝑳𝑬
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
________________________
Джинни Уизли стояла на кухне, раскладывая на стол блюда, приготовленные Молли заранее: запечённую курицу, ароматный пирог с ревенем, корзинку ещё тёплых булочек и горчично-золотой кувшин тыквенного сока. Праздничные хлопоты не приносили ей ни радости, ни уюта — только пустоту и напряжённое ожидание. Остальные ещё не вернулись из Хогсмида, где закупались для праздника. Она осталась одна, настояв, что справится. Ей нужно было немного тишины, немного пространства. Или, может быть, немного Гарри.
Он появился внезапно — с едва слышным хлопком и запахом дождя на мантии. Джинни вздрогнула и выронила вилку.
— Чёрт возьми, Гарри… — выдохнула она и прижала руку к груди, стараясь успокоить сердце. — Ты теперь почти не издаёшь шума… Ты стал слишком хорош в этом.
Он стоял на пороге — усталый, с бледным лицом и тенью за глазами, которая всё чаще появлялась в последнее время. Джинни заставила себя улыбнуться и подошла ближе.
— С днём рождения… — сказала она тихо и неуверенно, будто эти слова вдруг потеряли значение.
Шум. Где-то совсем рядом. Сначала — будто стон ветра, затем — тяжёлый шорох, хруст сухих веток. Джинни обернулась к окну. Вечернее небо было странно тёмным, будто кто-то пролил тушь на облака. Из-за изгороди двигались три фигуры. Медленно, почти с ленцой. В чёрных мантиях. Лица скрывали капюшоны. Пожиратели. Сердце Джинни забилось в горле.
Она резко задернула штору.
— Они пришли раньше, чем мы думали, — прошептала она. Губы дрогнули, но голос звучал ровно. Она вытащила из кармана маленькую коробочку, обёрнутую в грубую серую ткань. Протянула её Гарри.
— Это тебе. Я… Я вырезала его из дуба за домом. — Она опустила глаза. — Там внутри — защитный рунный круг. Он не сильный, но может пригодиться, если ты… если ты будешь один.
Пауза. Тишина становилась слишком тяжёлой.
— Я хочу подарить его тебе, пока мы ещё здесь. Пока мы живы.
И тогда Гарри впервые заговорил. Тихо. Почти шепотом.
Но Джинни уже не слушала. Снаружи затрещала старая калитка.
— 𝑭𝑹𝑬𝑪𝑲𝑳𝑬
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
После падения Гарри Поттера Джинни Уизли и Луна Лавгуд скрываются в маггловской католической общине. Пока Луна ищет утешение в вере, Джинни всё глубже погружается в кошмары, где Волдеморт обретает лицо Тома Реддла — человека, к которому она была сильно привязана в детстве. Но когда сон проникает в реальность, Джинни понимает: он всё ещё ищет её.
В первой части участвовали:
Настоящее произведение содержит сцены, описания и темы, которые могут быть чувствительными или тревожными для некоторых читателей. В тексте присутствуют:✅ религиозные мотивы и символика, которые подаются исключительно в художественном контексте и не выражают реальных убеждений автора;✅ изображения насилия, включая физическое и психологическое,✅ темы войны, утраты, травмы и поствоенных последствий.
#plot #art
— 𝑭𝑹𝑬𝑪𝑲𝑳𝑬
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
𝑭𝑹𝑬𝑪𝑲𝑳𝑬 𝑫𝑰𝑨𝑹𝒀 | 𝐆𝐢𝐧𝐧𝐲 𝐖𝐞𝐚𝐬𝐥𝐞𝐲-𝐆𝐚𝐮𝐧𝐭
Для меня очень важно чтобы вы поставили реакции и ПОСМОТРЕЛИ видео. Прочитать сюжет было бы тоже неплохо, если вам интересна тема омрачнения религии. 💋
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🤩 🤩 𝐌𝐄 𝐀𝐍𝐃 𝐌𝐘 𝐅𝐀𝐕𝐎𝐑𝐈𝐓𝐄🤩 🤩 🤩 🤩 🤩 𝐂𝐇𝐀𝐑𝐀𝐂𝐓𝐄𝐑
Эстафету приняла от Гарри Поттера
Суть эстафеты показать себя и своего фаворита.
𝑭𝒍𝒆𝒖𝒓 𝑫𝒆𝒍𝒂𝒄𝒐𝒖𝒓
𝑹𝒆𝒈𝒖𝒍𝒖𝒔 𝑩𝒍𝒂𝒄𝒌
𝑻𝒉𝒆𝒐𝒅𝒐𝒓𝒆 𝑵𝒐𝒕𝒕
𝑳𝒖𝒏𝒂 𝑳𝒐𝒗𝒆𝒈𝒐𝒐𝒅
— 𝑭𝑹𝑬𝑪𝑲𝑳𝑬
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔞 𝑨𝑻𝑻𝑬𝑵𝑻𝑰𝑶𝑵 Текст содержит материалы, предназначенные только для лиц старше 18 лет. Чтение допускается исключительно совершеннолетними. Автор не несёт ответственности за нарушение возрастных ограничений.
🩸 VOLDEMORT🩸 GINNY WEASLEY🩸 HARRY POTTER
Голова Гарри лежала на коленях Джинни так расслаблено, будто на самой мягкой подушке. Пальцы копошились в его вечно растрёпанных волосах — приглаживали, потом взъерошивали, и снова приглаживали. Глаза Гарри были прикрыты, а в очках отражались блики пламени из стоявшего напротив камина.
И тут — кашель. Нарочный, посторонний, привлекающий внимание.
— Кхм-кхм… Я согласился взять его не для этого, — мрачный баритон эхом ударился о стены разогретой пламенем гостиной. Словно повинуясь неозвученой воле этого голоса, Джинни резко отдёрнула руки от чужих волос.
Гарри тоже вскочил — быстро, как по команде, будто и вовсе не пытался дремать секунду назад. Их растерянные взгляды устремились к двери. В тёмном проёме — силуэт Волдеморта. Застыл, будто неживой вовсе. Осматривал, изучал, но не двигался.
— Мой Лорд, я… — Джинни подала голос с сильной заявкой на уверенность, но к последней букве уже звучала жалко настолько, что даже не смогла завершить сказанное. Лишь двинулась ближе к Гарри, будто тело искало союзника, защиты.
А Том, тем временем, шёл прямо к ним. Медленно, театрально — он будто наступал. Казалось, укрой их его тень, они сгорят в этой тьме.
— Тише, Джиневра, — пальцем он приподнял её подбородок, а вторая рука легла на плечо Гарри. Притворно-заботливо. — Вы помогли мне обрести мою величайшую форму. Ваша кровь сделала меня тем, перед кем падёт весь магический мир. И я благодарен вам.
Уголок губ Тома дрогнул в подобии недоброй улыбки. Его пальцы скользнули с подбородка Джинни по линии челюсти, затем — по шее, ключице и наконец застыли на плече. Лёгкое нажатие, едва ощутимый толчок. Такой незначительный жест… но теперь она и Гарри стояли почти вплотную, глядя прямо друг на друга.
— Но это не значит, что я разрешал вам развлекаться в моём доме.
Его спокойствие — в голосе, в жестах, в походке — леденило душу. Ладонями Том ощущал дрожь в обоих телах. И ему это нравилось. Контроль, нити страха в чужих сущностях, трепет перед ним и из-за него.
— Мы ничего такого... — Гарри прокашлялся, пытаясь что-то сказать, но Лорд вновь перебил его.
— Тише, Поттер. Я ещё не закончил. Хочу сказать, что пришло время позволить. Вы заслужили свою долю. — Красные глаза, в которых всё ещё плескалось что-то змеиное, холодно сверкнули. Он взглянул на Джинни. — Поцелуй его.
Его рука скользнула вдоль девичьей лопатки и замерла на пояснице, едва касаясь. Лёгкий холодок пробежал по её позвоночнику, но ощущение исчезло в тот же миг, когда Том снова подтолкнул её к Гарри — настойчивее, грубее. Так близко, что их носы соприкоснулись.
— Том, я… ЧИТАТЬ ПРОДОЛЖЕНИЕ
— 𝑭𝑹𝑬𝑪𝑲𝑳𝑬
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
𝑭𝑹𝑬𝑪𝑲𝑳𝑬 𝑫𝑰𝑨𝑹𝒀 | 𝐆𝐢𝐧𝐧𝐲 𝐖𝐞𝐚𝐬𝐥𝐞𝐲-𝐆𝐚𝐮𝐧𝐭
Дисклеймер оставлен. Читать — на своё усмотрение.
НО реакций я требую.
P.S: я сломала психику.
P.S [2]: себе.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
This media is not supported in the widget
VIEW IN TELEGRAM
11 9 6 5
ВОПРОС ДНЯ: Разве только Томам Реддлам можно?
Я давно присматривалась, искала хорошие дневники Джинни, с идеей, оформлением. В общем, с душой.
И Я НАШЛА. Прекрасный вайб, отличный автор, красивые баннеры. К тому же, один из моих любимых пэйрингов — Блинни.
Так что всем, кто мне не коннект — рекомендую. ТЕПЕРЬ У МЕНЯ ТОЖЕ ЕСТЬ СТАЯ. Правда, пока всего лишь из двух человек. Но от того не менее сильная.
— 𝑭𝑹𝑬𝑪𝑲𝑳𝑬
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🩸 TOM RIDDLE🩸 🩸 🩸 🩸 🩸 GINNY WEASLEY
В гриффиндорской девичьей спальне пахло клубникой и слегка сыростью — одна из соседок Джинни, кажется, так и не овладела «Агуаменти» в совершенстве. Везде были влажные пятна: на коврах, подушках, даже на полках для учебников. Но Одиночку Уизли — так её называли — это не смущало. Ведь на самом деле у неё была компания. Всегда была. Просто никто об этом не знал.
— Не закрывай дневник, Джинни, — мрачный, но оттого не менее прекрасный силуэт юноши застыл у окна. Его бледное, напоминающее мел, лицо заливали яркие, горячие лучи заката.
А Джинни наблюдала.
— Ты снова исчезнешь, когда я это сделаю? — девочка перелистнула страницу и обратила внимание, как плечи юного Тома напряжённо сжались в этот момент. Но он не взглянул на неё. — Ты всегда исчезаешь…
— Я останусь. Просто не сейчас, — спокойно отрезал Том, всматриваясь в даль. Он будто бы изучал небесную за гладь и, казалось, даже не щурился от палящего, готового вот-вот нырнуть за горизонт солнца. Смотрел так, словно слишком давно этого не видел.
— Ты же знаешь, я помогу тебе, — девочка положила раскрытый дневник на кровать обложкой вверх, и в этот момент Том двинулся к ней. Он опустился на корточки. — Ты же… мой лучший друг. Знаешь, как Гарри будет завидовать! А может, даже ревновать… — Джинни заговорщицки улыбнулась, а когда поймала его ответную улыбку, щёки вмиг заалели.
Рука Тома Реддла бережно опустилась на её колено, но Джинни ничего не почувствовала. Лишь лёгкий холод обдал кожу — отсутствующий, кричащий о внутренней печали.
— Знаю, Джинни, знаю. Ты — единственная, на кого я могу полагаться. Я всегда буду с тобой.
— А что, если мы… — она попыталась схватиться за его запястье пальцами, но, вновь напоровшись на призрачный образ, опустила глаза в пол.
— Ну-ну, девочка. Не надо грустить. Мы решим это, ладно? И разберёмся с твоим Гарри. Он такой глупый — не видит, какая ты удивительная.
— А что, если мы поженимся, Том! — Джинни схватилась за свои горящие щёки. Её огромные перепуганные глаза уставились на его лицо. Он улыбался. — Я знаю, что я ещё маленькая, но ведь когда мне будет двадцать, тебе будет всего двадцать пять. У Эбби из Хаффлпафа папа старше мамы на целых десять лет! Представляешь, Том? На десять! Мы могли бы… И потом… Гарри никогда не поймёт меня так, как ты.
— Никто. Никто не поймёт тебя так, как я.
Джинни увидела, как его пальцы потянулись к пряди её волос, но он застыл. Она знала — не почувствует. В эту секунду в коридоре послышался шорох. Том резко выпрямился.
— Закрывай, Джинни. Скорее, — он бросил взгляд на чёрный блокнот, который уже через секунду сжали руки девочки. Закрытый. А её друг снова растворился в воздухе — будто сон, будто его тут и не было.
— Я напишу тебе утром… — проговорила она уже в пустоту.
Для маленькой Одиночки Джинни вся жизнь в Хогвартсе сузилась до общения с Томом Реддлом. Он помогал ей с уроками, поддерживал в сложное время, критиковал Гарри, который совершенно не обращал на неё никакого внимания, убеждал, что она сильнее, чем кажется. Он был только её. И он подарил ей надежду.
До того как Джинни узнала, что он хочет убить её.
Астрономическая башня содрогалась от взрывов и магических ударов, дрожала от грохота войны, захлёбывалась в человеческой крови. И посреди этого хаоса — две души. Виновники. Участники. Архитекторы этого тёмного, безумного торжества.
Ветер с яростью трепал волосы Джиневры. Он стоял напротив — её когда-то близкий, когда-то единственный. Том Марволо Реддл.
#𝐈𝐧𝐤𝐛𝐨𝐮𝐧𝐝
— 𝐅𝐑𝐄𝐂𝐊𝐋𝐄 𝐃𝐈𝐀𝐑𝐘 & 𝐃𝐮𝐧𝐤𝐞𝐫 𝐋𝐨𝐫𝐝
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM