По содержанию лекции. Послесловие.

Интересно, как аудитория воспринимает проблематику коллективной памяти в Чечне. Из этой фразы триггером становится только последнее слово — Чечня. При этом коллективная память зачастую непрофессионалами в сфере ее изучения воспринимается как единое и однообразное явление. И вовсе не фрагментарным сложным образованием, которое невозможно посчитать и потрогать.

Важным оказалось и то, что чем дальше от Северного Кавказа географически, тем слабее представление об этнической, религиозной и исторической составляющих этого региона. Мнемоническая эпоха — вся плеяда постсоветских конфликтов на Кавказе. Волнует она тех, кто видел вживую, кто хотя бы косвенно коснулся одного из этих конфликтов. В аудитории обязательно найдется тот, кто таковым является. Это здорово, потому что пока событие не оставляет равнодушным, память о нем будет «жить».

Любопытно, как представители Республики Дагестан поправили слово «тейп» в русскоязычном пространстве. Мы долго обсуждали этот вопрос с руководителем проекта при написании статьи с Аббазом Осмаевым: я выступала за типическое написание «тейп», а он — за «тайп». В чеченском языке это слово звучит как «тайп». Казалось бы, это несущественно, но в условиях современного роста национального самосознания еще как важно.

Особенно интересным оказалось, как легко подменяются источники по изучению коллективной памяти в Чечне, где все еще доминируют медиаисточники: статьи публицистического характера, посты в соцсетях, мемуары (вроде дневниковых записей на «жж»). И создается впечатление, что они исчерпывающи. Поэтому речь шла о сборе интервью. О том, каким образом они могут стать источником.

Наконец, сами вооруженные действия 1994-1996 и 1999-2009 годов до снятия режима КТО и стратегия выживания их участников / очевидцев. Стратегия выживания непосредственно комбатантов. Или стратегия выживания мирных граждан в условиях военного насилия (если его рассматривать как угроза ее использования против потенциального противника в качестве основного средства осуществления принудительных акций).

И фактор религии. Существует дистанцированность между последователями разных направлений ислама на Кавказе. Даже тот же кадырийский тарикат, привнесенный в Чечню Кунта-Хаджи Кишиевым, имеет свои многочисленные ответвления. Этот вопрос был поднят в аудитории сегодня. Эта самая дистанцированность влияет на интерпретацию прошлого и памяти о нем внутри народов Кавказа. Равно как и конкуренция между народами Кавказа за право помнить и публично вспоминать то или иное событие.

Краткий бытовой вывод: коллективную память в сложных многосоставных обществах изучать тяжело. Куда легче считать памятники и полагать, что это и есть исследование памяти. А не все так просто. 🌚

#рнф #чеченскаяреспублика #коллективнаяпамять

Эдуард Мамакаев. Восстановление имен ушедших на фронт.

Это видео прислала мне коллега из Грозного, которая имеет не только непосредственное отношение к истории, но и к Музею Чеченской Республики.

На видео -- Эдуард Мамакаев, сын чеченского советского писателя, переводчика Арби Мамакаева. Он считается одним из основоположников вайнахской литературы, классиком чеченской литературы.

В 1941 году по доносу Арби Мамакаев был арестован первый раз по обвинению в контрреволюционной деятельности, провел в тюрьме полгода, но его вина доказана не была. После освобождения из тюрьмы работал старшим консультантом Союза писателей Чечено-Ингушетии. В это время на сцене Чечено-Ингушского драматического театра были поставлены его пьесы «Гнев» и «Разведка». Однако вскоре, высказавшись против переселения народов Северного Кавказа, снова был арестован. Последовала ссылка в Магадан, продолжавшаяся до 1956 года. В сохранившемся наследии поэта нет стихотворений за годы ссылки.

К его сыну мы отправились в минувшем марте. Было мало времени, и я не успела взять у него интервью. Его нарративная безупречная речь поразила с порога музея-дома его отца -- Литературно-мемориального музея Арби Мамакаева.

Дом отреставрировали, в каждом помещении разместили по выставке. Гости побывают в комнате самого Арби, его отца, его матери. Один из залов посвящён прославившимся родственникам поэта, другой – репрессированным деятелям чеченской и ингушской культуры. Есть и зал славы, посвящённый участникам Великой Отечественной войны. В нём – 1200 имён жителей Надтеречного района с фотографиями и краткой справкой. Упомянут каждый, кто ушёл отсюда на фронт, независимо от национальности. На сбор сведений для этого зала ушло более 10 лет. Эдуарду Мамакаеву пришлось ездить для этого по всему ближнему зарубежью.

Следует добавить, что в 1994-1996 гг. (событий "первой чеченской") Эдуард Мамакаев предоставил беженцам не только свой дом, но и здание музея. Так ли это, каким образом дом превратился в музей, а потом в убежище для беженцев, и зачем восстанавливать каждое имя, что его заставляло это делать, предстоит узнать в первый полноценный этап сбора полевых исследований в середине мая.

#коллективнаяпамять #чеченскаяреспублика #рнф #новостигрантодержателей

* -- песня на чеченском языке.

Мы тут немногими постами выше как-то писали про Алексея Фененко, который говорил о национальных нарративах в рамках Пятого семинара "Структуры факта": Исторический нарратив как вызов для национальных государств.

Скрывать не стану -- мы стали заядлыми слушателями этой линейки семинара. Возможно даже выступим на очередном семинаре, но, как говорится, иншалла!

А пока приходится доделывать скромную статью на очередную скромную конференцию в Грозном. Среди завалов источников была найдена в унисон тому семинару статья "Political identity and national memory: The conflict of contemporary political narratives". Предупреждаем: там много теории и философии. Но что немаловажно, в статье говорится про образы прошлого, политические характеристики элит, типологию героического, представления о долге, вине и ответственности, приоритетные стратегии и практики борьбы с «врагами», определяющие характер возникновения и умножения конфликтов, идентичностей. Статья индексируется в журнале SCOPUS. Да и написана она учеными из Санкт-Петербургского государственного университета.

#коллективнаяпамять #нарратив #национальныйнарратив

Ну, что? Завтра начинается полноценный этап сбора полевых материалов в Чеченской Республике по нашему проекту. А пока вид из окна поезда Москва-Грозный.

#полевойэтап #коллективнаяпамять #рнф

На всякий пожарный, а то мы с Аббазом Осмаевым дискутируем на тему «можно» или все же «нельзя» делать фотографии ж/д станций.

Первый рабочий день. Руководитель проекта Аббаз Осмаев спускается с небосклона. Продолжаем фоторепортаж.
#коллективнаяпамять #рнф #чеченскаяреспублика
#полевойэтап

Поговорим о сборе интервью и работе в поле.

На первый взгляд кажется легким и доступным найти респондента для реализации поставленной задачи -- сбора интервью. В текущем проекте #РНФ приоритет в том, чтобы охватить респондентов из различных сфер: не только чиновников (и не столько их), сколько людей, занятых в области либо профессионального изучения истории, либо практико-ориентированные специалисты. Например, те, кто восстанавливает родовые башни, дороги в высокогорной части Чеченской Республики, либо...те, кто возит туристов по республике и рассказывает о ключевых исторических событиях.

С чиновниками оказалось сложнее всего. Потому что мы столкнулись с формализмом. А формальные ответы на вопросы в нашем опроснике нас не интересуют. К тому же практически нет договоренностей о записи интервью с этим сегментом выборки специалистов.

С профессионалами в области истории / музееведения. Есть две договоренности, которые, уверена, будут реализованы в ближайшее время.

В области туризма и нарративного ландшафта (это отдельная глава в нашем проекте) Чеченской Республики тоже ситуация неоднозначная. Мы хотим провести эксперимент: при поддержке туристического бюро "ТурКавказ" провести экскурсию по Грозному "с русским гидом", не живущим в республике. Экскурсия будет проводиться с целью ответа на вопрос: что интересует туристов в условиях современной коллективной памяти о Грозном. Будут ли они задавать вопросы о прошлом? Прошлого какого периода? Имперского? Советского ли? Постсоветского ли? И насколько эти вопросы будут неудобными для экскурсовода? Не знаю, как решился на этот эксперимент руководитель турбюро, но мне лично самой интересен результат, о котором напишу по факту задуманного. Из разговора с руководителем турбюро стало понятно, что основательный труд Ахмада Сулейманова "Топонимия Чечни" нуждается в дальнейшей разработке и усовершенствовании. Поскольку гиды практически не владеют подобным материалом.

Эксперименты -- наше все.

#коллективнаяпамять #полевойэтап #чеченскаяреспублика

Таус Серганова

В рамках предыдущего проекта РНФ мне посчастливилось познакомиться с Таус Сергановой. Женщиной со стальным характером и невероятным честолюбием. Временами кажется, что последнее слово наглухо забыто в современном обществе. В 2021 году она проявила инициативу и встретилась со мной на Эсамбаева в очень жаркий день очередного моего приезда.

Она тогда сказала: «Ты напоминаешь мне меня в молодости. Ты тоже говоришь то, что думаешь вне зависимости от того, кто перед тобой стоит». Те же самые слова скажет мне годом ранее и другой человек — чеченец с сложным характером и не менее сложной судьбой. В 2020 году на границе с Дагестаном.

Таус станет для меня тем самым человеком, который в самые отчаянные дни не позволит мне бросить нынешний проект по изучению коллективной памяти, заставив мобилизоваться.

Позавчера она дала мне интервью под запись. И я «обкатала» свой опросник. Полсотни вопросов с глубинным смыслом, где нет правильных и неправильных ответов. Во время его редактуры Аббаз Осмаев предложил убрать вопрос, связанный с тем, как циркулирует память о 1944 годе внутри тейпа (кстати, он настаивает на написании слова «тайп», а не «тейп»). Таус предложила оставить этот вопрос, поскольку это применимо к действительности.

С Таус мы встретились ровно на том же месте, где и встречались в 2021 году для интервью, но по уже по памяти о вооруженных действиях. В том же кафе. За тем же столом. Интервью длительностью 1 час 40 минут.

Первый пошел.

#чеченскаяреспублика #коллективнаяпамять #рнф #полевойэтап