Индия и Пакистан: актуальное

В ответ на теракт в окрестностях Пахалгама индийское руководство объявило, что предпримет следующие пять шагов:

1. Сокращение численности состава посольств до 30 человек с нынешних 55. Классическое выражение недовольства дипломатическими мерами.

2. Высылка и отзыв всего состава военного, военно-морского и военно-воздушного атташата. Аналогично, плюс дополнительные проблемы для пакистанцев в плане получения информации по разведлинии (для индийцев тоже, но у них основная работа ведется через R&AW, а не через атташат).

3. Закрытие поста Вагах-Аттари. Тоже ничего исключительного, де факто закрывали после теракта в Пулваме в 2019 г.

4. Прекращение выдачи виз по схеме SVES (SAARC Visa Exemption Scheme), аннулирование уже выданных виз. В рамках экономического блока SAARC, в который входят Индия и Пакистан, действует специальная программа, в соответствии с которой 24 категории лиц освобождены от необходимости получать визу, а вместо этого получают специальный документ для въезда и перемещения внутри другой страны, в т.ч. журналисты, бизнесмены, спортсмены, чиновники, судьи некоторых категорий и т.п. Демонстрация недовольства + высылка в течение 48 часов некоторого количества потенциальных шпионов и агентов.

5. Прекращение действия договора о водах Инда от 1960 г. Тут интереснее: в соответствии с этим договором, Индия получала исключительное право пользоваться водой трех рек системы Инда, оставляя Пакистану право пользоваться водой трех других. Истоки пяти плюс русло выше по течению Инда контролирует Индия, но основной водозабор осуществляет Пакистан, и от того, насколько стабильно это водоснабжение, зависит устойчивость значительной части пакистанской экономики и выживание почти всего пакистанского сельхозсектора. Проблема в том, что Индия не выбирает даже всей положенной ей квоты и не имеет физической возможности заблокировать все эти истоки рек. Чисто теоретически в течение ближайших лет индийцы могут развернуть масштабные работы, создать новые ирригационные системы и построить новые объекты энергетической инфраструктуры, что поможет увеличить отбор воды. Практически все это потребует массы денег, которые непонятно откуда брать, создаст опасный прецедент, которым могут воспользоваться китайцы, не даст ощутимого прироста урожайности и выработки электроэнергии, а Пакистан начнет ощущать хоть какие-то последствия этой гипотетической масштабной программы только лет через 6-7 в лучшем случае. Так что прекращение действия договора - это скорее демонстрация серьезности индийских намерений и заявка на то, что Индия оставляет за собой право на любые меры, так как договор продолжал действовать и в течение войн 1965 и 1971 гг., и во время Каргильского конфликта в 1999 г.

Это значит, что подобным выражением недовольства индийцы и ограничатся? Нет. В прошлый раз между терактом в Пулваме и первым ударом возмездия прошло 12 суток, в этот раз всё может произойти быстрее (или, наоборот, попозже, в таких ситуациях неопределенность становится дополнительным фактором воздействия). Но о ядерных ударах речи не идет.

Кто-то наивно полагал (даже среди индийских экспертов), что с Пакистаном дело у Индии улажено. Подписанное соглашение о прекращении огня в феврале 2021 года, несмотря на незначительные нарушения, было в силе и действовало на стороны умиротворяюще, позволяя Нью-Дели сосредоточиться на решении вопросов со своим другим заклятым партнером - "северным соседом" (это Китай). К тому же, пакистанская экономика, мягко говоря, не блещет показателями, держится на допинге внешних заимствований, политическая ситуация далека от стабильности, а в некоторых провинциях террористические группировки чувствуют себя крайне вольготно (пример - недавний теракт в Белуджистане). Зачем им нужен новый кризис? В Дели на этот вопрос можно услышать разные ответы: от консервативной версии про то, что пакистанский военный истеблишмент никогда не прекращает свою прокси-войну против Индии до более упрощенного видения о необходимости периодического "привлечения внимания" к проблеме Кашмира.

Какие бы не были истоки и мотивы у теракта в Пахалгаме, его следы ведут на пакистанскую территорию, а он сам открыл новый оборот
замкнутого круга индо-пакистанского конфликта. Опыт 2016 и 2019 годов показывает, что Индия должна ответить на произошедшее военным путем - с широким набором возможных опций. При этом необходимость военного ответа для Моди в этот раз не столь очевидна - решением проблемы это не станет, риски эскалации будут высокими, внешняя аудитория и так на стороне Индии, любую критику изнутри можно парировать, так как оппозиция слаба, как никогда, и уже поддержала принятые правительством меры (от дипломатических шагов до выхода из договора о водах Инда), большинство населения премьера поддерживает. Это, впрочем, не означает, что какого-либо "ответного удара" не последует, уж очень накалены эмоции. Пока же - военные в полной боевой готовности, но разборки идут больше в медийной и юридической плоскости.

И, конечно, любое обострение отношений Индии и Пакистана - это время для информационной гигиены. Никаких "сообщений индийских СМИ" о "закрытии четырех шлюзов", перекрытии кранов и прочей водной блокаде, на которые так активно ссылаются новостные агрегаторы и некоторые авторские тг-каналы, в индийских источниках не обнаружены.

За развитием событий в ближайшие дни рекомендую следить по следующим каналам:
- "Прогулки по священным рощам" (@nemus_sacrum)
- "Индия сегодня" (@india_tv2020)
- "Каутилье и не снилось" (@kautilyasdreams).

Если есть время для одной статьи о произошедшем теракте, индийских чувствах и эмоциях с одной стороны, о последствиях - с другой - и о "неразрешимой проблеме", которую из себя представляет Пакистан, то стоит прочитать заметку Пратапа Бхану Мехта в The Indian Express.

The nature of this attack is such that any state reserves the right to take whatever action is necessary to bring the perpetrators, and those who aid them, to justice. Yet, as India chooses the next course of action, it will be difficult to shake off the sense of despair this kind of terrorism produces. A successful military operation might be an act of justice. It might restore a sense of confidence in the capabilities of the state, and, in some quarters, satiate a desire for revenge. But even if these actions were successful in a limited sense, we will remain close to the edge of an abyss.

One only hopes that whatever action we take is prudent, in the largest sense of the term, not merely performative or reckless. But the tragedy of the moment is that the bloody frontier this act in Pahalgam has drawn will still shadow our political destiny, whichever way we act.

О "пакистанском парадоксе" написано довольно метко:

The Pakistani army has not, for a long time, had an even minimally imaginative view of the country’s future. Its greatest strength is not honourable negotiation with adversaries. It is proxy wars, the use of chaos and terror to substitute for its strategic failures and dalliance with religious fundamentalism. The problem with such a state is that it is not clear what counts as deterrence or punishment. At best, it positions itself for tactical reprieves. Like its economic programme, which lets it do the bare minimum till the next IMF tranche becomes available, its response to its own geo-strategic and internal conundrum is tactical adjustments that leave basic weaknesses and resentments in place. Punishing such an establishment is not easy; in fact, it fuels the very chaos it thrives on. So, while the Pakistani state may deserve to be weakened, it does not produce the solution. The paradox of Pakistan is how much its establishment thrives on its own implosion and humiliation. It manages to lose every war yet destroys every peace.

Автор утверждает, что Нью-Дели обязан ответить, согласно своим же нормам, установленным после Балакота, но при этом несколько раз в тексте повторяет, что военное действие не решит проблему.

...the view that while these acts are horrible, acting in retaliation would produce worse consequences is no longer tenable. After Balakot, the norms on how to deal with these incidents have changed. Having the strategic patience to diplomatically grind out Pakistan is no longer a politically viable option. So, action there will be, even if there is no “solution”.

После долгих переговоров и согласований правительства Индии и Франции подписали межправительственное соглашение о закупке 26 палубных истребителей "Рафаль" (22 одноместных и 4 двухместных) для ВМС Индии. Поставка этих самолетов должна быть завершена к 2030 году, а экипаж пройдет подготовку во Франции и Индии. Сделка оценивется в 630 мдрд рупий ($7,4 млрд).

«В соответствии с программой правительства "Аатманирбхар Бхарат", соглашение предусматривает передачу технологий для интеграции вооружений отечественного производства, [таких как разработанная Индией ракета класса "воздух-воздух" "Астра"]. Соглашением также предусмотрено создание в Индии производства фюзеляжа истребителей "Рафаль", а также предприятий по техническому обслуживанию и ремонту авиационных двигателей, датчиков и вооружений. Ожидается, что сделка позволит создать тысячи рабочих мест и принесет доход большому количеству предприятий малого и среднего бизнеса».

Правительство Индии утвердило изменения в состав Консультативного совета по вопросам национальной безопасности. Его возглавит бывший директор индийской внешней разведки R&AW Алок Джоши. В совет входят 15 человек - бывшие военные и дипломаты, представители частного сектора и академики, имеющие опыт работы и знания в области безопасности, иностранных дел, обороны, науки и технологий, экономических вопросов. По сравнению с прошлым составом, обращает на себя внимание увеличение представительства "силового блока", а также участие двух бывших послов Индии в России. Свою первую встречу обновленный совет проведет 1 мая.

Индия закрыла свое воздушное пространство для гражданских и военных самолетов, зарегистрированных в Пакистане, и самолетов, эксплуатируемых, находящихся в аренде или владении у пакистанских авиалиний. Запрет действует с 30 апреля по 23 мая.

Записали подкаст с "Би-би-си" о нынешнем обострении в отношениях Индии и Пакистана и перспективах развития ситуации.

https://www.youtube.com/watch?v=P625B4TPpcU

Мой прогноз:


ответ Индии, если он состоится, будет носить точечный, возможно даже демонстрационный, характер, и ожидать начала войны не следует.

Новости погоды:

Ночью в столичном регионе Индии прошёл проливной дождь с грозой, подтопил некоторые улицы и дороги, повалил деревья и в отдельных местах "отключил" электричество, но зато принёс невероятную свежесть.

Периодические скачки напряжения в Дели (да и не только) случаются регулярно. Кажется, с наступлением летнего сезона и приближением средней дневной температуры к 40, а соответственно, включением тысяч кондиционеров почти в круглосуточный режим, эти скачки заметно участились. Но блэкаута длительностью в 7 часов, признаться, я не ожидал. К полудню (12.00) обещают всё починить - такое точное время от местных специалистов внушает доверие, поскольку даёт разбег в +/- 45 минут, гораздо чаще звучат более неопределённые сроки.

Этим постом хочется начать новую рубрику #делийские_фишки, где буду периодически делиться наблюдениями из сердца Индии, которая не перестаёт удивлять.

Индийские источники сообщают, что ни премьер-министр Нарендра Моди, ни министр обороны Раджнатх Сингх не поедут в Москву на 9 мая.

Индию, вероятнее всего, будет представлять один из заместителей Р.Сингха, государственный министр по делам обороны Санджай Сетх.

В заявлении об операции "Синдур" Минобороны Индии делает акцент на ее контр-террористическом характере. Удар возмездия нанесён, правосудие, как пишут в индийских соцсетях, свершилось. Но что действительно удивительно - это удар по Бахавалпуру, показывающий готовность индийских вооружённых сил в ответ на теракты атаковать международно признанную территорию Пакистана (округ Бахавалпур находится в пакистанской провинции Панджаб). При этом из трех мест (9 целей) про место удара именно в Бахавалпуре пока известно больше всего: удар, по сообщениям СМИ, пришёлся на мечеть в городе Ахмедпур Ист.

Своим заявлением индийское правительство стремится продемонстрировать "сдержанность в выборе целей и методов" и снизить градус напряжения, но Пакистан поставлен в трудное положение: не ответить значит признать, что Индия может бить по территористам на всей территории Пакистана (видимо, теперь это станет новой нормой); но при этом как ответить и не привести к эскалации... Возможно, сообщения пакистанских источников "о сбитых индийских истребителях" - это как раз попытка не отвечать, так как противнику уже нанесён урон. Впрочем, ждём официальных подтверждений.

Upd: сообщают, что ещё одной целью стал пригород Лахора – Муридке (провинция Панджаб), где находится одна из баз "Лашкар-е-Тайба" (запрещена в РФ).

Визуализация 9 целей индийской операции с указанием баз террористических группировок.

Источник: ANI

МИД Индии совместно с представителями вооружённых сил провел короткий брифинг для СМИ с демонстрацией мест нанесения удара – карт, видео, спутниковых снимков. О потерях в ходе проведенной операции не сообщается, вопросы от журналистов не принимались.

По всей видимости, следом за информационной кампанией – в течение вчерашнего дня каждая из сторон выдвинула свое видение ситуации – сегодняшней ночью грядёт новый всплеск военной активности.

Индийские ВС заявили об атаке нескольких населённых пунктов со стороны Пакистана:

"Военные посты Джамму, Патханкоте и Удхампуре, расположенные вблизи международной границы в Джамму и Кашмире, стали мишенью для ракет и беспилотников Пакистана.
Потерь нет. Угроза нейтрализована с помощью кинетических и некинетических средств." По информации СМИ, пакистанская атака на объекты в Джамму и Кашмире была отражена с использованием С-400.

Сейчас идут сообщения об активности пакистанских дронов вдоль западной границы и о новом ударе Индии по Лахору (пока не подтверждено официально).

Госсекретарь США Рубио пару часов назад провел телефонные разговоры с пакистанским премьером Шарифом и главой МИД Индии С.Джайшанкаром. Но активизация дипломатических усилий – позиция США здесь, по всей видимости, будет играть ключевую роль – пока не принесла результатов.

США ожидаемо сыграли важную роль в урегулировании и при этом обошлись телефонной дипломатией, без усилий маэстро Уиткоффа. Из всех совершенных звонков обращают на себя внимание переговоры Рубио и Мунира (начальник штаба армии Пакистана), возможно, они и стали определяющими.

Но не стоит и сбрасывать со счетов роль "скрытых фигур" – не исключено, что именно они "подарили" посредническую победу Трампу. Имею в виду, прежде всего, Саудовскую Аравию, которая отправила с визитами в Нью-Дели и Исламабад замглавы МИД (+ проводила телефонные переговоры на более высоком уровне). Ну и не удивлюсь, если выяснится, что какое-то закулисное влияние оказали ОАЭ, у которых есть рычаги влияния на пакистанскую элиту и с которыми у Индии в последние годы сотрудничество идёт невероятными темпами.

(Да, иранский министр тоже побывал с последовательными визитами в обеих столицах, но не похоже, что эти переговоры как-то повлияли на ситуацию)

Главный министр Джамму и Кашмира Омар Абдулла и другие индийские источники сообщают о нарушении режима прекращения огня со стороны Пакистана – серии взрывов в Сринагаре и работе индийской ПВО.

Заявление первого заместителя министра иностранных дел Индии Викрама Мисри на брифинге для журналистов:

"В течение последних нескольких часов неоднократно нарушались договоренности, достигнутые ранее между генеральными директорами военных операций Индии и Пакистана. Это нарушение понимания, достигнутого ранее сегодня. Вооруженные силы [Индии] дают адекватный и надлежащий ответ на эти нарушения, мы очень серьезно относимся к этим нарушениям.

Мы призываем Пакистан предпринять соответствующие шаги для устранения этих нарушений и подойти к ситуации со всей серьезностью и ответственностью. Вооруженные силы [Индии] внимательно следят за ситуацией. Они получили инструкции решительно реагировать на любые случаи повторения нарушений международной границы и Линии контроля".

Если интерпретировать индийское официальное заявление в ответ на угрозу Трампа повысить тарифы, то в нем звучит следующее: Это неоправданно и несправидливо, накажите тогда и Евросоюз, они-то вообще рекордсмены по торговле с Россией, да и вы сами же...

Другими словами, это больше попытка торга, нежели выход с открытым забралом против ущемления национальных интересов. Плюс, сама позиция не нова, эти аргументы хорошо работали раньше, во времена Байдена (об этом Трампу говорить нельзя). Будет ли, как раньше? Пока это всё на стадии обмена заявлениями, когда (если) будут приняты какие-то меры – придется договариваться.

"Ломать не строить", или Трамп vs Индия

То, для чего раньше требовались отправка авианосной группы в Индийский океан или ввод санкций, теперь достаточно твитов с капслоками и угрозами. Но итог один и тот же: возобновление индийского сентимента о ненадежности США как партнёра.

За дискурсом о новых тарифах теряется большая картина:

1) У Индии проблемы не столько с США, сколько с Трампом. Нынешний президент рушит взаимопонимание, доверие, миф про дружбу с Моди (раньше ведь были совместные мега-выступления на стадионах-стотысячниках!), но это не ухудшение отношений стран, а лишь временный дипломатический кризис.

2) Подобное уже происходило при разных правительствах-администрациях, в большинстве случаев – из-за действий американцев. В США вроде бы хорошо знают, как вести дела с Индией – в какие двери стучать, а в какие звонить, но довольно часто начинают открывать эти самые двери "с ноги". Это естественно вызывает ответную реакцию. Трамп в этом отношении сразу показал свой настрой, но долгое время Нью-Дели позволял ему диктовать свои условия.

3) Где произошел срыв схемы "Трамп диктует – Индия подстраивается"? Из заявлений американского президента все смешивается в одну кучу: торговый дефицит, индийский протекционизм, закупки нефти у России и т.д. Этот кризис все-таки не только и не столько про тарифы и торговые разногласия. Видимо, у каждой стороны есть по два главных триггера.

🔹Терпение Нью-Дели надломилось, когда Трамп решил присвоить себе индо-пакистанское перемирие, а затем его администрация запустила демонстративное сближение с Пакистаном. Здесь надо сказать, что в Исламабаде/Равалпинди сыграли на высоком уровне, выложив всё, что у них было (точнее, чего у них никогда не было): "борьба с терроризмом", "критические минералы", "разработка огромных нефтяных месторождений", "закупки американской нефти" и, наконец, торговое соглашение с пошлинами в 19%.

Начав комментировать индо-пакистанские разборки, а затем приняв в Вашингтоне Мунира, Трамп, по сути, влез в индийскую внутреннюю политику. Для Моди фактор Пакистана стал более значимым и неприемлемым нажимом, чем апрельские тарифы. Пока Трамп на каждом углу говорил о том, как он добился мира в Южной Азии, индийский МИД тщательно опровергал эти заявления. Дело дошло до отказа Моди заехать в Вашингтон после "Большой семерки" в Канаде (озвучено на хинди) в пользу запланированного визита в Одишу. Позже тема всплыла на центральных дебатах парламентской сессии, где лидеры БДП доказывали оппозиции (и шире – индийскому народу), что Америка никакой роли в прекращении огня не сыграла, а Трамп не звонил Моди в те исторические майские дни (он действительно не звонил, на Нобелевскую премию должен был претендовать Вэнс).

🔹Недовольство со стороны Трампа вызвано:
а) отсутствием результата по торговым переговорам, хотя они потихоньку шли, и насколько можно судить, разногласия были разрешимы – но дедлайн нарушен, и "бизнесмен" выставляет счёт (25% + какие-то штрафы);

б) отсутствием мирной сделки между Россией и Украиной, которое невольно привлекло внимание к Индии, которая, как неожиданно выяснилось, "финансирует российскую войну". А должна была, как обещала в феврале, увеличить закупки американских энергоресурсов и вооружений.

Здесь возникает важный вопрос: Трамп знает о вновь возникшем индийском интересе к российской военной технике (вполне возможно, оды индийских официальных лиц С-400 и "Брамосам" по итогам противостояния с Пакистаном все-таки были услышаны)? Если знает, то связка "Индия+Россия" опять оказалась на виду неслучайно; если не знает, то у него тонкое чутье, что связи России и Индии активизировались за пределами рекордных поставок сырой нефти. В любом случае, эта тема, за которой в республиканском истеблишменте следят очень внимательно, и рано или поздно она всплывет. Кстати, уместно вспомнить, что законодательного исключения (waiver) из CAATSA Индия так и не получила, вопрос подвешен, что создает дальнейшую неопределенность американских действий в ответ на возможные соглашения Нью-Дели с Москвой.

Несколько наблюдений по поводу нового указа Трампа в отношении Индии:

1) Индия становится частью американской программы санкций против России (указ посвящен Индии, но его название говорит о российской угрозе, и в тексте делается отсылка к исполнительному указу 14066, подписанному в марте 2022 года).

2) В указе говорится, что президент США "узнал" о прямом и непрямом импорте Индией российской нефти. Это элемент давления и предупреждение другим странам, которые закупают российские энергоресурсы. Собственно, дальнейшие ограничительные меры против России, которые могут быть объявлены уже в ближайшие дни, могут быть косвенно, через "вторичные тарифы", направлены именно против таких стран-импортеров.

3) Индия получает 25% пошлин, которые дополняют апрельские тарифы (там было 10% базовой ставки для всех стран, 26% пошлин – непосредственно в отношении Индии). Также сегодня вступают в силу 25%, которые Трамп анонсировал в конце июля (с небольшими штрафами). Как это все будет суммироваться, до конца неясно, но несколько важных оговорок:

▪️Новые 25%, озвученные сегодня, должны вступить в силу 27 августа. Этот период может быть использован для переговоров и демонстрации уступок со стороны Нью-Дели. В указе говорится, что он может быть "модифицирован", если Россия и Индия "значительным образом пойдут навстречу" американским интересам (т.е. привязка не только к прекращению индийского импорта, но и прогрессу в завершении военных действий). Также есть угроза внесения дополнительных изменений (ограничений), если Индия и Россия попробуют "совершить ответные действия".

▪️Эти санкции – мощный политический удар по индийскому самолюбию и отношениям Индии и США. Но их экономический эффект пока не столь очевиден. Ключевая индийская продукция экспорта в США пока исключена из этих мер. По фармацевтике исключение действует как минимум до конца 2025 года; по электронике (основная статья экспорта), – всего две недели, после может быть продлено, а может, и нет. При отрицательном сценарии, это будет бить по интересам самого американского бизнеса ("Эппл" уже предупреждена, но менять стратегию в такие сроки – это сильнейшая встряска). Самое любопытное здесь, как будет работать (ре)экспорт российской "индийской" нефти в виде нефтепродуктов. Судя по всему, он остается тоже (пока) разрешен, а это пятый номер индийского экспорта в США (около $4 млрд по итогам 2024-2025 ф.г.).

Какая реакция в Индии на санкции?
В двух словах – ярость и гнев. Как это часто бывает, внешние раздражители – сильный объединяющий фактор. И правительство, и комментаторы едины в том, что это решение несправедливо и, главное, нелогично. Наиболее частый аргумент: другие страны тоже продолжают вести бизнес с Россией, в том числе закупку энергоресуросов, так почему меры приняты только против Индии? Значит – рассуждают многие – дело не столько в связях с Россией... В процессе этого мозгового штурма наиболее правдоподобной теорией в глазах индийских наблюдателей становится личная обида Трампа на Моди за то, что тот не признал его миротворцем (если вдуматься, звучит смешно, но таковы времена). При этом повторю мысль из поста выше: даже с новыми +25% тарифы кажутся вопросом решаемым. Что перерекроет "тарифные войны" и будет раздражать Нью-Дели с двойной силой, так это заигрывание США с Пакистаном, которое при этом не имеет особого стратегического смысла для Вашингтона. На этом фоне сегодняшнюю новость о тарифах "добили" сообщения пакистанских СМИ о том, что фельдмаршал Асим Мунир в ближайшее время вновь отправится с визитом в Вашингтон...

На фоне завышенных ожиданий в сети от предстоящего саммита Моди и Си:

1) "Нормализация" индийско-китайских отношений началась до Трампа. Нет, Трамп не "сблизил" и не "примирил" Индию и Китай. Всё происходящее – результат двусторонней динамики.

2) Индии и Китаю удалось за год достичь прогресса по восстановлению связей. Экономическая повестка пока идёт лучше всего, отражая очевидную взаимную выгоду. В ответ на отмену некоторых экспортных ограничений со стороны КНР, Индия открывает ряд секторов своей экономики для китайских инвестиций (всячески подчеркивается, что это ни в коем случаем не "критически важные сектора", но это только начало пути). Как и прежде, договорённости о шагах навстречу опубличиваются задним числом. Если встреча лидеров пройдет по сценарию, то по идее об этих экономических достижениях должны объявить официально.

3) Это не "перезагрузка". Фундаментальных изменений в отношениях Индии и Китая нет. В пограничном споре "всё сложно": напряжение снято, но проблема не решена, доверие на низком уровне, вероятность срыва урегулирования остаётся. Расхождения по ключевым для Индии вопросам безопасности вроде трансграничного терроризма пока без изменений. Посмотрим, примет ли Пекин индийские тезисы на саммите ШОС (нечто схожее произошло на встрече БРИКС в Сямэне в 2017 г., воспринималось тогда в Индии как "успех", но позиции стран в итоге не сблизило).

4) "Встреча на троих" (Моди-Путин-Си) пока не просматривается. Её нет в графике сторон, да и предпосылок для восстановления формата РИК пока явно недостаточно.