Про "Театральный роман" Романа Габриа в театре Ленсовета.
Иногда вот мне кажется, что я начинаю слишком придираться и капризничать на каждом спектакле, поэтому мне ничего не нравится, и надо как-то потихоньку снижать планку восприятия. А потом я попадаю на что-нибудь вроде "Театрального романа" и думаю – нет, всё правильно. Есть хорошие спектакли, есть не очень, хороших меньше. Этот, как по мне – хороший.
Постановка МАСШТАБНАЯ по многим меркам – по длительности, декорациям, персонажам, сюжетным линиям. Действие самого "Романа" здесь переплетается с "Белой гвардией" и "Днями Турбиных", всё это, естественно, заполировано воландовщиной, и я могла бы побурчать на эту тему (как в экранизации "Роковых яиц" виной всему вопреки изначальному авторскому замыслу о пагубности "красного луча" оказался Воланд с компанией), но оно здесь так точечно и в тему, что даже бурчать не хочется.
Очень красиво выстроенная сценография, в которой реальные локации – комната Максудова, театр, особняк Ивана Васильевича – оказываются более фантасмагоричными, чем приземленные, подробные, почти доскональные декорации разыгрываемого в театре спектакля о судьбе Турбиных. Совершенно завораживающие кадры с красной луной, силуэтами туманом, снегом, хоть на открытки разбирай.
Мне понравился Дель в роли Максудова, очень органично получился человек, который словно всё глубже соскальзывает в пучину непонимания и абсурда, слишком честен сам с собой, чтобы поддаться этому, и слишком устал, чтобы активно этому сопротивляться. Все остальные утягивают его в этот взбаламошно-демонический театральный мир, законы которого будто бы известны всем, кроме него.
Все сцены с Турбиными chef's kiss. Даже когда тебе долго и тяжело – это долго и тяжело Булгакова, это то, что ты испытываешь, читая оригинальный текст. Они кажутся чем-то свинцовым, замёрзшим ледяным настом на Финском заливе, бетонными основаниями мостов по сравнению с дымным, отрывистым, похожим на скомканную бумагу и вырванные из пыльных театральных костюмов перья основным действием. Этот контраст влюбил меня в себя, как и образ чёрного снега – на сцене, над сценой, ядовитый и едкий, проникающий в щели и стены, заметающий канарейку.
И никаких кремовых штор нет и в помине.
Иногда вот мне кажется, что я начинаю слишком придираться и капризничать на каждом спектакле, поэтому мне ничего не нравится, и надо как-то потихоньку снижать планку восприятия. А потом я попадаю на что-нибудь вроде "Театрального романа" и думаю – нет, всё правильно. Есть хорошие спектакли, есть не очень, хороших меньше. Этот, как по мне – хороший.
Постановка МАСШТАБНАЯ по многим меркам – по длительности, декорациям, персонажам, сюжетным линиям. Действие самого "Романа" здесь переплетается с "Белой гвардией" и "Днями Турбиных", всё это, естественно, заполировано воландовщиной, и я могла бы побурчать на эту тему (как в экранизации "Роковых яиц" виной всему вопреки изначальному авторскому замыслу о пагубности "красного луча" оказался Воланд с компанией), но оно здесь так точечно и в тему, что даже бурчать не хочется.
Очень красиво выстроенная сценография, в которой реальные локации – комната Максудова, театр, особняк Ивана Васильевича – оказываются более фантасмагоричными, чем приземленные, подробные, почти доскональные декорации разыгрываемого в театре спектакля о судьбе Турбиных. Совершенно завораживающие кадры с красной луной, силуэтами туманом, снегом, хоть на открытки разбирай.
Мне понравился Дель в роли Максудова, очень органично получился человек, который словно всё глубже соскальзывает в пучину непонимания и абсурда, слишком честен сам с собой, чтобы поддаться этому, и слишком устал, чтобы активно этому сопротивляться. Все остальные утягивают его в этот взбаламошно-демонический театральный мир, законы которого будто бы известны всем, кроме него.
Все сцены с Турбиными chef's kiss. Даже когда тебе долго и тяжело – это долго и тяжело Булгакова, это то, что ты испытываешь, читая оригинальный текст. Они кажутся чем-то свинцовым, замёрзшим ледяным настом на Финском заливе, бетонными основаниями мостов по сравнению с дымным, отрывистым, похожим на скомканную бумагу и вырванные из пыльных театральных костюмов перья основным действием. Этот контраст влюбил меня в себя, как и образ чёрного снега – на сцене, над сценой, ядовитый и едкий, проникающий в щели и стены, заметающий канарейку.
И никаких кремовых штор нет и в помине.
❤10
Forwarded from ТЯТР
В прошлое воскресенье мы отыграли спектакль "Я делаю вид, что всё нормально".
Ещё до спектакля нас глубоко впечатлило, как же всем отзывается эта простая фраза. Нам. Нашим подписчикам и их знакомым и родным. Нашим зрителям - тем, кто пришёл, и тем, кто не смог прийти, но всё равно маякнул тёплым сердцем. Наверное, каждому в той или иной степени, и если не прямо сейчас – то обязательно да, было, помню.
Из двух ярких, лёгких историй и нашего личного отношения и готовности исследовать мы сплели третью – глубокую, в чём-то тяжёлую (даже для нас), в чём-то весёлую, с элементами танцевальной импровизации и философской притчи. На сцене появилась дыра – сначала условная и абсурдная, затем глубокая, бездонная, как котлован Платонова, как колодец, куда мы сами загоняем себя, пытаясь отшлифовать свою личность под общество, близких, возлюбленных, начальников и коллег, друзей и случайных прохожих, всех, всех, всех, наполняющих наш мир. И, встраиваясь между всеми, мы превращаемся в изогнутый пазл, в котором уже почти не узнать своё лицо.
Бывает так, что для того, чтобы наконец встать с колен - надо упасть о землю и разбить лицо.
Бывает так, что, пытаясь подарить сердце, ты отдаёшь в рабство душу.
Бывает так, что ты оставляешь свою квартиру бывшему, потому что ему так удобнее добираться до работы, а бывший приводит в неё новую девушку (бывает, правда бывает).
Бывает так, что ты звонишь сама себе со дна дыры, чтобы подтолкнуть себя – помоги мне выбираться, помоги сама себе, сейчас или уже никогда, потому что лучше не станет.
Бывает так, что ты выбираешься, и момент, когда ты первый раз за долгое время ставишь себя на первое место, ощущается как первый глоток свежего воздуха за многие, многие годы – страшно, дерзко, вдохновляюще.
Мы бесконечно благодарны тем, кто разделил с нами это путешествие. Тем, кто рассказывал, смеялся, переживал, аплодировал. И отдельно – всем тем, кто сказал, что уходят, забирая с собой что-то важное. Нужное. Что-то на подумать о самом себе и о том, что, может быть, мы и сами не знаем, как нам нужен этот маленький шажок к внутренней свободе, скидывающей груз с плеч💧
Ещё до спектакля нас глубоко впечатлило, как же всем отзывается эта простая фраза. Нам. Нашим подписчикам и их знакомым и родным. Нашим зрителям - тем, кто пришёл, и тем, кто не смог прийти, но всё равно маякнул тёплым сердцем. Наверное, каждому в той или иной степени, и если не прямо сейчас – то обязательно да, было, помню.
Из двух ярких, лёгких историй и нашего личного отношения и готовности исследовать мы сплели третью – глубокую, в чём-то тяжёлую (даже для нас), в чём-то весёлую, с элементами танцевальной импровизации и философской притчи. На сцене появилась дыра – сначала условная и абсурдная, затем глубокая, бездонная, как котлован Платонова, как колодец, куда мы сами загоняем себя, пытаясь отшлифовать свою личность под общество, близких, возлюбленных, начальников и коллег, друзей и случайных прохожих, всех, всех, всех, наполняющих наш мир. И, встраиваясь между всеми, мы превращаемся в изогнутый пазл, в котором уже почти не узнать своё лицо.
Бывает так, что для того, чтобы наконец встать с колен - надо упасть о землю и разбить лицо.
Бывает так, что, пытаясь подарить сердце, ты отдаёшь в рабство душу.
Бывает так, что ты оставляешь свою квартиру бывшему, потому что ему так удобнее добираться до работы, а бывший приводит в неё новую девушку (бывает, правда бывает).
Бывает так, что ты звонишь сама себе со дна дыры, чтобы подтолкнуть себя – помоги мне выбираться, помоги сама себе, сейчас или уже никогда, потому что лучше не станет.
Бывает так, что ты выбираешься, и момент, когда ты первый раз за долгое время ставишь себя на первое место, ощущается как первый глоток свежего воздуха за многие, многие годы – страшно, дерзко, вдохновляюще.
Мы бесконечно благодарны тем, кто разделил с нами это путешествие. Тем, кто рассказывал, смеялся, переживал, аплодировал. И отдельно – всем тем, кто сказал, что уходят, забирая с собой что-то важное. Нужное. Что-то на подумать о самом себе и о том, что, может быть, мы и сами не знаем, как нам нужен этот маленький шажок к внутренней свободе, скидывающей груз с плеч
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤14🔥4
Forwarded from Северное техно
Вероятно, самая уединённая библиотека в мире, находится на шельфовом леднике Экстрема в Антарктиде.
Её неподалеку от научной станции Ноймайер III по собственной инициативе поставил немецкий художник Лутц Фрич. Вообще библиотеки есть и на других арктических станциях, но эту специально разместили отдельно, чтобы учёные могли побыть наедине и абстрагироваться от работы.
Внутри есть электричество, отопление, рабочий стол и диванчик, а в коллекции более 700 книг.
Признайтесь, захотелось?
Её неподалеку от научной станции Ноймайер III по собственной инициативе поставил немецкий художник Лутц Фрич. Вообще библиотеки есть и на других арктических станциях, но эту специально разместили отдельно, чтобы учёные могли побыть наедине и абстрагироваться от работы.
Внутри есть электричество, отопление, рабочий стол и диванчик, а в коллекции более 700 книг.
Признайтесь, захотелось?
❤12
История о том, как я для подкаста нашла текст "Руки обезьяны" в оцифровке дореволюционного женского журнала между корсажными выкройкам:
https://news.1rj.ru/str/plaguedictor/122
https://news.1rj.ru/str/plaguedictor/122
Telegram
Чумной диктор
Итак, мы обещали историй, и их есть у нас.
Если помните, несколько недель назад Андрей Попов читал для нас "Руку обезьяны" У.У. Джейкобса, которую чаще переводят, как "Обезьянью лапку". И всё бы ничего, кабы не наши обычные ограничения на текст.
Для того…
Если помните, несколько недель назад Андрей Попов читал для нас "Руку обезьяны" У.У. Джейкобса, которую чаще переводят, как "Обезьянью лапку". И всё бы ничего, кабы не наши обычные ограничения на текст.
Для того…
❤5