#хэд
Чуя плетет венки для, а после коронует ими Дазая. Тот ворчит и показательно чешет нос, сетуя на аллергию и что Накахара хочет чтоб он умер от неё. Но венок не снимает до конца прогулки. Только когда приходит время прощаться он снимает цветочное украшение и надевает на рыжую макушку, чтобы потом поцеловать в обе вечнушчатые щеки ошарашенного юношу
Чуя плетет венки для, а после коронует ими Дазая. Тот ворчит и показательно чешет нос, сетуя на аллергию и что Накахара хочет чтоб он умер от неё. Но венок не снимает до конца прогулки. Только когда приходит время прощаться он снимает цветочное украшение и надевает на рыжую макушку, чтобы потом поцеловать в обе вечнушчатые щеки ошарашенного юношу
🎄27💘10❤8
#хэд
В дождливую ночь Дазай и Чуя жмутся к друг другу как можно ближе. Рыжий юноша чувствует, как Осаму чуть вздрагивает от новых раскатов грома, прервавших и без того беспокойный сон, а после и просыпается сам, нехотя разлепляя аквамариновые очи. Широкие ладони ложатся на миниатюрные плечи, нежно поглаживая, будто бы это Накахара был напряжен из за внезапных громких звуков. Но Чуя не отталкивает, подобное лишь убаюкивает. Он жмется ближе, давая обхватить себя, как плюшевую игрушку.
-- Прости, что разбудил, спи дальше... -- тихо шепчет Осаму, оставляя чмок на красном ушке. Чуя такой тёплый, такой домашний, единственный кто
дарует покой.
Рыжий лишь шумно выдыхает, утыкаясь носом в грудь мужчины носом.
В дождливую ночь Дазай и Чуя жмутся к друг другу как можно ближе. Рыжий юноша чувствует, как Осаму чуть вздрагивает от новых раскатов грома, прервавших и без того беспокойный сон, а после и просыпается сам, нехотя разлепляя аквамариновые очи. Широкие ладони ложатся на миниатюрные плечи, нежно поглаживая, будто бы это Накахара был напряжен из за внезапных громких звуков. Но Чуя не отталкивает, подобное лишь убаюкивает. Он жмется ближе, давая обхватить себя, как плюшевую игрушку.
-- Прости, что разбудил, спи дальше... -- тихо шепчет Осаму, оставляя чмок на красном ушке. Чуя такой тёплый, такой домашний, единственный кто
дарует покой.
Рыжий лишь шумно выдыхает, утыкаясь носом в грудь мужчины носом.
💋32🎄5💘4❤3🍓2
Сегодня у моей сладульки день рождение. Накидайте ей поздравлений, она такая крутышка. А теперь и взрослая крутышка
https://news.1rj.ru/str/hochuchunalitso
https://news.1rj.ru/str/hochuchunalitso
Telegram
ПЕРЕЕЗД| дазай читер || бататовая корзинка 🧺
амбассадор сигмазаев, добро пожаловать в обитель сигмочки
cr: @gingiberry
Тикток: https://www.tiktok.com/@idkuvio?_t=8mfgKSZgBxn&_r=1
фб: https://ficbook.net/authors/2207263
cr: @gingiberry
Тикток: https://www.tiktok.com/@idkuvio?_t=8mfgKSZgBxn&_r=1
фб: https://ficbook.net/authors/2207263
💘11🥰4🔥2🍌2❤1
Ягодки мои, я беру небольшой рестик: нужно привести голову в порядок и устроить небольшой детокс от соц.сетей, чтобы вернуться к вам с новыми силами. Не разбегайтесь пж, на 200 челиков как и обещала будет вкусняшка, а еще порадую вас новой аушкой, если все пойдет удачно. Берегите себя! Вернусь через недеельку, малышки
❤27💘11💔5💋1
Forwarded from АРХИВ| дазай читер || бататовая корзинка 🧺 (idk вайбер #сигмазаиканон)
#хэд Дазай как отец нашла свой старый хэдик в чате, я считаю это очень милым
Дазай: Что сегодня будем кушать на обед?
Ребенок: Дино-нагетсы!
Дазай: Чуе не понравится, если я буду кормить тебя только дино-нагетсами….
Ребенок:🥺 🥺 🥺
Дазай: ТАААК, я уже достал целую пачку дино-нагетсов для тебя и твоего папки🤗
Дазай: Что сегодня будем кушать на обед?
Ребенок: Дино-нагетсы!
Дазай: Чуе не понравится, если я буду кормить тебя только дино-нагетсами….
Ребенок:
Дазай: ТАААК, я уже достал целую пачку дино-нагетсов для тебя и твоего папки
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🥰25❤6❤🔥2💘2💋1
#хэд #сигскк
Сигма и Чуя постоянно оккупируют не только рубашки Дазая, но и одеяла. Ночью Дазай чувствует, как Сигма медленно, но верно стягивает одеяло, заворачиваясь в него, что даже и тревожить не хочется. Он так мило спит, чмокая губами во сне, пригревшись. Осаму не злится, обнимая Чую, который кажется был совсем не рад пропаже, что аж напряжённо что-то простонал, тыкаясь носом в грудь мужчины.
Следующим вечером было принято решение взять второе одеяло из гостевой, чтобы точно никто не остался в обиде: одно мерзляку Сигме, другое им с Накахарой. И какого же было удивление мужчины, когда посреди ночи и второе одеяло сползает с его тела на этот раз уже в сторону Чуи. И этого засранца тоже будить не хочется, ведь он безумно милый во сне: пушистые реснички подрагивают, пока усыпанный веснушками нос забавно морщится, как у диковенного зверька.
Осаму так и остаётся лёжа с мыслью, что похоже придётся либо раскошелится на третье одеяло, либо довольствоваться пледом.
Сигма и Чуя постоянно оккупируют не только рубашки Дазая, но и одеяла. Ночью Дазай чувствует, как Сигма медленно, но верно стягивает одеяло, заворачиваясь в него, что даже и тревожить не хочется. Он так мило спит, чмокая губами во сне, пригревшись. Осаму не злится, обнимая Чую, который кажется был совсем не рад пропаже, что аж напряжённо что-то простонал, тыкаясь носом в грудь мужчины.
Следующим вечером было принято решение взять второе одеяло из гостевой, чтобы точно никто не остался в обиде: одно мерзляку Сигме, другое им с Накахарой. И какого же было удивление мужчины, когда посреди ночи и второе одеяло сползает с его тела на этот раз уже в сторону Чуи. И этого засранца тоже будить не хочется, ведь он безумно милый во сне: пушистые реснички подрагивают, пока усыпанный веснушками нос забавно морщится, как у диковенного зверька.
Осаму так и остаётся лёжа с мыслью, что похоже придётся либо раскошелится на третье одеяло, либо довольствоваться пледом.
💘35❤5❤🔥3🔥3🥰2
Forwarded from хромичан💚❤️ПЕРЕЕЗД
nc🖤🔞первый раз после разрыва
они с самого начала ужина знают, чем это кончится.
пальцы дазая тонкие, длинные, ловко скользят между ягодиц и обратно внутрь, доводя и изнуряя чую, подготавливая его для себя: до подрагивающих бедер, подающихся навстречу дразнящей невыносимой ласке, цепляющих простынь пальцев, скрывающих пылающее лицо огненных локонов, закушенных и тотчас же раскрытых в невольном хриплом, жалобном стоне губ.
чуя не справляется, или же справляется откровенно плохо. выскуливает чужое имя, прячет взгляд, ни думать, ни говорить не хочет о том, как податливо развел ноги, рыкнул не торопиться и против собственных слов всхлипнул при втором же пальце. дазая так же много, широкого, сильного, обнимающего и жмущего к себе, так и ничтожно мало, что не насытиться после разлуки: и они оба уверены, что после первого раза накахара, ожесточенно впиваясь зубами в шею над бинтами, оседлает бывшего партнера сам, не сдерживая стонов от мокрых пошлых шлепков.
на мягкую просьбу чуя задыхается, выдает признание, краснея до самых корней волос. невысказанное, но повиснувшее в воздухе: что не был ни с кем ни до, ни после. что принадлежит лишь одному.
от одной мысли о головокружительной заполненности, от ощущения твердого, большого (блять, за эти годы дазай пропорционально вырос везде) члена, того как в него толкнутся до конца единым слитным движением и будут втрахивать в кровать, настолько привычно и одновременно уже забыто, что дышать становится тяжело.
чуя доверяется вновь, пока дазай осторожничает, нежничает, выцеловывает подставленную спину, и на накахаровское «нет, идиот, рано еще!» – тяжело выдыхает и наконец позволяет себе толкнуться головкой в подготовленное тело, мокрую тесноту, когда следующие глубокие толчки сопровождает ожидаемое «ладно, черт, пожалуйста, наконец-то».
сейчас нет нужды удерживать чую за руки, тянуть на себя, контролировать его позу; само удовольствие наблюдать за тем как рыжий из последних сил старается держаться на локтях, как разъезжаются острые колени, пока чертова подушка нисколько не облегчает возбуждения и заставляет мучительно тереться текущим болезненно твердым членом о мягкую шелковистую ткань, пачкая ее смазкой.
скучал.
взаимно, как и сам дазай сдавленно выстанывал чужое имя, шепотом, лишь бы не чувствовать себя таким одиноким и пустым, чуя – совершенно точно – так же остервенело вдалбливался в себя пальцами, отчаянно пытаясь получить больше, то, что ему дал бы только его напарник.
и наконец сливается с ним в одно долгожданное целое.
пальцы дазая тонкие, длинные, ловко скользят между ягодиц и обратно внутрь, доводя и изнуряя чую, подготавливая его для себя: до подрагивающих бедер, подающихся навстречу дразнящей невыносимой ласке, цепляющих простынь пальцев, скрывающих пылающее лицо огненных локонов, закушенных и тотчас же раскрытых в невольном хриплом, жалобном стоне губ.
чуя не справляется, или же справляется откровенно плохо. выскуливает чужое имя, прячет взгляд, ни думать, ни говорить не хочет о том, как податливо развел ноги, рыкнул не торопиться и против собственных слов всхлипнул при втором же пальце. дазая так же много, широкого, сильного, обнимающего и жмущего к себе, так и ничтожно мало, что не насытиться после разлуки: и они оба уверены, что после первого раза накахара, ожесточенно впиваясь зубами в шею над бинтами, оседлает бывшего партнера сам, не сдерживая стонов от мокрых пошлых шлепков.
на мягкую просьбу чуя задыхается, выдает признание, краснея до самых корней волос. невысказанное, но повиснувшее в воздухе: что не был ни с кем ни до, ни после. что принадлежит лишь одному.
от одной мысли о головокружительной заполненности, от ощущения твердого, большого (блять, за эти годы дазай пропорционально вырос везде) члена, того как в него толкнутся до конца единым слитным движением и будут втрахивать в кровать, настолько привычно и одновременно уже забыто, что дышать становится тяжело.
чуя доверяется вновь, пока дазай осторожничает, нежничает, выцеловывает подставленную спину, и на накахаровское «нет, идиот, рано еще!» – тяжело выдыхает и наконец позволяет себе толкнуться головкой в подготовленное тело, мокрую тесноту, когда следующие глубокие толчки сопровождает ожидаемое «ладно, черт, пожалуйста, наконец-то».
сейчас нет нужды удерживать чую за руки, тянуть на себя, контролировать его позу; само удовольствие наблюдать за тем как рыжий из последних сил старается держаться на локтях, как разъезжаются острые колени, пока чертова подушка нисколько не облегчает возбуждения и заставляет мучительно тереться текущим болезненно твердым членом о мягкую шелковистую ткань, пачкая ее смазкой.
скучал.
взаимно, как и сам дазай сдавленно выстанывал чужое имя, шепотом, лишь бы не чувствовать себя таким одиноким и пустым, чуя – совершенно точно – так же остервенело вдалбливался в себя пальцами, отчаянно пытаясь получить больше, то, что ему дал бы только его напарник.
и наконец сливается с ним в одно долгожданное целое.
❤20🔥4💘4
МОИ ЗОЛОТЫЕ ВАС УЖЕ 200 Я НЕ ЗАМЕТИЛА БОЖЕ ТТ.ТТ СПАСИБО ВАМ ОГРОМНОЕ, ЛЮБЛЮ ВСЕХ И КАЖДОГО. ВКУСНОЕ БУДЕТ ЧУТЬ ПОЗЖЕ, Я ПРОСТО НЕ ОЖИДАЛА, ЧТО ВЫ ТАКИЕ БЫСТРЫЕ МАЛЫШКИ
❤9❤🔥1💘1
Forwarded from хромичан💚❤️ПЕРЕЕЗД
как же..... чуе нравится ощущение твердости, когда дазай подходит сзади, мягко обнимает его руками за талию, скользит ладонями ниже по бедрам и горячо вжимается, ведет пахом навстречу. чуя чувствует себя опьяненным и желанным, кусает губы и кривит брови, когда его притягивают ближе и удерживают на месте, только от этого дразнящего нахождения рядом.
❤🔥18❤4🔥4
Forwarded from Настя обо всём | VIRRAllll (Virralll)
Внезапно накрыло желание отдохнуть от всего за рисованием акварелью
💋11❤2🔥2💘2❤🔥1