Сигмахары....... Don't ask, they're so gorgeous 🤤

#au #art #bsd

🖤Вот горяченького принесла, как и обещала. Совместное купание объединяет.

Пж не занимайтесь сексом в воде, это вредно, неудобно и травматично. Будьте умницами

#art #au #sigmazai

✨Быстрый скетч Чуча
Не спрашивайте почему в таком странном формате, пришлось обрезать. Just don't ask

#au #soukoku #chuuya

Боже как забавно осознавать, что я не особо писатель, не особо художник, не особо косплеер, просто чел на приколе😏
Не рыба, но и не мясо. Хто я блять?? Фитопланктон???

#au #art #хэд #титаник_аu

💌"После поднятия на спасательное судно спустя сутки борозды Северного Ледовитого океана на небольшой шлюпке, забитой такими же промерзшими и испуганными, все что осталось у Чуи — это полное опустошение, то проклятое ожерелье и фамилия самого любимого человека. Перед глазами до сих пор стоял тот образ — холодного, мокрого, с побелевшими губами и навсегда закрытыми очами цвета дорогого бренди. Не таким он хотел запомнить Осаму.

Чуя кутается в вязанный плед, стараясь еще больше абстрагироваться: кто-то плачет, кто-то радуется, что спасен, кто-то все еще верит, что их близкие тоже смогли спастись и сейчас находятся на другом судне. Накахаре жалко их — непринятие смерти, кажется, намного страшнее смерти, ведь проживая беспечную жизнь никогда не задумываешься, что за каких-то пару секунд она может оборваться.

— Сэр, нам нужно внести ваше имя и фамилию в списки, — голос одного из членов экипажа буквально выдергивает Чую из размышлений.

Накахара поднимает аквамариновые глаза на мужчину и тому даже становиться как-то неуютно — он никогда не видел такого взгляда. У пышущего молодостью юноши глаза, будто старика: усталые, перед которыми буквально пронеслась вся жизнь.

— Зачем? — Чуе даже собственный голос кажется чужим, словно на том плоту, замерзая, он действительно умер, а сейчас отвечал кто-то другой за него.

— Чтобы сообщить вашим родным и близким, что вы в безопасности, разумеется. Пропавших без вести среди живых нам не нужно, сэр.

Чуя стоит молча секунд десять, а после вновь таким же осипшим тихим голосом шепчет — Чуя... Дазай Чуя.

Он больше никогда не вернется в прежную жизнь, пусть дорогая матушка думает, что ее сын утонул. А ведь правда, того Чуи больше нет и никогда не будет. Он начнет все заново, неся это бремя за собой, с теплом и сожалением вспоминая свою первую и единственную любовью, чью фамилию он носит сейчас. "