— Подбегает такой к кабине и давай кулаками в дверь стучать. Я открываю, спрашиваю: — Ты чего стучишь? Ты больной что ли? Он на меня матом орёт. Я говорю: — ты кто такой вообще, я тебя не знаю. А он всё орёт и все матом. Я ему спокойно говорю: — Я тебя сейчас монтировкой по голове стукну. Он заткнулся, убежал. Потом мне шеф звонит, мол, я представителю заказчика угрожал насилием. А я угрожал разве? Я предупредил.
Толян — водитель крана. Он отказывается поднимать двадцатипятитонным краном тридцатитонный груз. Его заставляют, а он отказывается. Саботирует рабочий процесс.
— Я говорю, давайте позовём специалиста. Если он напишет мне бумагу, что 30 меньше, чем 25, то я пойду работать.
Буровой городок переполнен, поэтому мы живем все скопом у старшего механика Николая Васильича: я, Толян, и еще один молчаливый мужик, который уходит рано утром и приходит поздно вечером. Я, как всегда, жду транспорт и целыми днями сижу дома. Толян саботирует и от скуки делится со мной своими мыслями:
— Вот стоит только одному кавказцу пролезть — всё, труба, будут одни кавказцы. Это у них национальная черта характера такая.
— Почему же, — говорю, — только у них. Мне кажется, все склонны своим помогать. Просто кавказцев легко видно. Если бы, скажем, удмурты все места заняли, то ты бы и не узнал никогда.
— Так что-то удмурты как раз не пролезают, а кавказцы пролезают.
— Ну, Толян, во-первых, откуда ты знаешь, может и пролезают. Я вот наполовину удмурт. И коллега у меня удмурт. Вот мы и пролезли. А во-вторых, на Северном Кавказе есть Институт Нефти и Газа. Куют кадры. Вот тебе и кажется. Это, Толян, стереотипы в тебе говорят. Предубеждения.
— НУ почему предубеждения. Все же знают, что у разных национальностей есть свои черты характера. Вот, евреи например...
— Толян, ну не надо про евреев. Почти во всех странах раньше национальные меньшинства использовались для проведения непопулярных экономических дейстий. Евреи, копты, парсы, армяне, джайны — все меньшинства, про которых говорят, что они хитрые и жадные, когда-то использовались правительствами стран для выкачивания денег из населения. Им запрещали обычные профессии, оставляя так называемые "грязные", и в некоторых странах из предложенного списка нормально зарабатывать можно было только ростовщичеством. А польза от этого была очевидна — во-первых, скажем, евреи забирают деньги у суверена, суверен в случае нужды отбирает деньги у еврея. Деньги в итоге собраны, народ счастлив - еврея ограбили, а еврей, вроде как, остался при своих и продолжает зарабатывать ростовщичеством. В Англии, например, четко формулировали, что "у еврея не может быть ничего своего. Все, что он приобретает он приобретает не для себя, но для короля".
Вдруг входит Николай Васильич. Точнее, не входит, его вносят. Васильич, обычно жовиальный толстячок, сейчас неестественно багров и грустен. Не балагурит, не подъебывает. Ему помогают лечь, он тяжело дышит.
— Мотор... забарахлил. Давление. - Он касается груди. — Нехорошо.
Ему срочно вызывают машину до города. Мы с Толяном помогаем ему собраться и отнести сумки в багажник. Когда Васильич отчаливает, Толян какое-то время напряженно сидит, а потом срывается фуражировать холодильник.
— Знаешь, Денис, — говорит он мне, отхлебывая Васильичевой газировки. — Вот ты мне рассказывал про национальные стереотипы. Ты знаешь, какая у Николая Васильича фамилия?
— Ну, какая? Гоголь?
— Почти. Грицюк. И не Николай он, а Мыкола.
— И к чему ты это?
— Да к тому, что Васильич даже сумки сам собрать не мог, а САЛО из холодильника забрать не забыл.
Толян — водитель крана. Он отказывается поднимать двадцатипятитонным краном тридцатитонный груз. Его заставляют, а он отказывается. Саботирует рабочий процесс.
— Я говорю, давайте позовём специалиста. Если он напишет мне бумагу, что 30 меньше, чем 25, то я пойду работать.
Буровой городок переполнен, поэтому мы живем все скопом у старшего механика Николая Васильича: я, Толян, и еще один молчаливый мужик, который уходит рано утром и приходит поздно вечером. Я, как всегда, жду транспорт и целыми днями сижу дома. Толян саботирует и от скуки делится со мной своими мыслями:
— Вот стоит только одному кавказцу пролезть — всё, труба, будут одни кавказцы. Это у них национальная черта характера такая.
— Почему же, — говорю, — только у них. Мне кажется, все склонны своим помогать. Просто кавказцев легко видно. Если бы, скажем, удмурты все места заняли, то ты бы и не узнал никогда.
— Так что-то удмурты как раз не пролезают, а кавказцы пролезают.
— Ну, Толян, во-первых, откуда ты знаешь, может и пролезают. Я вот наполовину удмурт. И коллега у меня удмурт. Вот мы и пролезли. А во-вторых, на Северном Кавказе есть Институт Нефти и Газа. Куют кадры. Вот тебе и кажется. Это, Толян, стереотипы в тебе говорят. Предубеждения.
— НУ почему предубеждения. Все же знают, что у разных национальностей есть свои черты характера. Вот, евреи например...
— Толян, ну не надо про евреев. Почти во всех странах раньше национальные меньшинства использовались для проведения непопулярных экономических дейстий. Евреи, копты, парсы, армяне, джайны — все меньшинства, про которых говорят, что они хитрые и жадные, когда-то использовались правительствами стран для выкачивания денег из населения. Им запрещали обычные профессии, оставляя так называемые "грязные", и в некоторых странах из предложенного списка нормально зарабатывать можно было только ростовщичеством. А польза от этого была очевидна — во-первых, скажем, евреи забирают деньги у суверена, суверен в случае нужды отбирает деньги у еврея. Деньги в итоге собраны, народ счастлив - еврея ограбили, а еврей, вроде как, остался при своих и продолжает зарабатывать ростовщичеством. В Англии, например, четко формулировали, что "у еврея не может быть ничего своего. Все, что он приобретает он приобретает не для себя, но для короля".
Вдруг входит Николай Васильич. Точнее, не входит, его вносят. Васильич, обычно жовиальный толстячок, сейчас неестественно багров и грустен. Не балагурит, не подъебывает. Ему помогают лечь, он тяжело дышит.
— Мотор... забарахлил. Давление. - Он касается груди. — Нехорошо.
Ему срочно вызывают машину до города. Мы с Толяном помогаем ему собраться и отнести сумки в багажник. Когда Васильич отчаливает, Толян какое-то время напряженно сидит, а потом срывается фуражировать холодильник.
— Знаешь, Денис, — говорит он мне, отхлебывая Васильичевой газировки. — Вот ты мне рассказывал про национальные стереотипы. Ты знаешь, какая у Николая Васильича фамилия?
— Ну, какая? Гоголь?
— Почти. Грицюк. И не Николай он, а Мыкола.
— И к чему ты это?
— Да к тому, что Васильич даже сумки сам собрать не мог, а САЛО из холодильника забрать не забыл.
Л.Поляков "История антисемитизма":
"В Вердене-сюр-Гарон евреи героически защищались, сбрасывая на головы осаждавших бесчисленное количество камней, бревна и даже собственных детей."
ГЕРОИЧЕСКИ СБРАСЫВАЛИ СОБСТВЕННЫХ ДЕТЕЙ НА ГОЛОВЫ ВРАГОВ.
Давайте, расскажите мне про психологические атаки фашистов.
"В Вердене-сюр-Гарон евреи героически защищались, сбрасывая на головы осаждавших бесчисленное количество камней, бревна и даже собственных детей."
ГЕРОИЧЕСКИ СБРАСЫВАЛИ СОБСТВЕННЫХ ДЕТЕЙ НА ГОЛОВЫ ВРАГОВ.
Давайте, расскажите мне про психологические атаки фашистов.
Сегодня в Новом Уренгое на улице 26-го съезда КПСС обнаружен труп мужчины тридцати лет, судя по одежде - приезжего, судя по элегантной обуви - петербуржца, судя по выражению лица - романтика, судя по отсутствию перчаток - умственно неполноценного. Смерть наступила от культурного шока, вызванного сорокаградусным морозом. В его телефоне были обнаружены следы угасающего интеллекта и отсылки к Пелевину. Его последняя запись "Да ладно, я пешочком пройдусь, тут недалеко" позволяет классифицировать случай как самоубийство.
В общем, один чувак рассказал историю. Он как-то пришел домой и обнаружил на столе плюшевого медведя. Жуткого саундтрека не было, но представьте, что он был. Чувак спросил своих друзей, но никто из них не пролил свет на происхождение медведя. Он погуглил, нет ли у какой-нибудь мафии традиции присылать будущей жертве медведей. Не нашел. Ну ок, подумал чувак. Медведь.
НА следующий день чувак пришел домой и обнаружил этого медведя сидящим в кресле за компом с наушниками на плюшевой голове. Тщательно осмотрел все окна, все шкафы, подкроватные пространства, ничего не нашел. Подумал, не обратиться ли в полицию. Перед сном он вспоминал те фильмы из девяностых, где ребенок жалуется взрослым на свою новую игрушку, а те ему не верят, пока ебучая кукла не сбросит им на голову комод.
Окончательно у него сдали нервы, когда медведь встретил его на кровати, с понтом "Я ЗНАЮ ГДЕ ТЫ СПИШШШШШШШЬ".
Чувак перешел к активным действиям. Он привторился, что ушел, а сам остался в засаде на балконе с молотком для мяса. Около 11-ти часов дверь в его квартиру открылась... Чувак выждал десять секунд, чтобы зайти вторженцу в тыл, и покинул убежище, держа молоток на уровне головы FOR THE INSTANT RETALIATION. От входной двери в ванну шла дорожка из лепестков. Чувак понял, что имеет дело с кем-то совсем отъехавшим, а отъехавшие — самые опасные, всем известно. Он остановился у двери в ванную, размышляя, не стоит ли ему вызвать полицию, и тут вдруг дверь открылась. Вообще, этот чувак любил невысоких субтильных девушек. И его судорожный удар ни по кому, слава богу, не попал. Потому что из ванной вышла девица, с которой они около недели назад познакомились в тиндере, провели одну ночь, а после немного переписывались. Оказывается, он ей так понравился в постели, что перед уходом она нашла и стащила копию его ключей, чтобы потом очаровать его милыми и романтичными сюрпризами.
ДО КАКОЙ ВСЕ-ТАКИ СТЕПЕНИ ДЕВУШКИ НЕ УМЕЮТ В КОМПЛИМЕНТЫ.
Если бы она просто написала ему "Ты симпатичный и здорово трахаешься", то этого было бы более чем достаточно. Можно даже разделить эту фразу на две и досказать вторую часть потом, если вы любите эффективное расходование ресурсов.
Мы, мужчины, умеем в комплименты. Я прав, и даже не спорьте. Вот скажите, если один человек питается в изысканных ресторанах, а второй в быдлостоловках — кто будет более привередливым в отношении еды? Когда вы в последний раз слышали, чтобы мужчину оскорбил услышанный комплимент? Если я буду идти по улице, и какая-то девушка крикнет мне: "Эй, классная задница" — я не оскорблюсь. Я буду доволен как слон. Как слон с классной задницей. И буду требовать в магазинах ТОЧНО ТАКИЕ ЖЕ ДЖИНСЫ ВЫ ПОНИМАЕТЕ ТОЧНО ТАКИЕ ЖЕ ОНИ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ИДЕНТИЧНЫ ЗДЕСЬ СЛИШКОМ ХРУПКОЕ РАВНОВЕСИЕ Я НЕ МОГУ РИСКОВАТЬ.
Мужчины en masse умеют делать комплименты. Поэтому женщины стали привередливей. "Как вы не понимаете, что оценка размера моих частей тела - это оскорбительно? Я не кусок мяса в магазине." Ну вот так, очень просто. Вот скажи мне "Ого, вот это огромный хуй!" - и я не оскорблюсь. Со мной такого еще ни разу не было, но я уверен — я смогу это выдержать. Давай, dare, go for it.
В этом основная проблема современной борьбы с сексизмом. Вы не можете одновременно утверждать, что женщины и мужчины равны, и оскорбляться херовым комплиментам. Мы сразу думаем - эээ, здесь какая-то хуйня. Если они такие же люди, как я, почему им не нравится, что я похвалил их сиськи? Тут какой-то подвох, блядь. Ок, я буду относиться к ним как к особенным, пока им не полегчает.
По-моему, это очевидно. Заставьте нас устать от ваших попыток сделать нам приятно, тогда мы поговорим как равные.
НА следующий день чувак пришел домой и обнаружил этого медведя сидящим в кресле за компом с наушниками на плюшевой голове. Тщательно осмотрел все окна, все шкафы, подкроватные пространства, ничего не нашел. Подумал, не обратиться ли в полицию. Перед сном он вспоминал те фильмы из девяностых, где ребенок жалуется взрослым на свою новую игрушку, а те ему не верят, пока ебучая кукла не сбросит им на голову комод.
Окончательно у него сдали нервы, когда медведь встретил его на кровати, с понтом "Я ЗНАЮ ГДЕ ТЫ СПИШШШШШШШЬ".
Чувак перешел к активным действиям. Он привторился, что ушел, а сам остался в засаде на балконе с молотком для мяса. Около 11-ти часов дверь в его квартиру открылась... Чувак выждал десять секунд, чтобы зайти вторженцу в тыл, и покинул убежище, держа молоток на уровне головы FOR THE INSTANT RETALIATION. От входной двери в ванну шла дорожка из лепестков. Чувак понял, что имеет дело с кем-то совсем отъехавшим, а отъехавшие — самые опасные, всем известно. Он остановился у двери в ванную, размышляя, не стоит ли ему вызвать полицию, и тут вдруг дверь открылась. Вообще, этот чувак любил невысоких субтильных девушек. И его судорожный удар ни по кому, слава богу, не попал. Потому что из ванной вышла девица, с которой они около недели назад познакомились в тиндере, провели одну ночь, а после немного переписывались. Оказывается, он ей так понравился в постели, что перед уходом она нашла и стащила копию его ключей, чтобы потом очаровать его милыми и романтичными сюрпризами.
ДО КАКОЙ ВСЕ-ТАКИ СТЕПЕНИ ДЕВУШКИ НЕ УМЕЮТ В КОМПЛИМЕНТЫ.
Если бы она просто написала ему "Ты симпатичный и здорово трахаешься", то этого было бы более чем достаточно. Можно даже разделить эту фразу на две и досказать вторую часть потом, если вы любите эффективное расходование ресурсов.
Мы, мужчины, умеем в комплименты. Я прав, и даже не спорьте. Вот скажите, если один человек питается в изысканных ресторанах, а второй в быдлостоловках — кто будет более привередливым в отношении еды? Когда вы в последний раз слышали, чтобы мужчину оскорбил услышанный комплимент? Если я буду идти по улице, и какая-то девушка крикнет мне: "Эй, классная задница" — я не оскорблюсь. Я буду доволен как слон. Как слон с классной задницей. И буду требовать в магазинах ТОЧНО ТАКИЕ ЖЕ ДЖИНСЫ ВЫ ПОНИМАЕТЕ ТОЧНО ТАКИЕ ЖЕ ОНИ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ИДЕНТИЧНЫ ЗДЕСЬ СЛИШКОМ ХРУПКОЕ РАВНОВЕСИЕ Я НЕ МОГУ РИСКОВАТЬ.
Мужчины en masse умеют делать комплименты. Поэтому женщины стали привередливей. "Как вы не понимаете, что оценка размера моих частей тела - это оскорбительно? Я не кусок мяса в магазине." Ну вот так, очень просто. Вот скажи мне "Ого, вот это огромный хуй!" - и я не оскорблюсь. Со мной такого еще ни разу не было, но я уверен — я смогу это выдержать. Давай, dare, go for it.
В этом основная проблема современной борьбы с сексизмом. Вы не можете одновременно утверждать, что женщины и мужчины равны, и оскорбляться херовым комплиментам. Мы сразу думаем - эээ, здесь какая-то хуйня. Если они такие же люди, как я, почему им не нравится, что я похвалил их сиськи? Тут какой-то подвох, блядь. Ок, я буду относиться к ним как к особенным, пока им не полегчает.
По-моему, это очевидно. Заставьте нас устать от ваших попыток сделать нам приятно, тогда мы поговорим как равные.
В.Е.: — Вот сообщение от слушателя пришло. "Пошлость - это когда Виктор Ерофеев, человеком года выбирал Вову Ходорковского, предпочитая его ученому, лауреату Нобелевской премии Гинзбургу. Ирина, Москва. Зачитать обязательно". Зачитаю и не соглашусь с вами. Во-первых, Ирина, что такая за фамильярность "Вову"? Ну что такое, "Вову"? Мы с ним на брудершафт не пили, давайте обращаться к нему по полному имени - Михаил
Зашел купить альбом для рисования.
- Вам для девочки или для мальчика?
- Мне для мущщины.
- Тогда вот, с машинками.
- Вам для девочки или для мальчика?
- Мне для мущщины.
- Тогда вот, с машинками.
Есть одно забытое развлечение прямо из детства - пинать водосточные трубы.
Работает ранней весной или во время оттепелей. Тогда днем талая вода стекает по трубам, а ближе к вечеру смерзается в длинные ледяные цилиндры.
И если по такой трубе хорошенько пиздануть ногой, то оттуда, как китайский дракон, вылетает ледяная какаха. Уровень счастья - запредельный.
Единственная проблема - взрослые люди почему-то носят какие-то сапожки из замши или полуботиночки из блестящей кожи, короче, не нормальные человеческие пиналы и ходилы, а брендованые чехольчики для ног.
Поэтому развлечение забыто.
Работает ранней весной или во время оттепелей. Тогда днем талая вода стекает по трубам, а ближе к вечеру смерзается в длинные ледяные цилиндры.
И если по такой трубе хорошенько пиздануть ногой, то оттуда, как китайский дракон, вылетает ледяная какаха. Уровень счастья - запредельный.
Единственная проблема - взрослые люди почему-то носят какие-то сапожки из замши или полуботиночки из блестящей кожи, короче, не нормальные человеческие пиналы и ходилы, а брендованые чехольчики для ног.
Поэтому развлечение забыто.