мысленно перелистываю свои призрачные книги - все те, нежнейше хранимые в памяти, физических изданий которых или не существует, или настолько мало, что возможности их обрести практически нет
где-то среди них хранится сборник моих любимых античных трагедий – одно изодранное по примеру актеона тело, и вторая, отошедшая в аид в фиванских пещерах
и где-то там же из праха восставшие и саломея с иллюстрациями бёрдсли, издания которых стремительно ускользают; собранные под одной обложкой златоуст и демиан; не написанное произведение соавторства бредбери и адамса
вестимо, по одной неизвестной возлюбленной книге в год

свет весенних (внезапно чертовски похожих на осень, оттого более терпимых) дней, вернувших закаты в мастерскую

внезапно настигший результат слияния полутора образований был обнаружен утром на почте – редактор одного из иностранных журналов направил предложение о публикации (sic!) древнейших текстов по архитектуре (sic!!), написанных по курсу переводчиков на тему архитектуры же
полагаю, в копилке неправдоподобных фактов моей жизни произошло пополнение

где-то между тайным садом и джармушем на ковенском

в преддверии худшего из дней года развесила на стене звёзды из воздуха и серебряной фольги, насыпала в кружку шапку из звёзд уже сахарных и в беспокойстве жду (в компании английского друга, как повелось много лет назад)

пока мир за окнами превращается в снежный шар, перекатываю в голове идею совершенно непрактичную, сочетающую в себе артбуки, зарисовки и музеи
и определённо набросок её не собирается из всех нетронутых (и не попавших в осколки) архивов

следы зимнего холода

привожу людей в качестве досуга на своё любимое кладбище рассказать о истории развития регулярных захоронений, перемежая с рассуждениями о византийской архитектуре
и, конечно же, сманиваю от свежих захоронений в сторону замшелых склепов