​​Стоит ли вкладываться в акции разработчика Cyberpunk 2077

Самая ожидаемая игра следующего года — Cyberpunk 2077 от польской компании CD Projekt. Финансовые аналитики прогнозируют, что доходы CD Projekt в следующем году взлетят в четыре-пять раз и рекомендуют покупать акции компании. Стоит ли?

Сейчас CD Projekt стоит на бирже $6 млрд. При выручке (по итогам 2018-го) $97 млн и чистой прибыли $28 млн это много. Некоторые называют компанию самым большим пузырем Центральной Европы. Может ли релиз C2077 подтолкнуть котировки вверх?

Witcher 3 продался в количестве 10 млн копий за первый год (2015) и 20+ млн за все время. По итогам 2015-го компания заработала $205 млн.

Cyberpunk 2077 ждут гораздо сильнее:

— Любой из трейлеров C2077 посмотрели в разы больше людей;

— В информационном поле игра воспринимается как главный релиз 2020 года.

Red Dead Redemption 2, сопоставимая по масштабу и уровню ожиданий игра, разошлась за первый год в количестве 25+ млн.

Сможет ли Cyberpunk 2077 в первый год продаться в таком же количестве? Да запросто. А за все время продажи могут достигнуть 50 млн копий.

При продажах 20-25 млн копий в первый год выручка CD Projekt составит в районе полумиллиарда долларов и в 2-3 раза перекроет пиковый для компании 2015 год.

Но пойдут ли акции вверх? Может быть. Вот только ожидания от C2077 могут быть уже заложены в цене, по крайней мере, частично. С момента показа первого трейлера акции CD Projekt выросли в полтора раза, несмотря на отрицательную динамику выручки в последние три года.

А еще есть небольшой риск, что CD Projekt облажается. И высокий риск, что в 2020-м разразится кризис и финансовые рынки покатятся под откос. Авторитетные говорящие головы обещают рецессию так давно, что это рискует стать самосбывающимся пророчеством. Признаки скорого кризиса действительно заметны.

#игры #инвестиции

Как правительство США помогло обвалить биткоин в 2017 году

Чуть больше месяца назад я писал, как Россия могла бы использовать биткоин против США.

А вот свежая новость: на прошлой неделе бывший глава американской Комиссии по торговле товарными фьючерсами (CFTC) Кристофер Джанкарло рассказал, что правительство США приложило руку к обвалу биткоина в конце 2017 года.

Тогда биткоин впервые дорос до $20 000, и американские власти решили вмешаться. CFTC, Комиссия по ценным бумагам и биржам (SEC), Министерство финансов и глава Национального экономического совета Гэри Коэн сошлись на мнении, что надо запустить фьючерсы на биткоин. До того на курс влияли только те, кто покупал или продавал биткоин, а среди них к концу 2017-го преобладали бычьи настроения. С запуском деривативов на рынок смогли выйти те, кто в биткоин не верил и не владел им (институциональные инвесторы). Расчет сработал: BTC провалился до $3200 и по сей день не восстановился до рекордных значений двухлетней давности. В декабре 2017-го курс взлетал почти вертикально, для обвала много не требовалось.

По словам Коэна, власти опасались, что пузырь биткоина вызовет новый финансовый кризис. Но 100% была и другая причина: страх за будущее доллара.

Как тут не вспомнить бесподобную сцену из "Мистера Робота":

https://www.youtube.com/watch?v=gHOAKWzDH-Q

#криптовалюты

Почему "Додо Пицца" может стать одной из крупнейших российских компаний

Через 10—15 лет компания, которую мы сейчас знаем как "Додо Пицца", может стать одним из крупнейших российских конгломератов с присутствием по всему миру и капитализацией десятки миллиардов долларов. Почему я так думаю?

Сегодня Федор Овчинников объявил, что Dodo выходит за пределы пиццы. У компании могут появиться кофейни, суши, гостиницы, химчистки — любой розничный бизнес, который можно развивать по франчайзинговой модели на базе инфраструктуры, выстроенной для пицца-бизнеса (информационная система Dodo IS, обучение, логистика, контроль качества и т.д.). Новые бизнесы будут работать под отдельными брендами; первым побочным проектом станет сеть кебаб-хаусов.

Я давно ожидал, что Dodo пойдет дальше пиццы, но Федор сделал не один, а сразу два шага вперед — за пределы еды. Логика правильная и понятная. Хотя Dodo стремительно растет (сейчас уже 540 пиццерий), компания все еще невелика на фоне "Яндекса" ("Еда") и Mail.ru (DC), не говоря уже о Сбере. Надо быстро расти, иначе сожрут или затопчут.

В то же время Dodo гораздо лучше адаптирована для международной экспансии. Это единственная розничная сеть из России, сумевшая добиться таких успехов за рубежом. Dodo есть в США, Китае, Великобритании, Литве, Эстонии, Румынии, Белоруссии, Казахстане, Киргизии, Узбекистане, Нигерии. На 2020-2021 годы запланированы Германия, Польша, Словакия, Финляндия, Болгария, Венгрия, Чехия и, предполагаю, Латвия и Закавказье. Емкость российского рынка компания исчерпает в ближайшие несколько лет. За рубежом работы хватит еще на десятилетия.

"Яндекс", Mail.ru, Сбер, "Тинькофф" (если пойдет в еду) — крупнейшие угрозы Dodo внутри России либо не работают в дальнем зарубежье, либо работают гораздо менее успешно. У "Яндекса" это главным образом "Такси", у Mail.ru — My.com и игры. Dodo построили машину глобальной экспансии, какой пока нет ни у кого в России.

Самый главный актив Dodo — это сам Федор Овчинников, основатель и генеральный директор. Я обнаружил его блог в районе 2007—2008 года, когда он еще занимался книжным бизнесом, и за несколько лет наблюдений пришел к выводу, что это предприниматель с уникальным сочетанием идеализма и высоких деловых качеств. Мне бы очень хотелось найти других бизнесменов с таким же сочетанием качеств и при возможности инвестировать в их бизнес, но никого сопоставимого в России я пока не нашел (напишите, если знаете).

Падение покупательной способности населения и запрос на более дешевую еду Dodo заметила не сразу, но вовремя спохватилась. Из других недостатков, заметных извне, можно отметить проявления сектантства, использование HR для первичного собеседования в управляющую компанию (чтобы не было мучительно больно, собеседовать сотрудника с самого начала должен будущий руководитель) и появление харизматиков, подвизающихся в жанре "буллшит бинго".

Риски Dodo:

1. Что-то случится с @fedorinsights. Федор важен как стратег, вдохновитель и хранитель принципов. Если он умрет, потеряет интерес или зазвездится, шансы компании попасть в одну лигу со Starbucks и McDonald's снизятся в разы. На долгой дистанции головокружение от успехов более чем реально. Вспомните, каким скромным был Путин в 1999 году.

2. Расфокусировка. При уходе от модели пицца-монолайнера одинаково хорошо управлять множеством брендов на множестве рынков будет непросто.

3. Бюрократизация и потеря мобильности. Любой бизнес-процесс — а их мириады — Dodo стремится оцифровать и подробно описать в инструкциях. Это правильно, но с ростом масштаба адаптироваться под новые вызовы станет труднее — любые реформы будут требовать изменения большого количества правил и кода.

4. Геополитика.

О перспективах: на краудфандинге в 2014-2015 годах акции "Додо" продавались по ~$700. Сейчас на вторичном рынке они идут по $3000-4000.

#инвестиции #будущее

Что важнее — идея или реализация?

Это один из самых частях вопросов в мире бизнеса, и ответ на него обычно дают сходу: конечно, реализация, идеи ничего не стоят.

На самом деле ответ может быть разный — зависит от типа бизнеса и стадии рынка.

В инновационном проекте важнее идея, по крайней мере, в первое время, пока не подтянулись конкуренты. Сильная идея компенсирует слабую реализацию. В истории полно таких примеров, один из самых ярких — PayPal. В первые годы сервис работал криво, но рос бешеными темпами благодаря уникальности услуги и щедрой реферальной программе (вознаграждения рефералам составили $60 млн). За первую половину 2000 года PayPal вырос с нескольких тысяч до нескольких миллионов аккаунтов.

В традиционном бизнесе (пиццерия) на первом плане будет реализация. Но если хочешь в стаю жирных котов, без мощной идеи тоже не обойтись. Ключевая идея «Додо пиццы» — пропустить все бизнес-процессы через облачную IT-систему. Хотя «Додо» щепетильно относится и к реализации, без Dodo IS они вряд ли открыли бы полтысячи пиццерий всего за восемь лет.

Сильная идея нужна и для того, чтобы убедить босса (при наемной работе) или инвестора (в бизнесе) вложиться в проект. Таким людям зачастую продают не настоящую идею, а «тепловую ловушку», в которую им проще поверить. Лишь бы деньги дали, а там прорвемся.

Самое лучшее новое — хорошо забытое старое

Люди открывают для себя здравый смысл:

https://www.inc.com/leigh-buchanan/andreessen-horowitz-ben-horowitz-venture-capital-company-culture.html

Бен Хоровиц, сооснователь одной из топовых венчурных фирм Кремниевой Долины Andreessen Horowitz, рекомендует в своей новой книге What You Do Is Who You Are учиться лидерству у выдающихся людей (Сунь-цзы, Чингисхана), культур прошлого (самураев) и даже у бывших бандитов (Шака Сенгор). Читай: «...а не только у авторов бизнес-макулатуры про атлантов, которые расправили плечи в голубом океане возможностей и освоили семь навыков высокоэффективных людей».

Хоровиц удивляется: «Чингисхан решил проблему инклюзивности лучше, чем любой консультант из Кремниевой долины. И все это забыли? Безумие. Почему люди не изучают опыт человека, который достиг таких сногсшибательных результатов?»

Хотя Хоровиц не сказал ничего нового, пресса бросилась наперебой его цитировать.

Реакция на слова Хоровица подсвечивает глобальную проблему: повсеместное пренебрежение старым знанием в ущерб новому.

Новые идеи, подходы, методики, правила, принципы, не успев появиться, провозглашаются единственно верным, а вся предыдущая история рисуется как тысячелетия мрака и заблуждений.

Это происходит во всех сферах жизни. Вегетарианство, феминизм, Black Lives Matter, эджайл — тренды приходят один за другим, и никогда не испытывают недостатка в верующих, готовых ревностно отстаивать свою новую религию сначала словом, а потом и дубиной.

Восприимчивость к новому — безусловно полезное качество. Уметь разглядеть и взять на вооружение новое раньше других может быть большим преимуществом. Первый внешний (не из числа родственников) инвестор Amazon однажды признался, что сделал состояние благодаря всего лишь двум качествам: толерантности к риску и способности предсказывать будущее чуть лучше большинства.

Но не все новое правильно. Большинство новых идей в любой области оказывается ошибочно.

Проще всего, если идея проверяется математически. С формулами — когда их правильно применяют — спорить трудно.

Если идея проверяется опытным путем, это уже повод быть осторожным. Кто исследовал, как именно, на чьи деньги, где публиковались результаты, кто и как повторял опыт — даже если есть ответы на эти вопросы и они не вызывают подозрений, это еще не стопроцентная гарантия. «Очевидные» вещи, известные десятилетиями, регулярно оказываются ошибочными. Свежий пример: много лет нас убеждали, что избыточное потребление красного мяса опасно, а теперь — упс, мы, может быть, ошибались.

Если даже в естественных науках многое зыбко, то за их пределами начинается терра инкогнита, окутанная плотным туманом войны. И самая надежная проверка здесь — испытание временем.

Если идея существует давно и получила широкое распространение, это хоть и не гарантия, но сильный индикатор в ее пользу.

Особенно это касается взаимодействия с другими людьми. Авторитетный священник или талантливый политик 2000 лет назад разбирались в людях так же хорошо, как если бы жили сейчас. А может быть даже лучше — их головы еще не были замусорены набором нарративов, который прикидывается наукой под названием «психология».

Но и в других областях люди прошлого тоже не были дураками. Это касается в том числе и научных знаний. Евреи эмпирически вывели правила гигиены (кашрут) за два-три тысячелетия до того, как их смогла объяснить наука. А неандертальцы использовали антибиотики за 40 000 лет до Флеминга.

Интересен вопрос: откуда вообще берется убежденность, что новое обязательно лучше старого? Подозреваю, что из-за авторитета науки и веры в линейность прогресса. В начале XX века большевики так убедили сотни миллионов людей в истинности своей идеологии: «Посмотрите, как машины изменили мир за последние сто лет. Это все благодаря науке. Используя научный метод, мы объяснили историю как цепочку исторических формаций и познали ИСТИНУ. А теперь мы переустроим по научным принципам все общество». Идеология не прошла проверку временем, но психологические уязвимости, которые использовали ее проповедники, никуда не исчезли.

Как принципиально решить проблему утечек личных данных и сократить бюрократию в разы

Утечки персональных данных в этом году приобрели рекордный размах. Популярное мнение гласит, что siloviki должны работать более эффективно (продавцов на даркнет-форумах нетрудно прищучить с помощью контрольных закупок), но, по большому счету, проблема глобальна и со временем будет только нарастать. Вся наша жизнь переместилась в интернет, а ключевые документы (паспорта, удостоверения, дипломы) до сих пор на бумаге или, в лучшем случае, в централизованных хранилищах, уязвимых для хакеров и многочисленных инсайдеров. Не защищен никто, даже люди уровня министров и топ-менеджеров корпораций.

Чтобы решить проблему, надо принципиально менять подход — переходить к децентрализованной идентификации (DID). Эта технология не устранит полностью кражу личных данных, но в значительной степени обессмыслит.

В идеальном варианте это выглядит так. У вас есть цифровой профиль, который хранится в блокчейне и контролируется через браузер или приложение. В профиль могут добавляться любые факты о вас: идентификационные данные, акты гражданского состояния, разрешения, имущественные права, пропуска, награды, отзывы. Их подлинность гарантирует криптография. Государство подтвердит, что вас зовут Фома Кинияев 1969 года рождения, у вас есть права категории B и охотничий билет. Институт укажет наличие диплома. Бывший работодатель сообщит период работы и трудовые достижения. Покупатель квартиры отметит, что сделка прошла без сучка и задоринки. С децентрализованной идентификацией исчезнет потребность бегать по ведомствам для сбора бумаг, а продажа машины превратится в минутную процедуру.

Такой профиль можно использовать для авторизации где угодно, подобно тому, как сейчас мы используем аккаунты Google и Vkontakte. Владелец профиля видит, кто запрашивал доступ к данным, а сами данные в некоторых случаях можно даже не передавать. Продавцу в «Красном и белом» необязательно знать о вас ничего, кроме самого факта, что вам больше 18 лет. А банку или криптовалютной бирже в теории (в теории!) достаточно удостовериться, что вы один раз уже прошли верификацию в авторитетной организации, которой все доверяют.

Это в теории — а на практике есть целая кипа рекомендаций FATF, Базельского комитета и стандартов Вольфсбергской группы по обеспечению прозрачности платежей. FATF прямо рекомендует финансовым организациям хранить идентификационные документы и данные о транзакциях в течении как минимум пяти лет. Эти рекомендации находят отражение в национальных законодательствах.

Переход к DID потребует пересмотра многих правил, и ключевой вопрос — как к децентрализованной идентификации отнесутся власти. В докладе EU Blockchain Observatory and Forum, работающей под эгидой Директората Еврокомиссии по сетям связи, контенту и технологиям, озвучивается мысль, что так дальше жить нельзя и пора бы уже двигать к DID. Но это мало что значит. Важно, что скажут президенты и премьеры, когда поймут, что внедрение децентрализации означает частичный подрыв суверенитета. Никакое правительство не любит посягательств на свою власть — это как вставать между водой и бегемотом.

Но, может быть, децентрализованная идентификация придет в нашу жизнь окольным путем. Например, через сферу образования. Многие образовательные учреждения уже выдают цифровые дипломы, но за редкими исключениями (Сингапур) единого стандарта пока нет. Введение стандарта цифровых дипломов сильно упростило бы жизнь и выпускникам, и для работодателям.

Если к образованию добавятся другие сферы деятельности, процесс может пойти по нарастающей и в какой-то момент его будет уже не остановить. Как с YouTube в России, который властям может быть и хотелось бы заблокировать, да поздно уже, слишком массовый сервис.

#будущее #децентрализованная_идентификация

Амерканская пресса пишет, что главой WeWork могут назначить Джона Леджера (слева), нынешнего CEO T-Mobile US. Забавно, что Леджер выглядит как побитая жизнью и постаревшая версия предыдущего гендиректора Адама Ньюмана, которого выпроводили из компании с золотым парашютом в $1,7 млрд, в то время, как у компании не было денег на увольнение тысяч простых сотрудников.

Любопытная деталь. Пока не спала пелена, WeWork постоянно сравнивали с компанией IWG. Та опережает WeWork по всем параметрам: площади офисов, их количеству, странам присутствия, выручке, наличию прибыли. Но только не по капитализации: $47 млрд (до недавнего времени) у WeWork против $3,7 млрд у IWG. Основатель и гендиректор IWG Марк Диксон признался, что они каждый день смотрели на компанию Ньюмана и гадали, что же они упускают.

Магия чисел: в иллюзию WeWork поверили даже люди, досконально знающие этот бизнес.

Почему в кинотеатрах одни сиквелы и фильмы по комиксам

Сиквелы и киноадаптации комиксов практически вытеснили все остальные фильмы из кинотеатров. Появились выражения «усталость от франшиз» и «сиквелизация», а фильмы стали чаще обсуждать не в контексте качества, а в контексте кассовых сборов: хотя бы миллиард есть? что, уже целых два? ну, тогда точно надо смотреть.

Есть бездна причин, почему так сложилась, но самые важные, похоже, связаны с экономикой кинопроката, технологическими сдвигами и, как следствие, изменением поведения зрителей. Мэтью Болл, венчурный капиталист и бывший директор по стратегии Amazon Studios, написал об этом заслуживающую внимания статью. Болл анализирует преимущественно кинопрокат США и Канады, но аналогичные процессы могут быть на других рынках. А то, что касается технологий и зрительских привычек, универсально для всех стран, где население может позволить себе телевизоры и компьютеры. Конкретно в России падают как сборы, так и количество зрителей.

Основные тезисы Болла:

— Посещаемость кинотеатров в США и Канаде падает уже почти 20 лет. В 2019 году на душу населения продается 3,45 билетов. В 2002 году это число составляло 5,2, а среднее значение за последние десятилетия — 4,5. Долгосрочно Болл ожидает снижение ниже уровня 3.

— Исторически самой многочисленной возрастной группой среди зрителей была молодежь. В прошлом подростки и студенты смотрели в среднем 8-10 фильмов в год (после вступления во взрослую жизнь — 3-5), сейчас — 4-5.

— В 2002 году 27% американцев ходили в кинотеатр один раз в месяц или чаще. Сегодня таких всего 10-12%. Сокращение продаж билетов произошло за счет самых заядлых зрителей.

— Рост цен на билеты ни при чем — с 2000 года цена выросла всего на доллар (13%) и с учетом инфляции находится на уровне 1980-х.

— Примерно половина общего падения продаж билетов имела место еще до эпохи SFBIP (Sequels, Franchises, Blockbusters and IP). «Железный человек» и «Темный рыцарь» вышли в 2008-м. Годом позже появился «Аватар», в том же году Disney купила Marvel, а еще через три года — Lucasfilm.

— Почти все падение произошло за счет инди-студий. На топ-25 фильмов продается прежнее количество билетов. «Изменилось меню, но аппетит остался прежним», — отмечает Болл.

— Американские киномейджоры стали выпускать на 20% меньше фильмов, чем в 2000 году, но их совокупная доля на рынке выросла с 69% до 81%.

— В прошлом рекордсменами сборов были фильмы, стоившие в производстве максимум $50 млн (с учетом инфляции). «Лучший стрелок» — $15 млн, «Полицейский из Беверли-Хиллз» — $14 млн, «Один дома» — $18 млн. Сегодня лидеры проката тратят минимум в два раза больше на один только маркетинг. Зачем тратить $50 млн на картину, которая принесет при хорошем раскладе $25 млн, если можно потратить $200 млн на фильм с прибылью $100 млн, а из него потом вырастет франшиза, приносящая сотни миллионов в год на спин-оффах, сиквелах и мерчандайзе?

— Визит в кинотеатр требует усилий. Надо доехать, купить билет за $10, вытерпеть полчаса рекламы, неотлучно провести перед экраном 120-150 мин, а затем добраться домой. Оправдать такие усилия может только ЗРЕЛИЩЕ.

— Почему падает посещаемость кинотеатров? Все просто: за последние 40 лет у зрителей появились дома качественные видео- и аудиосистемы. Плюс видеоигры.

— Кинотеатры не впервые переживают спад посещаемости. До распространения телевизоров жители США посещали кинотеатры 40-70 раз в год — это был единственный способ посмотреть новости на видео. Пик пришелся на Вторую мировую войну.

#кино

Простой способ заработать на фондовом рынке 100-500%

В 2019 году российский фондовый рынок показал лучший результат в мире. Индекс Мосбиржи за четыре года вырос в два раза и перевал за 3000 пунктов.

Эта новость наверняка подстегнет многих вложиться. Но входить на рыночном пике может быть не самой лучшей идеей. Психологически это кажется безопаснее, но за пиками неизбежно следует спад. Есть другой способ — вкладываться в голубые фишки в разгар кризисов.

Спады на фондовом рынке случаются примерно раз в десять лет. В России за последние двенадцать лет шоков было два: вторая половина 2008-го — начало 2009-го и вторая половина 2014-го — начало 2015-го. Первый кризис пришел из Америки, второй был вызван обрушением цены на нефть.

Во время кризиса падает весь рынок. Бумаги второго-третьего эшелона падают сильнее, голубые фишки — слабее, но тоже в разы. Посмотрите на амплитуду колебаний стоимости акций:

«Новороссийский морской торговый порт» (НМПТ):
Ноябрь 2007: 6,3 руб.
Ноябрь 2008: 1,2 руб.
Апрель 2010: 5,6 руб.
Декабрь 2014: 1,16 руб.
Октябрь 2019: 8,2 руб.

«Норникель»:
Октябрь 2007: 7270 руб.
Январь 2009: 1350 руб.
Январь 2011: 7400 руб.
Октябрь 2019: 17 600 руб.

Сбербанк:
Октябрь 2007: 102 руб.
Февраль 2009: 20 руб.
Октябрь 2010: 102 руб.
Декабрь 2014: 55 руб.
Октябрь 2019: 238 руб.

Для непрофессионального инвестора кризисы дают уникальную возможность быстро увеличить капитал в несколько раз. Любой кризис не вечен. Главное — минимизировать риск: брать только лучшие компании, с которыми вряд ли что-то случится.

Например, НМТП — что может угрожать акциям этой компании? Обходные транспортные коридоры, которые строят наши южные соседи с помощью Китая? Снижение роли морского транспорта? Распад России? Присоединение Украины и появление у нас новых портов? Первый риск невелик, а остальные слишком абстрактны.

Самое сложное в этой стратегии — решиться на инвестицию. Во время кризиса из каждого утюга вопят о конце света. Даже от профессионалов фондового рынка звучат советы «выходите в кэш и залезайте под одеялко». А многие люди просто сходят с ума. Осенью 2014 года я наблюдал, как одна девушка-дизайнер вывела на втором мониторе котировки нефти и следила за ними каждые пару минут. Ее работа не имела никакого отношения ни к нефти, ни к финансовым рынкам — просто передоз новостей.

Риски, конечно, есть, вот основные:

1. Ошибочная идентификация природы кризиса. Ни один кризис не похож на предыдущий. В 2008-м с самого начала было ясно, что шок будет резкий, но кратковременный. Американские власти среагировали быстро и решительно; в России аналогично плюс большие резервы; а в Китае рост вообще не останавливался. Но не всякий кризис проходит быстро. В США после Великой Депрессии восстановление заняло десятки лет.

2. Ошибка при выборе ценной бумаги. Даже голубые фишки не дают стопроцентной гарантии. Анализировать перспективы компаний все равно нужно. Акции Газпрома после обрушения в 2008 году так и не вернулся к тем уровням, на которых мерещилась триллионная капитализация.

3. Ошибка при выборе брокера. Во время кризиса брокер может разориться, а вместе с ним пропадут ваши деньги и акции. Страхования брокерских счетов в России пока нет.

4. Недостаток терпения. Фондовый рынок обладает своеобразным «чувством юмора» в духе «вложись на дне и получи второе дно бесплатно». Наблюдать, как вложения уменьшаются в несколько раз, а потом еще несколько раз, психологически тяжело. Можно не выдержать и продать, а потом пожалеть об этом. Поэтому полезно держаться двух правил: вкладывать только те деньги, которые готовы целиком потерять, и принимать решения только на свежую голову — сытым, здоровым и в хорошем настроении.

#инвестиции

Когда не надо слушать Павла Дурова и Питера Тиля

Удачливые либертарианцы в диапазоне от Павла Дурова до Питера Тиля любят давать два совета: не тратьте время на университет и никогда не работайте на корпорации. Для абсолютного большинства людей это плохие рекомендации.

Даже если после вуза или корпорации в голове отложилось мало полезного, то уж, по крайней мере, останется социальный капитал. В больших организациях волей-неволей знакомишься с множеством людей. Дивиденды от этих связей могут идти до конца жизни. Человек-атлант через университетского знакомого привлечет миллиард долларов, а его менее фартовый сокурсник таким же способом найдет работу, когда стукнет 40-50 и для рынка труда он превратится в инородное тело. Дуров и Тиль сами служат тому примером. Оба окончили первоклассные вузы (первый — СПбГУ, второй — Стэнфорд) и завели там полезные связи. Дуров учился в одной группе со своим будущим замом Ильей Перекопским, а Тиль познакомился в Стэнфорде с будущим партнером по PayPal и Palatir Дэвидом Саксом. Про выходцев из корпорации ФСБ и выпускников Лиги Плюща напоминать тем более излишне.

Другой высокоэффективный способ нетворкинга — блогинг и журналистика. Если завести собственный блог, то даже на такой аутичной платформе, как Telegram, придется волей-неволей общаться с владельцами других каналов и рекламодателями, а если работаешь в жанре репортажа или интервью — с героями своих сюжетов. К известному предпринимателю или менеджеру просто так не подберешься, а интервью — естественный повод. За один-два часа интервью и человека узнаешь, и себя покажешь.

В России наглядный пример такого подхода дает Максим Спиридонов @mspiridonov. За более чем десять лет он взял сотни интервью сначала в формате подкастов, а позже на YouTube. И даже сейчас, управляя «Нетологией-групп» с выручкой в районе миллиарда рублей, он продолжает делать интервью, а недавно завел Telegram-канал (рекомендую подписаться).

Было бы интересно услышать конкретные примеры, как такая обширная сеть знакомств помогала ему в жизни и бизнесе. @mspiridonov?

#нетворкинг

Будут ли города будущего менее шумными, чем сейчас

В больших городах от шума не скрыться нигде. В офисе достают коллеги, на улице грохочет транспорт, дома беснуется человек-сосед. В Москве даже в самых крупных парках трудно найти уголки, куда не долетал бы гул мегаполиса. 41% жителей Лондона называет шум одной из главных причин уехать из города.

Станут ли города в перспективе 10-15 лет тише?

— Больше всего шума от автомобилей. Поможет ли переход на электротранспорт? Переход будет небыстрым и географически неравномерным. К концу 2018 года в мире было 5,1 млн электромобилей. По оценке Международного энергетического агентства, к 2030 году в мире будет более 2 млрд автомобилей, из них электромобилей — 130—250 млн. Правда, иногда жизнь опережает прогнозы.

— Электромобили уже сейчас их принудительно оснащают генераторами шума в целях безопасности.

— Беспилотники снизят потребность в личном транспорте. Но парадоксальным образом это может привести к увеличению числа машин на дорогах. Если такси без прокладки между рулем и сиденьем станет быстрее и дешевле, часть населения откажется от метро и автобусов. При полном переходе на беспилотный транспорт дорожные сети смогут пропускать в разы больше машин.

— Прогресс в AI и аккумуляторах двигает вперед не только автомобили, но и воздушный транспорт. Аэротакси и стаи дронов над городами — вопрос не такого уж далекого будущего. Хотя они тише вертолетов, их может быть много, очень много. И от них не отгородиться шумовыми экранами или деревьями. Разве что обязать летать не по кратчайшим маршрутам, а над дорогами. Иначе тишины не будет нигде, даже в парке или загородном доме.

— А ведь будут еще космодромы! Полеты на ракетах за 30 мин в любую точку планеты — настолько соблазнительная перспектива, что все крупнейшие мегаполисы, можно быть уверенным, обзаведутся собственными пусковыми площадками. В Штатах уже открылось десяток космопортов, хотя пуски пока производятся только с трех.

#будущее #технологии

Как сериал «Пространство» помогает Безосу продавать больше обуви

Как утверждает недавнее исследование Nielsen, в 2018 году пользователи переключали внимание в среднем каждые 8 секунд — на 4 секунды быстрее, чем в 2000 году, и на секунду быстрее, чем золотая рыбка.

Nielsen взяли данные из исследования Microsoft двухлетней давности. Те, в свою очередь, ссылались на малопонятную организацию Statistic Brain, а дальше следы теряются. Громкий заголовок свое отработал, ссылками подстраховались, а насколько это правда, дело десятое.

Независимо от правдивости этой статистики, интуитивно чувствуется, что конкуренция за внимание с каждым годом усиливается. Нагляднее свидетельство — нежелание людей платить за контент. В этоху Netflix это звучит контринтутивно, пока не посмотришь на картину в целом:

ТВ и видео через интернет (от Netflix до YouTube): $350 млрд
Игры: $150 млрд
Книги: $120 млрд
Кинопрокат: $40 млрд
Музыка: $19 млрд

Числа вроде внушительные. Но они не такие уж большие, если учесть, что миллиарды людей ежедневно тратят на контент треть и более суток.

Заметно, что на долгой дистанции любой контент дешевеет вплоть до превращения в бесплатное коммодити:

— СМИ при переходе из печатной формы в интернет сильно потеряли в доходах и продолжают терять до сих пор. Многие журналисты уходят в другие отрасли или создают свои миниатюрные медиа в социальных сетях.

— В играх получила распространение модель free-2-play, когда сама игра бесплатна, а деньги берут за внутриигровые товары или дополнительные услуги. Деньги платит небольшой процент игроков.

— Независимые музыкальные сервисы хронически убыточны. Spotify был основан в 2006 году, а о первой прибыли отчитался в 2019-м. SoundCloud остается убыточным.

— Некоторые видеосервисы (Hulu) сознательно подталкивают пользователей переходить на более дешевые тарифы — так они зарабатывают больше, чем на дорогих тарифах без рекламы.

Взлет экосистем от больших технологических конгломератов может ускорить инфляцию контента.

Музыка: для Spotify прибыль критична, а для Amazon, Google (YouTube) или Yandex музыка лишь один из способов привязать пользователей к своей экосистеме.

Видео: Disney и Apple могут позволить себе установить меньшую плату за свои видеосервисы ($5 и $7 соответственно) и покрывать убытки за счет других направлений бизнеса (парки развлечений в случае Disney и продажа техники в случае Apple). А Netflix в убыток работать не может, у них только видео.

Пользу контента для больших экосистем емко сформулировал Джефф Безос три года назад: «Мы монетизируем видео очень необычным путем. Когда мы выигрываем «Золотой глобус», это помогает продавать больше обуви».

#контент #экосистемы

Как избыток свободы разрушает компании (на примере Valve)

Вчера вышел трейлер Half-Life: Alyx:

https://www.youtube.com/watch?v=O2W0N3uKXmo

Последний раз игра во вселенной Half-Life выходила двенадцать лет назад. Ролик Alyx не всем пришелся по вкусу: это VR-игра (их обычно делают на скорую руку) и уж никак не тянет на третью часть. Триквел ждут так давно, что он превратился мем калибра «Кодзима гений».

Компания Valve Software, которая разрабатывает Alyx, когда-то была крупной величиной в игровой индустрии. По инерции она еще сохраняет высокий статус, а ее руководитель Гейб Ньюэлл остается узнаваемой и авторитетной фигурой. Но компания живет прошлым. Она почти перестала выпускать значимые игры (с Alyx пока неясно), а деньги зарабатывает на сервисе цифровой дистрибуции Steam. И, вероятно, главная причина — внутреннее устройство Valve.

По доступной информации, компания Гейба не похожа на традиционную иерархическую структуру. Valve — холакратия. Это когда менеджеров формально нет, сотрудник контролирует себя сам и сам решает, когда приходить на работу, какое рабочее место занять и над каким проектом работать. Проект может инициировать кто угодно, но чтобы выбить для него ресурсы, надо найти единомышленников внутри компании и убедить работать сообща. Решающего голоса в выборе проектов нет у кого, даже у Гейба. Единолично Гейб решает только вопрос об увольнении.

В теории холакратия дает максимум свободы. Это критически важно в такой hit-driven-отрасли, как игровая индустрия. Но на практике интриг и политических игр становится только больше. По отзывам многих сотрудников Valve, атмосфера в компании похожа на перманентный 1917 год. Вместо назначенных менеджеров — самопровозглашенные боссы, которые ожесточенно собачатся за свои проекты и интригуют против соперников. Закрыть проект или уволить могут в один день.

На сайте Glassdoor отзывы один красноречивее другого:

Избегайте команд, которые не имеют поддержки Гейба или кого-то из правления.

Вчерашний продавец из Best Buy без образования может получить власть решать, кого нанимать.

В Valve царит стадная ментальность. Если у вас своя голова на плечах и вы не соглашаетесь с общим мнением, вас не будут слушать.

Valve считает себя прогрессивной и современной компанией, но на деле она очень консервативная и архаичная.

Эта компания словно корабль без двигателя.

Крайне токсичная атмосфера, много политики.

Всему руководству компании давно пора на пенсию.

Крайне рекомендую избегать этой компании — в долгосрочной перспективе ваши здоровье и психика важнее, чем все, что может предложить Valve.

Это место словно школьный двор без присмотра взрослых.

Это настолько токсичное место, что я даже не знаю, что им посоветовать. Начните опять делать игры.

На Glassdoor Valve имеет рейтинг 3,5 из 5, а работу Гейба одобряет лишь 59% проголосовавших. Для сравнения: Electronic Arts — символ корпоративной жадности и цинизма — имеет рейтинг 3,7 из 5, а работу CEO одобряют 82%.

Конечно, на Glassdoor могут врать и преувеличивать. Но когда негативных отзывов так много и они подтверждаются результатом (игр все меньше и игры все более тусклые), это говорит само за себя.

Холакратия в Valve появилась явно не сразу. Концепция холакратии была сформулирована в 2007 году основателем компании Ternary Software Брайном Робертсоном. Внедрение холакратии вряд ли было быстрым процессом. Люди должны были привыкнуть. Недовольные — побунтовать и смириться или покинуть компанию.

Результат: во второй половине 2000-х, на пике формы, Valve выпустила два эпизода Half-Life 2, Garry's Mod, Portal, Team Fortress 2, Left 4 Dead и Left 4 Dead 2. В начале десятых — Portal 2, Counter-Strike: Global Offensive и Dota 2. В следующие шесть лет — The Lab, Artifact, Dota Underlords.

Похоже, избыток свободы так же вреден, как и чрезмерно жесткая иерархичная структура. Надеюсь, я ошибаюсь, и Valve докажет обратное.

#игры

Дополнение к посту про Valve.

В прошлом году один из бывших сотрудников компании разразился серией твитов о внутренней кухне компании. Valve открыто не называется, но явно подразумевается. Твиты очень любопытные и могут быть полезны в том числе сотрудникам традиционных иерархических компаний:

— Чтобы масштабировать самоорганизующуюся компанию, надо органически стимулировать появление в ней новых «баронов». Или нанять опытных разработчиков и с порога наделить их этим статусом. Далее «бароны» сформируют новые группы.

— Если организация пошла по пути найма «баронов», то желательно нанимать известных разработчиков. Внутренние разработчики будут обрадованы перспективой поработать с ними и проигнорируют тот факт, что их обошли повышением.

— У новых сотрудников есть сильный стимул заманить в компанию своих друзей. Для организации это означает ускорение масштабирования, но ведет к образованию многочисленных пересекающихся дружеских клик.

— Самый лучший путь для нового сотрудник без связей — подружиться с «бароном» или его друзьями, какое-то время выполнять для них работу, не привередничая, и как можно быстрее заработать иммунитет перед следующей волной увольнений.

— Новички не должны никому переходить дорогу. Первое время определить степень влияния тех или иных людей внутри компании может быть трудно.

— Роль генерального директора — манипулировать прессой и распространять истории о невероятных деловых качествах новых «баронов». Сотрудники компании отследят все комментарии прессе с помощью Google Alerts.

— Сотрудники должны следить за каждым словом, которое CEO скажет прессе. По его комментариям можно заранее предвидеть, на каком направлении следует сконцентрироваться и тем самым избежать увольнения.

— Прессу можно использовать для наращивания влияния внутри компании. Реакция игроков на те или иные комментарии в СМИ позволяет направить разработку в нужном направлении.

— Если ты рядовой сотрудник и узнал о назначении нового «барона», следует отправиться к нему и предложить свои услуги. Новоявленный «барон» может нуждаться в людях. А для тебя это способ получить повышение. Но следует быть осторожным: в группе «барона» может быть много его друзей. Разозлишь одного — испортишь отношения со всеми.

— Перед очередной волной увольнений следует поговорить с топами других команд и выделить самых нервных. Они обычно знают, что их дни сочтены, становятся очень разговорчивыми и раскрывают много инсайдов.

Откуда может прийти следующий экономический кризис

Есть архетип: победитель дракона сам становится драконом. В экономике он проявляется в том, что у каждого бизнес-цикла есть свои герои, которые проходят путь от обожествления (на пике) до проклятий в свой адрес (во время спада).

Это заметно по экономическим кризисам:

1873 — Паника 1873 и последовавшая затем Долгая депрессия. Причины: обвал акций железнодорожных компаний (перед этим был бум железных дорог) и разорение банков, которые их финансировали.

1893 — Паника 1893 года. Главными героями снова были железнодорожные компании и банки.

1920 — Депрессия в США и ряде европейских стран. Среди причин: сокращение промышленного производства в связи с окончанием Первой мировой войны; возвращение с фронта миллионов солдат; снижение цен на с/х товары в США из-за восстановления сельского хозяйства в Европе; жесткая монетарная политика; снижение инвестиций из-за страха дефляции.

1929 — Великая депрессия. Точных подозреваемых выявить затруднительно — о причинах спорят до сих пор.

1987 — Черный понедельник в США. Точные причины краха неясны. В качестве возможного триггера называют законодательные изменения, которые должны были снизить привлекательность слияний и финансируемых выкупов. На этот попроще более всего преуспел известный финансист 80-х Майкл Милкен. То есть подозреваемыми могут быть инвестбанки.

1998 — Кризис в Росcии. Главными игроками в российской экономике 90-х были банки. Они отхватили самые крупные куски госсобственности во время приватизации и активно играли на рынке ГКО. Крах 1998 года многие из них не пережили.

2000 — Пузырь доткомов.

2007-2008 — Ипотечный кризис в США, переросший в глобальный экономический кризис. Главные антигерои — инвестбанки.

Почему локомотивы экономического роста во время спада часто становятся источником проблем? Они привлекают избыток инвестиций и порождают иррациональный оптимизм, а это готовый рецепт для пузыря. Или становятся настолько большими, что их неприятности автоматически становятся неприятностями для всех остальных.

Более интересный вопрос: где в последние годы был переизбыток инвестиций и безудержный оптимизм? В технологическом секторе. Пиком оптимизма можно считать стомиллиардный фонд SoftBank. В один только WeWork японцы влили около $8 млрд, а это даже не технологическая компания, лишь ее имитация. В последнее время WeWork испытывает большие проблемы; с высокой вероятностью компания разорится или ее капитализация сдуется еще сильнее. Помимо WeWork, черная полоса началась у других единорогов: Lyft, Uber, Peloton, Wag, JUUL.

Техногиганты (Google, Apple, Microsoft) тоже могут быть источником проблем. С выручкой в сотни миллиардов и еще сотнями миллиардов в заначках, они кажутся невероятно устойчивыми. По $100+ млрд накопили Microsoft, Google и Apple, $50 млрд — компания Цукерберга, $40+ млрд — Amazon. Что может пойти не так при таких-то резервах?

Как отмечается в любопытном документе Credit Suisse, эти заначки хранятся не в кэше, а в основном в ценных бумагах. Например, Google по состоянию на 2018 год около половины своих сбережений держал в американских гособлигациях, 20% — в обеспеченных активами и ипотечных бумагах, еще 20% — в корпоративных облигациях и остаток в валютах.

В документе также сообщается, что техногиганты активно вовлечены в финансовый арбитраж. Будучи первоклассными заемщиками, они выпускают облигации под низкий процент, а затем покупают более доходные облигации других корпораций. Значительная часть вложений приходится на бумаги банков с небезупречными кредитными рейтингами.

Как работа стала новой религией

Наткнулся на статью, автор которой идеально ухватил дух времени: работа стала новой религией. Он не первый обращает на это внимание, но сформулировал лучше всех. Хотя автор пишет про Америку, его наблюдения справедливы и для большей части развитых стран, включая Россию (по крайней мере, крупные города).

Содержание вкратце. В 30-50-х годах Кейнс и ряд других экономистов верили, что мир движется в сторону сокращения рабочей недели, и главной проблемой будущего станет избыток свободного времени. С тех времен нагрузка действительно сократилась — в среднем на 200 часов в год. Но верхняя прослойка людей с высшим образованием, особенно мужчины, стали работать больше. В наше время работа стала ассоциироваться не столько с пропитанием, сколько с идентичностью. Это новая религия — работизм.

Последователи работизма верят, что работа лежит в основе их идентичности и составляет смысл жизни. Взлет работизма случился одновременно с угасанием традиционных религий и распространением других религий современности: гламура, движения в защиту меньшинств и др.

Рост занятости высших классов идет вразрез с экономической логикой. Исторически элита всегда работала меньше. Аристократия доиндустриальной Европы тратила почти все свое время на ужины, балы и сплетни. Богатые американцы в начала XX века развлекали себя спортом и каждую неделю ходили в кино.

Переворот произошел относительно недавно. Еще в 1980 году американские мужчины с самым большим доходом работали на несколько часов в неделю меньше, чем мужчины со средними и низкими доходами. Но уже к 2005 году 10% самых богатых женатых мужчин работали дольше всех, а мужчины с высшим образованием сократили время на отдых больше, чем любая другая социальная группа.

Начавшись с богатых мужчин, эпидемия позже распространилась на другие слои населения. Сегодня 95% американских подростков говорят в опросах, что «чрезвычайно важно получат удовольствие от работы / карьеры». Помощь нуждающимся (81%) и брак (47%) в качестве приоритетов называет значительно меньший процент.

Для части людей, продолжает автор, сделать работу смыслом жизни совершенно нормально. Предприниматели, топ-менеджеры, ученые рассматривают работу как увлекательное соревнование. Но распространение работизма на все население ведет к массовому стрессу и неибежному выгоранию.

Все больше работодателей говорит о миссии, ценностях, призвании и ожидают от соискателей религиозного рвения и фанатичной преданности. Для топ-менеджеров это хоть как-то оправдано. Но какой высший смысл может найти в своей работе бухгалтер, менеджер по маркетингу или продавец? И даже высокооплачиваемый разработчик не чувствует отдачи от своей работы, если он всего лишь винтик в большой организации.

Проблема удовлетворенности особенно критична для белых воротничков. Синие воротнички, по крайней мере, производят материальные объекты, которые можно потрогать. Белые воротнички производят отчеты, алгоритмы и рекламные кампании. Чем белее воротничок, тем неосязаемее продукт.

Претендуя на роль новой религии, работизм мало что дает в ответ. Через традиционные религии люди обретают смысл, спокойствие и поддержку общины. Проповедники работизма тоже вещают про общность и высшую цель, но по факту это крысиные бега «элементарных частиц». По опросу Gallup, на который ссылается автор, 87% опрошенных в США не испытывают любви к своей работе. И это число растет с каждым годом.

#работа

Из предпринимателей дух времени (предыдущий пост) лучше всех уловил основатель WeWork Адам Нойман. Работа как культ; коворкинги как место для сбора общины; много бессмысленной трепотни; и, конечно, классика сект: руководителю — все (миллиарды долларов в виде отступных), рядовым последователям — ничего (массовые увольнения).

С лидерами сект Ноймана роднит и фантастическое обаяние:

Миллиардер-девелопер из Бостона Морт Цукерман настолько подпал под обаяние основателя WeWork, что после переговоров с ним заявил одному из коллег, что тот создает «будущее работы». Он также пытался немедленно купить WeWork за $500 млн, однако Нойманн позволил лишь вложить в его проект $2 млн. «Адам был, возможно, лучшим продавцом в истории человечества», — описал этот эффект один из бывших менеджеров WeWork.

Он же вспомнил реплику сооснователя инвестфонда Benchmark Capital Брюса Данливи после совместной экскурсии по головному офису WeWork в компании Нойманна: «Брюс сказал ему: «Ты продаешь не коворкинги. Ты продаешь энергию, такую, с какой я не сталкивался никогда в своей жизни».

Когда наступит сингулярность и конец человечества?

Если почитать Юваля Ноя Харари и Рэя Курцвейла, то может показаться, что до наступления постчеловеческой эры рукой подать. Еще немного и нас ждут фантастические по современным меркам технологии, а самое позднее к середине XXI века на свободу вырвутся Skynet и роботихи с покерфейсом (Ex Machina), мы же превратимся в ископаемое или сами эволюционируем в Джонни Деппа из Transcendence. Один мой знакомый всерьез поверил, что изучать биологию в наше время бессмысленно: все равно скоро всех заменит AI.

Футуристы любят критиковать Мальтуса (британский ученый, который 200 с лишним лет назад прогнозировал перенаселение планеты) за недооценку роли новых технологий в повышении производительности труда и психологические сдвиги в отношении к семье и деторождению. Мальтуса обвиняют в наивной экстраполяции — но сами делают то же самое. Прогнозы футуристов предполагают, что прогресс будет непрерывным, а его скорость — неуклонно возрастать. Но ни то, ни другое не гарантировано.

Читать дальше:
https://zen.yandex.ru/media/id/5dd525e4a0b1b111ab33d151/kogda-nastupit-singuliarnost-i-konec-chelovechestva-5dd53bf1cfa4bb2f43c7dd6b

Что стоит за взлетом больших экосистем

Компании с большими экосистемами расширяются со скоростью лесного пожара. Yandex, Mail.ru, «Сбербанк», «Тинькофф» в России, Apple, Amazon, Google в США, Alibaba и Tencent в Китае стремятся заполнить собой все окружающее пространство. Еда, транспорт, финансы, медицина, шоппинг, услуги для бизнеса. На многих рынках приход этих гигантов предвещает конкурентам неизбежную смерть.

Что стоит за взлетом больших экосистем? Почему в авангарде оказались крупные IT-компании и те, кто стремится в них превратиться («Сбербанк»)?

— На текущем этапе рост производительности в экономике происходит в основном за счет информационных технологий. Было ара-такси, стало Яндекс-такси, а скоро будет Алиса-такси. Лучше всех преимуществами IT могут воспользоваться IT-компании. У них технологии, экспертиза и больше всего топовых специалистов.

— IT-компании много знают о пользователях. В отличие от нищих стартаперов с Kickstarter и Indiegogo, Amazon не надо гадать, чего хочет потребитель. Если Amazon хочет сделать микроволновку или кроссовки под собственным брендом, им достаточно изучить статистику других продавцов в собственном магазине.

— Технологические гиганты многое знают о компаниях, которые пользуются их инфраструктурой. На серверах Amazon обитают многие крупные компании, включая Apple и Netflix. Microsoft переманивает клиентов Amazon в Azure, раздувая паранойю, что Безос втайне анализирует их данные.

— В экосистемах циркулируют сотни миллионов, иногда даже миллиарды пользователей. Перелить пользователей из одного сервиса в другой дешевле, чем приобретать с нуля.

— У техкомпаний есть деньги на экспансию за счет хорошей маржи. Исключением кажется Amazon — мы с молоком матери впитали, что в электронной коммерции маржа низкая, откуда же деньги? Две трети прибыли компания Безоса делает на облачных сервисах Amazon Web Services. А, кроме того, Amazon имеет возможность зарабатывать на отсрочке платежей поставщикам. Walmart расплачивается с поставщиками в среднем через три после поступления денег за товар, а Amazon — через 18 дней.

#экосистемы

В чем заключается миссия бизнеса

После выхода поста про Valve мне написало несколько человек. Общий смысл: какая разница, выпускает ли Valve игры и какого они качества. Главное, что компания зарабатывает деньги, только это имеет значение.

Но только ли прибыль важна? И в чем должна быть миссия бизнеса?

Сразу скажу, я терпеть не могу бизнес-булшит про видение, миссию, ценности, о которых так любят вещать на тренингах и в крупных компаниях. И не потому, что это не нужно — просто в 99 случаях из 100 это лицемерие и фальшивка.

Чтобы разобраться, в чем миссия бизнеса, надо идти от основ. Что такое экономика? Это социальный конструкт, который решает проблемы общества. А бизнес — это отдельная экономическая единица. Значит, миссия бизнеса состоит в служении обществу.

На первый взгляд, звучит донельзя наивно. Что-о? Служение обществу? А как же те циничные хищники, которые выводят активы из банков, сливают отходы в реки и скрытно подключают платные подписки на телефон? Моральный бизнес — это модель, к ней надо стремиться, но она никогда не достигается на 100%. Но если на 80-90%, то уже неплохо.

Мораль не противоречит эффективности. Ее изобрели не люди, это инстинкты, которые достались нам от животных. В известном эксперименте пока обеих обезьян кормят огурцом, они обе спокойны. Но как только одну обезьяну начинают эксклюзивно кормить виноградом, ее соседка приходит в неистовство. Это проявление врожденного чувства справедливости.

Очевидно, что у животных не было философов, которые могли бы придумать пышные теории про нравственный императив. Животная мораль — это просто разумные правила общежития. Мораль проверена эволюционно, а значит эффективна.

Сегодня в мире большую силу имеет идеология «greed is good» (иными словами, прибыль и акционеры превыше всего). В каких-то странах в большей степени, в каких-то в меньшей. В США, Китае, России она сильнее, в Японии и некоторых странах Европы — слабее.

«Greed is good» — цитата хищного финансиста Гордона Гекко из фильма «Уолл-стрит» 1987 года. По мнению многих экономистов, взлет популярности идеологии «greed is good» пришелся как раз на 1980-е. Тогда администрация Рейгана в США шла по пути дерегуляции и резкого снижения максимальной ставки подоходного налога. Снижение было ответом на запрос американской элиты. С 1930-1950-х в элите жил страх перед социальной революцией, но к 1980-м страх рассеялся и возобладало мнение, что делиться больше не нужно. Как результат, с начала 1980-х реальные доходы большей части населения США перестали расти. Зато доходы элиты растут замечательно.

Проблема с «greed is good» в том, что если прибыль и акционеры превыше всего, то позволено все, лишь бы не поймали. Можно гробить природу, застраивать каждый квадратный метр и выпускать колбасу со вкусом картона. Государство может урезонивать самых борзых, но лишь селективно. Некоторые вещи силами государства решить трудно. Как без изменения ценностей бороться с производством примитивных фильмов, которые собирают миллиарды долларов?

К счастью, большинство людей осознанно или бессознательно понимает, что настоящая миссия бизнеса состоит в служении обществу. Это видно по тому, кого из предпринимателей уважают: людей вроде Илона Маска и Генри Форда, а не Бориса Березовского, Мартина Шкрели и семью Сэклер.

Раздражение «greed is good» в последние годы стало чрезвычайно сильным. В России люди наверху предпочитают его пока не замечать. В США элита уже зашевелилась: в августе этого года «большой бедлам» в составе 181 CEO крупных компаний (в том числе Тим Кук и Джефф Безос) подписался под тем, что задачей корпораций должно быть служение не только акционерам, а обществу в целом.

Умные дома создают больше проблем, чем решают

Системы «умный дом» рассматриваются сейчас как неизбежное будущее. Голосовые помощники, замки, камеры, термостаты, чайники, холодильники, стиральные машины, даже матрасы и одеяла — везде прибавляется микросхем и появляется подключение к интернету. Хотя многие вещи от усложнения только проигрывают.

Сигнализации и системы наблюдения — вопросов нет, нужные вещи.

Голосовые помощники-колонки — пока толку мало, но в будущем будут очень полезны.

Замки и термостаты — уже пограничные примеры.

Умные чайники, холодильники и матрасы — попытка усложнить вещи, которые в усложнении не нуждаются.

Да, может быть когда-нибудь в будущем холольник будет заказывать еду сам, а одеяло — собирать телеметрию, отправлять на анализ искусственному интеллекту и от этого будет осязаемый выхлоп, а не просто циферки в приложении. Но пока усложнение таких вещей лишь прибавляет головной боли.

Проблемы две: безопасность и надежность.

Дорогой немецкий холодильник начинает противно пищать, когда выходит из строя температурный датчик. А он, будьте уверены, исправно оказывается неисправным каждые полгода.

Простой механический замок при минимальной профилактике почти никогда не ломается — а электронные замки ломаются регулярно. В прошлом году пользователи Yale в Англии более суток не могли разблокировать замки в своих домах.

Умные термостаты регулярно оказываются жертвами взломщиков или сходят с ума. Пользователи гугловского Nest жалуются, что термостат при сбоях изменяет температуру — неприятно, когда ты в отлучке, и просто опасно, когда дома животное или беспомощный родственник.

Умные звонки содержат недокументированные функции и шантажируют пользователя. Звонок Ring пишет видео, когда засекает движение, но не предупреждает об этом (только мелким текстом в политике конфиденциальности), а за удаление видео требуется дополнительная ежемесячная мзда.

Пока еще выбор остается за пользователем: не хочешь использовать умные вещи — не используй. Но история показывает, что простые и надежные вещи могут полностью вытесняться сложными и ненадежными. Подход «технология ради технологии и против здравого смысла» регулярно побеждает.

#умный_дом