This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
____________________________________
Когда Джинни Уизли впервые открыла дневник Тома Реддла на своём первом курсе, она не подозревала, что это станет началом пути, который изменит её жизнь. И не только её – всего волшебного мира.
Сначала Том был просто голосом на страницах. Утешением, когда братья дразнили, когда Гарри Поттер не замечал её, когда жизнь в тени семьи казалась невыносимой. Том слушал. Понимал. Поддерживал. Он не осуждал её за тёмные мысли. Напротив, он показывал, что слабость можно обратить в силу.
Когда он попросил её помочь, она не раздумывала. Открыть Тайную комнату, выпустить ужас, сеять страх — это было страшно, но волнующе. И Том был рядом. Он стал её другом, старшим братом, наставником. А потом — её единственной любовью.
К тому времени, как Джинни стояла перед ним, наблюдая, как он возвращает себе тело, она уже знала, что предала бы ради него всех. Семью, друзей, Хогвартс. Она принадлежала Тому.
Годы шли. С виду — обычная гриффиндорка, бойкая, смелая, храбрая. А за кулисами — шпионка. Каждые каникулы она исчезала под предлогом визита к тётушке Мюриэль, но на самом деле отправлялась к нему. Рассказывала обо всём, что творится в Хогвартсе: кто с кем дружит, кто слаб, кто силён, какие планы строит Дамблдор.
Её отчёты помогали Тому набрать силу. Орден Феникса не догадывался, что их враг всегда на шаг впереди.
— Они идиоты, — говорила она, усмехаясь, когда рассказывала ему, как работает Орден Феникса. — Думают, что смогут победить тебя.
— Нас, — поправил её он.
Он был прав. Это уже не была его война. Это была их война.
Когда Джинни исполнилось семнадцать, всё изменилось. Том уже не был просто наставником. Он стал мужчиной, которого она желала. И он заметил это. Их первая ночь была огненной, как её волосы. После этого у них не осталось границ.
Она стала его Тёмной Леди. Не просто верной последовательницей, а равной. Его правой рукой. Они планировали войну вместе.
В день, когда армия Тома напала на Хогвартс, Джинни шла рядом с ним. Они двигались через боевую арену уверенным шагом, в чёрных мантиях, с серебряной змеёй на рукавах и , с палочками наготове. Братья кричали её имя, умоляли опомниться. Гарри Поттер стоял с разбитым сердцем, не понимая, как та, кого он когда-то любил, могла стать этим существом — красивой, опасной, беспощадной.
— Джинни… — выдохнул он.
— Я устала быть твоей тенью, Гарри, — ответила она. — Ты никогда не понимал, кто я.
— Он подчинил тебя, — попытался он образумить её.
Она рассмеялась.
— Нет, Гарри, — она подняла палочку. —
Я выбрала его.
И её палочка вспыхнула зелёным светом.
— 𝑭𝑹𝑬𝑪𝑲𝑳𝑬
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Forwarded from Заморожен или закрыт
Теодор Нотт не очень любил шум. Поэтому, когда большинство учеников ужинали в Большом зале, он предпочитал уединение—например, сидеть на трибунах квиддичного поля и наблюдать, как закат окрашивает небо в алые и золотые оттенки.
Сегодня, однако, его уединение было нарушено.
Джинни Уизли кружила над полем, гоняя Квоффл и отрабатывая броски в кольца. Ее стремительные рывки напоминали ему о том, почему она была одним из лучших охотников Гриффиндора. Но самое раздражающее было то, что, похоже, она его заметила.
— Наслаждаешься зрелищем, Нотт? — крикнула она, зависнув в воздухе.
— Просто смотрю, как ты упускаешь каждую вторую попытку, — лениво ответил он, делая вид, что зевает.
Джинни закатила глаза и спикировала вниз, приземлившись рядом с трибуной.
— Может, ты хочешь показать, как надо?
Он хмыкнул, но поднялся. Почему бы и нет? Все равно вечер только начинался.
— Надеюсь, у тебя достаточно крепкие нервы, Уизли.
Они тренировались больше часа. Теодор был неплох в Квиддиче, ведь играл за сборную . Он быстро освоился, уворачиваясь от атак Джинни и в ответ бросая ей вызовы.
— Ты летаешь, как слизеринский слизняк, — усмехнулась она, когда он едва не потерял равновесие.
— А ты бросаешь, как твой брат Рон, — парировал он.
— Это была низкая атака.
— Как и твой последний бросок, — ухмыльнулся он.
Она засмеялась, и впервые за весь вечер он понял, что тренировка ему даже нравится.
В конце концов они приземлились на траву, тяжело дыша.
— Ладно, ты не так плох, как я думала, — признала Джинни.
— А ты не так раздражаешь, как я предполагал, — ответил он.
Она посмотрела на него с прищуром.
— Это был комплимент?
— Возможно. Не привыкай.
— И не собиралась.
С того вечера их дружба сложилась сама собой — с подколами, соревнованием и редкими, почти незаметными моментами настоящего уважения.
#𝓶𝓮𝓶𝓸𝓻𝓲𝓮𝓼
Сегодня, однако, его уединение было нарушено.
Джинни Уизли кружила над полем, гоняя Квоффл и отрабатывая броски в кольца. Ее стремительные рывки напоминали ему о том, почему она была одним из лучших охотников Гриффиндора. Но самое раздражающее было то, что, похоже, она его заметила.
— Наслаждаешься зрелищем, Нотт? — крикнула она, зависнув в воздухе.
— Просто смотрю, как ты упускаешь каждую вторую попытку, — лениво ответил он, делая вид, что зевает.
Джинни закатила глаза и спикировала вниз, приземлившись рядом с трибуной.
— Может, ты хочешь показать, как надо?
Он хмыкнул, но поднялся. Почему бы и нет? Все равно вечер только начинался.
— Надеюсь, у тебя достаточно крепкие нервы, Уизли.
Они тренировались больше часа. Теодор был неплох в Квиддиче, ведь играл за сборную . Он быстро освоился, уворачиваясь от атак Джинни и в ответ бросая ей вызовы.
— Ты летаешь, как слизеринский слизняк, — усмехнулась она, когда он едва не потерял равновесие.
— А ты бросаешь, как твой брат Рон, — парировал он.
— Это была низкая атака.
— Как и твой последний бросок, — ухмыльнулся он.
Она засмеялась, и впервые за весь вечер он понял, что тренировка ему даже нравится.
В конце концов они приземлились на траву, тяжело дыша.
— Ладно, ты не так плох, как я думала, — признала Джинни.
— А ты не так раздражаешь, как я предполагал, — ответил он.
Она посмотрела на него с прищуром.
— Это был комплимент?
— Возможно. Не привыкай.
— И не собиралась.
С того вечера их дружба сложилась сама собой — с подколами, соревнованием и редкими, почти незаметными моментами настоящего уважения.
#𝓶𝓮𝓶𝓸𝓻𝓲𝓮𝓼
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Teacher's pet
If I'm so special, why am I secret?
Yeah, why the fuck is that?
Do you regret
The things we shared that I'll never forget?
Well, do you? Tell me that
Единственная дочь среди братьев, обворожительная хулиганка, спортсменка, нарушительница правил и разбивательница сердец. К тому же, до ужаса скромная! Джинни Уизли рада каждому. Даже слизеринцам, которых она, уж точно, не обделит вниманием.
— 𝑭𝑹𝑬𝑪𝑲𝑳𝑬
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Нᴏчь нᴇʙᴏɜʍᴏжнᴏᴦᴏ ᴄнᴀ, иʍя ᴛʙᴏё,
Нᴇᴄᴋᴏᴧьᴋᴏ ʍинуᴛ и нᴀчᴀᴧᴄя ᴨᴏжᴀᴩ.
Пуᴄᴛь ϶ᴛᴏ будᴇᴛ ʙᴇᴄнᴏй:
Кᴀʍᴇнный ᴦᴏᴩᴏд ᴄᴦᴏᴩᴇᴧ дᴏᴛᴧᴀ.
Вдᴏᴧь ᴦᴀᴩᴀжᴇй биᴛᴏᴇ ᴄᴛᴇᴋᴧᴏ,
Мы ᴏᴄᴛᴀʙᴧяᴧи ᴄᴧᴇды нᴀ ʍᴏᴋᴩᴏй ɜᴇʍᴧᴇ.
Пыᴧьный ᴀᴄɸᴀᴧьᴛ ᴨᴩᴇʙᴩᴀщᴀᴧᴄя ʙ ɜᴀбᴏᴩ,
Иʍя ᴛʙᴏё нᴀ ʍᴏᴇй ᴩуᴋᴇ
Иʍя ᴛʙᴏё, иʍя ᴛʙᴏё, иʍя ᴛʙᴏё
В ϶ᴛи ᴛᴏнᴋиᴇ ᴩуᴋи ᴨᴀдᴀюᴛ ᴋᴀʍни,
В ᴛʙᴏих ᴦᴧᴀɜᴀх ᴏᴛᴩᴀжᴀюᴛᴄя ᴏᴦни
В ϶ᴛи ᴛᴏнᴋиᴇ ᴩуᴋи ᴨᴀдᴀюᴛ ᴋᴀʍни,
В ᴛʙᴏих ᴦᴧᴀɜᴀх ᴏᴛᴩᴀжᴀюᴛᴄя ᴏᴦни
#music #relationships #art
— 𝑭𝑹𝑬𝑪𝑲𝑳𝑬
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
____________________________________
Тусклый свет факелов дрожал на каменных стенах коридора, когда Джинни Уизли, свернув за угол, почувствовала, как её резко толкнули в плечо. Удар был сильным — её спина врезалась в холодную стену, выбив дыхание. Перед ней, с лицом, искажённым злобой, стоял Драко Малфой.
— Думаешь, можешь распускать язык без последствий, Уизли? — его голос звучал низко и угрожающе. В серых глазах сверкала ненависть.
— О чём ты вообще говоришь? — Джинни попыталась оттолкнуть его, но он схватил её за запястье, с силой прижимая к стене.
— Не притворяйся, — прошипел он, — ты рассказала кому-то о... — он замолчал, но Джинни поняла. О его метке. — Не думай, что я это так оставлю.
Она открыла рот, чтобы ответить, но в следующее мгновение Драко схватил её за волосы — грубо, без капли сочувствия. Он уволок Джинни в ближайший кабинет и, как только они оказались внутри, слизеринец ударил её по лицу тыльной стороной ладони. Голову пронзила острая боль, а губу залила горячая кровь. Джинни сжала зубы, не позволяя себе вскрикнуть.
— Ты жалкий трус, Малфой, — выдохнула она, ощущая металлический привкус на языке. — Даже не можешь признаться, что боишься.
Её дерзость только разозлила его. Он резко вытащил палочку, и в тот же миг её скрутило от боли — заклинание "Круцио" ударило по нервам, словно раскалённые иглы вонзались в каждую клетку тела. Джинни зажала губы, не давая ему удовлетворения услышать её крик.
— Не такая уж ты смелая, правда? — насмешливо бросил он, убирая заклинание. Её ноги подкосились, но он не дал ей упасть, снова сжимая запястье так сильно, что остались синяки.
— Слизеринцы всегда ведут себя как отбросы, — прошептала она сквозь боль, вызывая новый приступ ярости на его лице.
— Импедимента! — заклинание отбросило её к столу. Доски больно врезались в бок, но она подняла голову, не собираясь сдаваться.
Драко подошёл ближе, склоняясь к ней с холодной усмешкой, и приподнял её подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
— Никому не расскажешь. Если дорога жизнь.
— Лучше умереть, чем бояться тебя, — выплюнула она.
Внезапно дверь кабинета с грохотом распахнулась.
— Чёрт, Драко. Так и знал, — голос Теодора Нотта звучал спокойно, но в этой тишине он резал, как нож. Драко замер, но не отступил.
— Это не твои проблемы, Нотт, — процедил он, но Тео уже вошёл внутрь, закрыв дверь за собой.
— Уизли под моей защитой, — медленно произнёс он, и хотя его тон оставался ровным, в глазах вспыхнуло опасное предупреждение. — Если ты хоть раз тронешь её снова, тебе не поздоровится. И ты знаешь почему.
Малфой, сжав зубы, бросил последний взгляд на Джинни и медленно убрал палочку. Раздражённо фыркнув, он проскользнул мимо Тео и скрылся в коридоре.
Теодор подошёл к Джинни и, присев перед ней, осторожно коснулся её подбородка, который украшала ссадина.
— Всё в порядке? — его голос стал мягче, в глазах отражалась тревога.
— Было бы хуже, если бы ты не пришёл, — слабо усмехнулась она, чувствуя, как её губа снова начала кровоточить.
— Идём. Надо обработать это, — он помог ей подняться, не убирая руки с её плеча. — Слизеринцам лучше не трогать тебя. Теперь точно.
И в этот момент, впервые за весь день, Джинни почувствовала себя в безопасности.
— 𝑭𝑹𝑬𝑪𝑲𝑳𝑬
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
По кустам ночной тропой
Да, план отстой. Постой, а можно я с тобой?
Стой, можно я с тобой?
С тобой, постой!
#music #relationships #art
— 𝑭𝑹𝑬𝑪𝑲𝑳𝑬
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Forwarded from 𝐖𝐇𝐈𝐒𝐏𝐄𝐑||𝐑𝐚𝐯𝐞𝐧.
Ginny & Elaisa.
Элаиза легко ступала по холодным плитам раздевалки, её зелёные глаза лениво оглядывали пространство в поисках того самого шкафчика, который принадлежал Блейзу. Она была уверена, что найдет его здесь — и уж точно знала, что дело, с которым она пришла, было как раз для него. Идеально.
Но её шаги замедлились, когда она наконец поняла, что оказалась не в мужской раздевалке. Всё вокруг выглядело иначе: аккуратные ряды шкафчиков, на полках безупречно сложенные спортивные вещи. Здесь пахло совсем не так, как в том хаосе, что был на стороне парней. Элаиза прищурила глаза и скользнула взглядом по знакомым шкафчикам. Уголок её губ слегка дрогнул — эта небольшая ошибка могла бы оказаться куда более забавной.
Но затем она услышала шорох, лёгкий звук, от которого её шаги стихли, а тело инстинктивно напряглось. Кто-то был рядом. Элаиза замерла, едва дыша, и осторожно выглянула из-за угла, чтобы увидеть, кто же заглянул в женскую раздевалку в этот час. Её взгляд тут же упал на знакомую рыжую копну волос.
Джинни Уизли стояла, полусогнувшись над своим шкафчиком, перебирая вещи. Элаиза замерла. Она сразу узнала её — Гриффиндорка, с этой дерзкой манерой вести себя слишком смело для своего возраста и… положения. Впрочем, Элаизу это почти забавляло. Она смотрела, как рыжая торопливо собирает свои вещи, и что-то в её манере двигаться казалось Элаизе диковинно завораживающим.
“Уизли… какая неожиданная встреча,” — мелькнула мысль в голове Элаизы, и её губы слегка изогнулись в лёгкой, почти хищной усмешке. Она не сдвинулась с места, лишь пристально наблюдала, изучала, как рыжая торопится собрать свои вещи, не догадываясь, что за ней кто-то следит.
Тишина между ними сгущалась, как тёмное облако, и Элаиза чувствовала, как эта маленькая ошибка в её маршруте начинает превращаться во что-то большее.
Элаиза наблюдала за Джинни, стоя в тени и позволяя тишине раздевалки обволакивать их обеих. Рыжая села на скамью и обняла себя руками, словно пыталась удержать что-то внутри, не дать ему вырваться наружу. Элаиза заметила, как плечи Джинни слегка дрожат, а затем до её ушей донёсся тихий, но явный всхлип. Девушка напряглась, её дыхание стало медленным, напряжённым, словно она боролась с чем-то, что разрывалось изнутри. Рыжие пряди волос скрывали её лицо, но Элаиза видела достаточно.
Она нахмурилась, ненадолго закрывая глаза. Это состояние, эта внутренняя боль, знакомая как по собственной коже. Этот тихий ужас, когда нужно сдерживать себя, когда эмоции вот-вот захлестнут, но ты не можешь позволить им выйти наружу. Элаиза понимала это слишком хорошо. Вдохнув, она вышла из тени, но не показалась — оставшись за стеной, скрытой от глаз.
Тихим, ровным голосом, который резал воздух как шелк, Элаиза сказала:
— Иногда стоит позволить себе заплакать. Слёзы как очищение, после них ты словно восстанавливаешься.
С её стороны послышались шорох и лёгкий шум движений — Джинни напряглась. Рыжая прислушалась к голосу, резко выпрямилась и обвела глазами пустую раздевалку.
— Кто здесь? — резко спросила она, её голос звучал натянуто, с неуверенностью и долей раздражения.
Элаиза не сразу ответила, просто позволила своему голосу снова заполнить пустое пространство между ними:
— Здесь нет никого, перед кем ты должна скрываться.
Это были не просто слова. Элаиза говорила не с сочувствием или жалостью, нет, в её тоне была твёрдая, холодная истина. Она не была другом, который пытается утешить, и не врагом, перед которым стоит защищаться. Она была кем-то, кто понимал, кем-то, кто не задавал вопросов и не требовал объяснений.
Рыжая снова напряглась, её дыхание стало сбивчивым, но на этот раз она не пыталась снова спросить, кто скрывается в тени. Элаиза знала — она почувствовала, что сейчас ей нужно быть именно таким призраком, тем, кто может предложить тишину без лишних слов, и дать немного пространства для слабости.
Элаиза села на скамью, облокотившись спиной на холодную стену. Тени падали на её лицо, скрывая его от рыжей девушки, как если бы сама тишина затаилась в комнате, готовая поглотить их разговор.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Forwarded from 𝐖𝐇𝐈𝐒𝐏𝐄𝐑||𝐑𝐚𝐯𝐞𝐧.
Оба сидели по разные стороны, как незримые баррикады, разделённые и одновременно единые в своём молчании.
Через несколько мгновений Джинни нарушила тишину:
— Я знаю тебя?
Элаиза задумалась. Знали ли они друг друга? Нет. Конечно, нет. Они лишь пересекались, как два одиночных пути, которые никогда не ведут в одно место. Косвенно, может быть. Но Джинни, казалось, ожидала другого, как будто ей было не по себе от этого неожиданного свидания, от появления того, кто может увидеть её слабость, ту часть, что она прячет от всех.
Элаиза не ответила сразу, словно обдумывая, стоит ли раскрывать свои карты. В этой тишине было нечто чуждое, что-то отстранённое и глубокое, как омут, в который не хочется заглядывать.
Наконец, её голос прорезал воздух, чуть хриплый, но твёрдый:
— Что бы не случилось, всё можно исправить. Ты сильная, чтобы не справиться с чем-либо.
Эти слова казались ей, возможно, даже нелепыми. Кто она такая, чтобы говорить о силах и слабостях? Но в тот момент, когда она произнесла их, что-то в них было правдой. Возможно, правда, скрытая в каждой боли, в каждом падении. В их жизни не было места для слабости. Даже когда сердце сжималось от боли, они оставались сильными.
Рыжая, не выдержав паузы, грубо кинула:
— Что ты можешь знать обо мне? Что ты знаешь о выборе?
Этот вопрос прозвучал как острие ножа, резкое, прямое, словно Джинни пыталась зацепить её, задеть. Элаиза на мгновение почувствовала, как её сердце сжалось. Её взгляд померк, а губы кривой усмешкой скривились в тусклый ответ.
Грустно хмыкнув, она произнесла тихо:
— Что мне знать о выборе? Разве ты думаешь, что мне не знакомо? — Она почувствовала, как слова соскальзывают с её губ, едва слышно, но с тяжёлой искренностью.
Элаиза не ожидала этого. Она не планировала разговор, не искала его, но тишина вокруг них словно требовала слов. Слов, которые она не была готова сказать. Но что-то внутри — может, сама ситуация, может, сжатая в себе фигура Джинни — заставляло её заговорить.
— Ты сильнее, чем думаешь, — снова произнесла она, пытаясь подобрать слова, которые, как ей казалось, могут пробить эту броню, которой Джинни прикрывалась. — Не всё в жизни решается выбором, иногда мы просто должны продолжать двигаться вперёд. Сломанные вещи можно починить, даже если это кажется невозможным.
Рыжая выдохнула, снова обнимая себя руками, взгляд её был направлен в пол, как будто её тяготила мысль о том, что кто-то увидел её такой.
— А если что-то нельзя починить? — её голос прозвучал как тихий вызов, пропитанный усталостью и горечью. — Если всё, что ты делаешь, приводит к тому, что становится только хуже?
Элаиза на мгновение замерла. Её пальцы непроизвольно сжались в кулак, ей казалось, что в этих словах скрыта нечто знакомое. Что-то, что слишком близко отзывалось внутри неё.
— Тогда просто отпусти, — её голос был неожиданно мягким, почти шёпотом. — Сильные тоже падают. Это не делает их слабыми.
Джинни молчала. Может, она приняла эти слова, а может, они отскочили от неё, как капли воды от стекла. Элаиза почувствовала, что время уходить. Она не хотела лезть глубже, в этот мир, в котором, казалось, не было места для неё.
Медленно, не издавая ни звука, Элаиза поднялась со скамьи и направилась к двери. Она оглянулась через плечо, перед тем как уйти. Но Джинни всё ещё сидела, отвернувшись, даже не пытаясь узнать, кто был её собеседником. Она словно предпочла, чтобы этот разговор остался тайной, загадкой, которую она не стремилась разгадать.
Элаиза вышла, оставив за собой тишину и невысказанные слова.
— 𝑬. 𝑹. 𝑨.
#𝑭𝒓𝒊𝒆𝒏𝒅𝒔
#𝑹𝒐𝒍𝒆𝒑𝒍𝒂𝒚
#Ginny
Через несколько мгновений Джинни нарушила тишину:
— Я знаю тебя?
Элаиза задумалась. Знали ли они друг друга? Нет. Конечно, нет. Они лишь пересекались, как два одиночных пути, которые никогда не ведут в одно место. Косвенно, может быть. Но Джинни, казалось, ожидала другого, как будто ей было не по себе от этого неожиданного свидания, от появления того, кто может увидеть её слабость, ту часть, что она прячет от всех.
Элаиза не ответила сразу, словно обдумывая, стоит ли раскрывать свои карты. В этой тишине было нечто чуждое, что-то отстранённое и глубокое, как омут, в который не хочется заглядывать.
Наконец, её голос прорезал воздух, чуть хриплый, но твёрдый:
— Что бы не случилось, всё можно исправить. Ты сильная, чтобы не справиться с чем-либо.
Эти слова казались ей, возможно, даже нелепыми. Кто она такая, чтобы говорить о силах и слабостях? Но в тот момент, когда она произнесла их, что-то в них было правдой. Возможно, правда, скрытая в каждой боли, в каждом падении. В их жизни не было места для слабости. Даже когда сердце сжималось от боли, они оставались сильными.
Рыжая, не выдержав паузы, грубо кинула:
— Что ты можешь знать обо мне? Что ты знаешь о выборе?
Этот вопрос прозвучал как острие ножа, резкое, прямое, словно Джинни пыталась зацепить её, задеть. Элаиза на мгновение почувствовала, как её сердце сжалось. Её взгляд померк, а губы кривой усмешкой скривились в тусклый ответ.
Грустно хмыкнув, она произнесла тихо:
— Что мне знать о выборе? Разве ты думаешь, что мне не знакомо? — Она почувствовала, как слова соскальзывают с её губ, едва слышно, но с тяжёлой искренностью.
Элаиза не ожидала этого. Она не планировала разговор, не искала его, но тишина вокруг них словно требовала слов. Слов, которые она не была готова сказать. Но что-то внутри — может, сама ситуация, может, сжатая в себе фигура Джинни — заставляло её заговорить.
— Ты сильнее, чем думаешь, — снова произнесла она, пытаясь подобрать слова, которые, как ей казалось, могут пробить эту броню, которой Джинни прикрывалась. — Не всё в жизни решается выбором, иногда мы просто должны продолжать двигаться вперёд. Сломанные вещи можно починить, даже если это кажется невозможным.
Рыжая выдохнула, снова обнимая себя руками, взгляд её был направлен в пол, как будто её тяготила мысль о том, что кто-то увидел её такой.
— А если что-то нельзя починить? — её голос прозвучал как тихий вызов, пропитанный усталостью и горечью. — Если всё, что ты делаешь, приводит к тому, что становится только хуже?
Элаиза на мгновение замерла. Её пальцы непроизвольно сжались в кулак, ей казалось, что в этих словах скрыта нечто знакомое. Что-то, что слишком близко отзывалось внутри неё.
— Тогда просто отпусти, — её голос был неожиданно мягким, почти шёпотом. — Сильные тоже падают. Это не делает их слабыми.
Джинни молчала. Может, она приняла эти слова, а может, они отскочили от неё, как капли воды от стекла. Элаиза почувствовала, что время уходить. Она не хотела лезть глубже, в этот мир, в котором, казалось, не было места для неё.
Медленно, не издавая ни звука, Элаиза поднялась со скамьи и направилась к двери. Она оглянулась через плечо, перед тем как уйти. Но Джинни всё ещё сидела, отвернувшись, даже не пытаясь узнать, кто был её собеседником. Она словно предпочла, чтобы этот разговор остался тайной, загадкой, которую она не стремилась разгадать.
Элаиза вышла, оставив за собой тишину и невысказанные слова.
— 𝑬. 𝑹. 𝑨.
#𝑭𝒓𝒊𝒆𝒏𝒅𝒔
#𝑹𝒐𝒍𝒆𝒑𝒍𝒂𝒚
#Ginny
Forwarded from .
Джинни стояла, глаза её наполнились слезами, которые медленно катились по щекам. Её тело тряслось от страха, а сердце тяжело билось в груди. Всё происходящее было за гранью её понимания, и каждый новый приказ Тома только усиливал её панику. Гарри стоял неподвижно, его взгляд был сосредоточен на Томе, но внутри его кипела буря. Он понимал, что каждый его шаг может повлиять на то, что случится дальше. Ее дрожащие пальцы стали расстегивать ремень, а затем пуговицу и ширинку. Джинни повернулась к Тому, её взгляд был полон страха и разочарования, но также в нём была и решимость. В его глазах она увидела не только угрозу, но и свою уязвимость, её сердце сжалось, когда она поняла, что для Тома это не просто игра, а способ получить власть над ними. Том внимательно следил за каждым её движением, его взгляд был сосредоточен и холоден. Рыжеволосая следовала его указаниям, она стала стягивать джинсы Гарри, он же помогал ей с этим.
—Очкастый, а теперь ты раздень её,—на его лице заиграла ухмылка, Реддл прикусил губу в предвкушении.
Гарри сново тяжело вздохнул и ловко стал расстегивать ее джинсы и также легко стянул. Джинни не знала как пробудить хоть какую-то искру человечности в Томе, как заставить его остановиться, но каждое слово было наполнено отчаянием.
—Пожалуйста, Том, может, не надо?—её глаза искали в его взгляде хоть малую долю сомнений, хоть намёк на сострадание, но в его глазах не было сожаления.
—Надо, дорогая. Вы же сами этого хотели. Сколько раз я видел в углах коридоров, как вы зажимались и целовались со слюнями, а теперь ты мне говоришь может не надо?!,—перешел на крик Том.
—Я устроил вам свидание в тайной комнате. Романтический вечер, так насладитесь друг-другом передо мной.
Том замолчал, его глаза не отрывались от Гарри и Джинни. Он стоял в тени, как всегда, скрывая свои чувства за холодным взглядом. Ярость, ревность, боль, взяли вверх.
—Ты не умеешь пользоваться своим членом? Бедная Джинни, как она вообще с тобой время проводит?
Они стояли неподвижно, словно игнорируя его вопрос и присутствие. Не смог дальше это терпеть и взмахнув палочкой, заклятие круциатус захватило в объятия Джинни. Она уже мучалась когда-то, извивалась под Томом, задыхаясь. Девушка ощутила знакомую боль, кости выворачивало, а в легких был настоящий огонь, ее ноги не выдержали и та упала на пол.
Гарри закричал:
—Перестань, Том, я...сделаю, что ты просишь, только пусть она не страдает.
Реддл перестал мучать ее заклятием и сделал шаг назад. Гарри склонился над распростертым телом Джинни, снял с неё нижнее белье и свое тоже. Он раздвинул её ноги и прицелился тупой головкой к её входу. Она была не готова. Когда Поттер толкнулся в неё, вонзая член, Джинни крикнула, её крик раздался эхом по тайной комнате, а по позвоночнику прошлись мурашки. Движения Гарри участились, ему самому было плохо от ощущения того, что он делает больно своей возлюбленной.
—Очкастый, а теперь ты раздень её,—на его лице заиграла ухмылка, Реддл прикусил губу в предвкушении.
Гарри сново тяжело вздохнул и ловко стал расстегивать ее джинсы и также легко стянул. Джинни не знала как пробудить хоть какую-то искру человечности в Томе, как заставить его остановиться, но каждое слово было наполнено отчаянием.
—Пожалуйста, Том, может, не надо?—её глаза искали в его взгляде хоть малую долю сомнений, хоть намёк на сострадание, но в его глазах не было сожаления.
—Надо, дорогая. Вы же сами этого хотели. Сколько раз я видел в углах коридоров, как вы зажимались и целовались со слюнями, а теперь ты мне говоришь может не надо?!,—перешел на крик Том.
—Я устроил вам свидание в тайной комнате. Романтический вечер, так насладитесь друг-другом передо мной.
Том замолчал, его глаза не отрывались от Гарри и Джинни. Он стоял в тени, как всегда, скрывая свои чувства за холодным взглядом. Ярость, ревность, боль, взяли вверх.
—Ты не умеешь пользоваться своим членом? Бедная Джинни, как она вообще с тобой время проводит?
Они стояли неподвижно, словно игнорируя его вопрос и присутствие. Не смог дальше это терпеть и взмахнув палочкой, заклятие круциатус захватило в объятия Джинни. Она уже мучалась когда-то, извивалась под Томом, задыхаясь. Девушка ощутила знакомую боль, кости выворачивало, а в легких был настоящий огонь, ее ноги не выдержали и та упала на пол.
Гарри закричал:
—Перестань, Том, я...сделаю, что ты просишь, только пусть она не страдает.
Реддл перестал мучать ее заклятием и сделал шаг назад. Гарри склонился над распростертым телом Джинни, снял с неё нижнее белье и свое тоже. Он раздвинул её ноги и прицелился тупой головкой к её входу. Она была не готова. Когда Поттер толкнулся в неё, вонзая член, Джинни крикнула, её крик раздался эхом по тайной комнате, а по позвоночнику прошлись мурашки. Движения Гарри участились, ему самому было плохо от ощущения того, что он делает больно своей возлюбленной.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
_____________________________________
День и ночь. Зима и лето. Катарсис и угнетение. Инь и ян. Джинни Уизли и Том Реддл.
Порождением такого баланса стала Дельфини Уизли-Реддл, что увидела мир с 30 апреля на 1 мая — в Вальпургиеву ночь — время, когда врата в потусторонний мир приоткрыты, а ведьм и волшебников пытаются уничтожить слабые руки магглов.
"Когда я увидела её бледное лицо в маленькой колыбели — я убежала. Она была слишком похожа на него. На Тома. Я знала, что часть её свет, но часть её — тьма. И я боялась, что не смогу полюбить Дельфи.
Но я безумно любила её отца. Я уповала им, готова была пасть к его ногам, преклониться пред его тьмой, предать саму себя.
Его не было рядом. Но он всегда во мне. Убегая прочь от детского бледного лица, что так похоже на отцовское, я начинала понимать — если в ребенке есть часть Тома, я не смогу не полюбить его."
— 𝑭𝑹𝑬𝑪𝑲𝑳𝑬
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Forwarded from .
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Forwarded from Diary of hope ll Ginny Weasley x Tom Riddle
Джиневра широко улыбается и говорит, что надо входить в «крипту», что за нею будущее, и кто не успеет сейчас, тот гарантировано останется «за бортом». Она одета в строгий брючный костюм, сидящий с иголочки — каждый эфир новый цвет, — и обязательные туфли на шпильке. С экранов всей страны за ней следят миллионы зрителей. Она знает, что криптовалюта — это мыльный пузырь, но Том приказал ей, и она убедительна. Финансовые спекуляции — это то, что позволяет держать миллионы людей в своих руках. Том обещал, что ещё немного, и они смогут, нагревшись на биржевом падении, зажить безбедно где-то вдалеке от суеты. И никто не сможет их ни в чем обвинить…
…Однажды, он сказал, смеясь, что убьет ее, если она не будет умницей. Джиневра уверена, что он шутил, ведь Том так любит её….
…Но на всякий случай вкладывает в голос всю доступную ей убедительность.
Ginevra Weasley & Tom Riddle | Crime AU
Текст: FieryQueen
Эстетика: pristineparkinson
#feel_the_vibe