This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Перед нами один из самых ярких примеров испанской сакральной архитектуры, где барокко предстает во всем своем великолепии, хотя само сооружение значительно сложнее и многослойнее по стилю.
Толедский собор (официально — Собор Святой Марии в Толедо) является одним из крупнейших храмов Испании и ключевой достопримечательностью ее историко-культурного наследия.
Строительство собора началось в 1226 году при правлении короля Фердинанда III на месте бывшей вестготской церкви, позже превращенной в мечеть. Основой архитектурного замысла стал высокий готический стиль, вдохновленный французскими кафедральными соборами, однако в течение следующих веков храм непрерывно менялся и дополнялся.
Именно эта преемственность поколений и делает Толедский собор уникальным. Ренессансные капеллы, платерескные детали и особенно барочные алтари, скульптуры и декоративные ансамбли XVII–XVIII веков превратили интерьер в настоящую энциклопедию испанского искусства. Барокко здесь выполняло не только эстетическую, но и идеологическую функцию — оно должно было поражать, трогать и утверждать католическую веру в эпоху Контрреформации.
В стенах собора сохранились следы деятельности самых выдающихся художников Испании — от архитекторов и резчиков до живописцев мирового уровня, в частности Эль Греко, чье творчество неразрывно связано с Толедо.
@istorium_net
Толедский собор (официально — Собор Святой Марии в Толедо) является одним из крупнейших храмов Испании и ключевой достопримечательностью ее историко-культурного наследия.
Строительство собора началось в 1226 году при правлении короля Фердинанда III на месте бывшей вестготской церкви, позже превращенной в мечеть. Основой архитектурного замысла стал высокий готический стиль, вдохновленный французскими кафедральными соборами, однако в течение следующих веков храм непрерывно менялся и дополнялся.
Именно эта преемственность поколений и делает Толедский собор уникальным. Ренессансные капеллы, платерескные детали и особенно барочные алтари, скульптуры и декоративные ансамбли XVII–XVIII веков превратили интерьер в настоящую энциклопедию испанского искусства. Барокко здесь выполняло не только эстетическую, но и идеологическую функцию — оно должно было поражать, трогать и утверждать католическую веру в эпоху Контрреформации.
В стенах собора сохранились следы деятельности самых выдающихся художников Испании — от архитекторов и резчиков до живописцев мирового уровня, в частности Эль Греко, чье творчество неразрывно связано с Толедо.
@istorium_net
👍12❤5🥰4🤓2
15 января 1919 года на одном из алкогольных заводов Бостона взорвался гигантский бак с мелассой — сиропообразной жидкостью, отходом сахарного производства.
Волна патоки пронеслась по улицам города, затопила многие здания и унесла жизни 21 человека. Одной из причин катастрофы стало ожидание скорого введения сухого закона и стремление произвести как можно больше спиртного до этого момента.
@istorium_net
Волна патоки пронеслась по улицам города, затопила многие здания и унесла жизни 21 человека. Одной из причин катастрофы стало ожидание скорого введения сухого закона и стремление произвести как можно больше спиртного до этого момента.
@istorium_net
👍7😢3❤2🥰2👏2🤓2🤔1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Тимгад или Тамугади — древнеримский город в Северной Африке, расположенный на территории современного Алжира в 35 км к востоку от города Батна.
Руины Тимгада — один из наиболее хорошо сохранившихся примеров римского города, спроектированного под перпендикулярную застройку в соответствии с римскими традициями городской планировки.
Среди сохранившихся строений — театр, термы, триумфальная арка. В 1982 году Тимгад включён в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.
@istorium_net
Руины Тимгада — один из наиболее хорошо сохранившихся примеров римского города, спроектированного под перпендикулярную застройку в соответствии с римскими традициями городской планировки.
Среди сохранившихся строений — театр, термы, триумфальная арка. В 1982 году Тимгад включён в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.
@istorium_net
❤13👍8🔥4🤓1
В 1917 году в маленьком городке Милфорд, штат Канзас, появился врач с купленным за 500 долларов дипломом. Джон Бринкли был обычным провинциальным медиком, пока к нему не пришел местный фермер с жалобой на «мужское бессилие». Глядя в окно на активных козлов, пасшихся во дворе, фермер в шутку сказал: «Вот если бы мне пару их желез!». Бринкли, вместо того чтобы посмеяться, ответил: «А почему бы и нет?». Так родилась самая дикая медицинская афера ХХ века.
Бринкли провел операцию, пересадив фермеру кусочек половой железы молодого тогенбургского козла. Через некоторое время пациент (вероятно, благодаря мощному эффекту плацебо) заявил о полном выздоровлении и даже рождении сына. Бринкли понял: это джекпот. Он начал рекламировать пересадку желез как панацею от всего: от импотенции и деменции до гриппа и рака. Цена операции составляла 750 долларов (огромная сумма на то время), но очередь из клиентов растягивалась на месяцы.
Но настоящим гением Бринкли стал не в операционной, а у микрофона. Он понял силу нового медиа — радио. Он построил собственную радиостанцию KFKB («Kansas First, Kansas Best») с невероятной мощностью. В перерывах между выступлениями кантри-музыкантов (которых он сделал популярными на всю Америку), Бринкли читал проповеди о здоровье, отвечал на письма слушателей и, конечно, рекламировал свои чудодейственные операции и фирменные лекарства. Его голос гипнотизировал миллионы. Он стал первым «радиоврачом», который ставил диагнозы на расстоянии и продавал надежду через эфир.
Конец этой вакханалии положил Моррис Фишбейн, редактор журнала Американской медицинской ассоциации, который объявил Бринкли войну. Он доказал, что операции не имеют никакой научной основы, часто приводят к инфекциям и смертям, а сам Бринкли — мошенник. Врача лишили лицензии и отобрали радиочастоту.
Что сделал Бринкли? Он не сдался. Он решил стать... губернатором Канзаса! Его кампания была настолько успешной, что он почти выиграл выборы как независимый кандидат (властям пришлось срочно менять правила подсчета голосов, чтобы не пустить шарлатана в кресло). Проиграв политическую битву, он переехал на границу с Мексикой, построил там «мега-радиостанцию» (border blaster) такой мощности, что ее сигнал ловили даже зубные пломбы жителей Техаса, и продолжал продавать свои «лекарства» по почте до самой смерти в нищете и под судами.
@istorium_net
Бринкли провел операцию, пересадив фермеру кусочек половой железы молодого тогенбургского козла. Через некоторое время пациент (вероятно, благодаря мощному эффекту плацебо) заявил о полном выздоровлении и даже рождении сына. Бринкли понял: это джекпот. Он начал рекламировать пересадку желез как панацею от всего: от импотенции и деменции до гриппа и рака. Цена операции составляла 750 долларов (огромная сумма на то время), но очередь из клиентов растягивалась на месяцы.
Но настоящим гением Бринкли стал не в операционной, а у микрофона. Он понял силу нового медиа — радио. Он построил собственную радиостанцию KFKB («Kansas First, Kansas Best») с невероятной мощностью. В перерывах между выступлениями кантри-музыкантов (которых он сделал популярными на всю Америку), Бринкли читал проповеди о здоровье, отвечал на письма слушателей и, конечно, рекламировал свои чудодейственные операции и фирменные лекарства. Его голос гипнотизировал миллионы. Он стал первым «радиоврачом», который ставил диагнозы на расстоянии и продавал надежду через эфир.
Конец этой вакханалии положил Моррис Фишбейн, редактор журнала Американской медицинской ассоциации, который объявил Бринкли войну. Он доказал, что операции не имеют никакой научной основы, часто приводят к инфекциям и смертям, а сам Бринкли — мошенник. Врача лишили лицензии и отобрали радиочастоту.
Что сделал Бринкли? Он не сдался. Он решил стать... губернатором Канзаса! Его кампания была настолько успешной, что он почти выиграл выборы как независимый кандидат (властям пришлось срочно менять правила подсчета голосов, чтобы не пустить шарлатана в кресло). Проиграв политическую битву, он переехал на границу с Мексикой, построил там «мега-радиостанцию» (border blaster) такой мощности, что ее сигнал ловили даже зубные пломбы жителей Техаса, и продолжал продавать свои «лекарства» по почте до самой смерти в нищете и под судами.
@istorium_net
❤9🔥7👍4👏4🤓2
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Церковь Санта-Клара производит впечатление пространства, скрывающего свое истинное величие за крайне сдержанным фасадом. Снаружи она почти аскетична, однако стоит только переступить порог — и посетитель оказывается внутри настоящего «золотого реликвария», где каждый сантиметр интерьера взрывается светом, резным деревом и впечатляющей декоративной насыщенностью.
Внутреннее пространство храма полностью покрыто позолоченной резьбой по дереву (talha dourada) — характерным признаком иберийского барокко, особенно распространенным в Португалии и ее культурном кругу в XVII–XVIII веках. Орнаменты, колонны, капители, карнизы и алтарные композиции сливаются в единую декоративную оболочку, где архитектура, скульптура и символика почти теряют границы между собой. Каждый элемент выглядит как результат кропотливого ручного труда мастеров, для которых красота была не украшением, а формой служения.
Особенно поражает контраст между камерными размерами храма и его эмоциональной и визуальной масштабностью. Барочная эстетика здесь работает в полную силу: с помощью золота, света и плотности декора небольшое пространство воспринимается как монументальное и почти безграничное. Это типичный прием эпохи Контрреформации, когда искусство должно было не только украшать, но и восхищать, поражать и направлять мысли верующих к ощущению божественного присутствия.
@istorium_net
Внутреннее пространство храма полностью покрыто позолоченной резьбой по дереву (talha dourada) — характерным признаком иберийского барокко, особенно распространенным в Португалии и ее культурном кругу в XVII–XVIII веках. Орнаменты, колонны, капители, карнизы и алтарные композиции сливаются в единую декоративную оболочку, где архитектура, скульптура и символика почти теряют границы между собой. Каждый элемент выглядит как результат кропотливого ручного труда мастеров, для которых красота была не украшением, а формой служения.
Особенно поражает контраст между камерными размерами храма и его эмоциональной и визуальной масштабностью. Барочная эстетика здесь работает в полную силу: с помощью золота, света и плотности декора небольшое пространство воспринимается как монументальное и почти безграничное. Это типичный прием эпохи Контрреформации, когда искусство должно было не только украшать, но и восхищать, поражать и направлять мысли верующих к ощущению божественного присутствия.
@istorium_net
🔥8🥰3👏2🤓2👍1
Римская бритва (novacula), найденная в Британии, II–IV вв. н. э.
Перед нами характерный предмет повседневной культуры Римской империи, в котором утилитарность сочетается с социальной символикой. Бритва состоит из декоративной бронзовой рукояти и вставленного в неё стального лезвия длиной около 9 см. Подобные компактные бритвы римляне называли novacula — инструмент, знакомый каждому городскому жителю империи от Италии до отдалённых провинций, включая римскую Британию.
Для римского общества, особенно для состоятельных горожан, чисто выбритое лицо было не просто вопросом гигиены, но важным маркером статуса и принадлежности к «цивилизованному» миру. Этот комплекс городских норм поведения и внешнего вида обозначался понятием urbanitas. Аккуратная причёска, ухоженное тело и регулярное бритьё противопоставлялись «варварской» неопрятности и считались признаком воспитанности, самодисциплины и социальной респектабельности.
Иконография подтверждает широкое распространение этой практики. Хотя отдельные мраморные скульптуры изображают римлян с бородами, в целом доминирует образ чисто выбритого мужчины. Практически все ранние императоры — Август, Тиберий, Калигула, Нерон, Веспасиан, Домициан, Нерва и Траян — представлены без бород, как и ключевые фигуры республиканской эпохи: Юлий Цезарь, Помпей, Сулла, Гай Марий, Сципион Африканский, Катон Старший и Младший, Красс, Марк Антоний, Цицерон и многие другие. До правления Адриана гладко выбритое лицо оставалось почти универсальной нормой для элиты, что хорошо видно на монетах и портретных бюстах.
Перелом наступает во II веке н. э., когда император Адриан сознательно вводит моду на бороду, вероятно, вдохновляясь греческими философскими традициями. После него бороды становятся привычными у Антонина Пия, Марка Аврелия и Коммода, отражая изменение культурных ориентиров и усиление эллинистического влияния в римской элите.
Сам процесс бритья тоже имел символическое измерение. Он мог сопровождаться ритуалами, особенно в переходные моменты жизни. Известно, что впервые сбритые волосы юноши иногда приносились в жертву богам — как знак вступления во взрослую жизнь. Подобный обычай упоминается, в частности, в источниках, рассказывающих о молодости императора Нерона.
Находка такой бритвы в Британии наглядно демонстрирует степень романизации провинций: вместе с дорогами, банями и законами сюда пришли и повседневные привычки римского образа жизни. Novacula — это не просто инструмент, а свидетельство того, как идеалы римской urbanitas проникали даже на самые отдалённые окраины империи.
На третьем изображении представлены другие римские бритвы из музейных и частных коллекций, позволяющие увидеть разнообразие форм и декоративных решений этого, казалось бы, скромного, но культурно значимого предмета.
@istorium_net
Перед нами характерный предмет повседневной культуры Римской империи, в котором утилитарность сочетается с социальной символикой. Бритва состоит из декоративной бронзовой рукояти и вставленного в неё стального лезвия длиной около 9 см. Подобные компактные бритвы римляне называли novacula — инструмент, знакомый каждому городскому жителю империи от Италии до отдалённых провинций, включая римскую Британию.
Для римского общества, особенно для состоятельных горожан, чисто выбритое лицо было не просто вопросом гигиены, но важным маркером статуса и принадлежности к «цивилизованному» миру. Этот комплекс городских норм поведения и внешнего вида обозначался понятием urbanitas. Аккуратная причёска, ухоженное тело и регулярное бритьё противопоставлялись «варварской» неопрятности и считались признаком воспитанности, самодисциплины и социальной респектабельности.
Иконография подтверждает широкое распространение этой практики. Хотя отдельные мраморные скульптуры изображают римлян с бородами, в целом доминирует образ чисто выбритого мужчины. Практически все ранние императоры — Август, Тиберий, Калигула, Нерон, Веспасиан, Домициан, Нерва и Траян — представлены без бород, как и ключевые фигуры республиканской эпохи: Юлий Цезарь, Помпей, Сулла, Гай Марий, Сципион Африканский, Катон Старший и Младший, Красс, Марк Антоний, Цицерон и многие другие. До правления Адриана гладко выбритое лицо оставалось почти универсальной нормой для элиты, что хорошо видно на монетах и портретных бюстах.
Перелом наступает во II веке н. э., когда император Адриан сознательно вводит моду на бороду, вероятно, вдохновляясь греческими философскими традициями. После него бороды становятся привычными у Антонина Пия, Марка Аврелия и Коммода, отражая изменение культурных ориентиров и усиление эллинистического влияния в римской элите.
Сам процесс бритья тоже имел символическое измерение. Он мог сопровождаться ритуалами, особенно в переходные моменты жизни. Известно, что впервые сбритые волосы юноши иногда приносились в жертву богам — как знак вступления во взрослую жизнь. Подобный обычай упоминается, в частности, в источниках, рассказывающих о молодости императора Нерона.
Находка такой бритвы в Британии наглядно демонстрирует степень романизации провинций: вместе с дорогами, банями и законами сюда пришли и повседневные привычки римского образа жизни. Novacula — это не просто инструмент, а свидетельство того, как идеалы римской urbanitas проникали даже на самые отдалённые окраины империи.
На третьем изображении представлены другие римские бритвы из музейных и частных коллекций, позволяющие увидеть разнообразие форм и декоративных решений этого, казалось бы, скромного, но культурно значимого предмета.
@istorium_net
👍9❤3🔥3🤓2
Вот история о событии, которое сделало самую известную картину мира... самой известной. До этого момента «Мона Лиза» была просто одним из многих шедевров Лувра, но после аферы 1911 года она стала иконой. И самое интересное, что целью похищения была вовсе не сама картина.
Встречайте Эдуардо де Вальфьерно — аргентинского аристократа и гениального мошенника, который придумал схему, достойную лучших голливудских сценариев. Вальфьерно понял парадоксальную вещь: богатые коллекционеры готовы платить миллионы не за красоту искусства, а за обладание тем, чего нет у других. Его план заключался не в том, чтобы продать оригинал «Джоконды», а в том, чтобы продать ее... шесть раз.
Подготовка началась задолго до преступления. Вальфьерно нанял гениального художника-фальсификатора Ива Шодрона, который создал шесть безупречных копий «Моны Лизы». Использовались старые доски того же периода, специальные лаки, имитирующие возраст, и даже пыль веков. Когда копии были готовы, Вальфьерно отправил их в США и Южную Америку, спрятав в багаже как обычные декоративные вещи (ведь оригинал тогда еще спокойно висел в музее, поэтому таможня не задавала вопросов). Затем он нашел шестерых нечистых на руку миллионеров и каждому в секрете сообщил: «Скоро «Мона Лиза» исчезнет. Я могу достать ее для вас».
Самую «грязную работу» выполнил Винченцо Перуджа — простой итальянский стекольщик, который работал в Лувре. Вальфьерно сыграл на его патриотизме, убедив, что картину украл Наполеон и ее нужно вернуть в Италию. 21 августа 1911 года Перуджа просто снял картину со стены, завернул в халат и вынес из музея. Мир взорвался новостями. Газеты кричали о «краже века», фото пустой стены в Лувре печатали на первых полосах. Именно этот медийный шторм и был нужен Вальфьерно.
Как только новость об исчезновении подтвердилась, Вальфьерно пришел к своим шести клиентам. Каждому из них он передал одну из заранее подготовленных копий, утверждая, что это и есть украденный оригинал. Покупатели, читая газеты, не имели никаких сомнений: картина действительно исчезла, следовательно, она сейчас в их руках. Они заплатили баснословные деньги и, конечно, молчали, ведь стали соучастниками преступления. Вальфьерно заработал миллионы и исчез. А бедный «патриот» Перуджа остался с оригиналом в своей тесной квартирке в Париже, не зная, что делать с шедевром, который невозможно продать. Он два года хранил ее в чемодане с двойным дном под кроватью, пока не попытался продать галерее во Флоренции и был пойман. Вальфьерно так и не нашли, а его афера раскрылась только спустя много лет, когда он сам рассказал ее журналисту перед смертью.
@istorium_net
Встречайте Эдуардо де Вальфьерно — аргентинского аристократа и гениального мошенника, который придумал схему, достойную лучших голливудских сценариев. Вальфьерно понял парадоксальную вещь: богатые коллекционеры готовы платить миллионы не за красоту искусства, а за обладание тем, чего нет у других. Его план заключался не в том, чтобы продать оригинал «Джоконды», а в том, чтобы продать ее... шесть раз.
Подготовка началась задолго до преступления. Вальфьерно нанял гениального художника-фальсификатора Ива Шодрона, который создал шесть безупречных копий «Моны Лизы». Использовались старые доски того же периода, специальные лаки, имитирующие возраст, и даже пыль веков. Когда копии были готовы, Вальфьерно отправил их в США и Южную Америку, спрятав в багаже как обычные декоративные вещи (ведь оригинал тогда еще спокойно висел в музее, поэтому таможня не задавала вопросов). Затем он нашел шестерых нечистых на руку миллионеров и каждому в секрете сообщил: «Скоро «Мона Лиза» исчезнет. Я могу достать ее для вас».
Самую «грязную работу» выполнил Винченцо Перуджа — простой итальянский стекольщик, который работал в Лувре. Вальфьерно сыграл на его патриотизме, убедив, что картину украл Наполеон и ее нужно вернуть в Италию. 21 августа 1911 года Перуджа просто снял картину со стены, завернул в халат и вынес из музея. Мир взорвался новостями. Газеты кричали о «краже века», фото пустой стены в Лувре печатали на первых полосах. Именно этот медийный шторм и был нужен Вальфьерно.
Как только новость об исчезновении подтвердилась, Вальфьерно пришел к своим шести клиентам. Каждому из них он передал одну из заранее подготовленных копий, утверждая, что это и есть украденный оригинал. Покупатели, читая газеты, не имели никаких сомнений: картина действительно исчезла, следовательно, она сейчас в их руках. Они заплатили баснословные деньги и, конечно, молчали, ведь стали соучастниками преступления. Вальфьерно заработал миллионы и исчез. А бедный «патриот» Перуджа остался с оригиналом в своей тесной квартирке в Париже, не зная, что делать с шедевром, который невозможно продать. Он два года хранил ее в чемодане с двойным дном под кроватью, пока не попытался продать галерее во Флоренции и был пойман. Вальфьерно так и не нашли, а его афера раскрылась только спустя много лет, когда он сам рассказал ее журналисту перед смертью.
@istorium_net
👍13👏6🥰5❤3🔥2🤓2
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Аббатство Холируд было основано в 1128 году королем Давидом I как августинский монастырь и на протяжении веков играло важную религиозную и политическую роль. Именно здесь проходили коронации, королевские браки и похороны шотландских монархов, в том числе и Марии Стюарт. Рядом постепенно сформировался дворец Голирудгауз — официальная резиденция шотландских, а впоследствии и британских монархов в Шотландии.
Сегодня от величественной готической церкви сохранились живописные руины: стрельчатые арки, фрагменты сводов и стен, молчаливо напоминающие о религиозной жизни и политических интригах средневекового Эдинбурга. Упадок аббатства начался после Реформации в XVI веке, а окончательному разрушению сооружение подверглось в XVII–XVIII веках.
@istorium_net
Сегодня от величественной готической церкви сохранились живописные руины: стрельчатые арки, фрагменты сводов и стен, молчаливо напоминающие о религиозной жизни и политических интригах средневекового Эдинбурга. Упадок аббатства начался после Реформации в XVI веке, а окончательному разрушению сооружение подверглось в XVII–XVIII веках.
@istorium_net
🔥10👍4❤3😨3🤓2👏1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Сагаллассос — античный город Писидии, расположенный в горном районе юго-западной Малой Азии, на высоте около 1500 м над уровнем моря. Его история прослеживается по крайней мере с V в. до н. э., когда здесь существовало укрепленное поселение местного анатолийского населения. После завоеваний Александра Македонского город постепенно вошел в эллинистическое культурное пространство, а с I в. н. э. стал частью Римской империи.
Наивысшего расцвета Сагалассос достиг во II в. н. э., при правлении императоров Адриана и Антонина Пия. В этот период город превратился в административный и культовый центр региона Писидия. Масштабные строительные программы охватывали возведение двух агор, театра, термальных комплексов, храмов и монументальных нимфеев. Архитектурные ансамбли отличаются высоким качеством каменной кладки и сложной системой водоснабжения, что свидетельствует о значительных финансовых ресурсах и активном участии местной элиты в имперских проектах.
Особое место в городском ландшафте занимали императорские культы. Посвящения Адриану, Антонину Пию и членам императорской семьи подчеркивали лояльность города к Риму и одновременно интегрировали Сагалассос в общеимперское идеологическое пространство. Сохранившиеся надписи и скульптурные фрагменты позволяют проследить, как через архитектуру и искусство формировался образ имперской власти на периферии государства.
Упадок города начался в позднеантичный период. Серия мощных землетрясений в VI–VII вв., соединенная с изменениями экономических путей и общей трансформацией региона, привела к постепенному забросу городских кварталов. В отличие от многих античных центров, Сагалассос не был существенно перестроен в средневековье, что способствовало хорошей сохранности его руин.
Сегодня Сагалассос является одним из важнейших археологических источников для изучения урбанистики, социальной структуры и идеологии римской Малой Азии. Его материальные остатки позволяют реконструировать не только планировку города, но и механизмы взаимодействия местных общин с имперской властью, а также длительные процессы трансформации античного мира.
@istorium_net
Наивысшего расцвета Сагалассос достиг во II в. н. э., при правлении императоров Адриана и Антонина Пия. В этот период город превратился в административный и культовый центр региона Писидия. Масштабные строительные программы охватывали возведение двух агор, театра, термальных комплексов, храмов и монументальных нимфеев. Архитектурные ансамбли отличаются высоким качеством каменной кладки и сложной системой водоснабжения, что свидетельствует о значительных финансовых ресурсах и активном участии местной элиты в имперских проектах.
Особое место в городском ландшафте занимали императорские культы. Посвящения Адриану, Антонину Пию и членам императорской семьи подчеркивали лояльность города к Риму и одновременно интегрировали Сагалассос в общеимперское идеологическое пространство. Сохранившиеся надписи и скульптурные фрагменты позволяют проследить, как через архитектуру и искусство формировался образ имперской власти на периферии государства.
Упадок города начался в позднеантичный период. Серия мощных землетрясений в VI–VII вв., соединенная с изменениями экономических путей и общей трансформацией региона, привела к постепенному забросу городских кварталов. В отличие от многих античных центров, Сагалассос не был существенно перестроен в средневековье, что способствовало хорошей сохранности его руин.
Сегодня Сагалассос является одним из важнейших археологических источников для изучения урбанистики, социальной структуры и идеологии римской Малой Азии. Его материальные остатки позволяют реконструировать не только планировку города, но и механизмы взаимодействия местных общин с имперской властью, а также длительные процессы трансформации античного мира.
@istorium_net
👍11❤7🤓2🥰1
Американские солдаты осматривают обнаруженную ими картину «Зимний сад» Эдуарда Мане, спрятанную нацистами вместе с другими вывезенными произведениями искусства в тайнике, устроенном в шахтах неподалёку от Меркерсе (Тюрингия).
Апрель, 1945 год.
@istorium_net
Апрель, 1945 год.
@istorium_net
🔥9👍5❤4🤓4
Вот история, которая звучит как сценарий для фильма, но это реальный исторический факт, который в 1726 году сделал посмешищем всю британскую медицину. Это история о Мэри Тофт — женщине, которая «рожала» кроликов.
Представьте себе английский городок Годалминг. Местный акушер Джон Говард получает срочный вызов к бедной крестьянке Мэри Тофт. То, что он увидел, перевернуло его мир: женщина на его глазах родила... лапу кролика. А потом еще одну. И голову котенка. В течение месяца Говард «принял роды» нескольких мертвых крольчат.
Врач был шокирован, но поверил. Почему? Потому что в те времена наука серьезно рассматривала теорию «материнского впечатления». Считалось, что если беременная женщина чего-то сильно испугается или чего-то очень захочет, это может физически изменить плод. Мэри Тофт утверждала, что во время работы в поле ее напугал кролик, и после этого у нее возникла непреодолимая тяга к крольчатине, которую она не могла удовлетворить из-за бедности. Для врачей XVIII века это звучало как логичный диагноз!
Слухи дошли до Лондона, до самого короля Георга I. Он отправил своего придворного анатома Натаниэля Сент-Андре проверить это чудо. Сент-Андре прибыл, увидел очередные «роды» (это была половина туловища кролика) и... тоже поверил! Он был настолько впечатлен, что немедленно опубликовал брошюру «Краткий рассказ о необычных родах кроликов», где научным языком описывал этот феномен. Британская элита была в экстазе, газеты писали только об этом, люди перестали есть рагу из кролика, потому что им было противно.
Мэри Тофт привезли в Лондон как национальное достояние. Ее поселили в роскошных апартаментах, где ее осматривали лучшие умы империи. И вот тут сказка начала рассыпаться. Скептичный доктор сэр Ричард Мэннингем заметил странную вещь: «новорожденные» кролики имели легкие, которые плавали в воде. Это означало, что животные дышали воздухом до того, как попали в утробу. А еще в желудке одного из кроликов нашли сено и зерно.
Финал наступил, когда слугу поймали на попытке незаметно пронести в комнату Мэри маленького живого кролика. Под угрозой болезненной гинекологической операции «ради науки» Мэри призналась. Она просто засовывала части животных в себя, а затем имитировала схватки. Афера была примитивной, но она сработала, потому что эксперты хотели увидеть чудо.
Последствия были катастрофическими для репутации врачей. Художник Уильям Хогарт нарисовал карикатуру, где уважаемые ученые в париках с лупами рассматривают кроличьи хвосты. Королевский анатом Сент-Андре потерял карьеру и умер в забвении, а Мэри Тофт отсидела несколько месяцев за мошенничество и вернулась домой, став местной знаменитостью.
@istorium_net
Представьте себе английский городок Годалминг. Местный акушер Джон Говард получает срочный вызов к бедной крестьянке Мэри Тофт. То, что он увидел, перевернуло его мир: женщина на его глазах родила... лапу кролика. А потом еще одну. И голову котенка. В течение месяца Говард «принял роды» нескольких мертвых крольчат.
Врач был шокирован, но поверил. Почему? Потому что в те времена наука серьезно рассматривала теорию «материнского впечатления». Считалось, что если беременная женщина чего-то сильно испугается или чего-то очень захочет, это может физически изменить плод. Мэри Тофт утверждала, что во время работы в поле ее напугал кролик, и после этого у нее возникла непреодолимая тяга к крольчатине, которую она не могла удовлетворить из-за бедности. Для врачей XVIII века это звучало как логичный диагноз!
Слухи дошли до Лондона, до самого короля Георга I. Он отправил своего придворного анатома Натаниэля Сент-Андре проверить это чудо. Сент-Андре прибыл, увидел очередные «роды» (это была половина туловища кролика) и... тоже поверил! Он был настолько впечатлен, что немедленно опубликовал брошюру «Краткий рассказ о необычных родах кроликов», где научным языком описывал этот феномен. Британская элита была в экстазе, газеты писали только об этом, люди перестали есть рагу из кролика, потому что им было противно.
Мэри Тофт привезли в Лондон как национальное достояние. Ее поселили в роскошных апартаментах, где ее осматривали лучшие умы империи. И вот тут сказка начала рассыпаться. Скептичный доктор сэр Ричард Мэннингем заметил странную вещь: «новорожденные» кролики имели легкие, которые плавали в воде. Это означало, что животные дышали воздухом до того, как попали в утробу. А еще в желудке одного из кроликов нашли сено и зерно.
Финал наступил, когда слугу поймали на попытке незаметно пронести в комнату Мэри маленького живого кролика. Под угрозой болезненной гинекологической операции «ради науки» Мэри призналась. Она просто засовывала части животных в себя, а затем имитировала схватки. Афера была примитивной, но она сработала, потому что эксперты хотели увидеть чудо.
Последствия были катастрофическими для репутации врачей. Художник Уильям Хогарт нарисовал карикатуру, где уважаемые ученые в париках с лупами рассматривают кроличьи хвосты. Королевский анатом Сент-Андре потерял карьеру и умер в забвении, а Мэри Тофт отсидела несколько месяцев за мошенничество и вернулась домой, став местной знаменитостью.
@istorium_net
🙈9😁8👍4🤷♀2❤2👏2🤓2🥰1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Лион. Интерьер базилики Нотр-Дам-де-Фурвьер поражает богатством золотых мозаик, полихромных мраморов и мягкого света, окутывающего пространство и создающего ощущение торжественной сосредоточенности. Храм был построен в конце XIX века по проекту архитектора Пьера Боссана как символ благодарности Богородице за защиту города во времена войн и эпидемий, а также как видимый знак католической идентичности Франции в эпоху острых общественных и политических перемен.
Архитектурная концепция базилики сочетает черты неороманского и неовизантийского стилей, что было сознательным выбором автора. Романские формы придают сооружению ощущение монументальности и преемственности с раннехристианской традицией Запада, тогда как византийские мотивы — прежде всего мозаики, декоративные орнаменты и символический язык света — апеллируют к идее сакрального пространства как образа Небесного Иерусалима.
Внутреннее убранство базилики насыщено иконографическими программами, посвященными Деве Марии, истории христианства во Франции и местным святым. Мозаики не только украшают интерьер, но и выполняют богословскую функцию, превращая храм в своеобразную «книгу в образах».
@istorium_net
Архитектурная концепция базилики сочетает черты неороманского и неовизантийского стилей, что было сознательным выбором автора. Романские формы придают сооружению ощущение монументальности и преемственности с раннехристианской традицией Запада, тогда как византийские мотивы — прежде всего мозаики, декоративные орнаменты и символический язык света — апеллируют к идее сакрального пространства как образа Небесного Иерусалима.
Внутреннее убранство базилики насыщено иконографическими программами, посвященными Деве Марии, истории христианства во Франции и местным святым. Мозаики не только украшают интерьер, но и выполняют богословскую функцию, превращая храм в своеобразную «книгу в образах».
@istorium_net
🔥14👍6🥰3🤓1
Римский медальон из Ареццо с изображением лица мужчины, датируемый ~ 200-250 гг. н.э.
Миниатюрный портрет представляет нам бородатого мужчину в белой тоге с пурпурной полосой («клавус»), что указывает на его принадлежность к сословию всадников. Исключительно реалистичное изображение, выполненное практически с микроскопической точностью, нарисовано на тончайшей золотой фольге, зажатой между двумя слоями стекла — синим и прозрачным. Эта виртуозная техника предвосхищает портретные миниатюры эпохи Возрождения более чем на тысячу лет.
Примечательно также, что для передачи одежды использована серебряная фольга, что создаёт более яркий контраст с золотым фоном лица. Изначально этот медальон, вероятно, служил донышком изысканной и дорогой стеклянной чаши. Размер — ок. 4,5 см в диаметре.
Археологический музей Ареццо, Тоскана, Италия
@istorium_net
Миниатюрный портрет представляет нам бородатого мужчину в белой тоге с пурпурной полосой («клавус»), что указывает на его принадлежность к сословию всадников. Исключительно реалистичное изображение, выполненное практически с микроскопической точностью, нарисовано на тончайшей золотой фольге, зажатой между двумя слоями стекла — синим и прозрачным. Эта виртуозная техника предвосхищает портретные миниатюры эпохи Возрождения более чем на тысячу лет.
Примечательно также, что для передачи одежды использована серебряная фольга, что создаёт более яркий контраст с золотым фоном лица. Изначально этот медальон, вероятно, служил донышком изысканной и дорогой стеклянной чаши. Размер — ок. 4,5 см в диаметре.
Археологический музей Ареццо, Тоскана, Италия
@istorium_net
👍11❤6🔥2👏2🤓2
Военная обувь «калиги» - второй важнейший атрибут принадлежности к солдатскому сословию. Стандартной обувью для римских солдат они были со времени правления Августа до начала II в. н.э.
Археологические находки по всей территории империи свидетельствуют о большой степени стандартизации в форме «калиг». Это говорит о том, что модели для них, а возможно и других предметов военного снаряжения, утверждались самими императорами.
@istorium_net
Археологические находки по всей территории империи свидетельствуют о большой степени стандартизации в форме «калиг». Это говорит о том, что модели для них, а возможно и других предметов военного снаряжения, утверждались самими императорами.
@istorium_net
👍9🔥5❤3👏3🤓2