Сегодня 75 лет Юрию Антонову, большому композитору, певцу и прекрасному мелодисту. И я с удовольствием поздравляю юбиляра! А вообще, у меня с творчеством этого человека связаны очень своеобразные воспоминания. Было это в начале восьмидесятых, а играли мы на Турнире четырёх команд в Новосибирске. Вечером третьего дня пребывания, наша компашка, в составе четырёх человек, отправилась в город и мы с режима немного слетели, отведав светлого пива. Тренер нас ждал у входа в гостиницу, дыхнули мы неуверенно, но результативно и поутру нам был обещан «пи.дец».
- У нас же игра вечером, тренер, - пытался возразить Серёжа.
- Игра вечером, а «пи.дец» будет утром, - ответил Евгений Сергеевич.
После подъёма вся команда отправилась на завтрак, а нас отрядили наматывать кросс вокруг отеля. И вот бежим мы, а на стоянке перед гостиницей расположился какой-то коммунистически-агитационный автобус с динамиками на крыше. И оттуда несётся:
В январских снегах
Замерзают рассветы,
На белых дорогах
Колдует пурга.
И видится мне…
А нам видится скорейшее окончание пи.деца и завтрак. Но это ладно. Мотаем мы свои круги, а песня не заканчивается. То есть, мы понимаем, что люди из автобуса крутят её нон-стопом. И вот когда мы слышим: «Бежим с ускорениями по свистку», - из автобуса высовывается какой-то не сильно трезвый лиловый мужик и орёт:
- Хорошо отрабатываете, парни! Откуда приехали?
- Рига… Рига… - отвечаем.
- А, фашисты, б.ядь! - с улыбкой выкрикивает незнакомец.
- Сам ты, б.ядь, фашист! - почти хором отвечаем мы, направляясь к автобусу.
- Работаем, работаем, б.ядь! - останавливает нас тренер. - Не хер на мудаков внимание обращать!
Человек исчезает, а динамики уходят на полную громкость:
Я вспоминаю,
Тебя вспоминаю,
А радость шальная
Взошла, как заря.
Летящей походкой
Ты вышла из мая
И скрылась из глаз
В пелене января.
В общем, песню мы, сами того не желая, выучили наизусть и она у нас ассоциировалась исключительно со словом «пи.дец» и дополнительными нагрузками в наказание. А Юрию Михайловичу, долгих лет и здоровья!
- У нас же игра вечером, тренер, - пытался возразить Серёжа.
- Игра вечером, а «пи.дец» будет утром, - ответил Евгений Сергеевич.
После подъёма вся команда отправилась на завтрак, а нас отрядили наматывать кросс вокруг отеля. И вот бежим мы, а на стоянке перед гостиницей расположился какой-то коммунистически-агитационный автобус с динамиками на крыше. И оттуда несётся:
В январских снегах
Замерзают рассветы,
На белых дорогах
Колдует пурга.
И видится мне…
А нам видится скорейшее окончание пи.деца и завтрак. Но это ладно. Мотаем мы свои круги, а песня не заканчивается. То есть, мы понимаем, что люди из автобуса крутят её нон-стопом. И вот когда мы слышим: «Бежим с ускорениями по свистку», - из автобуса высовывается какой-то не сильно трезвый лиловый мужик и орёт:
- Хорошо отрабатываете, парни! Откуда приехали?
- Рига… Рига… - отвечаем.
- А, фашисты, б.ядь! - с улыбкой выкрикивает незнакомец.
- Сам ты, б.ядь, фашист! - почти хором отвечаем мы, направляясь к автобусу.
- Работаем, работаем, б.ядь! - останавливает нас тренер. - Не хер на мудаков внимание обращать!
Человек исчезает, а динамики уходят на полную громкость:
Я вспоминаю,
Тебя вспоминаю,
А радость шальная
Взошла, как заря.
Летящей походкой
Ты вышла из мая
И скрылась из глаз
В пелене января.
В общем, песню мы, сами того не желая, выучили наизусть и она у нас ассоциировалась исключительно со словом «пи.дец» и дополнительными нагрузками в наказание. А Юрию Михайловичу, долгих лет и здоровья!
🤣43👍15
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
@RT_russian , благодарю за подарок! Всегда буду с теплотой вспоминать работу в вашей команде. Вы ЛУЧШИЕ!
👍14
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Новости Галушкиного Каганата. Вчера вечером на пункте пропуска Тиса в Закарпатской обл. погранцы вынуждены были применить физическую силу, чтобы осмотреть Toyota с дипномерами, водителем которой оказался Юрий Игнатько - почётный консул Латвии, отказавшийся выйти из авто. Выяснилось, что внедорожник набит контрабандными сигаретами. Сегодня Игнатько был снят с должности.
👍22🤣11
Если своих сограждан, оказавшихся в зоне риска, они мигом приравняли к чумным и прокажённым, то их стихия, это средневековье. В нём к забвению и приковыляют.
🔥4
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Чёрный юмор, но хорошо, что самолёт с украинцами из Уханя не сбили.
Фанаты ректальных гаджетов минируют роддома. 🤦♂️
Telegram
Mash
"Сторонники" Алёны Водонаевой "заминировали" 16 роддомов в Москве
Накануне на электронку отдела полиции на юго-западе Москвы пришло очень интересное письмо. В весточке сообщалось о том, что заминировано 16 родильных домов, а также одно здание суда. В теме…
Накануне на электронку отдела полиции на юго-западе Москвы пришло очень интересное письмо. В весточке сообщалось о том, что заминировано 16 родильных домов, а также одно здание суда. В теме…
❤4
"Котлета"
Город накрыло ливнем, слышались раскаты грома, чёрно-серые тучи погрузили улицы во мрак. В окнах старинного дома напротив сверкала огромная хрустальная люстра. У окна стояла Катя, дочка хозяина ресторана "Симон", что находился на первом этаже здания. Марис смотрел на Катю, с улыбкой пуская большие кольца сигаретного дыма. Не сказать что мы были влюблены в эту милую брюнетку, но стоило ей появиться на улице или у окна, как наши лица становились добрее. Мы пили кофе с каплями бальзама и ждали звонок из Мюнхена. Ждали второй день, надеясь что Андрей сумел решить все вопросы с грузом и дооформить нужные документы. Раздался звонок. Марис резко снял трубку, но услышав голос отрицательно покачал головой:
- Это Викентий... Говори, Викентий, говори... Фура с чем?.. Прекращай, никто не слушает... Ты на измене... С "минералкой" (спирт)?.. С "лисичками" (сигареты)?.. С чем?! С ху... Ты чего, с утра залился, Викентий? - Марис повернулся ко мне. - Викентий говорит, что есть фура с пластмассовыми ху.ми... А сейчас подсказывает, что не только с ними.
- Он точно трезвый?
- Клянётся, что не пил. И по голосу в норме.
- Едем.
Фура стояла за одним из ангаров большого таможенного склада. Одет Викентий был в свою боевую форму. Чёрные джинсы, чёрная футболка и смоляной кожаный пиджак. Говорят, что даже на детсадовский утренник к сыну он приходил в этом нежизнеутверждающем облике.
- Сработали под заказ и заказчик спрыгнул? Да, Викентий? - начал Марис, заскакивая под навес.
- Какой заказ? Ты где такие заказы видел, б.ядь? Позвонил Гжегож из Сувалок. Говорит, так мол и так. Есть фура с дилдами. Думал, он тёлок предлагает. Дилда, дылда... Потом разъяснил. В Польше, мол, оставлять стрёмно, готовы скинуть по дешману.
- Ну да... А здесь не стрёмно, - вздохнул Марис. - Только куда мы их здесь распихаем?
- "Распихаем", это самое точное определение, - говорю.
- Пацаны - с надеждой проговорил Викентий. - С вашим опытом и связями... Да вы за день весь этот пластмассовый стояк и мохнатый батальон распихаете.
- Какой батальон? - протянул Марис.
Викентий открыл фуру и поставил на стол небольшой картонный ящик. С глянца коробок смотрели розовые члены и вагины. Последние были похожи на волосатые стаканчики с мороженым. Я поморщился:
- Бл.дь, это невозможно продать, Викентий.
- И это говорит человек, который двинул чукчам два контейнера солнцезащитных очков.
- Это были очки-обручи для волос. И их в хозяйстве можно подо что-нибудь приспособить. А это...
- Короче, - Викентий не был расположен к беседам. - Тридцать гринов за всё и мы расходимся.
- Двадцать и мы берём весь груз, - вступил Марис.
- Мне и пятнаху жалко, - повёл вниз я.
- Ты знаешь на сколько здесь этих елдаков? - закашлялся Викентий.
- Может у тебя и накладные есть, Викентий? - спросил я, понимая что фура стоит намного больше. - Ну и на сколько здесь?
- Не меньше чем на двести!
Через минут пятнадцать сговорились на двадцати трёх. Сразу со склада поехали к Вите Альманаху, прихватив коробку образцов. Витя держал четыре кооперативных магазина и бар с ветеранствующими проститутками. Увидев упаковки с товаром Виктор начал играть глазами в теннис. Он молча переводил взгляды с коробки на нас и обратно.
- И сколько у вас этой, в прямом смысле слова, х.йни?
- Фура, - ответил Марис.
- И куда я её дену?
- У тебя же во Пскове и в Великих Луках человеки большие.
- Ты с ума сошёл? Там люди гондоны в аптеках до сих пор шёпотом спрашивают. А если очередь, то ждут пока рассосётся.
Я вышел в торговый зал и тут же вернулся:
- Так поставь в своих магазинах.
- Ты е.анулся? Куда я их приткну?
- Витя, ты думаешь джинсы "Пирамида" и свитера от янычаров выглядят эстетичнее? И потом... реклама. К вечеру вся Рига будет знать, что у Вити Альманаха продаются пластмассовые х.и и женские мини-газоны.
- Проходимость будет как в Домском соборе, в лучшие времена, - добавил Марис.
- Попробуем. Бабки отдам по реализации. Если она удастся.
На следующий день вся Рига знала, что в магазинах "Престиж" торгуют непотребством, которую Витя Альманах почему-то обозвал "эротической бижутерией".
Город накрыло ливнем, слышались раскаты грома, чёрно-серые тучи погрузили улицы во мрак. В окнах старинного дома напротив сверкала огромная хрустальная люстра. У окна стояла Катя, дочка хозяина ресторана "Симон", что находился на первом этаже здания. Марис смотрел на Катю, с улыбкой пуская большие кольца сигаретного дыма. Не сказать что мы были влюблены в эту милую брюнетку, но стоило ей появиться на улице или у окна, как наши лица становились добрее. Мы пили кофе с каплями бальзама и ждали звонок из Мюнхена. Ждали второй день, надеясь что Андрей сумел решить все вопросы с грузом и дооформить нужные документы. Раздался звонок. Марис резко снял трубку, но услышав голос отрицательно покачал головой:
- Это Викентий... Говори, Викентий, говори... Фура с чем?.. Прекращай, никто не слушает... Ты на измене... С "минералкой" (спирт)?.. С "лисичками" (сигареты)?.. С чем?! С ху... Ты чего, с утра залился, Викентий? - Марис повернулся ко мне. - Викентий говорит, что есть фура с пластмассовыми ху.ми... А сейчас подсказывает, что не только с ними.
- Он точно трезвый?
- Клянётся, что не пил. И по голосу в норме.
- Едем.
Фура стояла за одним из ангаров большого таможенного склада. Одет Викентий был в свою боевую форму. Чёрные джинсы, чёрная футболка и смоляной кожаный пиджак. Говорят, что даже на детсадовский утренник к сыну он приходил в этом нежизнеутверждающем облике.
- Сработали под заказ и заказчик спрыгнул? Да, Викентий? - начал Марис, заскакивая под навес.
- Какой заказ? Ты где такие заказы видел, б.ядь? Позвонил Гжегож из Сувалок. Говорит, так мол и так. Есть фура с дилдами. Думал, он тёлок предлагает. Дилда, дылда... Потом разъяснил. В Польше, мол, оставлять стрёмно, готовы скинуть по дешману.
- Ну да... А здесь не стрёмно, - вздохнул Марис. - Только куда мы их здесь распихаем?
- "Распихаем", это самое точное определение, - говорю.
- Пацаны - с надеждой проговорил Викентий. - С вашим опытом и связями... Да вы за день весь этот пластмассовый стояк и мохнатый батальон распихаете.
- Какой батальон? - протянул Марис.
Викентий открыл фуру и поставил на стол небольшой картонный ящик. С глянца коробок смотрели розовые члены и вагины. Последние были похожи на волосатые стаканчики с мороженым. Я поморщился:
- Бл.дь, это невозможно продать, Викентий.
- И это говорит человек, который двинул чукчам два контейнера солнцезащитных очков.
- Это были очки-обручи для волос. И их в хозяйстве можно подо что-нибудь приспособить. А это...
- Короче, - Викентий не был расположен к беседам. - Тридцать гринов за всё и мы расходимся.
- Двадцать и мы берём весь груз, - вступил Марис.
- Мне и пятнаху жалко, - повёл вниз я.
- Ты знаешь на сколько здесь этих елдаков? - закашлялся Викентий.
- Может у тебя и накладные есть, Викентий? - спросил я, понимая что фура стоит намного больше. - Ну и на сколько здесь?
- Не меньше чем на двести!
Через минут пятнадцать сговорились на двадцати трёх. Сразу со склада поехали к Вите Альманаху, прихватив коробку образцов. Витя держал четыре кооперативных магазина и бар с ветеранствующими проститутками. Увидев упаковки с товаром Виктор начал играть глазами в теннис. Он молча переводил взгляды с коробки на нас и обратно.
- И сколько у вас этой, в прямом смысле слова, х.йни?
- Фура, - ответил Марис.
- И куда я её дену?
- У тебя же во Пскове и в Великих Луках человеки большие.
- Ты с ума сошёл? Там люди гондоны в аптеках до сих пор шёпотом спрашивают. А если очередь, то ждут пока рассосётся.
Я вышел в торговый зал и тут же вернулся:
- Так поставь в своих магазинах.
- Ты е.анулся? Куда я их приткну?
- Витя, ты думаешь джинсы "Пирамида" и свитера от янычаров выглядят эстетичнее? И потом... реклама. К вечеру вся Рига будет знать, что у Вити Альманаха продаются пластмассовые х.и и женские мини-газоны.
- Проходимость будет как в Домском соборе, в лучшие времена, - добавил Марис.
- Попробуем. Бабки отдам по реализации. Если она удастся.
На следующий день вся Рига знала, что в магазинах "Престиж" торгуют непотребством, которую Витя Альманах почему-то обозвал "эротической бижутерией".
В нашем офисе начали появляться купцы и любопытные. Приехал Паша Тархун. Общение с Пашей не доставляло удовольствия даже торпедному отделу его бригады.
- А давай ментам под центральной управой вывалим, - заржал Паша. - В самосвал, б.ядь, загрузим и вывалим х.ёв тачку. Гы-гы-гы...
- Паш, купи и вываливай, - откликнулся Марис.
- Вы как трезвые, так с вами и не пошутить. Пойдём накатим вниз, в барчик.
- Вот как груз сбагрим, Паш, так и накатим.
Когда Паша собрался уходить, Марису стало его жаль:
- Паш, ты бы взял пару-тройку штук в подарок.
Паша замялся:
- Это же западло. Потом скажете, что вы мне два х.я в спину воткнули. Или три. Не по-пацански, не?
- Мы же в тебя их не метаем, Паш, - говорю. - Коробка в соседнем кабинете. Просто возьми и иди.
- А что я с ними делать буду?
- Ну не знаю... У тебя же девушка есть.
- Но у меня и хер ещё имеется. И девушка с хутора. Она такое увидит, не откачаешь.
- Вот, Паша! Вот! Это девушку не откачаешь! А для должника, это вообще выглядит намного угрожающе чем паяльник или утюг.
Павел завернул коробки в плотную бумагу и с довольным видом покинул офис. Марис тут же отреагировал:
- Прикинь, как это будет выглядеть. Пашина разъярённая рожа, в руках эти орудия пыток и его вопли: "Зачем?! Зачем тебе деньги?!"
- Ну, да... будут не от страха всё отдавать, а от смеха.
Позвонил Андрей, сказал что немцы оказались тяжелее чем думалось, но все вопросы, хоть с трудом, но улажены и через день он прилетит в Ригу. Узнав о грузе предложил начать на скаладе упаковку подарочных наборов: бутылка спирта "Рояль", блок "Lucky Strike" и секс-игрушка, в зависимости от пола.
Через пару недель стало грустно. Реализация в кооперативных была никакой, недетородные органы легли мёртвым грузом, а шансов продать их в Риге становилось всё меньше. Да и другие дела не давали заняться продажами серьёзно. Вскоре в офисе появился Лёня Савенко, наглый и плохо воспитанный одессит. С порога Лёонид спорно шутил, хвастался близким знакомством с поющими куртизанками, хамил и в итоге предложил за груз десять тысяч. Мы обещали подумать, а на следующий день сторговались на двенадцати. Савенко попросил организовать проход фуры на российской границе, но мы сказали, что таких возможностей у нас нет.
Через три дня на пороге кабинета появился взбудораженный обстоятельствами и алкоголем Лёня.
- Пацаны, это пи.дец! Выручайте, пацаны!
- Лёня, на тебя смотреть больно, - двинулся к бару Марис. - Что тебе налить?
- Виски... Нет. Вчера была водка. Значит водку. Пацаны, беда. Реально беда, пацаны, - посмотрев в потолок, Лёня выпил. - Хлопнули фуру к х.ям.
- Печально. Фуру с х.ями, хлопнули к х.ям, - говорю. - Чья смена хлопнула, Лёня? Латвийская или российская?
- Латыши хлопнули... Марис, налей ещё. Помогите, пацаны! Они говорят, что пи.дец. Что груз под конфискацию, а мне запрет на въезд. На пять лет минимум. Запрет, это самое страшное. Это всё... Ещё сказали, что будут копать под продавцов... Я поэтому к вам...
Марис снял трубку, набрал номер и минут десять говорил на латышском. Закончив, налил виски, выпив замолк.
- Что там? - с надеждой посмотрел на меня Лёня.
- Там сложно. Мы сейчас поедем на встречу, а ты подкатывай через часика два. Сюда же подкатывай. Постараемся решить.
Вечером пьяный и счастливый Леонид привёз тридцать тысяч баксов и на радостях сообщил нам, что москвичи забирают груз за семьдесят.
Без таможенной формы Андрис выглядел непривычно.
- Смешной этот кекс. Они, короче, решили как овощи оформить и провезти. Два ряда последних картошкой заставили. Ну мы с Юркой фуру в отстойник, чтобы не светить и шороху было немного. Его пугнули. Типа, дуй к продавцам разруливать. Иначе конфискация, запрет на въезд, персона нон-грата, штрафы...
- Грамотно. Ты бы его у нас видел. Со старыми дрожжами перегара, на измене весь. Я своей новенькой позвонил, потрещал с ней минут десять на латышском. Типа, стараемся уладить вопросы. Вот и уладили, - Марис протянул под столом, туго упакованную в белый полиэтилен "котлету".
М. Шах
- А давай ментам под центральной управой вывалим, - заржал Паша. - В самосвал, б.ядь, загрузим и вывалим х.ёв тачку. Гы-гы-гы...
- Паш, купи и вываливай, - откликнулся Марис.
- Вы как трезвые, так с вами и не пошутить. Пойдём накатим вниз, в барчик.
- Вот как груз сбагрим, Паш, так и накатим.
Когда Паша собрался уходить, Марису стало его жаль:
- Паш, ты бы взял пару-тройку штук в подарок.
Паша замялся:
- Это же западло. Потом скажете, что вы мне два х.я в спину воткнули. Или три. Не по-пацански, не?
- Мы же в тебя их не метаем, Паш, - говорю. - Коробка в соседнем кабинете. Просто возьми и иди.
- А что я с ними делать буду?
- Ну не знаю... У тебя же девушка есть.
- Но у меня и хер ещё имеется. И девушка с хутора. Она такое увидит, не откачаешь.
- Вот, Паша! Вот! Это девушку не откачаешь! А для должника, это вообще выглядит намного угрожающе чем паяльник или утюг.
Павел завернул коробки в плотную бумагу и с довольным видом покинул офис. Марис тут же отреагировал:
- Прикинь, как это будет выглядеть. Пашина разъярённая рожа, в руках эти орудия пыток и его вопли: "Зачем?! Зачем тебе деньги?!"
- Ну, да... будут не от страха всё отдавать, а от смеха.
Позвонил Андрей, сказал что немцы оказались тяжелее чем думалось, но все вопросы, хоть с трудом, но улажены и через день он прилетит в Ригу. Узнав о грузе предложил начать на скаладе упаковку подарочных наборов: бутылка спирта "Рояль", блок "Lucky Strike" и секс-игрушка, в зависимости от пола.
Через пару недель стало грустно. Реализация в кооперативных была никакой, недетородные органы легли мёртвым грузом, а шансов продать их в Риге становилось всё меньше. Да и другие дела не давали заняться продажами серьёзно. Вскоре в офисе появился Лёня Савенко, наглый и плохо воспитанный одессит. С порога Лёонид спорно шутил, хвастался близким знакомством с поющими куртизанками, хамил и в итоге предложил за груз десять тысяч. Мы обещали подумать, а на следующий день сторговались на двенадцати. Савенко попросил организовать проход фуры на российской границе, но мы сказали, что таких возможностей у нас нет.
Через три дня на пороге кабинета появился взбудораженный обстоятельствами и алкоголем Лёня.
- Пацаны, это пи.дец! Выручайте, пацаны!
- Лёня, на тебя смотреть больно, - двинулся к бару Марис. - Что тебе налить?
- Виски... Нет. Вчера была водка. Значит водку. Пацаны, беда. Реально беда, пацаны, - посмотрев в потолок, Лёня выпил. - Хлопнули фуру к х.ям.
- Печально. Фуру с х.ями, хлопнули к х.ям, - говорю. - Чья смена хлопнула, Лёня? Латвийская или российская?
- Латыши хлопнули... Марис, налей ещё. Помогите, пацаны! Они говорят, что пи.дец. Что груз под конфискацию, а мне запрет на въезд. На пять лет минимум. Запрет, это самое страшное. Это всё... Ещё сказали, что будут копать под продавцов... Я поэтому к вам...
Марис снял трубку, набрал номер и минут десять говорил на латышском. Закончив, налил виски, выпив замолк.
- Что там? - с надеждой посмотрел на меня Лёня.
- Там сложно. Мы сейчас поедем на встречу, а ты подкатывай через часика два. Сюда же подкатывай. Постараемся решить.
Вечером пьяный и счастливый Леонид привёз тридцать тысяч баксов и на радостях сообщил нам, что москвичи забирают груз за семьдесят.
Без таможенной формы Андрис выглядел непривычно.
- Смешной этот кекс. Они, короче, решили как овощи оформить и провезти. Два ряда последних картошкой заставили. Ну мы с Юркой фуру в отстойник, чтобы не светить и шороху было немного. Его пугнули. Типа, дуй к продавцам разруливать. Иначе конфискация, запрет на въезд, персона нон-грата, штрафы...
- Грамотно. Ты бы его у нас видел. Со старыми дрожжами перегара, на измене весь. Я своей новенькой позвонил, потрещал с ней минут десять на латышском. Типа, стараемся уладить вопросы. Вот и уладили, - Марис протянул под столом, туго упакованную в белый полиэтилен "котлету".
М. Шах
👍9
Значит Стасмихайлов и Оля Бузова тоже нарисуются. Вот такие электОРАЛЬНЫЕ игры. Неприятные и с последствиями…
📛
📛
ТВ Центр - Официальный сайт телекомпании
Валерия собралась в политику, чтобы сделать россиянок сильнее
Певица пошла по стопам Шнурова