Смотрю вам истории из Лавры нравятся, тогда вот вам еще одна – коротенькая.

После сессии в Лавре внезапно начавшийся дождь загнал меня в магазинчик с церковной утварью и облачениями, в кармане 1500 рублей, поэтому я с блаженным видом зашел «напосмотреть» и собственно дождь переждать.

Прошел иконную лавку, утварь, а дождь все льет как из ведра, зашел в отдел облачений – посмотрел всякие камилавки, скуфеечки, подризники с вышитыми розами по бокам – представил себя в таком, в памяти почему-то сразу всплыла картина «Пегая лошадь» Паулюса Поттера...
Подрясники, рясы – зимние, летние, всяческие ремни и пояса – чего только нет.

В конце стойки прочей одежды висели только недавно привезенные жилетки из тонкой ткани, без всякой подкладки – черные, простые жилетки, такие носят на подрясник сверху.

Я остановился возле них и стал рассматривать – мне бы такая не помешала – подумал я про себя, мой интерес заметила продавщица, она тут же ко мне подбежала, поздоровалась и слету стала хвалить товар:

— Только поступили, очень тоненькие и легкие, обычно они у нас раскупаются моментально, из-за своей дешевизны, всего четыреста семьдесят девять рублей

— Ух ты! – обрадовался я – действительно очень дешево, а будет мой размер?

— Конечно, сейчас все вам подберем.

Я отправился к зеркалу примерочной, а в это время мне уже несли несколько жилеток на выбор, они отличались разным покроем.

Приказчица каждую примерку дополняла обильной похвалой и восторженными замечаниями по типу: «Очень хороши» и «Великолепно»

— Вам так подходит, просто на вас шили, посмотрите как шовчик аккуратно выглядит – идеально по вашей фигуре.

Ну, думаю, раз так, возьму две – билет есть, на электричку хватит, на обеде сэкономлю, зато буду с фигурой и жилетками.

— Беру две, вот, что на мне и первую.

— Я так и предполагала, у нас обычно такие жилетки по нескольку штук и берут, давайте я вам их заверну и проходите к кассе.

Радостный и величавый после комплиментов о фигуре я поплыл к кассе, приказчица сложила аккуратно жилетки в красивый пакет с изображением Лавры и, посчитав что-то на калькуляторе, произнесла:

— С вас восемь тысяч триста пятьдесят восемь рублей.

— То есть как восемь тысяч? Жилетка же стоит четыреста семьдесят девять рублей?

— Че-ты-ре СТО се-мьде-сят де-вять рублей – по слогам проговорила она.

— Вот оно что, у меня столько нет – аккуратно поставив пакет на прилавок я отправился к выходу

— Подождите, может тогда возьмете одну?

— Как-нибудь в следующий раз, благодарю.

Я вышел поспешно из магазина, не обращая уже никакого внимания на дождь, отправился в сторону электрички, с другой стороны пообедать денег теперь хватало, что было весьма кстати, ведь фигуру свою я оставил на прилавке замечательного магазина.

#Лавра

Сегодня на вечернюю службу приехала меня навестить Зоя Дмитриевна – прихожанка с моего прошлого прихода, где мне довелось служить. Приехала не одна, с дочкой, внучкой и даже двумя правнуками. Пока бабушка молилась на службе, правнуки бегали на улице и периодически забегали в церковь обнимать свою прабабушку.

В один такой забег младший правнук перепутал бабушек, обнял совершенно чужую, но визуально похожую старушку, когда понял свою оплошность, очень смутился и даже расстроился, успокоился только после того, как нашел и обнял свою.

После службы Зоя Дмитриевна с детьми дожидалась меня на лавочке возле храма, я еще не успел подойти как старший Артем громко на весь двор сообщил:

— А Лева с чужой бабуськой обнимался!

Младший правнук от этого сильно смутился, надулся и обиделся.

— Лев, не проживай — сказал я — сообщу тебе по секрету, обнимашки – дело хорошее, только чтоб не было неловко, надо предварительно попросить разрешение. Зоя Дмитриевна – обратился я к его прабабушке – вы не будите против, если я вас обниму?

Зоя Дмитриевна была не против, мы радостно обнялись, от чего молодой Лев расплылся в улыбке, и вся обида прошла.

После, уже по дороге домой, я понял, что это замечательный рецепт от всяких обид и прочих нестроений – обнимать бабушек, если есть возможность своих, если нет, можно и чужих, только во втором случае надо обязательно попросить разрешение, чтоб без смущений и неловкостей обошлось.

Моя старенькая реношка совсем раскапризничалась и в итоге сломалась, запчасти на нее оказались дефицитным товаром, благо есть братья белорусы, у них заказал часть железок, детали хоть и б\у., но цена намного приятнее, чем у нас.

Транспортная компания сработала быстро и оперативно, привезли все за три рабочих дня, мне вечером пришла смс и я за сорок минут до закрытия успел попасть в офис.

Девушка быстро принесла посылку, попросила меня оплатить доставку и стала что-то заполнять в компьютере. Я стою жду… проходит десять минут...пятнадцать...двадцать – я все жду и думаю про себя – как же долго надо заполнять, а это она у меня еще и паспорт не спросила (в сообщении значилось: «паспорт обязательно»), еще через какое-то время девушка поднимает на меня глаза и говорит:

– Вы кого-то ждете?

– Эм… Вас, я что уже мог давно уйти?

– Ну да, вот ваша посылка…

Оказывается, она просто стала заниматься своими делами, а я стоял у нее над душой просто так, прямо как человек с известной улицы в произведении Маршака.

Несколько лет назад, еще до всей ковидной истории, мне позвонили с просьбой причастить женщину после операции в палате. При больнице у нас есть дежурный священник и было бы куда проще обратиться к нему, но та женщина знала меня и поэтому просила родственников договориться именно со мной.

Я согласился, они взяли разрешение у врача и сообщили мне его жутко сложную фамилию, которую требовалось назвать на входе в качестве пароля, а еще корпус, номер палаты, и имя больной.

В этот день я только отслужил литургию. После многолюдной исповеди и астраханской жары голова гудела и совершенно от этого не хотела что-либо запоминать, сложная фамилия врача туда попросту не помещалась. Я сделал заметку в телефоне и для верности несколько раз повторил «секретный пароль», после переоделся в сухой подрясник, предыдущий был насквозь мокрый от жары и службы, взял запасные Дары с престола и отправился причащать.

На входе больницы есть специальный щит с картой всех корпусов и отделений, решив сверить навигационные данные, я неожиданно понял, что телефон остался в мокром подряснике.

Пошарив в голове, стало ясно, что фамилия врача запомнилась, а вот с номером корпуса были сомнения. Благо в разговоре по телефону мне примерно указали как отыскать нужное отделение и на карте примерно в этих же координатах был как раз хирургический корпус. Для верности, чтоб не забыть, я решил повторять сложную фамилию про себя. Пока шел до корпуса твердил ее без остановки, от этого вспомнился Корней Иванович с его Айболитом: «И вперёд поскакал Айболит и одно только слово твердит: «Лимпопо, Лимпопо, Лимпопо!»

Внутри корпуса всем, кто хоть как-то на меня обращал внимания, я говорил сложную фамилию, добавляя: «у меня договоренность, иду причащать», так получилось добраться до палат, где меня встретила по всей видимости дежурная медсестра, я опять сообщил ей «сложный пароль» и попросил проводить меня в 8 палату

— Может в восемнадцатую, там у нас как раз новая пациентка, как фамилия больной?

— Не знаю, да и уточнить не могу - забыл телефон, но вы спросите, она меня должна ждать.

Медсестра не стала спрашивать, а попросту проводила меня до нужной палаты, где действительно лежала знакомая мне прихожанка, которая сразу же, увидев меня, радостно проговорила:

— Батюшка, как хорошо, что вы пришли, я вас так ждала.

— Ну вот и славно – ответил я и, обращаясь к медсестре, сообщил, что мы благополучно нашлись.

Все прошло хорошо, причастив прихожанку, я радостный вернулся в храм, в надежде наконец-то пообедать и немного передохнуть.

На забытом телефоне красовалось множество не отвеченных вызовов – нужно перезвонить и отчитаться, что уже причастил и все нормально – однако, к моему огромному удивлению, на том конце провода нервным голосом поинтересовались:

— Батюшка, вы где? Мы вас тут уже полтора часа ждем, а вы еще и трубку не берете…

В итоге оказалось прихожанку то я причастил, но как выяснилось не ту, милые люди согласились еще немного подождать и я, забежав в алтарь обратно за Дарами, снова поскакал в больницу, твердя одно только слово: «Лимпопо, Лимпопо, Лимпопо!».

Чрезвычайно [НЕ]важная новость!

Хочу представить вам начальный вариант чрезвычайно [НЕ]важных стикеров. Сегодня у меня выдался выходной, и я под чутким руководством кошачьего автора - Проскуряковой Софии, сделал несколько стикеров для канала.

Их можно установить по ссылке: https://news.1rj.ru/str/addstickers/ierDavid

Постепенно количество стикеров будет пополняться, ну а пока всего лишь пять штук. Буду рад выслушать ваши идеи и предложения на этот счет.

После службы, когда я давал крест, ко мне в конце всех подошла женщина.

— о. Давид, я хочу с вами посоветоваться, решила разводиться с мужем – уверенно выдала она – мы прожили с ним много лет и за все эти годы я поняла, что он меня никогда не любил: резкий, грубый, надменный, ненависть какая-то в нем… сил моих больше нет.

— Я смотрю вы уже и так все решили и без моего совета, вот только даже уже решенный вопрос стоит начинать с молитвы, оставайтесь на молебен, через пару минут начнем служить, помолимся «о умножении любви и о искоренении ненависти…»

— Это бесполезно, он не исправим – резко оборвала прихожанка.

— Возможно, но хуже ведь уже точно не будет, напишите на листочке имена и положите на стол в центре храма, я сейчас уже буду начинать.

Начали молебен, та женщина меня всё-таки послушала и принесла записку со своим именем и именем своего мужа, мы благополучно отслужили и разошлись по домам.

Через день я снова встречаю эту прихожанку в храме, в этот раз она пришла уже каяться.

— Батюшка, я все поняла, все эти годы я совершенно не любила своего мужа, гордая, вспыльчивая, надменная – и как он столько времени меня терпел… я попросила у него прощение, и мы помирились.

— Ну в таком случае – ответил я – вам опять стоит остаться на молебен, только уже на благодарственный.

Вечера вечером, после службы, добрался домой и, развалившись на кресле в ожидании ужина, решил почитать, что там пишут в телеграмах (нет, нет – все правильно c одной «м» я про telegram приложение), а тут о. Георгий Максимов про какого-то о. Давида пишет – наверно, про африканского – думаю про себя… и дальше очень интересная история, которая у батюшки произошла в студенческие годы.

Вот только в итоге я понимаю, что батюшка упомянул не африканского, а астраханского, то есть меня – хорошо на кресле сидел, так бы убился оземь …

Как батюшка в своем плотном графике находит время читать мои истории – совершенно непонятно, но я несказанно этому рад.

Спасибо отец Георгий, за ваши огромнейшие миссионерские труды, ну и за неожиданное внимание ко мне грешнику.

Милостью Божией, отслужив литургию, звоню маме. После обоюдных поздравлений с праздником она экзаменационным голосом спрашивает:

— А ты знаешь, что он Давид был?

— Да – ответил я скоро – в иночестве Петр стал Давид, а Феврония стала Ефросинией, жили долго и счастливо и умерли в один день и даже в один час.

— Правильно – твердо согласилась мама и после паузы продолжила – нашего дедушку Василия, у которого ежик жил, тоже хоронили вместе с женой.

— Какой дедушка Василий? – удивился я – и что за ежик?

— Василий Емельянович, мой двоюродный дедушка, брат Тихона Емельяновича.

— Мой получается…прадед… двоюродный? – после сложных умозаключений и мысленного представления родового дерева я наконец-то понял про кого идет речь.

— Да, у них жил ежик, на зиму этот ежик прятался за шкаф и там впадал в спячку. Когда мы упрашивали папу нас в очередной раз свозить посмотреть ежика, он говорил, что тот еще из спячки не вышел.

— Очень интересно, а почему их хоронили в один день?

— Елизавета, жена Василия, по болезни попала в больницу и в итоге там и умерла, а на следующее утро умер и сам дедушка Василий – хоронили их вместе, в один день, мне было тогда лет десять, так что это примерно в 60-61 годах, подробности я уже не помню.

Представляете, неожиданно для себя узнал историю своих родных, которая оканчивается былинной формулой счастья, умерли хоть они и не в один день, но похоронены были вместе – Дивны дела Твоя, Господи – вспомнились слова одного известного пророка, которого звали Давидом так же, как и Петра в иночестве...

Дай Бог и нам всем по молитвам святых благоверных князей Петра и Февронии Муромских жить долго и счастливо и если уж не умереть в один день, то хотя бы хоть как-нибудь, но унаследовать Царство Небесное …

С Праздником!

Портрет (рассказ)

Небольшой кабинет епархиального управделами иеродиакона Константина отличался чистотой и порядком. Ближе к окну стоял старый коричневый стул производства ГДР, напротив его такой же массивный письменный стол со вставкой из зеленого сукна и тяжелыми выдвижными ящиками под ключ.

На столе лежали аккуратно сложенные бумаги и архиерейская митра, которую владыка благословил отдать на растяжку – подкладка ее от времени сели и стала жать голову.

В комнате еще располагался шкаф, ростовое зеркало, картотечная тумба для папок и маленький диванчик, на котором сидел и что-то читая иеродиакон.

На стенах как положено в самом центре висел портрет святейшего патриарха, рядом – правящего архиерея и чуть поодаль в массивной гипсовой раме висела картина с изображенным на ней мужчиной в темно зеленом мундире времен русско-турецкой войны, подозрительно похожего на иеродиакона. Отец Константин всем говорил, что это его прямой родственник, Николай Александрович, а картина ничто иное как семейная реликвия.

Сидя на диване, управделами посмотрел на часы, потом закрыл книгу, встал и проговорил себе под нос:

— Ну что, четверть шестого… пора и честь знать.

Рабочий день отца Константина закончился пятнадцать минут назад, он очень не любил задерживаться на работе несмотря на то, что жил на территории епархиального управления. В архиерейском доме на втором этаже ему была выделена небольшая, но уютная комната, со всеми прилегающими удобствами, кроме него в этом крыле здания больше никто не жил.

Собираясь уходить из кабинета и, проводя ревизию взглядом, иеродиакон заметил, что картина его родственника покосилась и великий полководец склонился в сторону святителей, нарушая размеренность и порядок бытия.

Подвязав на поясе подрясник и сняв туфли, о. Константин забрался на стул с целью поправить случившееся безобразие, и в этот момент в дверь постучали.

— Да, кто там? – нервно окликнул он

— Молитвами святых отец… — послышалось из-за двери

Отец иеродиакон поспешно слез со стула, поправился, обулся и с недовольным лицом открыл дверь. За дверью стоял растрепанный и усталый отец Анастасий.

— Здравствуй, дорогой отец Константин, мне надо было бумаги к тебе завезти, да мы по дороге с села сломались, помпа потекла, вот только выбрались, Володя, помощник мой, поехал тосол купить, а я сразу к тебе.

— Отец Анастасий, здравствуйте – холодный голосом проговорил иеродиакон – вы ведь грамотный человек, несмотря что сельский… у меня благословение правящего работать до пяти часов вечера и не более, сегодня я принять вас уже не могу и даже не пытайтесь просить.

— Эвакак… — раздосадовано выдал старый священник, а потом добавил — а ты значит раз меня грамотным ругаешь в академию уже поступил?

— Нет, еще не поступил, думаю пока.

— Я вот недавно читал — отец Анастасий сделал паузу, вспоминая название книги, потом сдался и продолжил — в Риме, в шестом веке, пап выбирали из числа архидиаконов, ты подумай и не затягивай с академией, а то мало как, пригодится неожиданно.

— Очень ценю ваш юмор, дорогой батюшка, но помочь увы сегодня я вам не смогу, всего доброго.

После этих слов отец Константин поклонился, закрыл перед стариком двери и запер на ключ.

— Эх... ничего не поделаешь, завтра так завтра — отец Анастасий неспеша спустился по лестнице и сел перед воротами епархиального управления на лавочку дожидаться своего помощника из магазина.

В это время в закрытом кабинете иеродиакон продолжил негодовать:

— Нет, ну взрослые же все люди – говорил он, нервно вышагивая по комнате — сколько раз можно было просить, чтоб в нерабочее время не приходили, сломался он, а если я сломаюсь… я один на всю епархию, а они ходят когда захотят — взгляд иеродиакона упал на архиерейскую митру и, вспомнив слова отца Анастасия, на лице появилась загадочная улыбка.

— Из числа диаконов значит.


⬇️ Продолжение ниже ⬇️

.
⬆️ Начало выше ⬆️

Он, не торопясь, поднял архиерейский головной убор и, смотря на свое отражение в зеркале, уже собирался его водрузить на голову, как тут неожиданно его семейная реликвия слетела со стены и одним краем рамы бухнулась о шкаф, а другим приземлилась аккурат на голову несостоявшегося папского архидьякона.

Когда звездочки в глазах иссякли, отец Константин аккуратно положил митру на место, потом поднял дорогой портрет родственника и поставил на подоконник. За окном виднелась грустная фигура отца Анастасия, который понурив голову сидел на лавочке.

— Батюшка, вернитесь в кабинет, будьте так любезны — в открытую форточку прокричал управделами.

Он принял старого священника несмотря на нерабочее время. В принесенных бумагах было не все в порядке: заполнены поспешно, невнимательно и с ошибками.

В очередной раз наткнувшись на неверно заполненный бланк, иеродьякон хотел было уже вспылить, но потом, оглянувшись на портрет Николая Александровича, почесав макушку сдержался.

— Не переживайте, отец Анастасий, я все за вас сам переделаю, ступайте с миром, вам еще домой добираться.

Радостный священник неспешно встал, поклонился и пытаясь сказать какую-то приятность, напоследок, решил похвалить портрет:

— А все же хорошо вы получились на этой картине.

У иеродьякона от этих слов сильно заболела голова, он зажмурился и после паузы, согласно опуская голову, ответил:

— Да… получил хорошо… ступайте, дорогой батюшка, рад был вас видеть.

#Отец_Анастасий

Храм апостолов Петра и Павла села Икряное — это первый приход, в котором Господь меня сподобил служить. Настоятель там замечательный батюшка и мой хороший друг отец Вадим Новиков.

Как-то помню пришла женщина в храм и, обращаясь ко мне, всякий раз называла меня «отец Вадим», я ее несколько раз поправлял, но в процессе беседы прихожанка все равно сбивалась и снова меня именовала Вадимом, на очередное мое исправление она наконец-то не выдержала и сказала фразу, ставшую в последствии у нас крылатой:

— А вы специально так одинаково назвались, чтоб людей запутать?

С отцом Вадимом мы дружим уже много лет и часто вспоминаем, что мы назвались так одинаково — специально.

@ierDavid

Сегодня я хочу вспомнить протоиерея Виктора Шопина настоятеля храма вмч. Георгия Победоносца села Капустин Яр.

У отца Виктора на приходе царила безусловная семейная обстановка, и тут я совершенно не пытаюсь использовать избитые фразы, говоря о семейности… Для своих прихожан батюшка был духовным пастырем и любящим дедушкой.

Когда в трапезной женщины начинали спорить друг с другом, заслуженный митрофорный протоиерей начинал их передразнивать, коверкая только что от них услышанные фразы, все это было настолько по-домашнему, что все недовольство тут же проходило и спор прекращался.

Он умел совмещать в своем характере взрослого умудренного годами старца и совершенного по-детски наивного юношу. И самое главное все это не выглядело по театральному наиграно, каждое его действие было естественным и без малейшего актерства.

Я прослужил с о. Виктором совсем недолго, всего лишь около месяца. У меня на то время был праворульный старенький зеленый минивэн, в первый день перед службой батюшка всем объявил:

— Это наш отец Давид, у него есть зеленый автобус, после службы он нас на нем покатает.

Все засмеялись, я тоже воспринял эти слова не иначе как шутку, но по окончанию службы, выйдя на улицу, я увидел дорогого батюшку около моей машины, который стоял с несколькими бабушками, ожидая катания на зеленом автобусе.

Как-то отец Виктор рассказал мне историю, в результате которой у меня поменялось значение одной часто употребляемой избитой фразы.

Я, к сожалению, не могу вспомнить подробности этого повествования, смогу передать только суть, так же я не помню про кого отец Виктор рассказывал, возможно про своего родственника, но может быть я и ошибаюсь.

В истории речь шла о человеке, в свое время пережившим ленинградскую блокаду, как-то будучи в гостях, ему предложили отобедать только что сваренными в большой кастрюле щами, и этот человек отказался, сказав очень интересную фразу:

— Как же я могу кушать эти щи – они же немереные.

Слово «немереные» для человека, который пережил голод, имело совершенно иной смысл, он не мог приступить к еде, если знал, что на него не рассчитывали, на него не измеряли эти щи – они немереные. В результате пережитого голода человек мог позволить себе есть только когда был уверен, что на всех хватит, съесть не свою порцию значило кого-то убить и поэтому слово «немереные» сродни чужие – к ним прикасаться нельзя.

Каждый раз, когда теперь я слышу фразу по типу: «да там рыбы немерено» я понимаю про что пытаются сказать, но сам в таком ключе больше фразу эту не использую.

Отец Виктор мирно почил 10 февраля 2017 года, об этом мне сообщил на тот момент служащий с ним священник отец Альвиан Тхелидзе, я к тому времени уже давно служил в Астрахани, но отец Альвиан в тот вечер видимо обзвонил всех священников когда-то служивших с батюшкой... За отца Виктора я молюсь на каждой службе и панихиде, но не исключаю тот факт, что и он молится о нас.

Без отрыва от производства (рассказ)

Спокойный и размеренный вечер обдавал прохладой. В храме уже закончилась служба и все разошлись. Батюшка, завершив приготовления к литургии, вышел из храма с охапкой ключей, поочередно закрывая массивные тяжелые двери старинного дореволюционного собора.

В этот момент его окликнули:

— Отец Анастасий, добрый вечер.

На крыльце стоял молодой мужчина по виду 35 лет, опрятный и ухоженный, в выглаженном костюме и белоснежной рубашке – сразу было понятно из городских.

Немолодой священник прищурился и, распознав знакомое лицо, расплылся в улыбке и радостно отозвался:

— Эхе - хе, какие люди! Здравствуй Александр, приехал родителей навестить?

— Да батюшка, и еще с вами поговорить, очень нужен ваш совет, у меня неприятное происшествие произошло на работе, без вас, чувствую, не справлюсь.

Священник закончил закрывать храм и, немного хромая, подошел к своему вечернему гостю.

— Болеет кто? – смотря пристально сквозь лохматые седые брови, спросил батюшка.

— Ничего серьезного, просто неприятная история, так-то все нормально, но уж больно тошно чтоль…

— Ну хорошо, что ничего серьезного – выдохнул священник и продолжил – Я чувствую, нам предстоит долгий разговор, давай мы его будем вести без отрыва от производства? А то стемнеет скоро, у меня просфорник отпросился на месяц, к родителям умотал, вот ты в село, а тот в город, да еще и за тридевять земель.

— Так мы что… с вами просфоры будем печь? – удивился мужчина

— Я уже испек все что надо — пробормотал старик — вспомнил молодость… у меня агнечные там подходят, а в предбаннике, как назло, лампочка перегорела, я вчера впотьмах все углы собрал, пока до просфорной добирался… так вот надо взять лестницу, лампочку и поменять.

После этих слов батюшка решительно отправился к сараю, за ним послушно пошел мужчина.
Александр был не чужой в церковной среде, с детства помогал в алтаре, после, когда уехал в город получать высшее образование, исправно посещал службы, много читал святых отцов и знал неплохо Писание.

— Хватай вот тут, а я возьму с другого края – сказал старик, указывая на край довольно большой и весьма увесистой металлической стремянки.

Они вытянули из сарая лестницу, водрузили на плечи и отправились к зданию, где была пекарня.

— Ну так чего у тебя там произошло? – напомнил про разговор батюшка.

Мужчина встрепенулся и стал рассказывать:

— На работе у нас очень хороший и дружный коллектив – потом осекся, как бы сглатывая ком в горле, добавил – Был дружный…

— Поругались? – поинтересовался отец Анастасий.

— Если бы просто поругались – добавил Александр – К нам на работу недавно зашел наш бывший коллега, который перевелся в другой офис, и в приватной беседе среди ребят наговорил всякой ерунды про своего нового начальника, а кто-то из нашего коллектива на него донёс.

— Да, скверное дело, согласен — поддержал батюшка.

— Скверное, но продолжение еще хуже, начальником у него брат моей жены, то есть мой родственник, товарищи подумали, что это я его сдал, в общем оклеветали меня получается, батюшка – грустно добавил Александр.

— Ну а ты чего? — опуская лестницу у порога просфорной, спросил священник.

— А я вот который день как в воду опущенный, решил к родителям приехать и с вами поговорить.

— Слушай – добавил отец – А чего же мы пришли, мы же лампочку забыли в сарае, так, лестница пусть стоит, пошли за лампочкой.

Они поставили лестницу и пошли обратно в сарай, по дороге Александр продолжал:

— Я сразу вспомнил слова святителя Иоанна Златоуста: «Тот, кто слышит о себе ложную клевету, не только не терпит вреда, но еще получит величайшую награду», но они прозвучали у меня в голове что-то не очень убедительно.

— А зря, святитель плохого не скажет, я вот в молодости три года отслужил в городе в храме святителя Божиего, замечательное время, ни на кого не обижался, как на крыльях летал — прокомментировал батюшка.

— Да я бы и не обижался, но товарищи меня знают много лет…
На этих словах они уже вернулись обратно к лестнице и отец Анастасий, вручив лампочку Александру, стал подвязывать подрясник.

⬇️ Продолжение ниже ⬇️

.
⬆️ Начало выше ⬆️

— Так вот, мои товарищи знают меня много лет и могут допустить такое в мой адрес — грустно подытожил городской гость.

— Знаешь, недавно я в епархию ездил, там наш молодой управделами здорово мое самолюбие задел, я сначала даже съязвил, а потом сел на лавочку горевать… пока сидел все на крест свой наперстный смотрел, а Господь как обнимал меня с этого креста — представляешь? … и что ты думаешь, не прошло и четверти часа, как иеродьякон тот наш принял меня как дорогого гостя, а я раньше времени нюни распустил, дурак старый.

— Еще праведный Иоанн Кронштадтский говорил: «Диавол ловко умеет нас обманывать: обижая нас сам, он прикрывается всегда нашим же самолюбием» — не весть с чего добавил Александр, комментируя слова батюшки.

— Истинная правда. Держи стремянку, я полез — после этих слов старик ловко забрался на стремянку и стал откручивать перегоревшую лампочку.

— У меня то в итоге тоже… попросили прощения — сказал Александр, вцепившись одной рукой в лестницу, другая была занята новой лампочкой, которую он держал как факел, подавая священнику.
Батюшка забрал исправную и вернул пыльную колбу перегоревшей.

— В итоге получается это самолюбие мое меня так мучало? — как бы прозревая, обращаясь уже к себе, произнес городской помощник.

Отец Анастасий в это время уже слез со стремянки и, щёлкнув выключателем, осветил мрачное пространство предбанника.

— Ну что, вот и дело сделано — обрадовался старик — осталось только стремянку на место вернуть и можно с твоим вопросом заняться, история неприятная, соглашусь, а вопрос то у тебя в итоге какой?

— Да уже и никакой, спасибо вам батюшка, я без вас бы и не справился сам, несколько дней себя изводил.

— Да за что же мне спасибо, это ты мне помог... хотя знаешь, может у тебя еще какие вопросы есть, мне тут мешок муки надо перенести, да и так дела по хозяйству найдутся, на все вопросы хватит.

#Отец_Анастасий

Зазвонил телефон, номер по коду похож на московский городской:

— Здравствуйте, «...» банк, от вас поступила заявка на смену номера телефона, привязанного к карте, если это вы – скажите: «да», если нет – дождитесь ответа оператора — сообщил мне заранее записанный электронный голос.

Оператора не пришлось долго ждать, практически сразу я услышал вежливый и приятный женский голос:

— Здравствуйте, банк «...», оператор Анна, чем могу вам помочь?

— Анна, на исповедь и как можно скорее!

На том конце милая девушка нецензурно выругалась и повесила трубку…

Случайно получается нашел верный способ как отвадить телефонных мошенников – будьте бдительны, настоящие работники банка не названивают и исповеди (надеюсь) не боятся.

@ierDavid

Собравшись всем табором, сегодня утром мы наконец-то отправились в сторону Москвы с Тихоном и другими детьми. Мою машину так окончательно и не починили, в последний момент потребовался «Шкив коленвала», а ждать уже было нельзя, выручил нас в очередной раз замечательный батюшка, мой хороший друг протоиерей Борис Левкин дал свою семейную машину, благодаря чему мы уже благополучно добрались до первой остановки – родителей моей матушки, у которых мы оставим всех кроме Тихона и утром рано двинемся в Москву.

Очень хочется вас всех поблагодарить и обнять за вашу помощь и молитвенную поддержку – низкий вам поклон!

Для тех кто не понимает про что речь, подробности тут:https://news.1rj.ru/str/ierDavid/88

Вчера, возвращаясь домой, по пути сделали небольшой крюк и заехали в Липецк.

Получилось встретиться с замечательным священником, большим человеком, в прямом и переносном смысле, протоиерем Димитрием Струевым. 

Я имел удовольствие с ним общаться ранее только через интернет, лично никогда не виделись и вот теперь произошла девиртуализация нашего с ним знакомства.

Расчитывал на пятиминутную втречу, просто обнять дорогого батюшку и поехать дальше, но утонул с ним в разговоре минут на сорок.

о. Димитрий литературовед и публицист, одно это уже подробно раскрывает тему нашего разговора. 

Он мне даже прочитал стихотворение своего товарища Андрея Анпилова и подарил диск с его прекрасными произведениями, а вы знаете мое отношение к лирике и талантливому изящному слогу. А еще преподнес дорогую моему сердцу святыньку с Гареджийского монастыря - икону преподобномучеников Давидо-Гареджийских. 

В общем, в суете вынужденного дорожного путешествия Господь наградил меня незабываемой встречей.

Я хочу познакомить вас с историей которую прислал мне как-то о. Димитрий:

"В городе Воронеже жила девочка Наташа. Лет эдак в 15–16 девочка оказалась в секте кришнаитов. Это было около 1990 года, когда в Советский Союз хлынули всякие «проповедники», в том числе и восточных религий, квазирелигий. 

Она попала под обаяние проповедников Общества сознания Кришны. И была не только принята в общину, но и дала обеты, аналогичные монашеским. 

При посвящении ей дали имя: Тулусе Махарани Деви Даси. Подвизалась Тулусе в своём кришнаитстве около 7 лет. 

Однажды она решила поговорить с православными, выяснить, что они про себя думают, почему что-то имеют против тех «людей доброй воли», которые верят не так, как они. И она решила втереться в доверие и попытаться понять православных «изнутри». 

Представители Церкви в глазах обывателей — это кто? Монашество плюс прочее духовенство. Со священником говорить она для себя не считала возможным: у неё с детства сохранилось воспоминание о пьяном священнике, который за отпевание её бабушки требовал больше денег, а потом жадно вгрызался в курицу на поминках. 

При прочих деталях её воспоминаний надо иметь в виду, что любой кришнаит знает: если человек ест мясо, то он с духовностью не может иметь ничего общего. В результате в глазах нашей героини священники — это страшное лицемерие, игра в духовность при её полном отсутствии. Поэтому она не могла поговорить со священником — это было ниже её достоинства. 

Наступило то время, когда в России готовился закон «О свободе совести». И вот «альтернативные» религиозные объединения усмотрели угрозу в Русской Православной Церкви, которую они подозревали в лоббировании этого закона. 

«Альтернативно верующие» стали между собой как-то общаться и обсуждать проблему. В этом обсуждении Тулусе Махарани Деви Даси активно участвовала, со своим ещё достаточно юным пылом она оказалась вовлечена в переживания по поводу этой «угрозы».

Однако Наташа узнала, что монахи не едят мяса. И она решила: почему бы не пообщаться с монахами? Самый популярный для тех мест монастырь — Задонский. Тогда это ещё была единая епархия — Воронежско-Липецкая. 

И вот Наташа, она же Тулусе, поехала в Задонск, примкнула к какой-то экскурсии. Там стали рассказывать о жизни святителя Тихона Задонского. Оказывается, хорошим человеком был святитель Тихон, почти настоящий кришнаит, разве что не знал, что Господа зовут Кришна, хотя и жил по кришнаитским заповедям, подумала она. 

Прониклась она к нему уважением и ничего плохого не увидела в том, чтобы, как все, приложиться к мощам. 

Подошла к раке, которая была открыта, приложилась непосредственно к мощам и почувствовала, как по ней пошла какая-то физически ощутимая волна, чем-то напоминавшая слабый удар тока, только это был не ток. Потом ей очень трудно было описать свои чувства, но, по крайней мере, это было нечто физически ощутимое.

Она отошла от раки с ощущением: что-то неуловимое в ней изменилось. Наташа вдруг испытала иррациональное сомнение в правильности своего духовного выбора: так ли она молится? так ли она живёт? всё ли у неё в порядке в духовной жизни? Она сама не поняла, откуда у неё эти мысли взялись. Девушка развернулась и уехала из Задонска назад, потому что поняла, что не надо никому втираться в доверие и что-то выяснять. Надо сначала с собой разобраться.

И вот она начала молиться: «Господи! Творец! Создатель, Тот, Кто меня создал! Откройся мне! Дай знать, как Тебя правильно зовут. Научи, как Тебе молиться... Дай мне знамение! Дай мне знак!» Проходит неделя, другая. Она пытается медитировать в ашраме, но статуя Кришны не вызывает у неё никаких благоговейных чувств. 

Вроде бы всё родное и знакомое, вокруг друзья по вере, с которыми она столько лет вместе, всё вроде бы своё, но — совершенно неродное, чуждое. Наташа не понимает, что происходит, её пытаются как-то утешать, но ничто не помогает. Откуда-то из детства она вспомнила чьи-то слова о Божией Матери. 

⬇️ Продолжение ниже ⬇️

.
⬆️ Начало выше ⬆️

Удивительно, кришнаитка решила помолиться Богоматери: «Но Ты-то человек, Ты поближе, Ты должна меня услышать и понять... Дай мне знамение!» 

После того, как вечером она перед сном всё это проговорила, она во сне видит икону: стоит перед образом с теми же самыми словами («Божия Матерь, дай мне знамение!»). Она детально запомнила икону, хотя никогда не встречала образ такой иконографии — Богородица с поднятыми руками, какие-то святые по краям, Младенец в круге.

Наташа удивилась, что какая-то странная икона ей пригрезилась. Утром пошла на рынок за продуктами, увидела там людей в монашеской одежде и обратилась к ним: «Вот у меня такие-то и такие проблемы. Может быть, вы мне что-то подскажете...» — «Мы люди духовно неопытные, неграмотные, грешные, но есть в нашей Курской Коренной пустыни старец Иоанн (иеросхимонах Иоанн (Бузов), воспитанник архимандрита Серафима (Тяпочкина)) — приезжай, он тебя вразумит». 

Она это восприняла как указание свыше. Отправилась на вокзал, доехала до Курской Коренной пустыни, вошла в храм и увидела икону — эта была Курская Коренная икона, та самая незнакомая ей ранее икона из сна. Но только во сне не было на этой иконе надписи, а наяву она была большими буквами — «ЗНАМЕНИЕ». 

Отец Иоанн сказал ей: «Ты принесла Богу обет, хотя ты Его и не знала, — не отрекайся от этих обетов. В миру тебе делать нечего. Оставайся в монастыре, где тебя Господь призвал к Православию». 

И вот она не была прихожанкой ни одного дня, она из секты сразу попала в послушницы, через некоторое время её постригли. Сейчас её зовут монахиня А."

автор: прот. Димитрий Струев

Ветер в астраханских просторах не редкость, в городе он не так сильно заметен, а вот в сельской местности постоянно что-то куда-то дует. Кому может нравиться такое, когда неожиданно набегает порыв и бросает горсть песка тебе в лицо, а ведь когда-то ветер для меня был проявлением чуда.

После моего крещения, а крестили меня в подростковом возрасте, я в скором времени стал помогать в алтаре, тогда мы переехали в Волгоградскую область и местность вокруг мне была совершенно не знакома. Однажды я услышал про некий святой источник, который располагался неподалеку, освященный в честь иконы Казанской Божией Матери.

Мне рассказали, что там, давно, еще до революции, было явление Богородицы, но в годы лихолетья его пытались уничтожить, да не смогли, потом место немного облагородили и даже сделали небольшую купальню.

Я загорелся посетить тот источник, он находился примерно в километрах 25–30 от нашего храма, пешком туда не попадешь – долго. Взяв лист бумаги и ручку, я набросал себе карту, всяких там навигаторов, сотовых телефонов и прочей роскоши в те времена не было. Карты получилось две, одна вела по трассе, простая, но с весьма большим крюком лишнего пути, а вторая чуть ли не напрямик по пересеченной местности – через маленькие поселенья, речушки и даже часть лесополосы.

Второй маршрут мне подходил, он был короче и что не маловажно интереснее. У нашего церковного сторожа одолжив велосипед, я ранним летним утром отправился в паломничество не знамо куда.

Первая часть пути прошла хорошо, как заправский пират я следовал по карте и сверял приметные точки, вот – вот у высокой сосны покажется скелет, указывающий на сокровища.

Я проехал поселение, маленькую речушку по мостику, часть лесополосы, где должна была показаться грунтовая дорога, ведущая к источнику, но такой дороги в реальности не оказалось, были только всякие тропинки, бегущие через лес в разные стороны и ничего похожего на дорогу. Проездив всю местность вдоль и поперек и уже изрядно устав, я остановился перевести дыхание. На карту больше не смотрел, ничего похожего в моих каракулях не было, за спиной невысокий лесок, а впереди недавно вспаханное поле, усыпанное большими кусками земли. Оставалась еще вторая карта, где указывалась дорога по трассе, но и трассы в этом ландшафте не наблюдалось — заблудился.

Надо возвращаться домой, примерное направление было понятно, да и в любом случае места не дикие, дорогу домой найти получится, но вот источника мне уже не видать — осознав это, сильно расстроившись в качестве последней надежды решил попросить Пресвятую Богородицу о помощи.

Успев сказать только слова «Мати Божия помоги», как мне в лицо ударил невесть откуда взявшийся ветер, пошуршал по листьям за спиной и пропал, через минуту снова зашумел и за полем почти на горизонте встал пыльный вихрь всего на пару секунд и после все стихло.

Для меня это было указанием пути, примчавшись на это место, я обнаружил дорогу, по которой вскоре выехал прямо к источнику.

Можно подумать, что произошло очередное нелепое совпадение и никакого чуда тут нет, но я все же уверен, что по ходатайству Пресвятой Владычицы Сам Господь мне указал на тот ветер, который у меня дурака в голове. Отправиться не весть куда в неизвестной местности совершенно необдуманное занятие, но Господь в очередной раз покрыл мою глупость Своей безграничной милостью.

Невысокая пожилая женщина в шляпе и в сопровождении молодого, лет 35 мужчины, зашли в храм. Увидев меня, дама в возрасте подошла и официально, стараясь быть вежливой, обратилась:

— Здравствуйте, мне нужно заказать у вас услугу заочного отпевания.

К просьбам в подобном ключе я уже за десять лет службы вроде как привык, но расстраиваться не перестал. Мне кажется, христианин не может относиться к храму как к супермаркету и появляться только в определенные нужные для него дни – такие как крестины ребенка, отпевания и освящения на Пасху всяческих лакомств. Церковная община на подобие большой семьи, объединённая огромной Любовью Христа, где горе и радость делятся на всех и невозможно, чтоб какие-то значимые события прошли вне данного сообщества – вот такие у меня представления о жизни христианской, возможно они старомодные, но я и не претендую на оригинальность…

Поинтересовавшись кому именно требуется данная «услуга», я узнал, что у этой женщины умерла ее сестра Клавдия, а мужчина, что ее сопровождает - сын покойной. Похороны запланированы на завтра, пока покойница еще в морге, но к 12 часам ее привезут ненадолго домой, а потом отправятся на кладбище.

Я не люблю совершать заочные отпевания, это когда священник служит чин в отсутствии покойного, я спокойно служу такого рода требы, когда нет другого выхода, к примеру человека уже давно похоронили, но по какой-то причине чин погребения не служился, в иных же случаях я пытаюсь переубедить людей в пользу отпевания в храме или уж хотя бы на дому.

Вот и в этот раз я попытался донести свои внутренние переживания до пришедших, в конце даже вспомнил где-то прочитанную мною историческую заметку, что ранее, в некоторых областях, преступников, которых считали недостойными заносить в храм, отпевали как раз таки заочно.

— Вы считаете, что ваша покойная родственница недостойна очного отпевания? – не понятно почему вырвалось у меня

После небольшой паузы сын Клавдии решил поставить точку:

— Давайте все же заочно – и небрежно махнул рукой.

Сестра же покойной, по виду как-то засомневалась, я решил в качестве последней попытки дать им подумать, записал свой телефон и вручил им со словами:

— Если вы все же решитесь на очное отпевание, позвоните мне до вечера, завтра после службы помолимся об упокоении вашей сродницы очно, если же нет, отпою ее заочно в храме, приходите к 10 часам.

Они взяли мой номер и ушли. Вечером мне позвонили и сообщили, что согласны на очное отпевание, завтра после службы приедут в храм, чтоб сопроводить меня до места.

Утром за мной приехала знакомая мне дама, в этот раз одна, мы на такси быстро добрались до их частного дома, и я пожалел, что настоял на очном отпевании – среди родных и знакомых Клавдии не было ни одного трезвого человека, сын усопшей еле стоял на ногах и в итоге, не дождавшись окончания чинопоследования, уснул на лавочке во дворе.

Фоном молитвенного пения были нетрезвые стенания по типу «на кого же ты нас оставила», «как рано ты ушла» и «как же смерть меняет людей, в гробу же она на себя совершенно не похожа»

Я закончил отпевание и уехал в храм, вечером, перед службой, мне позвонил мой знакомый, работающий в сфере похорон, и поинтересовался не знаю ли я кто служит в храме на старом кладбище, я ответил утвердительно, что знаю и поинтересовался для чего ему такая информация

— отец Давид, мы не можем до них дозвониться, а у нас тут произошла нехорошая ситуация, если вам не трудно, дайте мне прямой номер священника или поговорите с ними, мы подъедем в этот раз уже точно через минут 40

Последняя фраза меня насторожила, но я согласился помочь. Священник, до которого мне удалось дозвониться, принял новость безрадостно, но согласился подождать, а еще он сказал, что они уже в третий раз откладывают приезд за сегодня.

Я отзвонился похоронному агенту и сообщил, что их будут ждать и поинтересовался как же так вышло, что они несколько раз переносили время

— Понимаете отец Давид, мы приехали за нашей покойницей в морг, а там ее нет, какие-то люди перепутали и забрали вместо своей нашу

— Такое вообще возможно?

⬇️ Продолжение ниже ⬇️